Элементарно, мой дорогой

Дюк сидел у панорамных дверей, выходящих на балкон, свернувшись в кресле-коконе, словно в своем собственном маленьком мире. За прозрачным стеклом дрожал призрачный рассвет — наступил тот крайне редкий «день», когда два тела сходились на небосводе и становились в одну линию. Их свет не согревал, не дарил чего-то особенного, зато хорошо освещал каждую деталь дома, очертания тропы и пускал блики на воду, тонкую линию горизонта. Воздух в комнате был густым с ароматом табака. Парень держал в левой руке трубку, размеренно подкуривая ее и выдыхая легкие кольца дыма. Правой он перелистывал страницы старенькой книги — сборника рассказов о Шерлоке Холмсе, с мягкой, затертой обложкой, которой Бог знает сколько лет, потому что библиотека Андре таила в себе не только прелести современных поколений. Кто-то когда-то бережно обернул ее в бумагу, но время давно съело обложку, оставив только оттенок желтизны и запах полочной древности. Дюку это нравилось — страницы как будто помнили истории лучше, чем он сам, что не могло заинтересовывать. Он неторопливо достал из маленького полотняного мешочка порцию табака, засыпал в чашу трубки. Этот комплект — трубка и мешочек с ароматной смесью — был подарком от Виктора на День Ангела. Он тогда не отреагировал, просто не подумал о значении даты — обычно он не следил за праздниками, не придавал им значения, если это что-то не религиозное. Но сейчас подарок казался странно уместным: теплым и личным. Дым имел вкус, который возвращал к жизни размытые, почти забытые воспоминания — вечера, разговоры, тишину между словами. И все почему-то сходилось именно к одному лицу в команде, картинка которого всегда вызывала у старшего только улыбку. Он дочитал раздел, глазами скользя по последним строкам, где Холмс разбирал очередную загадку. Закрыл книгу на коленях, но не отложил — просто вслушался в тишину, которая зависла в комнате. Повсюду царила тишина, ни в какой комнате даже пылинка не шевелилась. Небо становилось светлее, и две луны все еще стояли друг за другом, как холодные надзиратели, следящие за миром. Взгляд Дюка невольно скользнул к улице. И именно в этот момент он увидел, как к парадной двери дома мчится Кей. Тот бежал, не обращая внимания на холод этой зоны, вызванный ледяными ветрами, принесенными из горизонта вод, на лету растебая куртку и снимая с плеч шарфа. На лице читалась спешка и что-то похожее на панику — брови сдвинуты, губы двигаются быстро, как будто он бормотал себе что-то под нос или разговаривал по гарнитуре. Его беспорядочная походка отбивалась по плитке двора, и с каждым рывком вперед нарастало отчаянное давление момента, как будто мир вдруг сдвинулся с места. Дюк наблюдал молча, выпуская из легких еще одно кольцо дыма, что быстро растворилось над белым потолком. — Что снова произошло? — тихо подумал он, не отрывая взгляда от прибывшего гостя, снова вставляя в рот трубку, скрещивая руки на груди. Синеволосый знал, где искать хозяина дома, поэтому тот даже не напрягся, чтобы встать и пойти на встречу. Можно было бы встретить меньшего словами "чая?", но глядя на эту дикую спешку, брюнет быстро отверг эту идею, понимая что тот здесь не для чаепития. Когда парень вышел в коридор, продолжая прижимать к груди книгу, он застал момент, когда Кей раздевался, еще пару раз выглядывая на улицу, чтобы стряхнуть прилипший снег с обуви, куртки или перчаток на пороге, чтобы избежать талых луж на ковре. - Ну привет, дорогой, - улыбнулся старший, подходя к объекту своего обожания. Наклонившись вперед, перед лидером, который плюхнулся пятой точкой на пуфик, Дюк отметил про себя, не без улыбки, что тот вот-вот растечется по стене, судя по его уставшему личику. - Что случилось? - Зима случилась, - грустно простонал парень, прикрывая глаза. - Я едва дополз до тебя. Что ни шаг, то какая-то беда и работа. - Новогодние праздники всегда требуют особой подготовки, - нежно посмотрел на него старший, протягивая руку. - Думаю, какао вернет тебя к жизни, - все же добившись того, чтобы синеволосый поднялся, Дюк повел его на кухню. - Идем, идем. А потом отогреешься в спальне под пледом. Через мгновение Кея усадили на диван, позволив распластаться на нем бесформенной лужей, пока брюнет возился с кофемашинами и другими чудесами техники, чтобы добиться идеального напитка. Положив книгу на край стола, использовав в качестве закладки вилку, он возобновил порох в трубке и продолжил пускать кольца, всей душой наслаждаясь нынешней ситуацией. - Ты уже на трубки перешел? - раздался голос лидера сзади. Наверное, напившись энергией подушек, он все же поднялся и решился на движение. Обняв старшего сзади, зажимая его пояс в своих руках, он положил подбородок на плечо, заглядывая, что тот делает. – Просто решил попробовать, – пожал тот плечами, вынимая трубку. – К тому же те, что в пачке, закончились. Напитки были быстро приготовлены и разлиты в кружки. Дюк еще и для мальца печенье достал и маршмеллоу бросил, как тот любит, поэтому шанс поднять настроение был очень высок. Парочка расселась на диване и начала поднимать все возможные и невозможные темы для разговора. Кей взял на себя роль рассказчика, а Дюк просто слушал, потягивая кофе и время от времени затягиваясь из трубки, которую не забывал пополнять табаком. И только через час, несмотря на то, что обычно они выпивали все за несколько минут, напитки успели быстрее остыть, чем опустеть. Сейчас они уменьшились только до половины — короткими глотками между быстро сказанными словами. Брюнету было настоящим удовольствием слушать милый, нежный голос лидера напротив, который так старался передать все эмоционально. Тем более сейчас, когда у старшего был выходной — заслуженный и лично выданный Джеффри в качестве вознаграждения за две бессонные ночи, проведенные над ремонтом гирлянд. За весь год те успели где-то взорваться, где-то потерять контакт, а то и просто перестать гореть. И это при том, что они предназначались для развешивания по периметру всей Площади, а не на одну елку. Масштабы были немалые, поэтому мало кто решался браться за эту работу. А вот заместитель решил «потрепать» собственную нервную систему, оправдываясь тем, что ему и так нечем заняться. — Хахах, — улыбнулся Дюк, наконец допивая свой кофе. Оставался один глоток, да и тот был уже холодный. — Это все, конечно, классно, но ты там ничего не забыл доделать? Селли же начнет возмущаться из-за твоей оплошности. Ты знаешь, как она подходит к праздникам. — Все готово, проверено и зафиксировано, — заверил его синеволосый, откидываясь на мягкую спинку дивана. — Я все так пропахал и проверил, что... не знаю... эти фарфоровые тарелки теперь в кошмарах сниться будут и наяву мерещиться. Брюнет поднялся, убирая грязные чашки и ставя их в посудомоечную машину. Младший проводил его взглядом и вдруг зацепился глазами за книгу, одиноко лежавшую на краю стола. — А это что такое? — риторически спросил он, потягиваясь и хватая предмет за краешек. — «Шерлок Холмс»? Ого. Не знал, что ты детективами увлекаешься. — А? — старший повернулся полукорпусом, откусил яблоко и только тогда сориентировался, о чем речь.— А это? Да. Недавно взял почитать у Анде, в его библиотеке. Интересно. Кей быстро пролистал несколько страниц, но не нашел ничего, что бы его зацепило, поэтому вернул книгу на место. — А трубка — это дополнение образа, мистер Шерлок? — хихикнул он. — Конечно, мой друг Ватсон, — поддержал идею заместитель, стоя спиной и подбирая имена персонажей. — Вы попали точно в цель, как всегда. Такие пронзительные догадки — ваш фирменный знак. Парень тихо фыркнул, поднимаясь со своего теплого, насиженного места и подошел к любимому, обнимая его за талию. Пара нежных поцелуев в затылок и шею — и он все-таки добился желаемой реакции внимания. — Что такое? — поинтересовался тот, начиная поворачиваться, когда его резко прижали к столешнице. — Ничего, — покачал головой младший. — Игры детектива. — Возможно, я еще не дочитал до того момента, — пробормотал Дюк, нахмурив брови, — но таких игр у них не было. Перестань. — Были, были. Ты просто невнимательно читал, — хихикнул синеволосый, приближаясь к бледной шее любимого. Сначала он обдул ее горячим дыханием, а потом легко укусил. — Да ну! — бросил старший, вздрогнув. Кей не сбавлял напора, бесцеремонно запуская свои шаловливые пальцы под чужую одежду. Теплая, светлая кожа под ними как будто горела; поддавалась любым ласкам — будь то простое поглаживание или легкое нажатие — эластичная и живая. — Давай же поиграем в игру. Резко развернув старшего к себе лицом, парень коснулся его губ своими, сразу пытаясь проникнуть языком. Дюк решил хоть немного сопротивляться: сжимал челюсти, стискивал зубы, всячески кривился, пытаясь создать иллюзию дискомфорта. Но кого он обманывал? Тело радостно отзывалось на такие нежные и медленные прикосновения, сплошь покрываясь мурашками. Ноги немного разъехались в стороны, пятками едва задевая деревянную дверцу шкафчика. Ласки были не принудительными — медленными, деликатными — и именно это и стало проблемой. — Ммг, я... — отстранившись, чтобы глотнуть воздуха, брюнет положил ладонь на губы лидера, держа его лицо на расстоянии, чтобы тот не наклонился за еще одним поцелуем. — Подожди. Синеволосый смотрел на своего любимого сквозь слегка раздвинутые пальцы. Останавливаться на полпути ему совсем не хотелось, поэтому слегка приподняв подбородок и высунул язык, тот коснулся его пальцев. — Сука! Дюк густо покраснел, быстро убрал ладонь и сразу вытер ее о полотенце. Может быть, это хоть немного вызовет у Кея чувство стыда и он остановится? – А ну-ка! Дай пройти! Едва вырвавшись из тех теплых, цепких рук, которые никак не хотели отпускать свою «жертву», старший схватил книгу со стола и выбежал в прихожую, где с быстротой накинул на себя пальто. Надев сапоги, мгновенно выскочил из дома, быстрым шагом направляясь к Площади. Кей стоял, как статуя, и только когда парадная дверь громко захлопнулась, его наконец дернуло. *** Зима. Снег, веселые игры, праздники, смех и радость — все это сопровождалось холодом, морозом и гололедом, который заместитель не то чтобы ненавидел, но относился к нему с явной неприязнью. Сидеть в теплой гостиной, укутавшись в плед и потягивая горячий чай, осторожно грея ладони о уже теплую керамику, было уютно и приятно. А вот бродить по заснеженным улицам, с трудом переставляя ноги через ледяные бугры, — такое удовольствие уже оставляло желать лучшего. Буквально ворвавшись в магазин Андре, где на втором этаже и хранилась его маленькая, но богатая на разные жанры библиотека, брюнет недовольно пожал плечами, втягивая голову и стряхивая снег. Белый пух осыпалась прямо в прихожей, оставаясь налипшей на подошвах. Колокольчики над дверью зазвенели, оповещая о прибытии клиента, и из соседней комнаты выглянул сам владелец — в одной руке развернутая книга, в другой салатовая чашка. — Ох, привет, Дюк, — улыбнулся мужчина, ставя горячий напиток на кассу. Поправив очки, он добавил: — Что-то случилось? — Да нет. Просто хотел вернуть книгу, — пожал плечами тот, вынимая детектив из-под пола пальто. — Уже? — удивился крашеный блондин. — Так быстро прочитал? — Да где там... Только до половины дошел, — смущенно ответил парень, едва улыбнувшись, хотя этого и не было видно за высоким шарфом. — Ты же никогда не возвращал книги, не дочитав их, — задумчиво сказал Андре, принимая том и откладывая его в сторону. — Неужели не понравилось? — Понравилось, просто... — замялся сероглазый. — Просто я у вас всегда беру детективы. Подумал, может... романтику попробовать? Романтика. Вот к чему у Дюка совсем не лежало сердце. Разве что где-то рядом с трагедией. Размытые разговоры, неозвученные, но слишком очевидные чувства, глупые смерти ради любви, которых можно было избежать, и которые ломают весь сюжет. А в конце концов — ты сидишь и думаешь, почему тот самый «святой» после смерти любимой становится главным злодеем, а дети враждующих родов в финале непременно мирятся. Одним словом — не нравилось. Но чтобы сейчас выкрутиться и объяснить, почему он решил сдать книгу, пришлось идти на радикальные решения. — Что ж... — протянул мужчина, не до конца веря в это объяснение. — Возьмешь что-нибудь еще? — Думаю, да. — Помочь? — Эм, нет, — брюнет снял пальто и повесил его на крючок. — Хочу отойти от привычного и найти что-то новое. Может, на этот раз романтика не разочарует. — Возможно, — повторил старший себе под нос, улыбнувшись. — Если что — зови. Библиотека сейчас почти пустая из-за праздников, так что сможешь насладиться тишиной. — Спасибо, Андре. Как всегда выручаешь. — Присмотрим друг за другом. Проверив карманы, Дюк поднялся на второй этаж по винтовой лестнице. Все пространство было заставлено двусторонними шкафами, расположенными вдоль и поперек зала. Единичные пластиковые разделители подсказывали, где трагедия, а где — ужасы. Посреди всего этого царства стоял круглый читальный стол, а рядом — виниловый проигрыватель, придающий атмосфере особый уют. Проведя пальцами по корешкам книг, парень остановился на первой попавшейся. Сейчас ему не хотелось ничего особенного — просто нужно было что-то, способное вытеснить недавнюю сцену на кухне. Аккуратно установив пластинку, парень плюхнулся в кресло. Под тихие потоки джаза он пытался читать приключенческий детектив, но это не успокаивало. Нога начала нервно постукивать носком по полу, большой палец отбивал ритм по страницам. Перед глазами то и дело возникала довольная, такая любимая мордочка Кея. Хотелось увидеть его прямо сейчас — отругать за назойливость и все же позволить прикоснуться... с условием не переступать грань дозволенного. Сзади тихо поскрипела лестница. Будучи уверенным, что это Андре, Дюк даже не повел бровью. Хотя это мог быть кто угодно — библиотека же не частная. — Что делаешь? — раздался совсем рядом сладковатый голос, и чей-то подбородок лег ему на плечо, с интересом заглядывая в книгу. Сероглазый вздрогнул, с хлопком закрыл том и положил его себе на колени. Парень рядом тихо вздохнул, обжигая дыханием кожу, и медленно отстранился. — Вот засранец, — буркнул брюнет себе под нос, а затем, задрав голову, добавив: — Ты меня напугал. — Прости, солнышко. Кей мягко улыбнулся и, наклонившись, подарил ему короткий, осторожный поцелуй. Старший поддается. Несмотря на свою скромную натуру, которая обычно сдерживала его в публичных местах, теперь он, наоборот, принимал ласку — раскрывал губы, позволяя языкам сплетаться в медленном танце. Чужие ладони легли на плечи, скользнули вниз — на предплечья, дальше к локтям, сжимая их. Лидер заставил Дюка подняться, все же разорвав поцелуй. — Ты что… — не успел сероглазый договорить, как его резко прижали телом к шкафу. Лицо щекой уперлось в стеллаж, и брюнет невольно взглянул вверх — несколько книг покачнулись и съехали на самый край полки. — Ничего, все хорошо, — синеволосый лишь пожал плечами, целуя шею любимого, покусывая ее. — С ума сошел! — прошептал старший, дергаясь в чужом захвате. — Андре внизу сидит. — Внизу, но не здесь, — поправил его Кей, сжимая чужие руки еще крепче, чтобы тот не вырвался. — К тому же, если будешь вести себя тихо, он ничего и не заподозрит. — Это издевательство и абьюз! — Абьюз и издевательство были тогда, когда ты сбежал от меня, — малец нарочно исказил обиженный голос. — Это было действительно больно. — Но мы можем все решить дома, а не в библиотеке! — И здесь неплохо. Резко повернув голову Дюка к себе, малой снова втянул его в поцелуй, не давая возражать дальше. Опираясь руками на стеллажи и удерживая равновесие лишь чудом, пара навалилась на шкаф, даже не задумываясь, что тот может опрокинуться — как уже сделали это несколько книг. ГУП Брюнет резко отшатнулся и посмотрел на большую энциклопедию, лежавшую на полу. Громкий удар, словно раскат грома, прокатился по всему второму этажу и, без сомнения, дошел до первого. — Что случилось? — донесся с лестницы встревоженный голос Андре. — Н-ничего! — поспешил заверить его заместитель. Голос на конце предательски дрогнул, но с такого расстояния это было почти незаметно. — Точно? Кажется, упало что-то массивное... — Точно, Андре, — вмешался Кей, не желая снова прерывать все на самом интересном месте. — Ну ... хорошо?... Голос стих, а медленные шаги снова удалились. Путь очищен — можно продолжать... Руки медленно скользили по телу, касаясь подушечками пальцев приятной на ощупь кожи, едва задевая самыми кончиками твердые соски. Дюк сдержанно мычал, иногда тихо вскрикивая от прикосновений и тяжело выдыхая, раздражаясь за то, что сейчас не может свободно реагировать на проявления любви. Малец делал все быстро, руководствуясь единственным логичным решением — неизвестно, кто и когда сюда может заглянуть. Закончив с поспешными ласками по верхней части тела, он снял чужие брюки, бросая их вниз. Ремень слабо цокнул пряжкой о пол, пока один его конец, выскользнув из крепления, не накрутился вокруг ноги, укладываясь на носок сапога. — К-Кей?.. — тихо прошептал имя любимого брюнет и дернул тазом назад, хватаясь руками за опору шкафа. — Тихо, — мягко ответил тот, поглаживая теплыми ладонями обнаженные бедра. — Я все сделаю быстро. Просто постарайся лишний раз не кричать. — А так хотелось... — закатил глаза. Резкий толчок загнал самоуверенность далеко в душу, заставляя мгновенно прикрывать рот чем-нибудь. Слюна потекла по подбородку тягучими нитями, опадая на одежду и пачкая ее. Ноги в судороге цокнули подошвами по полу, скользя носками по линолеуму, не имея твердой опоры, чтобы во что-то упереться. Правая протезированная рука до хруста полки сжала ее механическими пальцами, угрожая, если не оставить след, то сломать. Лидер, только войдя полностью, взял партнера под бедра и подбросил, придерживая его таз. Ступни теперь могли каблуками зацепиться за самые низкие полки, хоть как-то удерживаясь. — Мнг~ — тихо промычал Дюк, крепко закрыв глаза и сдерживая слезу. — Мнг~... — Прости, прости, — затараторил лидер, потершись носом о мокрую щеку рядом. — Я не хотел. Сейчас пройдет. Потерпи... Старший смог отвести руки назад, чтобы зацепиться пальцами за спину синеволосого. Рот было проблематично прикрывать — даже закусывая собственную плоть, это не давало никакого успокоения. Стоны срывались на жалостное скуление какого-то промокшего щенка, которого застала непогода на улице, и с этим он ничего не мог поделать. Таз при первых толчках пробивала редкая мучительная судорога с резким проникновением, но через мгновение все отошло на задний план. Негативные ощущения расплылись бесформенным пятном, все стало туманным, как мокрая пленка перед глазами. Из рта выпал язык, с которого слюна стекала по подбородку; тело, вздрагивающее при каждом глубоком толчке, улавливало вкус. — Тише, детка... тише... Шлепки – как обычно это бывало в начале – просто глухие удары кожи о кожу, и даже этот звук терялся между плотно заставленными стеллажами. Не то что звонкий голосок, который тщетно старались сдержать: ноты все равно вырывались и раздавались в комнате. — Попробуем так, — Кей поднял с полки книгу в белой обложке и вставил ее корешок ему в рот, поглаживая одной рукой по горлу. — Сжми челюсть. Давай же. Брюнет подчинился. Зубы впились в мягкий, упругий материал, как будто вот-вот прокусят его насквозь. Со временем на гладкой поверхности начали собираться мелкие капли слез. Ритм становился грубее и быстрее. Не то чтобы тяжелее... Держать тело Дюка на руках было сложно: он и больше, и выше, и весил ощутимо с отрывом, поэтому, как бы ни хотелось этот момент растянуть, пришлось заканчивать быстро. Поставив старшего осторожно на ноги и прогнув его в пояснице, малец позволил ему вцепиться протезированными пальцами в полку, другую руку же переведя на книгу в его зубах. — Мнг~ — сладко простонал, едва приоткрывая уставшие глаза. Пара толчков, легкое прикосновение к бедру и шее — и лидер слился, в конце проходя головкой по простате. Пульсирующий клубок нервов иногда особенно попадал в ритм сердцебиения, заставляя на секунду замирать, чтобы снова почувствовать это на разогретой плоти. Вот и конец… наверное... Точно конец на этот раз... Дальше еще будет… — Хах… — облегченно выдохнул Дюк, отводя таз назад, когда Кей начал вынимать член, все еще упираясь рукой в его поясницу. — А я… просто книгу хотел взять… Сжав пальцами полку и уже почти не осознавая этого, брюнет уставился взглядом в пол. Только потом, пересилив стыд, посмотрел на свой живот. Спина ныла от боли, ее прорезали единичные судороги, вызванные длительным напряжением мышц под весом партнера. – Да ты…! – прохрипел он, с трудом поднимая голову, чтобы взглянуть на синеволосого через плечо. – Дюк? – со стороны лестничной площадки донесся взволнованный голос Андре. Под его ногами слегка скрипели доски, четко показывая молодым, на каком расстоянии от них находится библиотекарь. – У вас здесь все в порядке? Держась худощавой рукой за миниатюрный деревянный поручень уже на втором этаже, мужчина осторожно выглянул вверх. Он боялся, что здесь, не дай Бог, какая-то драка, и в него – ни в чем не повинного – случайно влетит какой-нибудь том. Но… тишина. Лидер сидел за круглым столом под стеной и читал толстую книгу, пока его заместитель внимательно проводил кончиками пальцев по обложкам, выбирая что-то под настроение. – М? – брюнет поднял голову на прибывшего. – Да. А что случилось? – Да ничего… это я у вас хотел спросить, – библиотекарь неуверенно поправил белые оправы очков на носу, оглядывая комнату. Он искал хоть какие-то следы того, что могло здесь произойти: капли крови, разорванные страницы, случайно брошенное за угол холодное оружие. Но… ничего. Все стояло на своих местах, ничего не было сломано или выброшено через разбитое окно. И все же странно... Он точно слышал стук, похожий на падение книг, приглушенное мычание и резкое топанье ног по полу. Не привиделось же? – Вы что?.. – нервно сглотнул, застенчиво улыбаясь. – Дрались? – Мы? Дрались? – встрял в разговор Кей, отрывая взгляд от странной книги. Ничего не понимая из отрывка, где дракон спасает принца из башни от царевны, он пришел к выводу, что это издание нужно читать с самого начала, потому что… что за хуй здесь происходит? – Не-е-е-ет! Мы с Дюком слишком мудры, чтобы до такого опускаться. Правда, Дюк? – Ммг… да, – прошипел названный, сжимая в руке обложку книги, которая ему, кажется, понравилась. – Ну ладно… – Андре кивнул, спускаясь вниз, чтобы занять место у двери. – Если что, то зовите. Подскочу. – Спасибо! Дюк окликнул его вслед, получив в ответ такое же сухое «угу». Прошло всего полминуты, как старший снова вернулся к выбранной книге. На белой обложке у корешка виднелись следы зубов, которые он теперь старательно пытался пригладить пальцами, чтобы были менее заметны. Слезы и слюни – это не проблема, быстро вытер. А вот что делать с тем, что уже не стереть? Купить. Книга по содержанию вроде бы интересная, да и название цепляет. Возможно, это будет небольшое утешение после неудачного детектива «Шерлока Холмса», от самого названия которого у него еще долго будут всплывать в голове эта библиотека, этот стеллаж и те полки, за которые он цеплялся пальцами. Тяжело выдохнув, он несколько раз быстро моргнул, отгоняя ненужные воспоминания. – Жесть! – раздался голос сзади. Развернувшись, брюнет увидел Кея, который замер в настоящем шоке от прочитанного. И неважно, что он читал с середины, а может и дальше: похоже, текст был настолько безумным, что голова отказывалась это принимать. – Принцесса угрожала дракону разбить его яйца, поэтому он сбежал, прихватив с собой принца, чтобы и его не постигла такая же участь! Ого! – Я надеюсь… ты говоришь о кладке? – скептически приподнял бровь тот. – Возможно… а может и нет. – Да ты!.. Бесишь!.. *** Библиотекарь сидел в своем углу и ничего не подозревал, спокойно читая небольшую, но толстую книгу и тихо потягивая чай, когда услышал, как по лестнице к нему спускаются две пары ног. Дюк в спешке положил перед тем выбранную книгу, тут же сложив рядом две купюры. – Покупаешь? – спросил тот, принимая деньги и проверяя сумму. Сдача приложена... – Да, – парень кивнул, удерживая Кея за рукав куртки. Благодаря высоким бортам стойке этого не было видно. Да что там... даже то, что их руки касались друг друга, тоже незаметно. – У тебя вкус резко меняется, – улыбнулся владелец, выдавая сдачу. – То детективы, то романтика с нотками хоррора. Взяв книгу, когда ее автор одобрительно кивнул, брюнет еще раз мимоходом взглянул на название, выведенное черной краской от руки: «Жертва любви». Белая обложка с редким украшением в виде красных капель крови. Уже интересно, что там такого написано... – Спасибо. Хорошего дня. Покинув магазин под прощальное махание библиотекаря, парочка направилась к порталу с голубой лампой сверху. Дюк так и не отпускал рукав младшего, молча шагая впереди, другой держа книгу. Снег под ногами хрустел, как трещащий лед озера, который вот-вот предательски сломается и поглотит свою жертву под холодные волны. Ему даже не мешало то, что он тащил лидера по всей Площади, привлекая немало внимания, заставляя прохожих оглядываться и улыбаться. — Детка? — синеволосый решился окликнуть его только у портала, когда они остановились, чтобы старший наконец спрятал книгу во внутренний карман своего пальто. — Что случилось? Брюнет не ответил, хотя что-то невнятно пробормотал — разобрать было почти невозможно. – Дюк? – Злюсь на тебя, – все же признался, хлопнув себя по бокам руками в тонких перчатках. Оглянувшись и убедившись, что все жители находятся на достаточном расстоянии от их шепота, он повернулся лицом к партнеру и прищурился: — Трахаться в библиотеке — это высшая стадия твоего распутства и по отношению ко мне, и по отношению к Андре. Что бы было, если бы он все услышал? А еще хуже — увидел?! – Но ты же не был против… – виновато пожал плечами младший. – Я!.. – у Дюка просто не хватило слов. Вместо этого он «нечаянно» ударил Кея носком тяжелого ботинка по ноге и буркнул через плечо: – Пошли. Холодно здесь, пиздец.