одна сигарета на двоих

      Открыв пачку сигарет, облокачиваюсь об окно. Дрожащей от холода рукой вытаскиваю одну. Огненная искра зажигалки еле щёлкает. Свёрток бумаги начинает тоскливо тлеть. Делаю первый вдох. Лёгкие заливает приятной негой.       Из квартиры доносится новая песня. Любимая. Ещё со школьных времён. — Я умер, так и не пришедши в сознание, — шепчу куда-то в темноту ночи, выдыхая дым. — Хотел быть первым, но споткнулся на старте.       Чёрт. Как же меня так угораздило. Ебанутый год.       Затягиваюсь ещё раз. Голова устало падает на предплечье. Закрыв глаза, снова выдыхаю.       Будто снимки полароида, перед глазами всплывают события года. Алиса, лежащая холодная в домике на колёсах, и мои попытки привести её в сознание. Попытки Вели успокоить меня и моё нежелание её слушать. Папа, лежащий в больнице, и плачущая мама. Навалившийся на меня Марк…       Так, стоп.       Услышав звук открывающейся двери, вздрагиваю.       На пороге балкона появляется Марк. Расслабленный, в том же коричневом свитере, поверх которого пальто того же оттенка. — Так и знал, что без куртки.       Опустив руку с сигаретой, только сейчас замечаю в его вытянутых руках мою куртку.       Закрыв дверь балкона, парень подходит ближе. Плечи мгновенно ощущают тепло. Из моих губ вырывается еле слышный смешок. — Так и заболеть можно, — заявляет Марк, облокачиваясь рядом и задумчиво глядя в окно. — Да и вообще, бросай курить.       В ответ ничего не хочется говорить. Да и не нужно. Это просто его очередные раздражающие формальности.       Вновь вдыхаю порцию дыма.       На улице так же шумно, как и внутри. Здесь хорошо. С того момента, как он пришёл, стало хорошо. Рядом с ним я чувствую себя умиротворённо. Будто вся муть из головы ушла.       — Что ты загадал тогда?       После моего тихо охрипшего голоса заворожённо наблюдаю за колыхающимися коричневыми кудрями. Сейчас они кажутся чёрными, но всё равно такие же прекрасные. Хочу прикоснуться к ним.       Марк не двигается. Лишь изредка моргает и переводит взгляд то вперёд, то вниз.       Я же всё смотрю на него. Около минуты. Около минуты моя сигарета тлеет впустую.       Чужая рука поднимается. Мягко перехватывает сигарету. Подносит к своим губам. Я практически чувствую новую дозу никотина, когда он медленно вдыхает. Опустив руку, губы разомкнулись, и еле видимый дым рассеивается.       Марк поворачивается, мягко улыбаясь. Указательный и средний пальцы подносят сигарету ко мне. С лёгким удивлением забираю её. — Желание не исполнится, если его сказать, — уголки губ расслабляются, но в глазах появляется какая-то необъяснимая искорка. — Но после исполнения я могу и рассказать.       — Ты веришь в этот бред? — выгибая бровь, усмехаюсь.       Отворачиваю голову в сторону ночной улицы. Снова затягиваюсь. — С точки зрения психологии так оно и работает, — сделав небольшую паузу, Марк наклоняет голову, наблюдая за мной. — Я могу исполнить своё желание практически в любой момент.       — Тогда в чём проблема?       Удивлённо повернув голову, я вижу, что наши лица оказались в пятнадцати сантиметрах друг от друга. Его необычные полуприкрытые ласковые глаза скользят по моим — раскрытым и замершим. В животе пробуждается что-то мягкое и пушистое, что начинает медленно шевелиться.       — Мне нужно твоё разрешение.       Только не говори, что…       — Я за любой движ, сколько раз повторять.       — Знаю, — он уже практически шепчет, пока взгляд скользит ниже. — Но для меня это важно.       Холодная рука ложится на мою шею, задевая ухо и медленно зарываясь в волосы, собранные в хлипкий хвостик. По позвоночнику пробегают крупные мурашки. — Можно я исполню своё желание?       Глаза напротив с каждой секундой становятся всё более затуманенными. Я не осмеливаюсь пошевелиться. Сердце начинает безжалостно пропускать удары, пока расслабленные губы приоткрываются в ответе. — Тебе можно всё.       Не прекращая смотреть мне в глаза, Марк другой рукой забирает сигарету. Вдыхает дым во второй раз. Наблюдая за моей реакцией, эффектно выкидывает её в окно, специально шевельнув рукой и вызвав новую волну мурашек.       Марк безмятежно улыбается, прикрывает глаза, приподнимается на носочки и притягивает мою шею. Чуть наклонившись, я встречаю тёплые губы. Закрываю глаза из-за раздражающего дыма, окутывающего наши лица.       Прикасаюсь к его плечу. Другая рука скользит к талии и притягивает к себе. Он вздрагивает, заставляя моё сердце замереть.       Медленно скольжу по верхней губе, потом по нижней. Голова, кажется, слегка кружится.       Расслабленное тело — своё и то, что в моих руках. Смесь обожаемого аромата с противным запахом никотина. Тепло его губ и холод ночи. Привкус какого-то салата и сигарет. Вкус Марка. Самого Марка. Хочу запомнить всё. Просмаковать каждую деталь.       Рука ложится на другую сторону моей шеи. Большим пальцем задевает чуть покрасневшую щеку. В районе живота приятно порхает что-то бесконечно тёплое и бесконечно холодное.       Как же давно я этого не чувствовал.       Холодная рука покидает шею и прикасается к резинке-пружинке, оттягивая её вниз. Безнадёжно и коротко мычу в губы от боли — несколько волос выдернулись вместе с резинкой. К выбившимся прядям опадают остальные волосы.       Пальцы с пружинкой ненадолго зарываются выше, потом мягко и нежно задевают ухо, слегка массируют его и снова возвращаются к шее. Каждое прикосновение, каждое неторопливое движение вызывает фонтан пьянящих ощущений.       Горло начинает сильно першить. Разорвав влажный поцелуй, я ощущаю огорчение. Отстранившись, начинаю часто кашлять, слегка согнувшись. Чувствую, как рука мягко поглаживает спину. Через несколько секунд кашель стихает. Голова припадает в изгиб его плеча и шеи. Марк тут же обнимает меня за плечи. — Блять. Ты прав, — из губ глухо вырывается смешок. — Всё же нужно бросить курить.       Сверху раздаётся самый прекрасный смех за всю мою жизнь. — Только что исполнилось и моё желание.       — По правде говоря, я не удивлён. У тебя всё на лице написано.       После этих слов щёки начинают гореть. Будто не желая, чтобы он это видел, я прижимаюсь лицом сильнее к грубой ткани пальто.       Марк запускает руку в мои волосы. — Мне всегда хотелось их потрогать. Они выглядят такими мягкими, — приятно перебирая и поглаживая пряди, он продолжает: — На ощупь тоже.       Вдруг раздаётся резкий звук открывающейся двери. Выскакивая из тёплых объятий, я вижу испуганного и запыхавшегося Влада. — Они хотят запустить салют…! — согнувшись, Влад отдышивается и продолжает кричать: — Они хотят запустить салют в подъезде!       — Кто «они»?       — Алиса и Филипп. Быстрее, блять!       Влад выходит с балкона, Марк шагает за ним. — А мы-то что? Пусть запускают, — обиженно фыркаю, но тут же чувствую пинок в бок от Марка.       — Потому что все в хламину пьяные, а вы — нет.       Огорчённо вздохнув, я иду за ними.