Aranea caritate

Ген взял шутеры, закрепляя их на запястьях и поудобнее их устраивая. Паутина пока не была заправлена внутрь, так что он на пробу нажал на кнопку сначала один раз, затем два раза подряд — прямо как инструктировал его Сенку. — Так, что ты теперь планируешь делать? Заведешь блог, где будешь писать посты о своих подвигах? Это значительно поднимет твою популярность. — Неа, - Ген покачал головой, сегодня он заколол шаловливую прядку заколками, так что та сидела смирно. Сенку даже расстроился — было что-то в её покачивании успокаивающее - мне нужна анонимность. — Ого, какой ты благородный. Даже намёков не будешь вкидывать? — А зачем. Представь, если я облажаюсь! Тогда этот фол коснётся не только карьеры героя, но и Асагири Гена как шоумена! Это будет провал по всем фронтам. Сенку одарил Гена скептическим взглядом. А он то уже подумал, что болтолог решил приписаться к лику святых. С другой стороны, именно Сенку была присуща так называемая добродетель. Он мог притворяться рациональным даже перед самим собой, но все его окружение знало, что почти все он делает — безвозмездно. Гену он сказал, что поможет ему только если он согласится быть объектом его исследований, но тот прекрасно понимал, что то, что он делает, уже давно вышло за рамки простого эксперимента. Об этом говорили те самые шутеры, идеально сидящие сейчас на его запястьях, а также костюм, дизайн которого сейчас разрабатывала Юдзуриха. Подозревала ли она что-то? Определенно. Она умная девушка, но в первую очередь она друг Сенку. Асагири удивляла их степень доверия. — СЕНКУУУУУУУУУ!!!! - раздался зычный голос, который, кажется, перевалил за допустимое СНиПом кол-во децибел. Если Ген вздрогнул, как только звуковая волна коснулась его ушей, то вот Сенку лишь безразлично почесал ухо мизинцем, не удостоив друга и взглядом. Вместо этого он продолжил свои махинации с металлами и паутиной, собираясь сделать запас "начинки" для шутеров. На соседнем столе варилось какое-то вещество, название которого Ген не в состоянии был запомнить, но, если верить Сенку, оно должно было после кипячения стать чем-то вроде пепсина. Пепсин приводил к ассоциациям с пепси, а слово пепси... Эх, щас бы колы. Гену жизненно необходима была баночка прохладного напитка Богов, иначе он будет стрессовать, а где стресс, там потовыделение, а он как-то не горел желаем вновь становится клейким. — ОЙ, ТЫ ЧО ТУТ ДЕЛАЕШЬ??? — Любовное зелье варю - произнёс Сенку с абсолютно серьёзным выражением лица, а где-то на фоне прыснул Ген. Тайджу просто не мог поверить в реальность этой шутки! — Ого, крутяк! А Ген тебе зачем? .... Ладно, в этой жизни возможно все, Асагири признает. — Конечно же он будет подопытным. А ты чего хотел-то? — А! СЕНКУ, Я СЕГОДНЯ ПРИЗНАЮСЬ ЮДЗУРИХЕ В ЛЮБВИ!!! — Ну наконец-то. Любовное зелье дать? — НЕТ! ВСЕ ДОЛЖНО БЫТЬ ПО-ЧЕСТНОМУ! Я САМ! — Ну, удачи тогда - Ишигами пожал плечами. Он стоял к Тайджу спиной, и тот не мог видеть выражения лица своего друга, в отличие от Гена. Тот видел, как на лице учёного расплывается почти ласковая ухмылка. Тайджу, как ветер, вылетел из кабинета, а Ген подошёл к окну лаборатории, ведущему во внутренний двор и проследил за взглядом Сенку. Во дворе, под старым, толстым деревом стояла Юдзуриха, переминаясь с ноги на ногу. Вскоре к ней выбежал Тайджу, но во дворе он замедлил шаг, подходя к девушке. — Он пытался сделать это еще в старшей школе, - неожиданно начал Сенку - тогда я стоял в школьной лаборатории и гонял бензин. Тоже сказал ему, что это любовное зелье, и тоже тогда предложил ему. Он отказался, как и в этот раз. Представляешь, там окна лаборатории тоже выходили во внутренний двор, где стояло одинокий старый дуб. Все почти так же, как и сейчас, но тогда им помешали. Ген стоял молча, слушая неожиданное откровение, которое редко можно было услышать от Ишигами. — Свора собак напала на ребенка, и Тайджу, эта огромная горилла, бросился его спасать. — Ну вот, а ты осуждал меня за мой героизм. — Тайджу ничего не стоит разобраться с бешенными собаками — максимум пару уколов от бешенства и уже на следующий день он бегал как огурчик. - Сенку не удостоил Гена взглядом, ведь его до сих пор бесила чужая безрассудность - А тебя могло раскатать по асфальтовому покрытию, и все, пиши-пропал мой эксперимент. Ген фыркнул, ничего не сказав. Он вновь повернулся к окну, наблюдая за двумя людьми, уже начавшими свой разговор. — Как давно ты знал, что они любят друг друга? - спросил Асагири после того, как Юдзуриха обняла выглядевшего неприлично счастливым Тайджу. Ой, он что, плачет? — Давно, это было очевидно всем, кроме них двоих. Ген повернул голову в сторону, обнаружив, что Сенку уже вернулся к оборудованию, запуская очередной цикл с паутиной. — И тебе не хотелось им... Помочь? - он тихо подкрался со спины, останавливаясь в шаге от учёного. — Знаешь, что такое эффект наблюдателя? - тот внезапно ответил вопросом на вопрос. — Ты про тот опыт с двумя щелями? Помнится, читал что-то такое. Волны, фотоны.. — Ну, двухщелевой эксперимент не единственный пример такого эффекта, но он самый популярный. Раз ты читал, не буду объяснять тебе основу. Суть в том, что пока мы просто смотрим, не вмешиваясь в систему, фотоны ведут себя как волны, но как только мы используем нашу технику для измерений, то они ведут себя как обычные частицы. - голос Сенку звучит слегка приглушённо из-за того, что тот стоит спиной к своему собеседнику - Все интересное пропадает, становясь обыденностью. По факту, люди такие же системы. Мы не можем вмешиваться в их естественные циклы, пока наши меры влияния не станут точными и на десять миллиардов процентов безвредными. Иначе мы рискуем все уничтожить. Ген молча смотрел на его шею, не зная, что сказать. — ... Интересная аналогия. - наконец изрек он после минутного молчания. А затем похлопал его по плечу - Ты отличный друг! Мы с тобой близко общаемся всего неделю, но я уже это понял и даже ощутил на собственно шкуре! Ха-ха! — Ты мне не друг, ты объект исследования, иди и тихо выполняй свою объектовскую работу. — Уже бегу, Сенку-чан~ Такое неформальное обращение Ген использовал впервые за все их знакомство, но ему неожиданно понравилось, как звучит этот ласковый суффикс рядом с его именем. Он спешно достал телефон, пока Сенку был занят мензурками и переименовал контакт "Пекинская капуста" в "Пекинская капуста-чан". — Так, кто тебе дал мой номер? - Сенку наконец развернулся, отвлекаясь от металлов, прожигая Гена взглядом - И сколько ты заплатил Рюсую за эту информацию? Ах да, ещё мой адрес. Что такого ты пообещал наследнику конгломерата Нанами? — Понял твой вопрос. Ты прав, Рюсую деньги не важны, но в мире есть кое что, что важнее всех юаней, долларов, евро и прочих у.е. — И что же такое есть у тебя, чего нет у Рюсуя? — Секрет! - Ген подмигнул ему, приложив указательный палец к губам - Кстати, а как ты догадался, что тебя сдал именно Рюсуй? Я на него не намекал. — Все гениальное — просто. - он пожал плечами, отходя от лабораторного стола и подходя к компьютеру, записывая очередной цикл в базу данных чего-то там, что Ген снова не запомнил - Сначала он похвастался, что заключил очень выгодную сделку, а затем начал постоянно переписываться с кем-то, отвлекаясь от привычных для него забав. Финалом стал его вопрос. Он припомнил, как я ему рассказывал о своём распорядке дня и спросил, хорошо ли я теперь сплю по ночам. — Все равно не похоже на полноценную доказательную базу. — Ну, только Рюсуй мог меня сдать тебе - Сенку безразлично ковыряться мизинцем в ухе. Он знал, что будь в этом деле замешанно что-то серьёзное, Рюсуй первым бы бросился его защищать, но Ген, очевидно, не представлял собой особой опасности для Сенку, вот тот и согласился дать и номер телефона и даже адрес друга. Больше Ген и Сенку не стали задавать вопросов друг другу, молча занимаясь своими делами — второй выполнял циклы преобразования, первый бездельничал. *** — Вы сделали что? Он не кричал, напротив, говорил совершенно спокойно, но именно это и было самым страшным и пугающим. Именно такой спокойный тон при полном пиздеце, хорошая мина при плохой игре и говорила, как тот пиздецки зол. Кажется, сегодня они не уйдут отсюда живыми. — Экспериментальный объект номер 2786 сбежал... Мы не знаем, где он может находится... Последний раз сигнал от его жизненной деятельности исходил в лесу Аокигохара, это у подножия горы Фудзи... — Напомните мне пожалуйста, - Ксено потер точку между бровей, пытаясь снять напряжение. Иначе он просто лопнет - объект номер 2786 был единственным выжившим удавшимся экспериментом, так? — О-о-он оказался умнее, чем мы думали- — А мне кажется, что это вы рукожопы, которые не смогли уследить за пауком, а не номер 2786 внезапно отрастил себе мозговые извилины, которых, как выяснилось, нет у вас. Кабинет был почти стерильно чист, сияя белым цветом, напоминая больше больничную палату, нежели кабинет учёного. Ксено стоял в таком же белом халате поверх классического костюма — он только вернулся с важной конференции и хотел поехать домой чтобы наконец-то поспать, ведь доклад, который он готовил, как и сложная работа по выведению "сверх-пауков", высосали из него все соки, как пауки высасывают питательные вещества из своих жертв... Тьфу ты, и тут пауки. Они ему скоро сниться будут. Но его внезапно вызвали на рабочее место, и теперь он почти страдальчески сводит брови, глядя на Карлоса и Макса. Поубивать этих двоих к чертям собачьим, ему ещё спасибо скажут за то, что такие непроходимые тупицы не оставили после себя потомства. Но это было не элегантно, кто бы что ни говорил о кровожадности Ксено. Сзади непоколебимой стеной стоял Стенли. Его присутствие здесь было почти неощутимым, но это пока Ксено ничего не угрожает. Как всегда ровная осанка, равнодушный, оценивающий всех вокруг взгляд, полная готовность к бою, даже если внешне он расслаблен. Он сопровождал Ксено в их дом, когда ему внезапно позвонили и срочно попросили приехать. А у них, вообще-то, были планы на вечер. Как минимум у Стенли. Отпраздновать защиту доклада о модернизации генома семейства Araneus путём генной инженерии, например. Спустя месяцы кропотливой работы Ксено и его команде удалось получить партию пауков, которые должны были стать универсальными солдатами в случае военной опасности. Внешне они ничем не отличались от обычных пауков своего семейства, но обладали повышенными способностями: зрение, внимательность, изворотливость, быстрота, все эти качества были значительно более развиты. Удалось добиться снижения силы укуса а также маскировки места укуса — кожа не воспалялась, не проявлялось никаких аллергических реакций, сыпей, температуры, покраснений, тошноты и прочей классики жанра. Все это нужно было ради одной цели: паук путём наблюдения выбирал наиболее слабую жертву и кусал её, вводя в кровь вирусные тела. Двое пауков не могли кусать одну и ту же жертву, т.к. после укуса у тела жертвы появлялся слабый запах, который не могли почувствовать люди, но который ощущали другие пауки. После своего укуса пауки умирали, выполнив свою миссию. Вот это, по скромному (нет) мнению Ксено, было элегантно. На одну только эту примочки Ксено потратил месяц. Представьте себе: ты только вернулся в отпуск со службы и надеешься все дни валятся со своим супругом в кровати, потому что ты, мать его, заслужил это, когда сидел в полной боевой готовности по нескольку часов, ожидая момента для выстрела - и дыши через раз, и пукнуть не вздумай, и прочее - а потом ты обнаруживаешь холодную одинокую постель на протяжении целого, мать его, месяца. Сначала Стенли подумал, что это такая изворотливая месть за что-то, но потом оказалось, что Ксено и правда работает в каком-то очень-очень важном проекте, о котором пока говорить не может. Все подробности он узнал только сегодня на самой конференции. Во всей партии пауков был один бракованный. Вирус просто не приживался в его организме. А потом вся партия подохла, исключая того самого паучка, который оказался на редкость живучим, причём выяснилось, что вирус постепенно обращался против своих носителей, убивая их раньше положенного. Выживший паучок был меньше остальных, но обладал теми же способностями, исключая заражение. Ксено был действительно воодушевленëн своими разработками, постоянно болтая о том, как это поможет на фронте и, вполне возможно, у Стенли станет меньше работы. У снайперов работы всегда было навалом — сегодня военная операция в Секторе Газа, завтра штурм мафиозного клана в Италии, на следующий день срочная поездка в Мексику из-за террористов, захвативших аэропорт. Об этом он, естественно, не сказал Ксено. Понимаете, только один его сияющий вид во время того, как он с восторгом описывает все возможности своих новых изобретений заставляли Стенли улыбаться и слушать, не возражая. Ох уж эта любовь. Из-за этой любви он и не мешал Ксено, который сейчас выбирал вид казни своим подчинённым. Ну, они заслужили. — Значит так. Отчет о передвижении паука от нашей лаборатории до этого японского леса вплоть до секунд мне на стол. И собирайте свои вещи, готовьтесь к служебной поездке в Японию. Если найдете паука, точнее, его труп, я полагаю, то в ответе я смягчу формулировку вашего грандиозного проеба. — Но, а как же мисс Луна? — Полагаю, если вы вдвоем не смогли уследить за маленьким паучком, то мисс Луна точно не нуждается в вашей помощи. Карлос и Марк понуро переглянулись, не решаясь возразить, но и не спешивших упаковывать чемоданы. — Вам нужен приказ военного? - внезапно спросил Стенли. И пусть он сейчас в отпуске, он все равно пользовался благами своей профессии, ведь их было не так уж и много. Одно из них: влияние на других людей. Двое работников тут же вздрогнули и, отрицательно покачав головой, почти выбежали из лаборатории. — Вы что, вживили в своих пауков чипы? — Только в работоспособную партию. - ответил Ксено, быстро печатая что-то в телефоне - Отделение микроэлектроники помогло. - вскоре он перестал печатать, затем положил телефон в карман халата и повернулся к Стенли - Не хочешь провести свой отпуск в Японии? — Боялся, что ты не предложишь. Из-за любви к этому сумасшедшему злобному учёному он был готов на все. *** — Готово! На следующий день Юдзуриха принесла скетчи. Они сидели в кафетерии университета вчетвером: Юдзуриха, Тайджу, и Ген с Сенку. В руках у девушки был блокнот, раскрытый почти в конце. На обложке в уголке аккуратным почерком было выведено: 02.02.2025. Скорее всего это дата начала ведения блокнота. Подумать только, прошли всего три недели, а блокнот был уже почти полностью заполнен. Вот что значит любовь к своему делу. Ген аккуратно взял блокнот, смотря на результаты её трудов. На страницах были изображены несколько эскизов костюма с паучьим дизайном — это была личная просьба Гена. Юдзуриха девушка умная, она бы точно все поняла, увидев парня в точно таком же костюме, прыгающего по Токио на паутине, так что логично было бы объяснить ей ситуацию в общих чертах, иначе она бы завалилась вместе с Тайджу в качестве помощника домой к Сенку, посчитав, что он решил заделаться супергероем. Юдзуриха воистину была лучшей девушкой вселенной, ведь, услышав больное объяснение Гена, она не стала задавать вопросы и просто вписала правки. Теперь на листках бумаги красовались варианты костюма с чёрной основой и фиолетовыми угловатыми узорами. — Я хотела, чтобы костюм был выполнен в том же дизайне, что и шутеры - смущенно добавила она. И кажется, они с Тайджу держались за руки под столом. Ну какова милота. Ген не стал ей ничего говорить про костюм, ведь сказать ему действительно было нечего: костюмы были просто идеальны. Выбрать один было действительно сложно! В итоге он потянул Сенку за рукав толстовки, отвлекая от сэндвича и указывая на самый последний дизайн. Он отличался простотой и даже каким-то очарованием. — Вот этот будет идеальным. Сенку молча кивнул, сделал фотографию на свой старенький и явно переживший динозавров телефон и вернулся к своему сэндвичу. Его передала ему через Рюсуя Франсуа, прекрасный работник и повар, чей пол остаётся волнующей загадкой для всех, кроме Рюсуя. Нет, он тоже не знает половую принадлежность своего дворецкого, ему просто насрать. В кафетерии было не так уж и шумно, как обычно описываются в студенческих романах, где во время обеденного перерыва двое влюбленных могли спокойно одаривать друг друга комплиментами и никто их не услышал был. На самом деле приходилось шифроваться, потому что настолько шумно, чтобы за соседним столом тебя не услышали, никогда не бывает. Ген достал блокнот, сверяясь с графиком выступлений. Из-за геройской жизни могла пострадать его профессиональная карьера или учеба, скорее всего оба два. Но, вспоминая того мальчика, Ген понимал, что он все делает правильно. *** Ксено листал японскую новостную ленту, используя автопереводчик, сидя в самолете рядом со Стэнли, который задремал, как только они сели на свои места. Хьюстон искал какие-то упоминания паука, ведь, раз 2786 больше не посылал сигналов жизнедеятельности, он стопроцентно мёртв. Значит, он кого-то укусил, позволить раздавить себя он просто не мог. Внезапно его внимание привлёк один видеоролик. Он нажал на кнопку плей и стал наблюдать, как парень странной двухцветной внешности (такое нетрадиционно для Японии, разве нет?), выбегает на оживлённую дорогу, удивительно ловко лавируя между машинами и вытаскивая ребенка на тротуар прямо в руки плачущей мамочке. В описании видео значилось, что некий шоумен и менталист Асагири Ген героически спас пятилетнего ребенка. Ксено беспардонно разбудил Стенли — впереди почти 13 часов полёта, отоспится — и показал ему видео. — Человек может так бегать и избегать машин на оживлённой дороге? — Натренированный военный — вполне, - Стенли вскинул брови, наблюдая за удивительным прыжком через резко остановившуюся машину - твой мозг начинает автоматически замечать опасности и даёт указания к их избеганию раньше, чем ты это осознаешь. Читал "Империю Ангелов"? Там примерно такое описывается. Но этот хилый парень явно не похож на военного. — Меня удивляет, что ты читал Бернарда Вербера. — Не представляешь, что иной раз делаешь на базе, когда интернета нет.