leather and lace

004

это сложно

charlotte's pov

      Мама разбита вдребезги.       По-видимому, я оставила входную дверь открытой, когда вернулась домой вчера вечером после похорон, и Мяус сбежала. Теперь мама рыдает, кричит и переворачивает весь дом вверх дном в поисках ее.       — Мам, — вздыхаю я, прислоняясь к стене гостиной. — Очевидно, ее здесь нет.       — Это твоя вина, — бурчит она с пола, зарывшись головой под диван, под который она заглядывала уже пять раз. — Это ты выпустила ее!       — Это же кошка, — протестую я, раздраженно вскидывая руки, когда она встает. — Она проголодается и сразу вернется.       — Она никогда раньше не выходила на улицу, — буквально хнычет мама, расхаживая взад-вперед по гостиной. — О, моя бедная малышка. Она, наверное, так напугана.       Мне хочется рвань на себе волосы и орать на нее. Ради Бога, Мяус — просто кошка, а это всего лишь Хокинс! Даже если она прячется в лесу, то там нет ничего страшного, что могло бы навредить ей.       — Нам нужно пойти в полицию, — говорит мама, кивая сама себе.       — Что… — пытаюсь начать я, но она обрывает меня.       — Полиция знает, что делать! — Восклицает она, а затем внезапно поворачивается ко мне. — Шарлотта, мне нужно, чтобы ты поехала в полицию. Я останусь здесь на случай, если Мяус вернется. Ладно? Ладно.       Я знаю, что лучше не спорить с ней, когда она в таком состоянии, поэтому со вздохом отталкиваюсь от стены и беру ключи:       — Ладно, хорошо.

━━━━ (⁕) ━━━━

      Я барабаню пальцами по стойке регистрации, ожидая, когда вернется секретарша. Даже не знаю, что делают на такой вакансии в полицейском участке, и, честно говоря, мне и все равно. Я просто хочу заявить о пропаже своей кошке и убраться отсюда к чертовой матери.       Входная дверь распахивается, и входит Джойс Байерс, за ней следует шеф Хоппер. Она выглядит взволнованной, когда идет прямо в кабинет, как будто это здание принадлежит ей, и мое любопытство по-настоящему возрастает, когда она окликает Джонатана по имени.       Джонатан здесь?       Я проскальзываю к двери как раз вовремя, чтобы услышать, как офицер Каллахан произносит: «… напал на офицера полиции, поэтому…»       — Сними их, — говорит Джойс, тыча пальцем в сторону Джонатана. Он сидит за одним из столов, выглядит довольно потрепанным, на нем наручники, а рядом с ним… оу.       Нэнси снова здесь.       — Боюсь, этого я не могу сделать, — начинает Каллахан, но Джойс не соглашается.       — Снимите их! — Требует она на этот раз громче.       — Ты слышал ее, — раздается голос Хоппера из-за ее спины, и когда Джонатан поворачивается к нему, его взгляд останавливается на мне. — Сними их.       — Шеф, — говорит офицер Пауэлл. — Я понимаю, все сейчас на нервах, но… вам нужно кое-что увидеть.       Двое полицейских выводят Хоппера на улицу, протискиваясь мимо меня, как будто их даже не волнует, что я здесь, и я пользуюсь этой возможность, чтобы выяснить, что случилось:       — Что, черт возьми, произошло?       Джойс встревоженно смотрит на меня, затем выражение ее лица смягчается, она хмурится и выжидающе складывает руки на груди.       — Я… подрался, — бормочет Джонатан, глядя на пакет со льдом у себя на руке.       Я смеюсь, а Нэнси смотрит на меня как на сумасшедшую:       — Ты? — Восклицаю я, потому что Джонатан Байерс никак не мог ударить кого-то кулаком. — Подрался?       Он просто кивает с застенчивым видом, и Джойс взрывается, разглагольствуя о том, что она не может поверить, что он настолько глуп, чтобы сделать это. Нэнси выглядит очень неловко рядом с ним, что почти заставляет меня снова рассмеяться, но я боюсь, что Джойс обратит свою ярость на меня, если я сделаю какое-нибудь резкое движение.       Полицейские возвращаются, неся коробку, и с грохотом ставят ее на стол перед собой. Я успеваю заметить несколько упаковок патронов, два пистолета и что-то похожее на медвежий капкан, прежде чем Джойс наклоняется и роется там:       — Что это?       — Почему бы тебе не спросить об этом своего сына? — Грозно спрашивает Хоппер. — Мы нашли это в его машине.       — Почему вы рылись там? — Спрашивает Джонатан, выпрямляясь на стуле.       — Это правда тот вопрос, который ты решил задать прямо сейчас? — Парирует Хоппер, облокачиваясь на стол. — Поговорим в моем кабинете.       Джонатан просто мгновение смотрит на него, как будто взвешивает варианты:       — Вы не поверите.       Хоппер снова наклоняется, практически рыча:       — Может попытаемся?       Мда. Не хотела бы я сейчас оказаться на месте Джонатана.       Его уводят в кабинет шефа, все еще в наручниках и с пакетом льда в руках, и я наблюдаю, как Джойс следует за ними. Нэнси смотрит на меня, затем отводит взгляд.       Вздохнув, я плюхаюсь на стул, который до этого занимал Джонатан, и еще раз заглядываю в коробку:       — Я и не знала, что вы друзья.       — Что? — Спрашивает Нэнси, снова глядя на меня. Это первые слова, которые мы произнесли друг с другом за четыре года. — О… да. Не знаю, это… это сложно.       — Я думала, ты встречаешься со Стивом, — я чувствую, как хмурятся мои брови.       — Не настолько сложно, — хмыкает она, заправляя выбившуюся прядь волос, собранных в хвостик, за ухо. — Я просто имею в виду, типа… мы просто работаем над одним проектом.       — Точно, — киваю я, растягивая слова и пытаясь вести себя так, будто разговаривать с ней совсем не странно. — Для проекта нужны пистолеты?       Ее глаза расширяются от тревоги, и она оглядывается, чтобы убедиться, что мы одни, и понижает голос:       — Не говори никому, Шарлотта. Это секрет.       Мое сердце слегка подпрыгивает, когда она произносит мое имя. Странно, как сильно все изменилось за четыре года, но мне кажется, что именно так же она звала меня и тогда.       — Хорошо, да, конечно, — киваю я, выпрямляясь при виде ее лица. — Мой рот на замке, — я изображаю, что закрываю губы на молнию, и тут же сожалею об этом, когда она слегка приподнимает брови. — Прости.       — Как бы то ни было, — быстро говорит Нэнси, качая головой. — В этом есть что-то… странное. Насчет всех этих исчезновений, — она делает паузу, и я киваю. — Сначала Уилл, а потом Барбара… Что-то не сходится…       Какая-то пожилая блондинка выбирает именно этот момент, чтобы войти и позвать шефа полиции, и Нэнси испуганно вскакивает со своего места. Трой следует за дамой с перевязанной рукой, наблюдая, как она требует у полицейских номера значков.       Трой всегда был маленьким говнюком, особенно по отношению к моему брату. У Дастина заболевание, которое влияет на развитие костей, и когда он потерял несколько молочных зубов, новые коренные так и не выросли. Трой считает забавным издеваться над этим, и если бы я когда-нибудь могла ударить этого парня, я бы, наверное, так и сделала.       — Что, черт возьми, здесь происходит? — Раздается громкий голос, и из маленького коридора, ведущего к кабинетам, появляется Хоппер.       — Эти мужчины унижают моего сына! — Драматично произносит женщина. Мы с Нэнси обмениваемся ошеломленными взглядами.       Женщина вступает в перепалку с полицейскими, крича о неуважительном тоне и тому подобном. Хопперу явно все равно, поэтому он просит просто взять показания у мальчика и поворачивается, чтобы уйти.       — У нее не было волос, и из носа у нее текла кровь, — также драматично отвечает Трой. — Как уродец!       Хоппер останавливается как вкопанный и оборачивается:       — Что ты только что сказал?       — Я сказал, что она — уродец, — повторяет Трой, и Нэнси застывает рядом со мной. Я знаю, что у Майка тоже есть проблемы с травлей Троя; может быть, мы сможем объединиться и разобраться с этим гаденышем.       — Нет, волосы, — говорит Хоппер, останавливаясь перед ним. — Что ты сказал о ее волосах?       — У нее бритая голова, — говорит ему Трой. — Она даже на девочку не похожа. И… — он опускает взгляд, почти пристыженный.       — Скажи, Трой, — говорит женщина, которая, как я предполагаю, является его мамой, и подталкивает локтем его неповрежденную руку.       — Она может… — тише произносит он, и я борюсь с желанием закатить глаза. — Делать всякие штуки.       — Какие еще штуки? — Спрашивает Хоппер. Он странно напряжен всем происходящим.       — Например… заставляет тебя летать, — продолжает Трой, а затем снова опускает взгляд. — И мочиться.       — Что… — бормочу я себе под нос, но Нэнси наступает мне под столом на ногу.       — Она была одна? — Хоппер приближается к нему.       Трой качает головой:       — Она всегда с этими неудачниками, — и когда его взгляд скользит по нам с Нэнси, Хоппер тоже оборачивается.