Вина крупного калибра

- Джимин, ты рано. Что-то случилось? Дежурный офицер за плексигласовой завесой дружелюбно улыбнулся, отрываясь от экрана смартфона. - Почему сразу «случилось»? - Улыбка получилась слегка натянутой. – Решила прогуляться пешком и оказалось, что идти от работы сюда быстрее, чем ехать. Кто сегодня? - Пак Джунхо, - видя, какое выражение приняло лицо его доброй знакомой, дежурный не выдержал и рассмеялся. - Этот старый зануда снова начнёт требовать письменное разрешение от капитана, - весьма невежливо и неуважительно. Да и плевать. - Ну, и что? У тебя же оно есть. - С собой – нет. Я в прошлый раз ему фото с телефона показывала, ты бы слышал, как он ворчал. Сказал, в следующий раз бумажку приносить. - И почему не принесла? Повисла пауза, заполняемая только тиканьем настенных часов над постом дежурного. Он вздохнул и встал из-за стола. - Жди здесь, я попробую договориться. - Спасибо! Новый вздох – и невысокий мужчина средних лет скрылся за дверью. Ждать пришлось довольно долго, даже в телефон втыкать надоело. Но вот наконец дверь снова открылась. - Проходи, он разрешил. Под мою ответственность. - Спасибо, я не подведу! - Знаю, иди уже. Джимин перекинула через плечо лямку спортивной сумки и поспешила скрыться, пока никто не передумал. Разрешения от капитана у неё с собой не было потому, что не было вовсе. Почему-то именно сейчас он решил, что Джимин злоупотребляет доверием и ресурсами полиции. Вот же ж, нашёл время вредничать. Хорошо, что ребята всё ещё считают её своей. Если разобраться – она своя и есть. Пока был жив Хёнджин она не пропускала ни одной благотворительной программы, участвовала во всех аукционах в пользу полиции, никогда не отказывала в посильной помощи. Да и сейчас им грех жаловаться! Она могла бы больше работать и больше зарабатывать, но нет, тратит же своё время на эти курсы дурацкие. Можно подумать, кто-то из её учениц сможет применить полученные навыки на практике… Отругав себя за снобизм Джимин подумала, что некоторые всё-таки смогут. Особенно те, кто посетила больше одного занятия. Если думать иначе - становится совсем тяжело. В тире было совершенно пусто. Если не считать господина Пака, примостившегося на стуле, и отчаянно клевавшего носом. Отпустили бы его уже на пенсию, что ли… - Джимин-а, опять патроны пришла тратить? – недовольно проворчал старик, с кряхтением поднимаясь со своего насеста. - А вам жалко? – Джимин сегодня совершенно не была способна на любезность. – Можно подумать, они ваши. Сколько отщёлкаю – столько опять на баланс зачислят. - Не своим ты делом занимаешься, ох, не своим. Незачем женщине стрелять, - не унимался господин Пак, наблюдая, как Джимин сноровисто заряжает в обойму ровно восемь пуль. - Вы это Ким Ё Джи скажите, - саркастическое замечание осталось без ответа. Наверняка ему и на это было что возразить, но то ли настроения не было, то ли старик решил, что всё равно не переспорит упрямую девчонку – что на неё время тратить? Джимин расправила плечи, выдохнула и ненадолго прикрыла глаза, прогоняя из головы все мысли. Эта медитация помогала ей вернуть душевное равновесие покруче йоги. Поняв, что готова, она за несколько секунд положила все восемь пуль в мишень и опустила нагревшийся ствол. Нажала ногой на педаль, и стальная пластина медленно поехал вперёд. М-да, сегодня и правда тяжёлый день. Так красиво, как обычно, не получилось. Небольшие вмятины были сосредоточенны ближе к центру хаотично, без строгой симметрии. Досадливо скривившись, Джимин отвернулась. Настроение и так было не лучшее, а теперь и вовсе прошло отметку «паршивое». Ещё и занятие вечером, а до него себя надо куда-то деть. Что ж, пока погода позволяет, надо погулять. - Спасибо, господин Пак, - она наметила поклон, чтобы не прослыть совсем уж грубиянкой. - Без разрешения капитана больше не пущу, - вместо ответа пообещал старик. С «паршивое» настроение переползло в «ужасное». Окунувшись в уличные огни, Джимин вставила наушники, нажала на «play» и отправилась куда глаза глядят. Да никуда б они не глядели... Уходить далеко не хотелось, поэтому она решила заскочить в какое-нибудь кафе, перехватить что-нибудь сладкое и желательно мучное. Надо же как-то себя от хандры избавлять? - Латте и кроффл с клубникой, пожалуйста, - гулять так гулять. Она уселась за столик, снова затыкая уши наушниками. На социальные коммуникации не было сил совершенно. Разумеется, именно поэтому она не могла не встретить знакомого. - Здравствуй, госпожа Юн. Не занято? – Он жестом указал на стул напротив Джимин. Правда, вопроса она не услышала, видела только как губы шевелятся. - Что? – один наушник пришлось положить на стол. - Могу присесть? - Привет, До. Садись, конечно. С работы? – натянутые улыбки сегодня, видимо, не кончатся. - Можно и так сказать. У меня встреча недалеко, решил время скоротать. А ты здесь как? Джимин принесли заказ, и она тут же воткнула вилку в десерт, намереваясь как можно быстрее начать жевать, чтобы уйти от разговора. Но пока ответить всё-таки придётся. - Занятие. Заодно решила пострелять – стресс снимаю. Ли До едва заметно сжал челюсти и умолк, наблюдая, как собеседница кромсает кроффл. Какое-то время прошло в тишине, и Джимин уже понадеялась, что на этом беседа заглохнет. Зря надеялась. - Как дела, как работа? Она проглотила кусочек и поставила на локоть руку, в которой сжимала вилку. Пробившее дно настроение от сладкого так и не поднялось, а потом придётся ещё и сгонять всё съеденное. Она в упор посмотрела на полицейского и ответила прямо: - Хреново. И дела, и работа, и вообще. Я в отпуске уже года три не была, кроме спортзала и вашего тренировочного комплекса ничего не вижу. Даже с подругами когда в последний раз встречалась – не вспомню. Я понимаю, ты задал вопрос для поддержания беседы, но я не хочу её поддерживать. Я хочу выпить свой кофе и пойти разминаться – на занятии снова придётся показывать женщинам, как не надо делать, чтобы не покалечиться. Старый друг её мужа, сидевший неподвижно так, будто не маффин только что проглотил, а металлический штырь, не проронил ни слова. Вглядываясь в его усталое лицо Джимин почувствовала себя немного виноватой, поэтому примирительно добавила: - Прости, что вывалила всё это на тебя. Сегодня просто далеко не лучший день в моей жизни. - Всё нормально, Джи-Джи, я просто немного растерялся, - Ли До осторожно улыбнулся, немного расслабляясь. Её так уже давно никто не звал. Даже офицер Ли, с которым они были знакомы давно и хорошо, обычно предпочитал полную форму имени. Неужели она так жалко выглядит, что обычно сдержанный человек решил сегодня быть с ней милым? - А знаешь, если твоя встреча не затянется надолго, приходи к нам. Буду использовать тебя как учебное пособие, - Джимин рассмеялась, разрушая стену отчуждённости, которую сама и выстроила несколько минут назад. - Приду, - как-то он подозрительно легко согласился. - Тогда до встречи, - Джимин встала из-за столика и как могла тепло улыбнулась. Офицер Ли был хорошим человеком. Не без своих странностей, но порядочным и, что самое главное, принципиальным. У самой Джимин с принципами было туго, особенно после гибели Хёнджина. Глупой, обидной, совершенно неправильной. Ли До был одним из тех, кто не выражал многословные соболезнования, не держал её за руки на похоронах так долго, что потели ладони, не причитал над судьбой-злодейкой. Он молча стоял рядом, чуть за её плечом, и когда Джимин становилось уж вовсе невыносимо от бесконечного потока сочувствующих, позволял опереться не него, чтобы не упасть. И она была ему благодарна. Но после старалась свести общение к минимуму так скоро, как получится. Слишком он напоминал о потере. В последний раз они виделись не так давно, недели две назад. Как раз, когда Джимин заходила к капитану за разрешением, которое он не дал. Можно подумать, она была такой уж частой гостьей полицейского стрельбища. Заходила раз или два в неделю – а капитан Чо Хинсик так важно щёки раздувал, будто она просит её на службу принять. Нет уж, не дождутся. Стоило покинуть кафе, как в кармане запел телефон. Она мельком бросила взгляд на экран и обнаружила, что уже опаздывает. Звонила одна из постоянных учениц, обычно приходящая раньше всех. - Уже бегу, прошу прощения! Буквально пять минут. Вот ещё, никуда она не побежит. Здесь недалеко, может, как раз минут за семь доберётся. Что ж, видимо придётся без разминки. С другой стороны, на работе уже сегодня так наразминалась – на любительскую группу женской самообороны точно хватит. В зал, всё-таки, пришлось войти с извинительным поклоном. Группа была уже в сборе. Новых лиц хватало. Впрочем, в этом не было ничего необычного. Люди почему-то думают, что, посетив одно-два занятия, они и права смогут себя защитить от нападающего в полтора раза больше и тяжелее себя. Поэтому обычно женщины приходили, смотрели на приёмы, которые медленно и наглядно демонстрировала Джимин, и уходили, уверенные что запросто смогут их повторить. Разумеется, они ошибались. Чтобы смочь вырваться и уцелеть при реальном нападении нужны многие месяцы или даже годы тренировок. Но у этих занятий не было цели подготовить уличных бойцов из обычных женщин. Каждое занятие, и сегодняшнее тоже, Джимин начинала одинаково: - Дамы, лучшее, что вы можете сделать для самообороны – сбежать. Сбежать при первой же возможности. А ещё кричите. Так громко, чтобы в соседних домах тряслись окна. Как правило преступники, решившиеся напасть на женщину, трусливы. Один хороший вопль сбережёт вам нервы, здоровье, а возможно и жизнь. Все здравствуйте. Меня зовут Юн Джимин, и сегодня я покажу вам несколько самых простых, но эффективных приёмов. С теми, кто здесь не впервые, мы повторим пройденное и возьмём ещё кое-что, пока новички отрабатывают азы, договорились? Десяток женщин разного возраста отозвались нестройным согласием, и занятие началось. Примерно минут через сорок, когда самые опытные уже были в спарринге, а Джимин прохаживалась среди учениц, исправляя постановку ног, помогая правильно держать руки и следя, чтобы никто не покалечился, дверь открылась. Джимин обернулась, ожидая увидеть офицера Ли и уже заготовила приветственную фразу, но увидела совершенно незнакомого молодого мужчину. Он застыл на пороге, с любопытством осматривая присутствующих. Джимин поджала губы, начиная злиться. Иногда к ним заглядывали любопытствующие – нижний этаж этого тренировочного комплекса полиции Сеула по вечерам был полностью отдан под гражданские спортивные секции, и пройти сюда, фактически, мог кто угодно. Дежурный на входе просто спрашивал, куда человек идёт – и вауля, проходи кто хочешь. - Это женская группа, господин. Мужчинам сюда нельзя, - тон был холоден и не предполагал возражений. - Вообще? - незнакомец ничуть не смутился. - За редким, заранее согласованным исключением. - А с кем его можно согласовать? - его губы растянулись в красивой, обезоруживающей улыбке. - Со мной. И вас я точно не приглашала, - за любой, даже самой красивой улыбкой, может прятаться самый обычный мудак. Джимин сверкнула глазами и вышла немного вперëд, готовая защищать своих подопечных. Они тоже рассматривали незваного гостя с разной степени заинтересованностью. Некоторые с кокетливым любопытством, а кто-то и с откровенной враждебностью. - Мунбэк, оставь их в покое, - из-за спины молодого человека вышел офицер Ли, весьма ощутимо толкнув того плечом. - Увязался следом - так веди себя прилично. - А я что? Что я такого сделал? - ребячливо уточнил парень, названный Мунбэком. - Просто поздороваться зашëл. Не думал ли ты в самом деле, что я тебя буду в коридоре ждать? Он картинно откинул со лба тëмную прядь, всем видом демонстрируя оскорблëнную невинность. Ли До смерил спутника тяжëлым взглядом и обратился к Джимин: - Прости, пожалуйста, за этого. Ничего, если он молча посидит здесь? - До, ты же знаешь, это женское пространство. Тебе я доверяю, а его, - кивок в сторону никуда так и не севшего, но хотя бы замолчавшего незнакомца, - в первый раз вижу. - Слышал? Иди по своим делам. Мунбэк закатил глаза. И конечно же никуда не пошёл. - Обещаю держать рот на замке, - заявил он серьëзно. - Только один вопрос: у вас тут что-то типа пилатеса? Джимин холодно и немного зловеще улыбнулась, но на провокацию не поддалась. За долгие годы карьеры и боевой подготовки она успела привыкнуть к подобным мужчинам. И даже тихо радовалась, когда они еë недооценивали. Правильно, пусть не боятся. Пусть не считают серьëзной противницей. Но этот парень, пожалуй, доставил бы серьëзные проблемы, окажись она с ним лицом к лицу, скажем, в тëмном переулке. Интересно, ему самому не страшно на такой высоте жить? В него птицы не врезаются?.. - Да, что-то типа, - Джимин обратилась к притихшим ученицам. - Это офицер полиции, господин Ли. Сегодня он любезно согласился выступить в качестве нападающего, чтобы я могла наглядно показать, как можно избежать травм и дать себе фору для побега. Он слегка поклонился сначала собравшимся, затем Джимин. - Что мне надо делать? - было забавно видеть его немного смущëнным. Джимин давно не имела удовольствия это лицезреть. - Попытайтесь меня схватить сзади, только медленно, девушки должны видеть все наши действия. Две дамы хорошо за пятьдесят по-доброму заулыбались, когда их назвали "девушками". До послушно охватил Джимин кольцом рук так, чтобы не слишком вторгаться в личное пространство. Мысленно она даже похихикала над таким учтивым противником. Не двигаясь и ничего не предпринимая, начала объяснять: - Для защиты от захвата сзади, ключевое — быстрое действие в первые секунды. Вам нужно ударить по болевым точкам ногами, и когда захват ослабнет - подключить локти. - Джимин медленно и чëтко показала как и куда нужно бить - ступни, пах, потом живот. - А теперь быстрее. И, господин Ли, надеюсь после этого вы останетесь моим другом. По залу прошелестел смех, на который она и расчитывала - слишком уж серьëзные лица были у собравшихся. В динамике этот приëм был куда эффектнее, и когда несчастный «нападающий» получил в живот чувствительный тычок, раздались негромкие, но искренние аплодисменты. - Ты в порядке? - Джимин не без злорадного удовольствия взглянула на приятеля, потирающего ушибленное колено. - Да, всë нормально, - а он оказался крепче, чем Джимин думала. - Покажем ещё парочку приëмов? Офицер Ли только кивнул. Джимин старалась быть бережной и аккуратной, но после второй демонстрации даже стойкий Ли поднял руки в жесте капитуляции. - А можно я попробую? - неожиданно поинтересовался Мунбэк, всë это время стоявший за их спинами и явно скучавший. - Вы? - Джимин окинула его оценивающим взглядом. Было заметно, что она колеблется. - Какой приëм самообороны используете против меня? - Он подошëл ближе, почти на полторы головы возвышаясь над противницей. За его спиной таких, как Джимин, можно было спрятать штуки три. Ну, может, две с половиной. Она внимательно осмотрела его с ног до головы и вкрадчиво ответила: - Лучший приëм против вас, господин - бежать не оглядываясь. А лучше вообще не подходить на выстрел. Сейчас, сидя на тротуаре в разорванных на коленках колготках и сжимая в одной руке отломанный каблук, а в другой Глок 43, Джимин горько жалела, что не убежала тогда, не оглядываясь.