bday extra [saudi]

запах свежесваренного кофе не мог прогнать терпкую горечь одиночества, поселившуюся в груди. он всегда ощущает себя так в день рождения. и ведь ждёт безукоризненно полуночи, как маленький ребенок. усердно создаёт вокруг себя флёр работы над собственным сценарием, а сам глядит на время в строке ноутбука. но он давно не ребенок, слишком давно. до тоски. пятьдесят три года. число, казавшееся каким-то пугающе большим. он разглядывал свое отражение в зеркале справа, улавливая эти предательские лучики морщин у глаз за стеклом очков для чтения. слабый свет настольной лампы отражался в безупречно гладкой коже, а он видел изъян за изъяном. пятьдесят три — цифра, давящая, словно тяжелый грим. каждый след живой мимики казался предательством, напоминанием о времени, которое неумолимо бежит. актер. эта профессия, всегда требовавшая идеальной картинки, теперь казалась ему его злейшим врагом. руки опустились на клавиши снова. его критикуют на экранах, но никто не отберёт у него сценарное искусство, верно? он вздохнул, отворачиваясь от зеркала. сегодня его день рождения ощущался как никогда паскудно. по этому он просто надеялся на теплое сообщение от кого-то особенного. или хотя бы сообщения о том, что хён успешно приземлился и добрался домой с очередной конференции по новому проекту. несколько месяцев назад они, наконец, стали чем-то большим, чем просто коллеги и друзья. он и ли бён хон. произнести это вслух было все еще чем-то запредельным. графики, разрывающие их друг от друга вынуждали эти отношения тянуться крайне болезненно, как в юности — с ожиданием встреч, с отсутствием днями и даже неделями друг без друга, с каким-то безумным либидо. их отношения были хрупкими, сотканными между плотными графиками, и если диди переживал о своей внешности редкими вечерами, как сейчас, все остальное время его искренне волновало: все ли между ними в порядке? последний поцелуй, ускользающее прикосновение — все это джон дже бережно хранил в памяти, боясь, что эти воспоминания потускнеют. часы пробили полночь. посыпались сообщения в социальных сетях, которые он не ведёт сам, но отслеживает. улыбка тронула губы. фанаты, коллеги — один за другим в течение трёх минут точно. он чувствовал, будто внутри него сжался маленький комочек тоски, наверняка хён ещё без связи. и вообще.. в чем причина так драматизировать без его сообщения именно в полночь? целый день впереди, джон дже. внезапный стук в дверь заставил его вздрогнуть. актер поднялся на ноги и пробрался к своей двери, заглядывая в экран системы безопасности. курьер. наверняка поздравление от агентства. он открыл дверь, невысокий мальчишка, ссутулившись вошкался с невероятных размеров корзиной цветов, подбирая ее обеими руками с пола. альстромерии и хризантемы скрыли его своим объемом. он крайне устало выдохнул в медицинскую маску на лице, будто тащил это все без лифта. кепка, надвинутая на самые брови, кивнула в сторону прихожей. — позвольте, — голос глухой и хриплый, нарочитый. диди показалось это очень лицедейным. как в детстве, когда ребенок узнает в санта клаусе соседа. только сейчас курьер усердно выставил букет по красоте в самом центре коридора, когда мужчина позволил ему войти, нарочно отворачиваясь и избегая его взгляда. джон дже от чего-то невольно стал улыбаться. в полумраке он узнал знакомый изгиб плеч, лукавый блеск в глазах за очками, сердце подпрыгнуло. хотя он и узнал его голос почти сразу — всё-таки сомневался. потому что хён потрясающий актер. он оттянул маску под подбородок, заулыбался и совершенно счастливо вздохнул: — ты сразу меня раскусил, да? — почти, — отзывается диди и тянет с него кепку. его хён теперь слегка взъерошенный, с усталой, но такой любящей улыбкой в глазах. — прости, что так поздно, — прошептал бён хон, — я не мог позволить тебе встретить свой день рождения в одиночестве. вся неуверенность последних дней отступила, уступая место теплу и нежности. он не был один прямо сейчас. и это было важным. джон дже ерошит ему волосы. — и как ты это дотащил?