В тени великих надежд

Он сделал паузу. — Я мог бы уйти. Выбрать другого. Но не делаю. Потому что ты — вызов. Потому что помогать тебе — это самое близкое к тому, чтобы быть героем. И потому что... Он замолчал. — Потому что что? — тихо спросил Кацуки. Он приподнялся. — Потому что я привык к этому шипу между нами. Он больно впивается. Но... он заставляет чувствовать. Жить. Кацуки смотрел на него долгими секундами. Потом медленно протянул здоровую руку. Не для удара. Просто... протянул. Изуку посмотрел на эту руку — сильную, покрытую шрамами. Руку, которая когда-то причиняла боль, а теперь... Он медленно поднял свою и положил её сверху. Его пальцы — тонкие, с чернильными пятнами — легли на грубую кожу. Пальцы Кацуки сомкнулись вокруг его руки. Не сжимая. Просто... держа. — Глупо, — прошептал Кацуки, но не отпустил. — Да, — согласился Изуку. — Но ты всегда говорил, что я идиот. Уголок рта Кацуки дёрнулся. Не улыбка. Но что-то близкое. — Точно. Задолбал уже