Глава 2. Следы на балконе
16 декабря 2025 г., 12:34
Алекса проснулась от дождя. Не от будильника. Не от кошачьего мяуканья. От звука — тихого, настойчивого: капли по стеклу, как будто кто-то стучится изнутри.
Она лежала в постели, не открывая глаз.
Перед внутренним взором — лицо Лины Маршалл. Не посмертное фото. Нет. Живое.
Улыбающееся. С кружкой чая в руках. Слово, вырезанное на память: "как будто она знала".
Она встала. Не сразу. Сначала — ритуал: вода, умывальник, взгляд в зеркало.
— Ты не обязана, — сказала она отражению.
Оно не ответило. Но и не спорило. На кухне — тесто уже поднялось. Пузырились белые горки под полотенцем. Алекса аккуратно опустила его, добавила муку, снова начала месить.
— Ты слишком много думаешь, — прошептала она, повторяя слова Гэрри.
— А ты слишком мало, — ответил бы он.
Она улыбнулась. Впервые за неделю. Кафе "Багет и баланс" открылось в девять.
Первым пришёл старик с газетой. Потом — пара студентов. Потом — тишина. До тех пор, пока не появился Киран. Без плаща. С синей папкой в руке.
— Ты взяла дело, — сказал он, не здороваясь.
— Я его рассматриваю, — поправила она. — Это не одно и то же.
— У тебя глаза изменились.
Она посмотрела на него.
— В каком смысле?
— В смысле — ты уже в деле.
Она не стала спорить.
— Дай доступ к месту происшествия, — сказала Алекса. — Хочу увидеть балкон.
— Ты не имеешь полномочий.
— А ты — совесть.
Он вздохнул.
— Через полчаса. Только на час. И ты — как консультант по безопасности.
— Как скажешь, сержант.
Он ушёл. Она осталась одна. Бигглсворт, кот, прыгнул на стойку.
— Ну что, поехали ломать правила? — спросила она.
Он моргнул. Это значит — "давно пора".
Через тридцать минут Алекса стояла перед дверью пентхауса на 27-м этаже. Здание — стекло и бетон. Вид на залив. Тишина.
Слишком тишина. Киран ждал у двери.
— Полиция ушла. Только мы.
Она кивнула. Дверь открылась. Квартира — идеальная. Белые стены, чёрная мебель, картины в минималистичных рамках. Всё на своих местах. Слишком на своих.
— Никаких следов борьбы, — сказал Киран. — Ни царапин, ни перевёрнутых стульев.
— А где она стояла?
— На балконе. Сигарета в руке. Но она не курила.
— Фальшивка, — сказала Алекса. — Кто-то пытался создать образ: ушла покурить, потеряла равновесие.
Она вышла на балкон. Ветер. Холод. Дождь всё ещё моросил. Перила — стеклянные.
Высокие. Никаких следов.
— Пол протёрли, — напомнил Киран.
Алекса опустилась на колени. Осмотрела швы между плитками.
— Здесь что-то было, — сказала она.
— Что?
— След. Царапина. Как будто кто-то упирался ногой.
Она провела пальцем по краю.
— Кто-то стоял здесь. Сзади. Надавил.
— Но дверь была заперта.
— Значит, он ушёл не через дверь.
Она огляделась.
— Крыша.
— Что?
— Люк на крышу. Где-то здесь.
Киран пошёл проверять. Алекса осталась.
Она смотрела на город. На огни. На жизнь, которая кипит внизу. И вдруг — поняла.
— Он не прыгал, — сказала она. — Он стоял.
— Кто?
— Тот, кто столкнул. Он был выше.
Она встала, подняла руку. Сравнила с перилами.
— Чтобы столкнуть её, нужно было стоять на чём-то. Или быть очень высоким.
— Марк — 180.
— А след на перилах — на уровне 190.
Киран нахмурился.
— Кто-то встал на стул. Или…
— Или он уже был на балконе. Ждал.
Она вернулась в квартиру.
— Где камеры?
— В коридоре, у лифта, на парковке. Но на этаже — нет.
— А на балконе?
— Никаких.
— Странно. В таком здании?
— Может, не установили.
— Или убрали.
Она подошла к окну. Осмотрела раму.
— Здесь что-то было. Крепление.
— Ты уверена?
— Я не уверена. Я вижу.
Киран записал.
— Проверю.
Она вышла на балкон снова. И вдруг — заметила. На стекле перил — отражение. Не её. А соседнего здания. И в этом отражении — кусок крыши.
— Посмотри, — сказала она.
Киран подошёл.
— Что?
— Угол. Отражение показывает не то, что должно быть.
Она постучала по стеклу.
— Здесь что-то скрыто.
Они нашли люк через десять минут. За фальш-панелью на потолке технического шкафа.
— Он ведёт на крышу, — сказал Киран.
— И кто-то им пользовался.
На краю люка — грязь. Свежая. И следы, как будто кто-то спускался.
— Кто-то ушёл наверх, — сказала Алекса. — Потом спустился по пожарной лестнице.
— Но зачем?
— Потому что дверь заперли изнутри. Чтобы создать иллюзию, что никого не было.
— А если он был ранен?
— Тогда он хромал.
Она посмотрела на Кирана.
— Проверь камеры на соседнем здании. Ищи хромающего мужчину.
— Уже запрашиваю.
Она вышла на балкон в последний раз.
— Она не кричала от страха, — сказала она. — Она кричала ему.
— Кому?
— Тому, кого знала. Кому доверяла.
Киран молчал. Алекса посмотрела на город.
— Это не несчастный случай, — сказала она. — Это убийство.
— Но зачем?
— Потому что она что-то знала.
— Что?
— А это, — улыбнулась она, — мы ещё узнаем.
Она пошла к двери.
— Ты вернулась, — сказал Киран.
— Я не уходила, — ответила она. — Я просто притворялась.
Дождь усилился. Алекса шла по улице, не замечая влаги. В голове — картина: женщина на балконе. Мужчина за спиной. Стул. Тень.
И один вопрос, который не давал покоя:
"Кто знал, что она не курит?"
