Контракт Крови и Чернил

Поместье Фантомхайв восстало из пепла. Гробовщик исчез, оставив после себя лишь горький запах формалина и пустоту в галерее предков. Младший Сиэль официально закрепил за собой титул Графа, и жизнь в поместье начала возвращаться в свое безупречное, хотя и холодное русло. Вечером, когда поместье погрузилось в сумерки, Себастьян и Гриелле стояли на балконе хозяйской спальни, глядя на туманные пустоши. Работа была завершена: комнаты восстановлены, манекены сожжены, а тайны — надежно похоронены. Себастьян стоял, опершись на перила, его лицо было непривычно задумчивым. Он больше не был просто демоном-дворецким; он был существом, которое познало вкус человеческих привязанностей. — Дело закрыто, Гриелле, — тихо произнес он, не глядя на нее. — Контора Жнецов больше не преследует нас активно, Гробовщик ушел в тени, а наш господин в безопасности на своем троне. Он замолчал, подбирая слова, которые давались ему с трудом. — Наш брак... он начался как сделка, как способ выжить и защитить Грея. Я знаю, что ты лишилась всего ради этого — своей свободы, своей Косы, своего места среди Жнецов. Он повернулся к ней, и в его бордовых глазах промелькнула непривычная для демона печаль. — Если теперь, когда угроза миновала, ты почувствуешь, что эти стены стали для тебя клеткой... если ты захочешь вернуть себе прежнюю жизнь или просто уйти... я не стану удерживать тебя контрактом или силой. Я отпущу тебя, Гриелле. Гриелле долго молчала, глядя на луну. Затем она медленно подошла к нему и положила ладонь на его щеку, заставляя его смотреть на нее. — Ты действительно думаешь, Себастьян Михаэлис, что после всего, через что мы прошли, я могу просто... уйти? — Она горько, но нежно усмехнулась. — Я была Жнецом, который забирал души. Но ты — демон, который украл мою. Она притянулась к нему, коснувшись его губ своими в долгом, глубоком поцелуе, в котором было больше правды, чем во всех словах мира. Когда она отстранилась, её взгляд был твердым. — Я не могу оставить свою семью. Я не могу оставить своего господина. И уж точно я не оставлю своего мужа. Ты — моя погибель и мое спасение одновременно. Гриелле взяла руку Себастьяна и медленно переместила её со своего лица ниже, прижав его ладонь к своему животу. Под слоями алого шелка он почувствовал едва уловимую, знакомую, но еще очень слабую пульсацию — смесь тьмы и света. — К тому же, — прошептала она, сияя глазами, в которых стояли слезы радости, — Грей скоро перестанет быть единственным ребенком в этом доме. Нам понадобится еще одна люлька, Себастьян. Себастьян замер. Его пальцы дрогнули, ощущая новую жизнь, которая уже начинала расцветать внутри его жены. На его губах появилась редкая, по-настоящему человеческая улыбка. Он притянул Гриелле к себе, обнимая её так крепко, словно защищал от всего мира. Вдалеке, на самом краю леса, на мгновение мелькнул серый силуэт. Гробовщик стоял на холме, глядя на светящиеся окна поместья. Он приподнял свой цилиндр, и его тихий, безумный смех унес ветер. Он не ушел навсегда — он лишь затаился, ожидая, когда новые «актеры» подрастут для его следующей великой постановки. Но в эту ночь в поместье Фантомхайв царил покой. Демон и Жница, навеки связанные узами, которые были сильнее смерти и ада, стояли вместе, готовые служить своему маленькому Графу и оберегать свое растущее нечестивое счастье. Конец.