Мое нежное желание

      Как всегда, я сидел на кровати и пролистывал комментарии под своими фотографиями. Я всегда так делал, когда искал следующего клиента, в надежде, что однажды среди них окажется кто-то, кто не захочет меня шлепать, ранить, душить или чего-то в этом роде. Конечно, мне нравилось, когда было немного жестче, и особенно меня заводили доминантные мужчины, не говоря уже о ярко выраженном кинке к дэдди. Но разве это всегда должно было означать, что мужчины хотят владеть? Что нужно подчиняться им до последней капли? Этого просто не могло быть. И все же я снова и снова соглашался, потому что… ну, мне были нужны деньги, и я бы солгал, если бы сказал, что мне это хоть немного не нравилось.       В Инстаграме мне снова не повезло, так что я попробовал в Твиттере, хотя и там питал мало надежды, уже готовясь к тому, что кто-то потом снова будет жестко лупить меня по заднице. Поэтому я загрузил фото, сделанное днем ранее…       …и отложил телефон, натягивая на голову оверсайз-худи. Поскольку работа для университета была сделана, а квартира убрана, я решил набрать ванну. Мои клиенты особенно любили, когда я хорошо пахну, и под «хорошо» я имею в виду: персиками. Это как-то стало моей визитной карточкой, так что вскоре я сам взял такой псевдоним. Мужчинам нравилось, когда я играл роль сладкого невинного мальчика, который никогда в жизни не видел ничего лучше их члена. Меня от этого уже тошнило, но они платили хорошо, так что я просто играл свою роль.       И все же это желание, нет, жажда — быть хоть раз принятым за самое драгоценное, что есть на свете, была здесь. Не грубо и быстро, а нежно, мягко, может, даже с любовью. Но об этом я мог только мечтать, ведь им доставляло слишком много удовольствия обращаться со мной как со своей собственностью.       Пена, плавающая на воде, щекотала кожу, и я с наслаждением закрыл глаза от этого ощущения. Если я представлял это достаточно живо, создавалось ощущение, как будто тысячи перьев танцуют по моему телу. Это каждый раз давало мне приятную мурашки. Но, услышав звук уведомления телефона из спальни, я резко вернулся в реальность. Пена почти исчезла, а это означало, что мне медленно, но верно нужно вырваться из теплых объятий воды и подготовиться к вечеру. Я схватил персиковый гель для душа и намылил все тело. Затем на автомате потянулся к бритве, ведь почти все мои клиенты не хотели видеть волос на теле. Даже на ногах.       Закончив и с этим, я надел пушистый банный халат и немного подсушил волосы, чтобы капли не падали на лицо. Быстро спустив воду из ванны и сполоснув ее душем, я вернулся в спальню и уселся на кровать по-турецки. Конечно, снова были написаны лишь те же самые комментарии. Я глубоко вздохнул. Ну что ж, тогда снова такой вечер…       Но так как я обещал еще одно фото, то сразу же его и выложил.       Почти мгновенно посыпались первые комментарии, и я прочел их один за другим. NamJay᠂ @DaddyJoon ответ на @peachnsfw ↳ Боже, я хочу отхлестать эту божественную попку плеткой!!! 🍑 ──────────────── Taesty᠂ @LittleBaby ответ на @peachnsfw ↳ Черт, почему ты такой красивый? Завидую! 🥰😭 ──────────────── Baekster᠂ @Cockwork ответ на @peachnsfw ↳ Встань в очередь, @DaddyJoon, сначала я хочу пометить это идеальное тело. Эх, как было бы здорово оставить несколько синяков и порезов😍 ──────────────── Suga᠂ @Giyoon_DT ответ на @peachnsfw ↳ Я никогда не видел ничего прекраснее тебя. Ты словно летний вечер… ──────────────── Kooks᠂ @JeonFuck ответ на @peachnsfw ↳ @LittleBaby надеюсь, ты не серьезно! Быстро возвращайся в постель, иначе тебя ждет суровое наказание! ────────────────       На комментарий Чонгука я ухмыльнулся. Он всегда изображал из себя жесткого дэдди онлайн, но наедине для Тэхена он без колебаний побрил бы голову, если бы тот этого захотел. Для меня это было перебором, но отношения этих двоих порой вызывали у меня легкую зависть. Я так увлекся этой мыслью, что почти пропустил комментарий того самого Шуги. Почти, потому что, перечитав его, я задумался. Я никогда не видел этого ника под своими фото, а его профиль мало что говорил. Но куда более странными были слова, которые он выбрал. Я был уверен, что слышал их где-то раньше, но никак не мог вспомнить, где именно.       Из множества комментариев, оставшихся ниже, я в итоге выбрал клиента и написал ему свой адрес, после того как он поделился своим. А также своим настоящим именем. Какая-никакая безопасность мне все же была нужна. Тэхен каждый раз настаивал, чтобы я присылал ему эту информацию, а потом отписывался — на тот случай, если что-то случится и он мог вызвать полицию.       Стоял уже поздний вечер, когда я осмотрел квартиру, убеждаясь, что все прибрано и нигде не валяются личные фото моей семьи, друзей или мои собственные. После этого я проверил запас презервативов и смазки, прежде чем надеть «свиданиевый» наряд. До прихода Джонхвана оставалось всего полчаса, так что у меня не было причин не одеться уже сейчас.       Казалось, все было готово, но когда я зашел в спальню, чтобы в большом зеркале проверить, хорошо ли лежат волосы, я заметил переполненную корзину рядом с кроватью и, покачивая головой, щелкнул пальцами.       Вечно я что-то забываю.       Я вытащил пакет из бледно-голубой металлической корзины, быстро натянул тапочки и сунул ключ в карман халата, завязав его узлом. Я жил в довольно большом многоквартирном доме, так что пришлось спуститься по лестнице к мусорным бакам. Закончив с этим, я отряхнул руки и взглянул на небо. Было лето, так что на улице по-прежнему стояла приятная теплынь. Идеальный летний вечер.       И именно в этот момент я снова вспомнил комментарий, который оставил под моим фото тот незнакомец. Но поразмышлять дальше мне не удалось — внезапно у входной двери кто-то выругался, после того как что-то упало на пол. Я сразу же побежал туда, потому что в доме жило много пожилых людей, а я всегда был тем, кто охотно помогал другим. Однако на пороге стоял не старик, а парень, который всего пару недель назад въехал в квартиру по соседству. Он как раз собирал фрукты, которые, судя по всему, выпали у него из рук, и я, не раздумывая, бросился помогать ему. Сначала он вообще не смотрел на меня, продолжая бормотать ругательства. Слова вроде «чертов день» и «так и знал» вырывались у него снова и снова. Мне пришлось сдерживать улыбку — такие ситуации я знал слишком хорошо, будучи сам тем еще неисправимым растяпой.       Но когда все было собрано, мы оба выпрямились, и впервые он посмотрел на меня прямо. Он тут же перестал ругаться, а его глаза расширились, когда он скользнул взглядом по моему телу. Я с недоумением посмотрел на себя и понял, что совершенно забыл, что стою тут в халате. И мало того — он еще и сполз с плеча. Обычно меня это не смущало, напротив. Мне нравилось мое тело, мне нравилось, когда на него смотрят. Но, встретившись взглядом с соседом, я быстро поправил халат и смущенно прокашлялся.       Конечно, я понимал, откуда взялась эта внезапная застенчивость, ведь черноволосый оказался всем, кроме непривлекательного. К тому же, он был примерно моего возраста, может, чуть старше, но это не меняло того, что он полностью соответствовал моему типу. С одной оговоркой: он не выглядел как мужчина с дэдди-кинком. Скорее он походил на того, кто будет носить все за тобой, а для меня это было неприемлемо. Мне нужен был кто-то, кто говорил бы мне, что делать, а он не выглядел таковым.       — Спасибо, но я бы и сам справился, — вдруг сказал он, после чего моя неловкость превратилась в упрямство.       — Пфф, могу все обратно на пол вывалить.       Сосед приподнял одну из своих красивых бровей.       — Ох, да ты злюка. У меня аж мурашки от страха пошли, бррр, — он преувеличенно вздрогнул.       Как бы я ни хотел сохранить дерзость, он снова заставил меня рассмеяться.       — Тогда давай лучше зайдем внутрь. А то еще замерзнешь тут, — я улыбнулся, сунул ему пакет в руки и открыл дверь подъезда. Он настоял, чтобы я шел первым. Я слегка поклонился, посчитав это вежливым жестом.       По пути наверх мы болтали о всяких пустяках. Ну, более или менее. Он рассказал, что в его прошлой квартире случился пожар, из-за чего пришлось переезжать, и что он только устроился в новую фирму. Но когда он спросил меня о работе, я сперва не знал, что ответить. Он мне уже за это короткое время понравился, поэтому я не хотел сразу рассказывать, что сплю за деньги с мужчинами, позволяя им делать со мной что угодно. Поэтому коротко ответил, что учусь, что, в общем-то, не являлось ложью.       Наверху мы попрощались, и Юнги — как он представился — пригласил меня как-нибудь заскочить на кофе, когда наконец закончит обустраивать квартиру.       Вернувшись к себе, я все еще не мог избавиться от улыбки. Давно я не разговаривал с привлекательным мужчиной, который не хотел сразу же лезть ко мне под одежду. Это чувство мне очень нравилось. Но и на этот раз у меня не было возможности долго об этом думать — в дверь позвонили, и я взглянул на часы. Боже, насколько же медленно мы поднимались по лестнице? Я быстро снял халат и перекинул его через спинку дивана, затем глубоко вдохнул и нажал на домофон. В глазок я увидел Джонхвана, который прислал мне свое фото заранее. К моему разочарованию, в реальности он выглядел гораздо старше и куда менее привлекательным.       Но деньги мне все равно были нужны, поэтому я открыл дверь с улыбкой.       Не успел я и слова вымолвить, как меня уже втолкнули внутрь, а дверь захлопнулась.       — О, детка, я так долго ждал этого момента! — уже практически рычал Джонхван, набрасываясь на мою шею. Одно из правил — никогда не целовать клиентов в губы, потому что поцелуй для меня был гораздо интимнее и значимее, чем просто секс. Но мужчины воспринимали это как повод дать волю рукам в других местах. Будто по команде, я застонал, когда его рука крепко вцепилась в меня.       — Да! Стони для меня, похотливая сучка! — донесся голос старшего. Мне едва удалось сдержать ошарашенную мину. Кто-то явно пересмотрел порно.       — Мммм, ты так меня заводишь, папочка! — продолжил я играть, но Джонхван тут же приложил указательный палец к моим губам.       — Называй меня королем!       Я тут же кивнул, не желая задерживаться с этим типом надолго.       — О да, мой король! Я хочу почувствовать твой скипетр внутри себя! — подзадорил я его, наблюдая, как пот уже стекает у него по лбу.       — Детка, так и будет. Я трахну тебя так жестко, что тебе больше никогда не захочется никого другого в своей идеальной заднице, — прошептал он мне на ухо.       Я слегка отстранил его, чтобы через мгновение пройти с ним в спальню.       Едва увидев мою кровать, он толкнул меня на нее лицом вниз и расстегнул штаны. Так я и знал, что это будет просто перепихон. Такие мужчины не могли заполучить симпатичных парней вроде меня иначе и потому никогда не могли продержаться долго. Но когда он уже собирался нависнуть надо мной, я быстро перевернулся и указал на презервативы и смазку у кровати.       — Мой король, ты можешь трахнуть меня без подготовки, но без презерватива и смазки — никак, — ясно дал понять я, глядя на него. На мгновение мне показалось, что он устроит скандал, но когда он с рычанием схватил презерватив, я почувствовал облегчение.       Я проконтролировал, чтобы он действительно натянул презерватив, затем снова повернулся на живот, охотно подставляя ему свою задницу. Джонхван раздвинул ягодицы, капнул смазку прямо на анус, не утруждая себя растиранием. Спустя несколько секунд он вошел, и я был несказанно рад, что его член оказался не особо крупным — иначе без подготовки все прошло бы гораздо больнее.       Пока он меня трахал, то больше не говорил. Вместо этого он только рычал и хрюкал мне в ухо, то и дело облизывая щеку. Не прошло наверное и десяти минут, как его толчки стали неконтролируемыми, а я стонал все громче. Его член оказался достаточно длинным, чтобы с каждым движением задевать простату, и, каким бы отталкивающим он ни был, этого хватало, чтобы возбудить меня до оргазма. А с некоторыми клиентами это было настоящим испытанием для нервов. Конечно, им не нравилось, если я не кончал, ведь это означало, что они не так уж хороши. Так что с такими мне приходилось мысленно заставлять себя возбудиться. Чаще всего я думал тогда об айдолах или актерах, но в тот день перед моим внутренним взором вдруг мелькнуло лицо моего соседа. Почти мгновенно я громко кончил, когда Джонхван в последний раз толкнулся в меня.       Ладно, это было странно.       Он вышел из меня и швырнул презерватив в пустое ведро рядом, прежде чем, тяжело дыша, застегнуть штаны и провести рукой по волосам.       — Обычно я могу дольше, — сразу же начал оправдываться он, на что я закатил глаза. Ну конечно, ты первый, от кого я такое слышу, — подумал я, но затем обернулся к нему с широкой улыбкой и сел.       — Не волнуйся, мой король. Мне было чертовски хорошо, — искусно солгал я, поцеловав его в колючую щеку. — Поэтому я возьму только 120 000 вон вместо 150 000, — прошептал я и протянул руку. Конечно, это была ложь. Я бы в любом случае взял 120 000, но ему необязательно было это знать.       Когда он отсчитал деньги, я проводил его до двери и с облегчением закрыл ее. Не прошло и трех секунд, как я поспешно снял одежду и прыгнул в душ. Мне нужно было поскорее смыть с себя этого типа. Затем я привел в порядок кровать и уставший устроился перед телевизором.       Следующие несколько недель все шло как обычно, за исключением того, что я все чаще стал сталкиваться с Юнги. Это выглядело практически зловеще, настолько часто это происходило. Каждый раз, когда мы разговаривали, я узнавал о нем все больше. Например, что у него есть кот по имени Локи, старший брат и страх перед водой. Я также много рассказывал ему о себе. Мы смеялись над одними и теми же вещами, но я просто не мог заставить себя рассказать ему о своей «работе». Я боялся, что тогда он перестанет так непринужденно со мной общаться или даже начнет избегать, поэтому я молчал. Тем временем он пригласил меня к себе, и мы вместе смотрели фильмы или слушали музыку. Несколько раз я заходил к нему после клиента. Просто потому, что мне нужно было чувство, что меня любят не только за тело. Хотя я и сопротивлялся этому, Юнги с каждым днем становился для меня все важнее. Настолько, что теперь в моменты с клиентом перед глазами у меня появлялось только его лицо.       Это был четверг, когда я подошел к почтовому ящику за письмами, как обычно. Письмо от арендодателя стало для меня полной неожиданностью. Я еще не успел дочитать до конца, как листок выскользнул из рук, и я закрыл лицо ладонями.       — Этого не может быть! — прокричал я, тряся головой и готовый расплакаться.       — Что случилось? — внезапно раздался голос Юнги, затем его рука легла мне на плечо. Я вздрогнул и обернулся к нему в испуге.       — Я… аренда… черт, все это полная хрень!       Теплые соленые слезы потекли по моим щекам. Сосед тут же обнял меня, притянул к себе и, гладя меня по спине, стал шептать успокаивающие слова.       — Тш-ш-ш, не плачь. Ты только испортишь свое красивое личико.       Я слегка отстранился и посмотрел на него.       — Я не знаю, что мне делать. Я еле-еле справлялся с оплатой, а теперь этот мудак ее повышает…       Я не врал — я правда сводил концы с концами, а за последние недели клиентов у меня было не особо много. Мы с Юнги порой так долго разговаривали по вечерам на крыше дома, что у меня просто не оставалось желания приглашать кого-то еще и уж тем более заниматься сексом. Юнги мне очень нравился, но я знал, что ничего не выйдет. Прежде всего — из-за моей работы.       — Могу я как-то помочь? Одолжить тебе денег? — спросил сосед, глядя на меня с приподнятыми бровями. Этот взгляд я заметил еще при нашей первой встрече, и он каждый раз делал меня чуть слабее. Мне так хотелось поддаться и сказать, как невероятно он меня притягивает. Особенно в такие моменты, когда он был так добр ко мне. Но я просто не мог. Он не справился бы с моей жизнью и моими предпочтениями, я был в этом уверен.       — Спасибо. Но я не могу принять от тебя деньги. Я просто не знаю, что теперь делать… — прошептал я, вытирая лицо.       — Чимин, я…       — Оставь. Пожалуйста, Юнги. Я всегда справлялся сам, к тому же я такой доброты совершенно не заслуживаю, — перебил я его уже тверже и слегка покачал головой.       — Понимаю… Знаешь, по телевизору ведь всегда идут благотворительные марафоны. Вот бы и для частных лиц такое было, — словно сам с собой промолвил мой сосед, но мне в голову пришла идея. Даже очень хорошая. Я тут же сунул то самое письмо в карман и помчался наверх. В квартире я схватил телефон, нашел подходящее фото и тут же выложил его вместе со своей идеей.       Да, возможно, мне стоило подумать подольше, но деньги были нужны срочно, а идея, которую подсознательно подкинул Юнги, звучала не так уж плохо. Конечно, мне было не по себе от мысли целоваться с кем-то, и по доброй воле я бы никогда на это не пошел.       Но какой у меня оставался выбор?       Я отложил телефон, внутренне проклиная себя за содеянное. Нарезая круги по квартире и то и дело хватаясь за лоб, я передвигал мебель, открывал холодильник, только чтобы тут же закрыть его, а потом нервно уселся на один из стульев. Телефон непрерывно вибрировал, но я решил проверить его позже, поэтому лишь барабанил пальцами по кухонному столу.       Когда уведомления наконец поутихли, я встал и принес телефон из спальни. Я только открыл приложение, как в дверь раздался яростный стук, заставивший меня вздрогнуть. Тем не менее я пошел открывать — и меня тут же схватили за руки. Передо мной, тяжело дыша, стоял Юнги и смотрел прямо в глаза.       — Что…       — Слушай, Чимин. Я знаю, что ты, наверное, не испытываешь ко мне ничего, но с тех пор как я впервые тебя увидел, я могу думать только о тебе! О твоем лице, твоей улыбке, твоем голосе и твоем невероятно прекрасном теле! И все это время я просто мечтал свести тебя с ума поцелуем! Боже, я несу какую-то чушь, но именно это я и испытываю… Дай мне шанс, пожалуйста!       Я был настолько ошеломлен, что не мог вымолвить ни слова. Не потому, что это шокировало меня, а потому, что я чувствовал то же самое. Этот мужчина все время крутился у меня в голове, из-за чего в этот момент, когда он находился так близко, я просто не мог не поддаться.       Я приложил ладони к его щекам и медленно закрыл глаза. Миллиметр за миллиметром я приближался к нему. Когда я уже чувствовал его дыхание на своих губах, телефон снова издал тот самый, ни с чем не спутаешь, звук уведомления.       Будто меня силой оттащили назад — я снова вспомнил, что продаю ночь с собой тому, кто больше заплатит. Я почувствовал себя таким грязным и лживым, что нырнул под руку Юнги и отскочил на несколько шагов. Он хотел снова приблизиться, но я отступал дальше, пока не уперся ногами в диван и не оказался в тупике.       — Чимин, что слу… — начал он, но я не мог и не хотел слышать его голос. Я этого не заслуживал.       — Уйди. Пожалуйста.       Я, сгорая от стыда, смотрел в пол и дрожал, пока сердце колотилось где-то в горле. Юнги, кажется, заметил это, и я испытал несказанное облегчение, когда шаги удалились, а затем хлопнула дверь. Впервые с тех пор, как я начал продавать свое тело мужчинам, мне стало стыдно за то, кем я являлся. Впервые я сожалел, что вообще начал это. Но больше всего я сожалел, что встретил такого удивительного человека в неподходящее время.       За это короткое время я почувствовал с ним такую связь, какой не было ни с кем прежде. Я всегда радовался, когда видел его. Когда мы разговаривали, казалось, будто мы знаем друг друга целую вечность, и всякий раз, смотря на него, я невольно улыбался. Я не осознавал этого, но уже отдал ему свое сердце.       Снова телефон вырвал меня из мыслей — я, наверное, еще час просидел на диване. Квартира внезапно показалась невероятно холодной. Но ничего не поделаешь. Деньги были нужны, хоть я и проклинал себя за эту идею с аукционом.       Как я мог быть таким глупцом?       Я разблокировал экран и открыл приложение. Я читал одно личное сообщение за другим и предложения, которые мне делали. Клиенты не преминули сразу же расписать, что именно со мной сделают. По спине пробежали неприятные мурашки. Я должен был это сделать, это я понимал. Но на этот раз я не хотел. Конечно, это клише, но я делал то, что должен был.       Я записывал каждую предложенную сумму, но когда увидел сообщение от того самого Шуги, мое любопытство возросло. Легким нажатием я открыл его сообщение и замер. Перечитал несколько раз, но он действительно предлагал почти семь миллионов (около 350 000 рублей) вон! И все это всего за одну ночь со мной? Этого просто не могло быть. Поэтому я написал ему убедиться.

Peach 🍑

@peachnsfw:

Привет. Скажи, ты опечатался?

Ты же в курсе, что это всего лишь

одна ночь, да?

─────────────

Suga @Giyoon_DT: Привет! Нет, не опечатался! Я что, выиграл? ─────────────

Peach 🍑

@peachnsfw:

Эм, окей?

Ну да, ты предложил наивысшую

сумму. И, соответственно, выиграл.

─────────────

Suga @Giyoon_DT: Вау, серьезно? Я думал, что предложил наименьшую… ─────────────

Peach 🍑

@peachnsfw:

Нет, ты выиграл.

Позже скину тебе всю

инфу! До скорого…

─────────────

      С чего это он решил, что предложил наименьшую? Думал, я какая-то элитная шлюха? Что ж, мне могло быть и все равно. Я лишь надеялся, что он хоть немного привлекателен и не захочет сделать со мной ничего слишком ужасного. Потому что таков был план: я выставил на аукцион особенную ночь со мной, где выигравший мог воплотить на мне все свои фантазии, и я бы даже поцеловал его. Все знали, что я обычно этого не делаю, вероятно, поэтому так много и участвовало.       Чтобы отвлечься от Юнги и своих чувств, я начал записывать правила на вечер — все равно нужно было сообщить их этому Шуге. Я просто не хотел думать о том, что предаю собственное сердце. Закончив и удовлетворившись, я отправил ему.

Peach 🍑

@peachnsfw:

Окей, вот правила для выигранной

ночи. Я прошу тебя придерживаться

их, иначе мне придется все отменить.

1. Пожалуйста, надень маску,

скрывающую лицо.

(Для мистического ощущения)

2. Я решаю, когда поцелую тебя,

не наоборот.

3. Легкие отметины допустимы,

но никаких синяков, царапин

и/или следов от укусов!

4. Презервативы и смазка готовы,

без них — никак!

5. Все ограничится одним разом.

Если согласен с правилами, дай,

пожалуйста, знать. Мой адрес

получишь за день до встречи.

─────────────

      Вскоре пришел ответ. Suga @Giyoon_DT: Конечно, я согласен! И я с нетерпением жду, милый 😉 ─────────────

Peach 🍑

@peachnsfw:

Я тоже :)

И спасибо за участие, до скорого!

─────────────

      Нет. Я не ждал. Ни капли. Но я же не мог волшебным образом материализовать деньги на аренду…       До той ночи оставалось еще несколько дней. Дни, которые я потратил на то, чтобы привести квартиру в порядок, бессмысленно переставлять мебель, избегать Юнги и выбирать наряд. Юнги не особо облегчал мне задачу — он стучал в мою дверь каждый день, писал мне и буквально поджидал за каждым углом, когда я ходил за покупками или просто выносил мусор. Вид его лица каждый раз заставлял мое сердце выскакивать из груди, но я убегал, как олень, ослепленный светом фар.       Я стоял перед зеркалом, поправляя черное белье. Кружево обрамляло мою бледную кожу. Конечно, я снова пахнул безошибочно персиками и, несмотря на соблазнительное белье, выглядел довольно невинно. Как любили мужчины. С той лишь разницей, что я больше не любил смотреть на себя в зеркало. Если раньше я видел симпатичного молодого парня, то в тот день видел лишь лицемера, притворявшегося тем, кем он не являлся.       Раздался звонок. Я слегка вздрогнул, но быстро взял себя в руки и приглушил свет в квартире. Я не должен был показывать свою неуверенность, поэтому быстро сделал большой глоток из охлажденной бутылки с игристым и постарался заглушить мысли. Ну, насколько это вообще было возможно. Затем настал тот самый момент. Я подошел к двери, открыв ее. И… ого. Мужчина, стоявший передо мной, буквально отнял у меня дар речи. Он был ненамного выше меня и довольно стройным. Тем не менее, он выглядел чертовски мужественно в блестящих кожаных штанах, облегавших жилистые ноги, а узкая черная футболка слегка обрисовывала его явно выраженные мышцы пресса. Поверх был накинут темно-красный пиджак, в нагрудном кармане которого торчала черная роза. К тому же на нем была бархатисто-черная маска, немного напоминавшая маску Призрака Оперы, только она скрывала оба глаза. Черные волосы, казалось, хаотично падали на лицо, но все же выглядели опрятно, что, признаюсь, меня заинтриговало.       — Здравствуй, Шуга. Проходи! — я улыбнулся и сделал шаг в сторону, чтобы впустить его. Он не произнес ни слова и когда проходил мимо, за ним потянулся аромат, который я уже где-то чувствовал прежде. Только не мог вспомнить, где именно.       Закрыв дверь, я сразу хотел направиться к бутылке с игристым на столе в прихожей, но Шуга остановил меня. Я слегка вздрогнул, когда меня вдруг прижали к стене, а Шуга оказался чертовски близко к моему лицу. Я почти подумал, что он хочет поцеловать меня, и уже собирался напомнить ему о правилах, но он этого не сделал. Вместо этого он положил руки на узел моего прозрачного халата и очень медленно развязал его. Он вытянул поясок из петель и сунул его в карман брюк, прежде чем его руки легли на мои обнаженные плечи и потянули халат, пока тот не упал на пол.       — Может, не стоит так спешить… — попытался я его немного сдержать, ведь он заплатил за эту ночь большие деньги, поэтому она не должна была закончиться так быстро. Однако он приложил ладонь к моим губам, давая понять, чтобы я молчал. В приглушенном свете я не мог разглядеть точно, но мне показалось, я увидел легкую улыбку на его губах.       Вскоре после этого он убрал ладонь и продолжил движение вниз по моей шее, пока не достиг груди, где задержался и начал водить кончиками пальцев вокруг сосков. Я с удивлением застонал от этих ощущений, лишь затем стиснув губы. Я зажмурился и прижал затылок к стене, ведь просто не привык к тому, чтобы мужчина обращался со мной так невероятно нежно. У меня не было времени что-либо осознать, как почувствовал, что он снова приблизился и провел своим теплым, практически горячим языком по моей шее. И, как будто этого было мало, он слегка подул на это место. По моему телу пробежал табун мурашек мурашки, а кровь прилила к промежности.       Не могу отрицать, что это меня дико возбуждало, но все же все это время я думал только о Юнги. Представлял, что это он так ласкает меня и просто любит.       Но вдруг он снова отстранился, сделал несколько шагов назад и прислонился спиной к противоположной стене. Он снял пиджак, просто бросив его на пол, расстегнул ремень, прежде чем скрестить руки на груди и посмотреть на меня. Мне потребовалось мгновение, чтобы собраться, но я точно знал, чего он от меня ждет. Поэтому оттолкнулся от стены и медленно подошел к нему. Я положил ладони на его грудь и сглотнул. Мне не особо нравилось это делать, но это было частью выигрыша, поэтому я закрыл глаза и собирался его поцеловать, но снова Шуга меня остановил. Он покачал головой и надавил на мои плечи, заставив опуститься на колени.       Это было странно, ведь обычно я брал на себя инициативу и управлял мужчинами, потому что они всегда были слишком поспешны и требовательны. Шуга же оказался каким-то доминантным. Тем не менее, он не был грубым или резким. Что-то в нем внушало мне доверие, так что я позволил собой доминировать. Я вытащил ремень из петель брюк и хотел отложить его, но Шуга слегка наклонился и забрал его у меня из рук. Я не придал этому значения, просто продолжая.       Я засунул кончики пальцев под пояс брюк и медленно стянул их. Снова он удивил меня — под этими греховно обтягивающими кожаными штанами на нем не было нижнего белья. Его лобок был полностью гладко выбрит, и, в отличие от большинства других, он даже в этой области пах невероятно приятно. Я потянул за штаны еще раз, и, увидев его член, невольно облизал губы. Он не был пугающе большим, но если что-то и можно было назвать «красивым», так это возбужденную плоть перед моими глазами. Вены отчетливо проступали под крайней плотью, а головка соблазнительно блестела.       Я с трудом сдерживался, чтобы не взять его в рот, но сначала высунул язык, лизнув по всей длине снизу. Шуга глубоко и с наслаждением протяжно застонал, отчего у меня от возбуждения встали дыбом волосы на затылке. Одной рукой я взял его также гладко выбритые яички, время от времени слегка сжимая, в то время как другая обхватила ствол. Я подвел головку к рту. Для меня это не было чем-то совершенно новым, но еще никогда у меня не возникало такого сильного желания отсосать, как в этот момент. Поэтому я больше не терял времени, принимая его в рот. Темноволосый мужчина застонал и положил руку на мою голову, пальцы вплелись в мои волосы и ухватились за них. Не слишком сильно, но достаточно, чтобы он мог без проблем мной управлять.       И он это делал. Хотя я начал медленно, по его хватке быстро понял, что для него это слишком медленно. Поэтому я ускорил темп, попеременно втягивая щеки и надувая их, в то время как язык то и дело скользил по уздечке. Звуков, которые издавал Шуга, стало достаточно, чтобы мой собственный член стал еще тверже, а я — еще более жадным. Очевидно, ему этого стало мало, потому что прежде, чем я успел среагировать, он взял свой ремень в обе руки и обернул его вокруг моего затылка. Я не знал, что это значит, но вскоре понял. Он крепко взял ремень и начал жестко трахать мой рот. Сначала я, конечно, давился, ведь это было совершенно неожиданно, но отрицать, что это не возбуждало, тоже не мог. Напротив.       Так продолжалось довольно долго. Слезы от того, что я давился, текли по щекам, но меня это волновало все меньше и меньше. Я хотел этого. Так сильно, что мое сердце болезненно сжалось при мысли о Юнги, а слезы уже были вызваны не только тем, что я давился. В этот момент он, вероятно, грустил, а я занимался ничем лучше, чем позволять совершенно незнакомому человеку за деньги трахать себя в глотку, полностью покорившись. Я был таким жалким…       Шуга, по-видимому, заметил это, хотя я пытался скрыть. Видимо, неудачно. Он отпустил ремень и снова поднял меня на ноги, но не дал мне ничего объяснить. Он снял футболку и вытер мне лицо, прежде чем взял за запястье и повел в сторону спальни. Вероятно, я был слишком растерян, чтобы осознать, что он слишком точно знал, где она находится, и, когда мы оказались там, он толкнул меня на спину на кровать. Ладно, он не обязан был меня утешать, но я думал, что он даст мне небольшую передышку.       «Возьми себя в руки!» — сказал я себе и глубоко вдохнул, прежде чем раздвинул ноги, дав Шуге понять, что я готов. И… ничего не произошло.       Мой взгляд был устремлен на потолок, но оторвался, когда по-прежнему ничего не происходило, и остановился на Шуге, который стоял перед кроватью и просто смотрел на меня. Он вздохнул, заставив меня смотреть на него с недоумением, но то, что последовало дальше, я никак не мог ожидать. Как в замедленной съемке, рука потянулась к маске. Я вскочил, желая помешать ему, но стало слишком поздно. Черная маска с едва слышным звуком упала на ковер. Я отшатнулся, увидев лицо Юнги.       Нет, этого не могло быть.       Этого не должно было произойти.       Юнги не знал, что я жалкая шлюха. Он не платил мне за это. Нет, нет, нет!       — Это… ты… нет! — бессвязно выпалил я, задыхаясь, и повернулся к кровати, чтобы ухватиться за одеяло. Шу… Юнги снова вздохнул, прежде чем схватиться за штаны и полностью их снять.       — Чимин… Я знаю, что для тебя это очень шокирующе и что я водил тебя за нос, но, пожалуйста, выслушай меня!       Он начал идти на меня, но я продолжил отползать.       — Нет! Уйди! Пожалуйста… просто уйди! Тебя здесь нет! Ты не знаешь, что я… Нет!       Я сотрясался от неконтролируемых рыданий, но Юнги продолжал приближаться, пока не схватил меня за плечи и не заставил посмотреть на себя.       — Да, Чимин. Я здесь и знаю, что ты делаешь и как зарабатываешь деньги. Я знал это еще до того, как впервые увидел тебя здесь, и был очарован сразу же. Мне все равно, что ты спишь с этими парнями. Если это то, чего ты хочешь, то я не против. Пожалуйста, поверь мне! — убеждал он, но в моей голове безостановочно крутились мысли.       — Я шлюха, Юнги, Шуга или кто бы ты ни был! Эти мужчины, они… они трахают меня, кончают на меня и делают со мной, что хотят! Боже, я чувствую себя таким отвратительным… Как ты можешь говорить, что тебя это не волнует?! — кричал я на него, колотя по груди.       Я был вне себя и уже просто не мог остановиться. Вся фрустрация выплеснулась разом, но вместо того, чтобы защищаться, Юнги просто позволял этому происходить. До тех пор, пока я совсем не выбился из сил и безвольно не опустил руки. Он взял мои запястья, поднял их и положил на свою грудь. Я почувствовал, как быстро бьется его сердце. Оно буквально стучало о мои ладони. Я посмотрел на него широко раскрытыми глазами.       — Чувствуешь это? Понимаешь, как сильно я тебя люблю? Как сильно я хочу быть частью твоей жизни? Мне все равно, кто и как часто тебя трахают, потому что я знаю, что ты этих парней не любишь. Ты делаешь это, потому что должен, и я принимаю это! Но ты не можешь сказать, что не чувствуешь то же самое. Я ведь вижу, как ты на меня смотришь, и вижу твою улыбку, когда мы вместе. Пожалуйста, прекрасное создание, дай мне шанс… Позволь мне любить тебя и показать, как прекрасно не быть одному… Пожалуйста…       С каждым его словом стена, которую я выстроил вокруг себя, рушилась.       Я просто больше не мог.       — Не причиняй мне боль… пожалуйста, — вырвалось у меня. Это был всего лишь шепот, но Юнги понял меня идеально.       — Никогда, — он улыбнулся почти с облегчением и сократил дистанцию между нами. Будто все мои мечты внезапно сбылись, а весь страх покинул меня, будто кто-то просто забрал его. Нет. Не кто-то. Он. Юнги. Этот удивительный мужчина давал мне то, чего мне так долго не хватало и во что я уже не верил. Жар разлился по моему телу, а волна сладострастия распространилась внутри. Мне было непостижимо, как это произошло, но грусть, которую я чувствовал еще секунду назад, полностью испарилась.       — Я хочу тебя… так сильно, — прошептал Юнги, отрываясь от меня и смотря в глаза, пока проводил языком по губам.       — Тогда возьми меня.       Юнги не заставил себя просить дважды. Он прижал меня к матрасу, тут же взгромоздился сверху и прижался губами к моим. Жадно и со страстью, от которой я простонал прямо в поцелуй. Казалось, его руки были везде, а каждое место, которого он касался, покалывало, будто тысяча крошечных разрядов прошлись по моей коже. Он делал это не мягко или нежно, а снова так же жадно, как при минете в прихожей. И мне это нравилось.       — Руки наверх, детка, — прошептал он мне на ухо, и от этого обращения, произнесенного томным голосом, по моему телу вновь расползлись безумные мурашки.       — Я сказал: руки наверх. Или мне помочь? — Юнги ухмыльнулся, но смотрел на меня твердо, приподняв брови.       — У тебя есть, эм… ну… — запинаясь, промямлил я. Тогда он склонился к моему уху.       — …Дэдди-кинк? О, детка, можешь быть в этом уверен. И еще до того, как эта ночь закончится, ты не будешь знать никакого другого имени, — прошептал Юнги низким голосом, который пронзил меня до мозга костей. И дело было не только в тембре, но и в самих его словах. Ни за что в жизни я не ожидал услышать от него подобное.       От возбуждения я снова начал дрожать, но, кивнув, поднял руки над головой. Юнги встал и подошел к своим штанам, чтобы достать поясок от моего тонкого халата. Однако он не стал снова взбираться на меня, а встал рядом с кроватью и обмотал поясок вокруг лежащих друг на друге запястий. Он не спешил, безмерно усиливая мое желание, ведь я не знал, что будет дальше.       Юнги снова обошел кровать и наклонился ко мне с другой стороны.       — Где твои игрушки?       Я не знаю почему, но то, что он так самоуверенно предполагал, будто у меня есть такое, заставило меня слегка смутиться.       — Ш-шкаф. Вон там, — кивнул я в сторону гардероба, и Юнги сразу же направился туда. Небольшая коробка не могла остаться незамеченной, так что он нашел ее мгновенно. Я ожидал, что он возьмет один из вибраторов, но снова удивился, когда он вытащил маленький флоггер и серебряные шарики-бусы. Он положил все у изножья кровати. Затем вышел из спальни. Я уже хотел спросить, что он задумал, как он вернулся с игристым и ведерком со льдом.       Он поставил ведерко и взял шарики, прежде чем встать на колени на кровати и начать целовать мою икру. Он снова и снова водил языком по разгоряченной коже, продвигаясь выше и массируя при этом другую ногу. Я почувствовал холодный металл шариков на своем бедре и слегка вздрогнул от этого ощущения. Он продолжал целовать, поднимаясь все выше, и когда добрался до промежности, я едва мог сдержаться. Я был слишком напряжен от ожидания того, что должно было произойти. Я дико этого ждал.       Но Юнги не сделал мне такого одолжения.       Вместо этого он провел анальными шариками по моему твердому члену и ухмыльнулся, смотря на меня темными глазами. Прозрачная жидкость сочилась из набухшей головки, медленно, но верно пропитывая нижнее белье. Я вцепился в поясок, стягивающий запястья.       — О боже! — вырвалось у меня от сладострастия, а бедра сами собой приподнялись. — Пожалуйста… прикоснись ко мне, — взмолился я, но Юнги и на этот раз не сделал мне одолжения. Вопреки моим ожиданиям, он потянулся к ведерку рядом с кроватью, достал кубик льда и положил его себе в рот. Я лишь успел заметить, как несколько капель воды скатились у него по подбородку, прежде чем он без предупреждения уронил кубик на мой пупок.       Мышцы на животе задрожали от внезапного холода. Я хотел застонать, но получилось лишь беззвучно открыть рот.       — Но-но, уже так возбужден? Похоже, ты не можешь дождаться, чтобы почувствовать меня внутри себя, да? — дразнил меня Юнги, поднося серебряные шарики к моим губам. — Ну же, открой свои пухлые губки, детка, — снова потребовал он тем особенным тоном, но я хотел знать, насколько серьезно он это говорит. Или насколько он погрузился в свою роль. Кроме того, просто было приятно сопротивляться. Поэтому я сомкнул губы и покачал головой.       — Рот открывай, сейчас же.       Но я снова отказался и ахнул от испуга, когда он внезапно с рычанием перевернул меня на живот.       — Если ты этого хочешь, то так тому и быть, — прозвучало от него, а через мгновение я понял, что он имел в виду. Сначала я услышал что-то вроде хлюпающего звука, а вскоре после этого Юнги ввел в меня первый шарик.       — Бля! — выкрикнул я, инстинктивно желая вытолкнуть шарик, но он мне не позволил. Крупная ладонь легла на бедро, удерживая меня в позиции, пока он медленно вводил второй шарик.       — Хотя бы предупреждай, блять, — необдуманно выпалил я, после чего хватка Юнги усилилась.       — Непослушных мальчиков наказывают. Продолжай быть дерзким, и тебе не достанется удовольствие, чтобы я тебя трахнул. Я ясно выразился? — спросил он, внушая мне снова тот самый чертов трепет.       — Д-да, — робко ответил я, будто он ударил щенка газетой по носу.       — Да… что? Ты ничего не забыл? — но я был слишком одурманен, чтобы сразу ответить. — Да, что? Говори! — потребовал он, начиная вращать шарики во мне.       — Папочка! Да, папочка! — вырвалось у меня, а слюна неконтролируемо потекла изо рта.       — Ну вот, так-то лучше.       Мне не нужно было смотреть на него, чтобы знать, что он ухмыляется.       Последний шарик вошел в меня, и я уже почти не мог ясно мыслить. Матрас ненадолго прогнулся, затем я больше не чувствовал его присутствия сзади. Я с трудом повернул голову набок узнать, что он делает, и мельком увидел голую задницу, когда Юнги наклонился что-то поднять. Когда он снова выпрямился, я разглядел, что это было: флоггер.       — Готов? — спросил он, но я знал, что это был риторический вопрос, потому что он не стал ждать, прежде чем приложить мягкую кожу к моей спине. Ремни скользнули по коже, вниз к заднице и по ногам.       Сначала он замахнулся лишь слегка. Плети хлестнули по ступням. Я дернулся вперед, отчего анальные шарики во мне сдвинулись. Это походило на маленький электрический импульс. Конечно, я и раньше использовал шарики, но никогда они не ощущались так интенсивно.       — М-м-м… — я практически захлебнулся в стоне, зажмурившись и прикусив нижнюю губу, когда Юнги провел дальше вверх по моим ногам. В следующий раз он ударил чуть сильнее, но уже по ягодице, при этом возбужденно рыча.       — Тебе идет красный цвет.       Я уже просто не мог реагировать. Слишком сильно погрузился в сладострастие и желание. Желание наконец почувствовать Юнги и узнать, каков этот вид секса.       Да, другие мужчины были грубыми и хотели, чтобы их называли папочками, но ни один из них не имел ни малейшего понятия, что это на самом деле значит. Они просто хотели подчинить меня и иметь перед (или под) собой безвольное существо. Но с Юнги все было иначе. Совершенно иначе. Это ощущалось интенсивнее всего, что я испытывал до сих пор. Я хотел большего.       — Пожалуйста, папочка… — взмолился я, подаваясь ему более чем охотно. Пусть он просто возьмет меня и покажет, кому я принадлежу.       — Пожалуйста? Что пожалуйста? Говори полными предложениями, детка, — и впервые в жизни я проглотил всю свою гордость, не сопротивляясь.       — Пожалуйста, трахни меня, папочка… Я… Я хочу тебя.       От отчаяния по щекам потекли слезы.       — Хм, меня это не совсем убеждает.       — О боже, пожалуйста! Пожалуйста, трахни меня, папочка! Я хочу твой член глубоко внутри себя! — взмолился я, чувствуя, как колечко мышц снова и снова сжимается. Шарики при этом массировали простату, и то, что раньше вызывало волну наслаждения, превратилось в настоящую бурю.       Я не был знаком с этим чувством, но пережил свой самый первый сухой оргазм, когда кожа снова встретилась с кожей, а ноги мгновенно подкосились. Они сильно дрожали, из-за чего я, обессиленный и тяжело дышащий, опустился на живот.       — Я больше не могу… Так много… — пробормотал я, изнеможенный, но Юнги и не думал останавливаться.       — Хорошо. Тогда теперь можно и начать? — услышал я веселый голос, а затем его рука легла на мою пульсирующую задницу. Сначала он немного помассировал ее, но затем схватил колечко и начал медленно вытаскивать шарики, отчего мое тело снова и снова вздрагивало.       Когда последний шарик оказался снаружи, Юнги облизал пальцы и сразу же ввел два из них в меня. Во мне всё еще бушевало после сухого оргазма, когда он изогнул пальцы и потянул мышечное кольцо вниз.       — Мммм, вот так вот. Хорошо раскрыт и готов к члену, — почти пропел он, склонившись надо мной, чтобы поцеловать спину. Свободной рукой он взял смазку, стоявшую на тумбочке рядом с кроватью, выпрямился, открыл крышку и вылил щедрую порцию между ягодиц.       Я почувствовал, как она стекает внутрь меня. Пальцы Юнги щедро распределили гель внутри, и я был почти уверен, что не выдержу эту стимуляцию. Такого удовлетворения я еще никогда не испытывал, из-за чего был совершенно перегружен. Я потел, а дыхание никак не могло выравниться.       — Все в порядке, детка? Может, остановимся? — вдруг озабоченно спросил Юнги. Я с недоумением посмотрел на него. Снова что-то, с чем я не был знаком: забота. Обычно меня просто брали, и после этого мужчины уходили, не проявляя ни малейшего внимания ко мне.       — Что такое? Ты в порядке? — снова спросил он, мягко проводя рукой по моей щеке.       — Д-да, я в порядке… Но… Можешь поцеловать меня, прежде чем мы продолжим? — тихо вырвалось у меня.       Юнги положил свободную руку на мое лицо, прежде чем сказать: «С радостью» — и прикоснуться губами к моим. Чувство облегчения охватило меня. Я с удовлетворением вздохнул в поцелуе.       — Спасибо, папочка… — прошептал я в его губы. Юнги нежно улыбнулся мне, прежде чем слегка укусить мою нижнюю губу и сказать: «Для тебя — что угодно. Но сейчас я все равно хорошенько вытрахаю тебя, детка. Надеюсь, ты немного отдохнул» — и подмигнул. Поцелуй действительно немного расслабил меня. Я тоже улыбнулся. Хотя и гораздо более уставший, чем Юнги, улыбка автоматически расползлась по моему лицу.       — Перевернись, — потребовал он, снова стоя рядом с кроватью.       Я повиновался, ведь все еще хотел его. Юнги раздвинул мои ноги и встал между ними на колени, прежде чем положить руки на колени и, согнув, приподнять их. Головка коснулась входа, но он не вошел сразу, а несколько раз провел своей длиной между ягодицами взад-вперед, прежде чем медленно войти в меня.       — О боже, папочка! — застонал я, ведь вдруг почувствовал себя таким чертовски заполненным, что в моих мыслях остался только член Юнги.       — Да, детка. Стони так громко, как только можешь, пока я тебя трахаю. Я хочу слышать твои крики.       Юнги начал двигаться внутри меня. Но на этот раз не медленно и осторожно, а сразу сильно и быстро. Он снова и снова входил в меня, а я слышал только шлепанье кожи о кожу и шум крови в ушах. Он буквально трахал безвольного меня, и мне это чертовски нравилось. Я кричал его имя снова и снова, пока он тоже непрерывно стонал.       — Блять, ты так чертовски хорош, детка! — прорычал он, ускоряя темп еще больше и наклоняясь вперед. Одной рукой он развязал узел на моих запястьях, и я мгновенно обвил руками его шею, тесно прижавшись к нему.       — Боже, папочка! Ты так хорошо меня трахаешь! — я задыхался, от удовольствия кусая его за плечо.       — Поднимайся, детка, — сказал Юнги, при этом уже поднимая меня, пока не сел на кровать, а я — на него. Без остановки он продолжал входить в меня, целуя при этом так невероятно жадно, что я мог только стонать ему в рот.       — Ну же, давай. Я хочу видеть, как ты кончаешь, — донеслось до моих ушей. Исполнить это было не особенно трудно, ведь с каждым толчком он задевал тот самый пучок нервов во мне.       После еще нескольких движений я почувствовал, как узел внизу живота развязался. Я громко кончил между нашими телами, содрогаясь всем телом. Снова задрожали ноги, а все мышцы в моем теле напряглись. Юнги совершил еще несколько толчков, пока наконец тоже не застонал. Горячая сперма разлилась внутри меня.       — Ты так чертовски сексуально выглядишь, когда кончаешь, невероятно, — прохрипел он, запыхавшись и целуя меня. Мы погрузились друг в друга, все вокруг исчезло. Существовали только мы двое.       Когда мы оторвались друг от друга, я наконец произнес те слова, которые долго держал на душе:       — Я люблю тебя, Юнги.       — И я люблю тебя, Чимин. Ты не представляешь, как сильно и долго.       Мы вместе опустились на матрас. Хотя обычно я сразу шел в душ, в этот момент я просто хотел лежать рядом с Юнги и наслаждаться моментом. Моментом, который принадлежал только нам двоим. Наконец-то.       Видимо, в какой-то момент мы заснули, потому что, когда я проснулся, уже было светло, а за окном щебетали птицы. Я сладко потянулся и повернулся на бок, но Юнги рядом не оказалось. Сначала я подумал, что он просто в туалете или в душе, но когда я сел и осмотрел комнату, все его вещи исчезли. Пропала и коробка с игрушками. Я опустил голову. Это было бы слишком прекрасно. Я так привык к тому, что мужчины просто сбегают, что даже не особо удивился. Поэтому я, как всегда, собрался, встал и пошел в ванную.       Но как бы я ни пытался убедить себя, что это нормально, я просто не мог сдержать слез, пока мылся. Неужели я так сильно ошибся? Оказалось ли все, что сказал Юнги, ложью? Неужели я был настолько бесконечно глуп? Разве я не заслуживал любви?       Выйдя из душа, я надел халат и медленно пошел на кухню, чтобы приготовить кофе. К моему удивлению, стол был уже накрыт. Пока я разглядывал свежие фрукты, дверь щелкнула, и вбежал Юнги.       — Ах черт, я хотел разбудить тебя завтраком, детка, — разочарованно проворчал он, а я не смог сдержать широкой улыбки. Я был так счастлив, что буквально бросился к нему, обвив руками шею.       — Ты здесь… — прошептал я, переполненный безумным счастьем, и глубоко вдохнул его запах.       — Конечно, я здесь… — Юнги поцеловал меня в лоб, прежде чем посмотреть мне в глаза. — И я никогда больше не уйду.