🥀«Я положу трупы к твоим ногам.» [Книга 1.]

Глава 10. Тео

Редакторы: Pozitivnoesolnce

Чердак пах сыростью, как лесная подстилка. Ривер устроил там несколько импровизированных теплиц и провел меня по всему помещению, показывая мне несколько разных видов грибов. Я следовал за ним по комнате, лишь отчасти понимая его восторженные объяснения о грибах, которые он выращивал. Он казался очень увлеченным этой темой, и я постарался хотя бы сделать вид, что мне тоже интересно. Я был хорош в том, чтобы притворяться, что мне что-то нравится, но в этот раз все было по-другому. Мне было искренне приятно видеть, как его лицо озарялось, когда он рассказывал о своих экспериментальных методах выращивания или о новых видах, которые он пытался культивировать. После грибов было уже поздно, и мы оба устали. Мы помыли руки в маленькой раковине наверху и спустились вниз, чтобы приготовиться ко сну. Когда мы стояли бок о бок, чистя зубы, меня снова охватила волна эмоций и мысль, что это может быть навсегда. Мне не нужно было возвращаться к Мастеру. Это было реально, и теперь это была моя жизнь. Я избавился от одного монстра, но не попал ли я в постель к другому? Я же не был свободен делать все, что хотел, с Ривером, верно? Я не мог уйти. Я не мог есть то, что хотел, или спать там, где хотел, даже если он давал мне больше возможностей, чем Мастер когда-либо. Но это не была свобода. Не совсем. Чтобы я был свободен, должна была существовать возможность уйти. Отпустил бы он меня, если бы я попросил? А хотел ли я этого? – Что? – спросил Ривер, посмотрев на меня. Я нахмурился, положил зубную щетку на место и выключил воду. – Ничего. К тому времени, когда мы легли в постель, я снова был в нервном напряжении. Я лежал, застыв, в постели рядом с ним, пока он читал одну из своих книг, уставившись в потолок. Я не мог спросить его, разрешит ли он мне уйти, потому что знал, что это расстроит его. Раньше он злился на кухне, и это было ужасно, даже если его гнев не был направлен на меня. Ривер опустил книгу. – Что такое, маленький зяблик? Я посмотрел на него. – Ничего. Просто устал. Он не поверил. Я понял это по его взгляду, когда он оглядел мое тело. В его глазах мелькнула знакомая жажда, когда его взгляд остановился между моих ног. Я вдруг почувствовал себя слишком обнаженным и пожалел, что не надел рубашку. – Тебе нужно еще раз кончить? – спросил Ривер. – Может, это поможет тебе заснуть. – Нет, – ответил я и повернулся к нему спиной. Ривер вздохнул и потянулся, чтобы выключить свет, погрузив комнату в темноту. Через мгновение его сильная рука обхватила мои ребра, и он притянул меня к себе. – Ты жалеешь о том, что мы сделали раньше? – Что? Нет. Почему я должен был жалеть? Мне было хорошо, и я в этом нуждался, даже если это было неловко и сбивало с толку. Это помогло мне прояснить голову настолько, что я смог говорить, по крайней мере, какое-то время. Я был рад, что это был Ривер, а не кто-то, с кем меня заставили это сделать, но все еще было так много невыраженных эмоций, связанных со всем этим, вещей, которые я все еще пытался осмыслить. Я желал этого, но чувствовал вину за то, что хотел, и еще больше за то, что не смог дать ему ничего в ответ. Я перевернулся на спину и обнаружил, что смотрю на него, когда его тело наклонилось надо мной. – Почему ты не дал мне помочь тебе кончить? Ты не хотел этого? – Тео, я бы трахал тебя до следующей недели, если бы ты был кем-то другим. Конечно, я хотел тебя и все еще хочу. Перестань меня об этом спрашивать. – Почему не меня? – он молчал. Моя рука дрожала, когда я потянулся в темноте, чтобы коснуться его скул. – Я хочу, чтобы ты относился ко мне так же, как к любому другому, кого ты пригласил бы в свою постель. – Но ты не такой, как все, – сказал Ривер, положив свою руку на мою. – А ты не такой, как те мужчины, которые причинили мне боль, – заметил я, прежде чем со вздохом опустить руку обратно на матрас. – Я просто хочу, чтобы все было нормально. – Ничто в нашей жизни никогда не будет нормальным, – сказал Ривер с легким фырканьем. Это была правда. Моя жизнь была слишком испорчена, слишком отличалась от других, а Ривер… Ну, он был устроен по-другому. Это было одно из того, что мне в нем нравилось больше всего. Он был честен до крайности, даже когда большинство людей не были бы такими, и он так старался заботиться обо мне. Иногда он пугал меня своим напором, но до сих пор он никогда не был направлен на меня. Он не бил меня, не причинял мне боль, не делал ничего, кроме как заботился обо мне. И все же я все еще был в ловушке. – Ривер, можно я тебя спрошу? Это может тебя разозлить... Он сел. – Я не буду злиться на тебя. – Обещаешь? Он быстро наклонился, чтобы поцеловать меня в щеку, прежде чем ответить: – Обещаю. Я глубоко вздохнул. – Если бы я захотел уйти, ты бы меня отпустил? Ривер долго молчал, заставляя мое сердце биться в груди без ответа. Когда он заговорил, его голос был мягким, почти детским. – Ты не хочешь быть со мной? – у меня защемило в груди. Он звучал сломленным, как будто сам был в нескольких секундах от слез. Я хотел только обнять его и заверить, что не брошу его, что никогда не хотел этого, но это было бы неправдой. Я сел, и мы оказались почти нос к носу. – Дело не в этом. Я не знаю, чего я хочу. Я всю жизнь был в плену, Ривер. Ты хотел доказать, что ты не такой, как Мастер и другие мужчины? Они никогда не давали мне возможности уйти. Это даже не было вариантом. Разве не было бы гораздо важнее, если бы я сам решил остаться здесь, а не был вынужден это сделать? – Я не заставляю тебя ничего делать, – сказал Ривер, и его тон внезапно стал холодным. – Я забочусь о тебе. Я вздохнул и снова лег, пробормотав: – Неважно. – Тео... – Я никуда не уйду, Ривер, – сказал я ему. – Куда я вообще могу уйти? Он не выглядел успокоившимся, но снова лег рядом со мной. На этот раз он не обнял меня, и боль в груди усилилась. Я ранил его этим вопросом. Ведь знал, что это было рискованно, и все испортил. «Я не должен был спрашивать об этом», – подумал я и сжался в комок. Я проснулся в холодном поту, с болью в горле и сердцебиением, которое, казалось, разрывало грудь. Я сидел в кровати, все еще сжавшись в комок и обхватив себя руками. Ривер обнял меня и прислонил голову к плечу. Он наполовину притянул меня к себе на колени. Я задыхался, как после долгого бега, хотя не сдвинулся с места, и мои щеки были мокрыми от слез. – Все в порядке, – тихо шептал Ривер, обнимая меня. – Ты в порядке. Я хотел спросить его, что происходит, узнать, что случилось, но не мог вымолвить ни слова. Я все еще рыдал. Это был кошмар? Я не мог вспомнить, и голова у меня была тяжелой. Я ничего не помнил, но в желудке оставалось ощущение страха, как будто произошло что-то ужасное. Ривер прижал меня к себе, поднял голову и посмотрел на меня, нахмурив брови, пока я пытался отдышаться. – Тебе лучше? Я попытался что-то сказать, но закашлялся из-за сдавленности в горле и груди. Ривер отпустил меня и через мгновение вернулся со стаканом воды. – Вот. Я не знал, где он его взял. Может, он сходил на кухню. Время казалось странным, как будто оно прыгало, и я не мог нормально вдохнуть. Почему я не мог дышать? Когда Ривер поднес стакан к моим губам, я жадно выпил половину. Холодная вода немного успокоила панику, но не остановила колотящееся сердце и пульсирующую головную боль. – Прости, – прошептал я, чувствуя, как дрожит подбородок. – Я не знаю, что случилось. Я не хотел... Прости. – Все в порядке, – сказал Ривер, поглаживая меня по плечу. – Это был всего лишь кошмар. Подожди немного, успокойся и дыши. Тебе станет легче. Я уже чувствовал себя лучше, и когда он протянул мне стакан с водой, холодное стекло еще больше успокоило меня. – Ночной кошмар? – повторил я. Ривер кивнул. – У Ксандера они часто бывали, когда мама только усыновила его и Ксавьера. Он будил весь дом криками, как будто его убивали. Ксавьер был единственным, кто мог его успокоить, – он посмотрел на меня, провел рукой по волосам и снова плюхнулся на кровать. – Здесь ты в безопасности. Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Я посмотрел на воду, дрожащую в моей руке, а затем поднял глаза на него. – Даже если я попрошу уйти? Ривер глубоко вздохнул. – Я не хочу, чтобы ты уходил, но, наверное... Если ты так решил, я… – он вздохнул и отвернулся. – Я не знаю, как ответить на этот вопрос. Я знаю, что должен сказать тебе, что ты можешь уйти, если хочешь, но, честно говоря, я не думаю, что смогу тебя отпустить. Когда я смотрю на тебя, я могу думать только о том, что ты мой. Мысль о том, что ты можешь быть с кем-то другим, заставляет меня хотеть… – он на мгновение сжал кулаки, а затем заставил себя расслабиться. Ривер повернулся на кровати, чтобы посмотреть на меня. – Что я сделал не так? – Ничего, – быстро ответил я и поставил стакан на тумбочку. – Ты ничего не сделал. – Тогда почему ты хочешь меня покинуть? – снова спросил он тихим голосом. Я вздохнул и прислонился головой к его плечу. – Я не знаю, чего я хочу, Ривер. Сейчас я устал. У меня болит грудь, и мне нужно в туалет. Можно я просто пойду в ванную и вернусь спать? Ты можешь забыть, что я об этом говорил, и мы можем вернуться к тому, как было раньше. Я не знал, возможно ли это, и не знал, как точно выразить то, что я чувствовал. Дело не в том, что я хотел его покинуть. Каждый раз, когда мы были порознь, я боялся, что он не вернется, но когда мы были вместе, я боялся, что не смогу уйти. Все было невероятно запутанно, и я не знал, что с этим делать. Ривер кивнул. – Хорошо. Хочешь, я пойду с тобой в ванную? Да, ответил мой мозг. Мысль о том, что мне придется одному столкнуться с этим большим пустым домом в темноте, была пугающей, особенно после всего, что только что произошло. Но если я хотел иметь достаточно пространства, чтобы во всем разобраться, это означало, что я должен был создать его там, где мог. Мне нужно было научиться думать и действовать без Ривера, чтобы я мог принимать решения с ясной головой. Это было глупо, но я подумал, что могу начать с того, что создам между нами небольшую физическую дистанцию, пока не привыкну делать некоторые вещи самостоятельно. Я покачал головой. – Я сам. – Хорошо, – сказал Ривер и отполз назад, чтобы сесть по-турецки на кровати. Я встал с кровати и подошел к двери спальни, где остановился, чтобы оглянуться на него. Он смотрел на меня, его выражение лица было бесстрастным и нечитаемым. – Я скоро вернусь, – пообещал я, но это, похоже, не изменило его поведения. Проходя по коридору, я бегло взглянул на входную дверь. «Я мог бы уйти», – подумал я. Мог бы выйти за дверь и просто идти. Это было бы настоящим испытанием, не так ли? Если бы Ривер пошел за мной и затащил меня обратно, это означало бы, что он ничем не отличается от Мастера. Это означало бы, что я был пленником. Но если бы он этого не сделал, что тогда? Я не мог просто вернуться. Мне пришлось бы продолжать идти, а я не хотел быть один. Я закончил в ванной и вернулся прямо в спальню, на этот раз даже не глядя на входную дверь. Ривер расслабился, как только я вошел в комнату. Он отодвинулся, чтобы освободить мне место на кровати, и я залез под одеяло к нему. Когда он не сделал движения, чтобы обнять меня, как обычно, я придвинулась ближе и взял его руку в свою. – Я никуда не уйду, – сказал я, сжимая его руку. Он повернул голову ко мне. – Могу я снова тебя поцеловать? – Боже, да, – ответил я, облегченный тем, что он хочет этого после всего, что я сказал ранее. Ривер пересек пространство между нами, и я приготовился к грубому, властному поцелую. Вместо этого я получил долгий, медленный и глубокий поцелуй, который заставил меня забыть о ночных кошмарах и мире за входной дверью, хотя бы на минуту. Пока вкус Ривера был на моих губах, я не мог думать ни о чем другом, кроме него, и мне это нравилось, так же как мне нравилось знать, что он все еще хочет меня. Несмотря на то, кем я был, Ривер все еще хотел меня, и он доказывал это снова и снова. Я почувствовал себя идиотом, спросив, позволит ли он мне уйти. В глубине души я знал, что не хочу быть нигде, кроме как с ним. Ривер отстранился, когда я потянулся к его бедру, чтобы прижать его к себе. – Тебе нужно поспать, маленький зяблик, и мне тоже. Меня пронзила вспышка страха. А что, если у меня будет еще один ночной кошмар? Ривер поцеловал кончик моего носа. – Если у тебя будет еще один ночной кошмар, я буду рядом. И даже если его не будет, я тоже никуда не уйду. Это было приятнее, чем все его слова за ночь. Я прижался к нему, положив голову на грудь. – Можно я так засну? – Да, мне нравится, когда ты так близко, – сказал он и снова поцеловал меня в макушку. – Спи крепко, маленький зяблик. – Спокойной ночи, – сонно пробормотал я, закрывая глаза.