Он через тебя слышать будет

" ... После финала первого сезона в голове ругаются всю неделю просто невыносимо. То матами клянут, то ржут-насмехаются, то паясничают, издеваясь. С одной стороны может оно и правильно, а все равно паскудно. Демон в башке никогда эту слабость не забудет, да и сам Влад тоже пожалеет так или иначе, что от руки отказался. Хоть и прошлись они вдвоем с Олегом красиво тогда. Красиво. Почти лирично вышло. Хотя Череватый вообще не за этим-то на Битву пришел, не за лирикой ебучей, и не за чувствами молодого медиума. "Теперь он тебе должен, за кубок, за победу, за разрыв в три процента. Ты с ним поделил, так и он пусть делится. Чем-нибудь еще блять кроме натуры." Бесовщина язвительно фыркает и шипит. Делиться ни с кем ничем Олег Шепс разумеется не станет. Золотую руку оба оставили в итоге в особняке, одну с двумя их именами. Никто даже не заикнулся почему-то чтобы себе забрать. Разумеется оба, и Влад, и Олег, собрались на второй сезон Битвы Сильнейших, как только стало ясно что он будет. Еще бы не собрались. Семьям, себе, друг другу доказать, что они эту победу опять у всех выгрызть смогут. "Хуйня сезон будет, надо было в прошлом брать." - ...Шо ты, в гадалки заделался? Влад под нос фыркает, собирая сумку. Прям вслух с этим так называемым Толиком он говорит только на испытаниях, или если вокруг нет никого. "Мы не гадалка, мы не поисковик. Красавчику твоему кстати тоже хуйня сезон будет." И опять ржет в голове, паскудно, но довольно. Бесам ведь как - если всем вокруг плохо, то и хорошо. Болтовня в башке с приближением второго сезона Битвы становилось все настойчивее и настойчивее. Хоть сутками по кладбищам пляши и ритуалы нарабатывай и себе и людям - бесовщина в голове не успокаивалась и будто бы слабее не становилась. Слабее конечно и не надо - все-таки от этого их обоих сила зависит, а победить Череватый хочет еще как. И бесы тоже хотят соответственно. Все они сейчас стали чуточку постарше, весьма поопытнее, и не будут вести себя необдуманно импульсивно, как год назад. Да ведь?.. К Новой Басманной на съемки проходки Влад приезжает уже в настроении повеселее, чем вчера. В конце концов участвовать в проекте ему искренне нравится. Даже споры в готзале нравились. Как минимум это было забавно. На новых будущих коллег-конкурентов в сезоне Влад пока особенно внимания не обращает - успеют еще и в гримерках поболтать, и поцапаться со всеми по кругу. Ноги ведут к старым знакомым. - ...Привет! - Привет, Олег! "Алех." Толик в голове довольно, почти урчащим шепотом хмыкает, когда медиум подходит к ним ближе. Они с Владом в хороших отношениях, очень даже, несмотря на все что было. На людях конечно нельзя ничего такого себе позволять, но руки друг другу жать и улыбаться искренне - вполне можно. Медиуму сегодня по-человечески уложили волосы, убрали за уши, чем-то прилизали, присобрали красиво. Влад любуется - действительно красиво, а не вечно спутанные темные кудряшки, которые даже пальцами тронуть нельзя - запутаешься. И получишь потом от младшего Шепса по рукам и матом вдогонку хуже, чем от бесни в голове. Влад хмыкает, взглядом ест фигуру Олега в приталенном костюме. Медиум так только в готзал наряжается, на испытаниях он в бесформенных черных свитерах-мешках да футболках. И атрибутики на себя навешивает, пальцы кольцами утяжеляет, словно кастетами. На чернокнижника похож больше, чем сам чернокнижник, вновь про себя фыркает Череватый. "Ну глянь, картина "когда оделся сам/когда наорали". Спасибо хоть у кого-то есть блятский вкус." Толик и тут свои пять копеек вворачивает, но довольно. Пихает мягко под затылком, и Череватый тут же встречается глазами с старшим Шепсом. - Александр Олегович. - Влад довольно ухмыляется, почти клыки показывает, хоть его родные и мельче, чем у Саши сделанные. Медиум сдержанно улыбается в ответ, пока что явно не разделяя такой радости душевной от встречи. С старшим Шепсом всегда у них так было - шаг вперед, два назад, и еще хер пойми как боком. Александр все же посильнее их с Олегом, как минимум опытнее просто из-за возраста. Александр в бесов и проклятия верит и их прекрасно видит, и с ними работает, и как Олег не упирается лбом в отрицалово. Александр ощутимо четко скользит глазами по левому плечу Череватого, и едва заметно изгибает губы. "Видит нас, драгоценный. Громко думаем." Бесовщина ржет внутри, едва ли не пихаясь Владу в затылок своей башкой, или что там у них, у сущностей. Разумеется прям во плоти медиум его соседей по телу и разуму не увидит, но дьявольщинку в карих глазах напротив - вполне. - Соскучились? - Еще как, Александр Олегович. Сбоку фыркает Олег. Его по имени-отчеству Влад уж точно звать не будет, хватит и мягкого, с хрипотцой "Алех". Еще несколько минут чтобы перекинуться с остальными парой слов, шуток в контексте "вы не ждали нас, а мы приперлися" перед съемками, и даже Толик на время замолкает. ... После проходки, после съемки, Влад медлит несколько минут. Смотрит, как остальные коллеги-конкуренты собираются, кто такси вызывает, кто привычно снимает кружочки в телеграм. По-хорошему сейчас бы сумку свою тоже взять, да умотать домой поспать пока еще можно, пока полноценно в режим съемок не вошли. Но в голове опять недовольно ругаются, взглядом толкают к Олегу Шепсу, почти тыкают под лопатку, и шипят: "Хули ты думаешь, тут думать не надо, ты вспомни что после первого сезона было, думаешь он тебя больше не?... Пиздеж." Поэтому Олега спонтанно зажимают в коридорах, Олега уводят не через главный выход, и медиум хмурится, пихается локтем: - Ты чего?.. Риск быть замеченными есть, но в конце концов Череватый его тут не разложить на паркетных полах собирается. "А зря. Света прибавить и все были бы в ахуе." "Заткнись не ради Бога, а." Толик ржет, все время то ржет, то плотоядно урчит где-то на подкорке. Бесовщина, одним словом. Хорошо что особняк большой, углов да коридоров хватает, особенно у второго выхода, да и на улице темнеет уже. Олега прижимают к стене спиной, обвивают руками, и мягко тыкаются лбом в лоб. Влад видит, как он слабо улыбается, упирается ладонями в грудь, тихо хмыкая: - Мог бы и до съемок написать. - Не. Не то было б. - Череватый коротко мотает головой. Медлит все еще - непривычно после нескольких недель опять будто начинать снова-заново. Реванш не в счет, там вообще как будто и не до этого было. Там они и друг другу и остальным нервы трепали не хуже Битвы, и ко второму сезону готовились. Бесовщина в голове тогда злилась жутко, временами так, что фонило и на всех остальных. "А мог бы его после на этих самых креслах, в этих пиджаках и рубашках блятских, а ты сидел как..." "Да тихо ты!" Череватый жалеет, что бесу нельзя рот заткнуть, даже когда они с Олегом наконец целуются. Аккуратный низкий пучок с волос Шепс уже успел убрать, и теперь чернокнижник довольно запускает ему руку в волосы, гладит, наматывает между пальцев темные пряди. Олег почти морщится, но не отстраняется все равно. Целуются они долго, явно не пять минут, долго, со вкусом, цепляя зубами губы друг друга, сжимая в пальцах ткань одежды. Владу хорошо, почти жарко, и он слышит, как сердце Олега колотится так же сильно, к его груди прижатое. "Бля, да хватит уже тискаться у стенки. Мне дай, мне, мне его пусти, сюда давай, давай, хули медлишь..." Демон в голове нетерпеливо рычит, почти толкается в самое сознание. Контроль над телом Влада он конечно же сейчас не заберет, но в груди и горле злобно сжимается и царапает. Чернокнижник фыркает, качая головой, криво усмехаясь. - Толя сердится. Олег такие приколы никогда не любит, поэтому тоже чуть отстраняется, хмурясь. Коротко в карие глаза смотрит, хотя и смотреть на бесов через Влада тоже не любит. - Что, ему не нравится что мы?.. В ответ только хихикают, мотнув головой. - Та не, наоборот. Говорит, хули мы тут тянем. Тебя хочет. Олег, хоть и умеющий с сущностями работать, всегда с таких комментариев вспыхивает и взгляд опускает. Не привык, что бесовщина владовская его хочет, и не в плане носителя или там в договора утянуть. Да к такому и не привыкнешь. - Блять. - Еще какой. "Он думать об этом теперь будет. Будет думать, как бы нас обоих одновременно чувствовать. Дай так потрогаю хоть, дай..." Влад возмутиться не успевает, хотя и уверен почти, что бес не пиздит, но и никакого контроля отдавать ему не хочет. Вот вообще не то место и время. Но ладони горячеют, едва ощутимо немеют кончики пальцев, и руки лезут Олегу под рубашку, гладят, сжимают, везде куда дотянуться можно. Короткие ногти впиваются в поясницу, покалывают грудь, и медиум тяжело дышит, едва держится за плечи Череватого. Олег не соображает, что его сейчас трогает не совсем Влад, а точнее уже не только Влад. Как бы тут они оба уже почти в одном теле действуют, мягко давят на мышцы, ногтями царапают. Не грубо, но по коже жар прокатывается и мурашки, и в груди и животе горячо и сладко тянет. Несмотря на то, что Шепс выше и крупнее чернокнижника, он сейчас за него практически держится, за него и на стенку за спиной опирается. - Влад... Не, давай не здесь, вообще не здесь... Они все равно все еще целуюся, трутся друг о друга щеками, лбами, бедрами, но Олег пытается выпутать чужие руки из-под своей рубашки. Пытается хотя бы отдышаться, успокоиться, и выдыхает загнанно: - Увидят... Саша увидеть может, он за мной пойдет, мы же так и не уехали... "Заебись! Давай, это то что надо, пусть увидит, он и так знает все. Давай, сюда давай, пусть он с нами тоже да." Голос бесовщины в голове теперь внезапно еще громче, сбивчив и предвкушающе-угрожающ настолько, что Влад сам себя останавливает и почти руки отдергивает. Ему и картинки в голове рисуют уже, коротко, смазанно, но провоцирующе прям пиздец. Голубые глаза старшего медиума в линзах словно на подсознании отпечатываются, усмешка его, так, чтобы неестественно белые кончики клыков видно было, и ключицы эти чертовы под полурасстегнутой рубашкой. Красиво, изящно, не похоже на Олега вообще, и от этого кроет еще сильнее. "Он меня слышать будет, через тебя слышать будет, ахуенно все сделаю, нам понравится." - Да ну нет блять. - только и удается выдохнуть вслух. Олег не соображает, что это Череватый не о нем сейчас, и не ему, хотя косвенно и о нем тоже конечно. - Да. Я же говорю, не здесь... Бесы совсем наглеют и дуреют, будто с многонедельного голоду, раз уже такие картинки и вещи в голову подкидывают. Это уже край даже для Череватого. У него точно крыша отъедет, если дьявольщина будет одновременно показывать ему и Олега, и Сашу, и своим желанием внутри все жечь. А ему вообще-то с ними обоими еще целый сезон сниматься. Чернокнижник отходит на шаг, оба кое-как неловко приглаживают волосы и шмотки свои красивые, и Влад коротко качает головой. Криво улыбается все равно, хотя орут сейчас на него опять благим матом: "Вот тебе блять жалко да, жалко?! Ни себе ни людям не даешь, один хер вечно все обламываешь!" "Толик, иди нахуй, а." Хочется ржать как в припадке, и голову в ледяную воду потом, а еще закурить. И Олегу про такое говорить нельзя, это уж точно. Медиум и так по пылающим в глубине глазам видит, что там вообще все не слава богу, и вздыхает: - Бесится? - Еще как. Не дали же. Влад все-таки ржет, мотая головой. Ситуация хуже не придумаешь, хотя еще хуже было бы, если Шепс-старший их сейчас тут застукал. Внезапно воспылавшая страстью к обоим медиумам бесовщина вот этим вообще легче жизнь Череватого не сделает. Хватило и одного, и их кратких свиданий после первого сезона еще. Влад вздыхает. Влад еще раз, крепко, почти по-родственному обвивает и сжимает Олега в руках, коротко тыкается поцелуем в губы. - Алех, я потом напишу... - Угу. ... Уже на улице Череватый орет шепотом на бесовщину в голове. Говорит что вообще-то они сотрудничать должны, что Толик на помощь на работу, а не на то, чтобы своими желаниями чернокнижника выхлестывать напрочь. Обзывает инкубом ебучим, и угрожает до первого испытания в сезоне теперь ни откупа ни рюмки не налить. Влад выглядит сейчас точно как сумасшедший - круги рядом с особняком наматывает, шипит себе под нос, и радуется что его никто вроде и не видит. - Домой вот поедем, я спать лягу, и даже не вздумай мне ночью картинки свои показывать. Это ж пиздец! "Ну и дурак." "Дурак" от бесовщины звучит почти ласково, ему ехидный смех с хрипотцой вторит, но чернокнижнику чет вообще не смешно. Он затылком чувствует - насчет ночи Толик его наебет, еще как наебет. Хоть вообще спать не ложись. "Прогноз хочешь?" - Дождь обещают? Чернокнижник фыркает. Они все-таки не первый год в одном теле и разуме живут, надолго и всерьез демона гнать и посылать смысла нет, да и не нужно. Хуже только потом будет. Приходится неспешно топать пешком, на ходу листая приложение такси, и надеяться что короткая прогулка их обоих хоть чутка успокоит. "На финал с красавчиком твоим не рассчитывай, сезон хуйня будет, помнишь? Но не наебешь - не вывезешь, так что у нас все будет." Бесовщина довольно хмыкает, ворочается где-то там у шеи. Несмотря на то, что сегодня они с Олегом все-таки не, похабщины он перед глаза Владу успел накидать достаточно, и эмоций его пожрать тоже. "...Александра Олеговича брать надо. Надо надо надо, проебешь - жалеть будешь, а ты будешь и проебешь. Берем." - Ты шо, совсем дурной?.. - опять вслух вздыхает Череватый. Этого только не хватало. Чтобы бесня у него в голове старшего Шепса по имени-отчеству теперь звала и однозначно-прозрачно давала понять, чего хочется. ... Дома Череватый наматывает круги по спальне, землю с кладбища трогает, между пальцев пропускает. "Антистресс?" - хмыкают в голове, но и только. В новом сезоне все-таки черт знает что будет, так что на время им обоим успокоиться бы. Потом еще бы на кладбище наработать, перед испытаниями. Хоть там Толик всякую пошлятину в уши болтать не будет и показывать. Рука с двадцать третьего сезона Битвы тут тоже рядом стоит, на полке среди всех остальных банок, веревок, и свечей. Не золотая пока что, только синяя. В подсознание тут же услужливо и паскудно ярко подкидывают образ чужих, таких же невыносимо синих, голубых глаз. Череватый почти морщится, мотая головой, лежа уже на спине на кровати. Вот же бесовщина надоедливая. Сама идея-то бредовая совершенно, а смазанные картинки и образы, которые демон кидает, даже не дразнят, а скорее мешают. Глупости и провокация, ни при одном исходе событий старший Шепс с бесоводом в одной постели не окажется, херня все это. - ...Да иди ты. Не будет он с нами ничего. В голове почти что раздраженно фыркают в ответ, и картинки накидывают уже не только похабные, но и другие, почетче. То ли весну, то ли осень показывает, стаканы заляпанные, спальню явно не в квартире, и привкус сигарет на губах - чужих, так-то сам Влад не курит. Показывает чужие пальцы, все в кольцах, однозначно и чувственно сжимающие темную ткань. Бесовщина наконец довольно дышит в ухо, и мягко толкается где-то в груди. "Все будет. Не выебывайся." "