Разные

***

      Под ногами хрустел снег. В этот раз погода не разочаровала, было тепло – вполне приемлемо для привычного похода на каток до позднего вечера. Музыка тихо раздавалась из старых колонок, по кругу воспроизводя старые новогодние треки. Сам по себе вечер был серым, одним из тех, что стираются из памяти, если в них ничего не происходит. Люди, визги, снежки летали перед глазами – только успевай пригнуться, оставленные варежки на лавочке, куча сумок со сменкой под той же самой лавочкой. Она пришла в компании двух подруг, это было традицией – после школы нужно было успеть прибежать на каток, пока не так темно и не так много людей. Они катались, держась за руки, смеялись, забегали погреться в так называемую «теплушку» - на самом деле центр проката коньков. Когда ноги сильно уставали, девочки подъезжали к лавочке отдохнуть, посидеть и болтать, а потом вставали и так же, круг за кругом, держась друг за друга катались. Она каталась чуть увереннее подруг, не скрывала этого, но и не хвасталась. Поэтому иногда отставала от них проделать привычный маршрут в одиночку чуть быстрее. Было в этом что-то такое, захватывающее дыхание. Разгон, холодный резкий поток воздуха с маленькими острыми кристалликами снега прямо в лицо так, что тяжело вздохнуть без рези в носу, поворот спиной. И вот она потеряла их из виду. Не сказать, что каток был огромным, просто неожиданно быстро этим вечером пространство заполнилось людьми. Она стала искать подруг глазами, совсем немного напрягшись, потому что из-за музыки кто-то из них вряд ли услышал бы свой телефон. Завершив круг возле экрана с музыкальными клипами, она перевела свой взгляд на скамейки. Ну конечно, где еще они могли бы быть. Одна подруга сидела, вторая стояла рядом, сунув руки в карман куртки – руки леденели даже в варежках. - Что, опять? – со смешком выдала она, плавно притормозив возле них, опираясь руками подруге в колени. – Может тебе перешнуровать коньки? - Да я уже, - с толикой разочарования выдохнула София. - Ну посиди немн… - не договорила она, как в нее влетел парень, тут же плюхаясь радом с ее подругой на ту же скамейку. - Прошу прощения, - нагло хмыкнул он, вскидывая руки вверх. На девушек он даже не посмотрел. - Немного, - договорила она, кинув недобрый взгляд в сторону, перебирая ногами, вставая более устойчиво перед подругой. Подруги переглянулись, но промолчали. Дальше проходило все тихо, будто все хотели послушать текст следующей песни, едва слышимой среди человеческого гула. София вытянула ноги перед собой, слегка покачивая коньками из стороны в сторону, и устремила взгляд перед собой, задумавшись. В голове витало предвкушение теплой весенней погоды, окончание восьмого класса и мысли о долгожданном лете. Но тут ее мысли прервал резкий грубый голос: - И че он? – София вздрогнула и повернулась на голос, - А ты что? София сначала подумала, что парень обратился не к ней, просто рефлекторно повернулась. Но обращались к ней. - Да ты что? – чуть тише сказал он, немного наклонившись к девушке, будто спрашивая что-то сокровенное. Она подняла бровь, глядя на этого шута, что пытался так оригинально познакомиться с ее подругой. Опустила взгляд на его руки без перчаток: обветренные, с царапинами, слишком взрослые для его лица. Потом перевела взгляд на саму подругу, не зная, как она отреагирует, но она ничего не понимала. - Сонь, он мысли твои читает, - буркнула она, - Типа… - А вы че, говорящие, что ли? Если хотели посекретничать, не переживайте, - он откинулся назад, упираясь руками в край скамейки и вытянул ноги, и подняв голову чуть к верху, с выдохом продолжил, - Я могила. Она закатила глаза, чуть повернувшись ко второй подруге. - Пошли кружок сделаем? – она развернулась к Соне, - Посидишь или с нами? - Да посидит, мы не договорили еще, - выдал парень рядом, - Да? И че дальше было? София смущенно перевела взгляд на свои ноги в коньках и по-доброму хмыкнула. Девочки были уже далеко, как парень снова заговорил: - Это коньки, - она улыбнулась, все еще не смотрела на него, подняла голову выше, - а это фонарь. - Да знаю я, - со смешком выдала она, в надежде что девочки вернутся поскорее. - Вау, реально говорящая, - с совсем непритворным восхищением выдал он, - Так что дальше было то? Он говорил с Соней шутками, быстро, не делая пауз, будто боялся, что если остановится – он перестанет быть интересным. София улыбалась, но молчала, поддерживая легенду, будто говорит с ним мысленно. Девочки вернулись, широко улыбаясь и тяжело выдыхая холодный пар, а парень оставался немного в стороне, наблюдая за их общением. Он задержал взгляд на ней, она стояла рядом, скромно улыбалась и что-то рассказывала подругам. Он не стал продолжать врезаться в их разговор своими шутками, на секунду задумавшись над тем, что хотел послушать ее голос. Тут послышались крики где-то недалеко: - Амир, брат, погнали! – он повернулся, махнул рукой и обратился к девушкам. - Ладно, не скучайте. – бросил он, в мгновенье сорвавшись со скамьи, и с резким звуком прорезающих лед лезвий коньков умчался к друзьям, которые направлялись греться в теплушку. - Странный тип, - заключила третья подруга, слегка сведя брови к переносице, не скрывая своих эмоций. Они больше не пересекались на льду за этот вечер, он катался среди своих друзей, а ее подруги еще какое-то время оглядывались ему вслед, обсуждали его вслух, но она не слушала. Ей казалось, что если она посмотрит туда же, куда они, - это будет заметно. Они катались еще недолго, прилично продрогнув от неожиданно сурового февральского мороза. Дома она сняла куртку, повесила шарф, вымыла руки под теплой водой, теплее чем обычно, чтобы согреться, - как всегда. Обычный вечер, из тех, где ничего не происходит. Только что-то совершенно точно изменилось, но она не могла понять – что именно. Уведомление пришло через два дня. Она готовилась ко сну, проверяла расписание уроков на завтрашний день, просматривала сообщения, как сверху всплыло уведомление – фото во вложениях от некого Амира Закирова. Она открыла из любопытства, сразу поняла от кого, но не поняла, что там может быть. Что-то в груди стукнуло в другом ритме, будто спотыкаясь. Она смотрела на экран слишком долго. [24.02.2015. 23:31] Ярослава: Остроумно. - ответила она одним словом, но улыбки не скрыла. Эту улыбку никто не видел. На фото из интернета парень, визуально изображающий чтение мыслей. [24.02.2015. 23:31] Амир: А то. [24.02.2015 23:32] Амир: Чего не спишь, малышня? - пришло следом. [24.02.2015. 23:32] Ярослава: Как раз собиралась. Спокойной ночи. - без смайликов, сухо отрезала она. Она заблокировала телефон и убрала его под подушку. Испугалась какому-то новому зарождающему чувству внутри, и сама не поняла, почему испугалась. Ничего ведь страшного не произошло. Они переписывались коротко. Он шутил, но осторожно, словно проверял, сколько ему позволено. Она отвечала честно, но скупо, будто боясь раскрыться больше, чем можно. Между сообщениями были паузы – они казались чем-то более значимым, чем слова. Он не спрашивал лишнего. Она не рассказывала больше, чем могла. И на катке они по какой-то непонятной обоим причине продолжали делать вид, что не знакомы. Пересекались взглядами, иногда проходили мимо друг друга очень близко, но не заостряли внимания друг на друге. Это не разочаровывало, никто никому ничего не обещал, просто это получалось как-то само собой. Он приходил со своей толпой, громкий, уверенный, будто весь лёд принадлежал только ему. Она – с подругами, тише, аккуратнее, стараясь не попадаться ему на глаза. Но он все равно находил способы. Он хотел видеть ее рядом. Иногда шайба скользила к ее конькам - слишком точно, чтобы быть случайностью. А он вихрем проносился рядом, аккуратно клюшкой выуживая ее обратно и исчезал. Иногда он проезжал мимо и слегка касался ее ног или спины клюшкой – почти невесомо, как проверка реальности. Подруги ничего не замечали. Или делали вид. Она никогда не смотрела на него с упреком. Но каждый раз знала – он не со зла. В очередной раз перед сном она спросила: [27.02.2015. 19:45] Ярослава: Что это было? - без упрека. Он отвечал почти сразу: [27.02.2015. 19:51] Амир: Случайно [27.02.2015. 19:51] Амир: А может и нет. [27.02.2015. 19:52] Амир: Если мешает – скажи. Она долго не отвечала. Потом: [27.02.2015. 19:58] Ярослава: Не мешает. Это было сродни признанию. Маленькое, почти незаметное. Но именно такие потом отражаются в памяти. На катке все оставалось по-прежнему: лёд, музыка, смех. В школе примерно так же, волей судьбы они совсем не пересекались. Видели друг друга в общем холле, когда только приходили, и в столовой – их классы обедали на одной перемене. Он, видев ее, едва заметно кивал сам себе, словно убеждался, что она пришла, не заболела после катка. Она видела его еще где-то издалека и уводила взгляд, убеждая себя в том же. Менялось только то, что никто не видел. Менялись они. Они писали друг другу чаще. Стали переписываться на уроках, потому что не успевали обсудить все перед сном. Оба неосознанно чаще стали кидать взгляды на пришедшие уведомления в ожидании ответов друг друга. Их изменения замечали близкие: его друзья кидали безобидные шутки, ее мама невольно напрягалась. За обедом телефон, за уроками телефон, в машине по дороге в магазин телефон. Они писали друг другу и поздно ночью. Не потому что было удобнее, а потому что ночью проще быть честным – меньше свидетелей. Она лежала на боку, уткнувшись лицом в стену, чтобы свет экрана не был виден из коридора. Телефон грел ладонь. Каждый раз, когда он печатал, появлялось «…», и она замирала, будто могла этим что-то испортить. [01.03.2015. 22:10] Амир: Почему вы так рано ушли сегодня? - написал он. [01.03.2015. 22:11] Ярослава: Нас мальчики прогнали. Закидали снежками - ответила чуть погодя. Она долго думала, стоило ли показывать свою слабость, будто жалуясь. Но ответ не заставил себя долго ждать. [01.03.2015. 22:11] Амир: Какие мальчики? Пауза. [01.03.2015. 22:12] Ярослава: С другого района, ты наверное не знаешь их. - с чего-то вдруг подумала она. Конечно, он знал. [01.03.2015. 22:12] Ярослава:Соня и Дина знают их, а я так, попала под горячую руку. Он долго печатал, а она немного занервничала, думая, правильно ли поступила, начав эту тему. [01.03.2015. 22:13] Амир: Почему не позвали меня? - он спросил во множественном числе, чтобы не выделять ее. [01.03.2015. 22:13] Амир: Где я вообще был тогда? [01.03.2015. 22:14] Ярослава: Курил. - не ответив на первый вопрос, написала она и хлопнула рукой себе по лбу. Выдала себя. [01.03.2015. 22:14] Амир: Надо было позвать. [01.03.2015. 22:14] Амир: Ладно, имена знаешь? - пришло тут же. Она еще раз подумала, правильно ли это, обязывало ли ее это к чему-то, а надо ли было это. Но имена написала. Почувствовала, что так надо. На катке он был прежним. Громким. Резким. Смеялся так, будто мир его не касался. Но теперь она знала – это не весь он. Он больше не подкидывал шайбу просто так. Теперь это было похоже на разговор. Один раз она упала. Неловко, глупо – конёк зацепился за трещину. Она услышала смех – не его, других. Он подъехал, остановился, но не помог. Посмотрел, убедился, что она в порядке, но промолчал. Будто спрашивая разрешения. Она встала сама, когда Дина подъехала ближе. Позже он написал: [02.03.2015. 20:37] Амир: Я хотел [02.03.2015. 20:38] Ярослава: Я знаю Она долго смотрела на экран. Потом выключила телефон. В тот вечер она впервые испугалась. Не его. Она испугалась того, что без него теперь будет пусто. Они переписывались уже две недели. Не каждый час, но постоянно. Он шутил, она тихо смеялась, чтобы никто не увидел. Он писал каждое утро перед школой, а потом они встречались взглядами недалеко от входа на территорию. Он курил возле кустов, что скрывали короткий путь до его дома, а она шла с подругой по дорожке, ведущей прямо к воротам. Их сообщения были простыми, но между строк всегда было больше, чем сказано. Потом она заболела. Температура, озноб, слабость, горло, которое болело даже от молчания. Мама оставила ее дома, вызвала врача на дом и сказала, что школа подождет. Она лежала и смотрела в окно, будто пыталась найти там объяснение тому, почему внутри тревожно, а не спокойно. Он заметил сразу. [05.03.2015. 11:18] Амир: Ты не в школе? [05.03.2015. 11:18] Амир: Что-то случилось? [05.03.2015. 11:21] Ярослава: Заболела - она ответила через пару минут. Пауза. [05.03.2015. 11:23] Амир: Сильно? [05.03.2015. 11:23] Ярослава: Нормально. Просто дома Больше он не писал. Она провела весь день за сериалами, попутно глотая таблетки и теплый чай с лимоном. Хотела написать сама, узнать, как прошел день в школе, но не осмелилась. Испугалась, что сказала что-то не так, или ему просто стало неинтересно. Эта мысль больно царапнула – неожиданно сильно для человека, которого она знала так мало. Но скучать долго не пришлось. Подруги оживились, каждая по отдельности спрашивала, как у нее дела, несмотря на то что у них был групповой чат. Стало чуть проще переносить недуг. Он написал поздно, когда казалось, что уже не напишет никогда. Что так быстро забыл. [05.03.2015. 23:47] Амир: Как себя чувствуешь? - всплыло где-то вверху экрана. [05.03.2015. 23:47] Ярослава: Лучше. Температуры уже нет. [05.03.2015. 23:48] Амир: Это хорошо. [05.03.2015. 23:48] Амир: Я рад. - пришло следом. На следующий день он написал днем, во время урока. [06.03.2015. 13:09] Амир: Сможешь выйти в подъезд сегодня? Чуть позже, ближе к вечеру. Она долго смотрела в телефон, но почти не думая написала. [06.03.2015. 13:10] Ярослава: Смогу Она улыбнулась и заблокировала телефон, прижав его к груди. Хотела, чтобы он пришел. Хотела видеть. Скучала. Вечером раздался звонок домофона. К счастью дома еще никого не было, можно было не придумывать причины выйти. Она поспешила накинуть теплую кофту, всунула ноги в тапочки и побежала к двери. Он стоял между этажами – не у самой двери, будто не решался подойти ближе. Куртка расстёгнута, одна рука в кармане, второй он сжимал шапку, как будто она куда-то могла деться. Нервничал. Он выглядел растерянным. Таким его никто, кроме нее не видел. - Привет, - сказал он тихо. - Привет. Они молчали. Она немного съежилась от прохлады, сложила руки на груди, словно закрываясь. Подъезд пах сыростью и пылью. От него пахло морозом и сигаретами. Где-то наверху хлопнула дверь. Он шагнул ближе – осторожно, словно боялся, что она исчезнет. - Как ты? – спросил тихо. - Ничего, лечусь, - кивнула она, не глядя ему в глаза. Он смотрел на неё завороженно, внимательно, долго, хотел запомнить каждую деталь: чуть потрепанные волосы в косичке, нежный запах – так пахло домом, мягкую кофту, напоминающую плюшевую игрушку, чуть покрасневший кончик носа – не понятно, от смущения или постоянного использования носового платка. Потом медленно вынул руку из кармана, второй сунул в другой карман шапку, и аккуратно взял ее ладонь. Так, будто спрашивал разрешения уже этим жестом. Ее руки были такие нежные, теплые. Его рука – холодной, уверенной, но в тоже время осторожной. Она подняла на него глаза. - Ясь, - начал он, заглянув прямо в душу, - я не умею нормально говорить, но… - он выдохнул, - Ты мне нравишься. Будешь со мной встречаться? В подъезде было тихо. Слишком тихо для такого вопроса. Казалось, будто сейчас послышится хлопок, взрыв. Но было убийственно тихо, что она казалось, слышала стук собственного сердца. Она знала, что должна сказать: «Нет». Знала, что мама будет против. Знала, что это неправильно, опасно, неудобно. Но в этот момент она также знала, если она сейчас откажется – это останется с ней навсегда. - Да. – она сжала его руку в ответ. Он не улыбнулся. Просто закрыл глаза на секунду и выдохнул, будто проверял – не сон ли это. - Тогда… - сказал он неловко, - я постараюсь все не испортить. Она едва усмехнулась, тихо, почти беззвучно. - Я тоже. Он отпустил ее руку неохотно, будто боялся задержаться дольше положенного. - Иди, - сказал он. – Ты болеешь. Она кивнула, он развернулся и стал спускать по лестнице. Не оглянулся, знал, что не сможет уйти. А она осталась в подъезде и впервые в жизни подумала, что счастье – это не когда ничего не болит, а когда ты соглашаешься на боль заранее.

***