Случайный свидетель

      Хаск был пьяницей. И он это не скрывал, но и не гордился.       С бутылкой хорошего алкоголя мир становился проще. За стеклом можно было спрятаться, забыться и закрыться от всего мира. «У этого идиота настолько плохая жизнь?» — спрашивал чуть ли не каждый второй грешник. Посмертие, если точнее. И да, Хаску было плевать на чужое мнение. Он давно разочаровался, как в реальной жизни, так и в загробной. Так что бутылка с алкоголем стала его единственным развлечением. Сколько он уже находился в аду, столько же дерьма он повидал, но ни разу грешники не удивили его. Все их поступки, мысли были настолько примитивными, что Хаску не составило труда построить на этом свою иерархию. Оверлорд азарта, да? Даже в аду у бывших когда-то людей сносило крышу от азарта и риска. Потерять душу из-за неправильно выпавших костей… Что ж это было даже весело в своё время: наблюдать, как грешники уходили из его дома азарта ни с чем, а души так и прыгали в его владения без всяких хитростей и манипуляций. Возможно, именно эта беспечность с его стороны и привлекла Радио-демона, на тот момент самого загадочного и непредсказуемого грешника, который шёл по головам Оверлордов ради своего собственного развлечения.       С тех пор много лет миновало. Хаск давно утратил насыщение от жизни/смерти. Следуя идиотским указаниям Аластора, он перестал воспринимать течение времени и просто существовал. Тело без души никак не ощущалось, лишь цепи сделки тяжестью висели на его шее, заземляя хоть как-то. И это стоило его сил? Душа в обмен на сохранение всех его сил. Быть псом на поводке у чёртового демона-оленя. Что ж, тогда он просрал все свои души, свой дом азарта, свой авторитет, собственную душу и тело, но он не был идиотом. Остаться в аду без силы, равносильно адскому пламени, вечно гореть и присмыкаться перед низшими грешниками. Так что… Надеть на себя ошейник было худшим его решением, но лучше так, чем смерть после смерти. Никто не знает, что бывает с теми грешниками, чьи души насильно сжирают, расщепляют. И знать не хотелось. Поэтому Хаск научился отключать свои чувства, а насыщение от обычного существования кануло в лету.       Хаск был алкоголиком. На дне бутылки он не искал смысла жизни, не было его горя. Больше не было.       Семь лет отсутствия Аластора не принесли радости. Эти годы прошли быстро и совершенно бесцветно, не считая резкого истребления со стороны ангелов и исчезновения самой королевы Лилит. Грозовая туча над правящей семьёй Ада сгущалась. Ему было плевать на всё это, пока он мог скрываться от экзорцистов, силы позволяли это сделать. Впрочем, ничего не изменилось, просто рядом не было вечно улыбающегося демона, который капал на его последние нервные клетки и заставлял выполнять идиотские поручения. Он прожигал дни в своём бывшем доме азарта, пытаясь сорвать куш, и пробовал почувствовать хоть что-то, кроме пустоты. Был Хаск и его вечный спутник — алкоголь, пока спустя годы его вновь не притянули цепями конченной сделки. И куда, твою мать? В отель для исправления грешников?       Хорошо, Хаска, оказывается, ещё можно было удивить.       Вновь Аластор ввязался в какую-то ерунду, а где был он, там и вечные его «спутники». Ниффти тоже не осталась в стороне. Хаск знал, почему они вдвоём были самыми приблежёнными душами к Радио-демону. Он молчалив, а его голова была не самой тупой (Аластор не выносил глупых людей рядом с собой). А вот Ниффти… Её мысли лучше было не знать, но Аластор, похоже, находил это забавным и многое позволял ей. Да и женщин он воспринимал более лояльно, чем мужчин.       И, казалось бы, вот, его снова обязуют выполнять какую-то хрень, что и произошло на самом деле (бармен, серьёзно?), и его личный ад вновь закрутился вокруг жалких грешников. Ничего не менялось, да?       Но пустые, бесцветные мысли постепенно наполнялись красками. Хаск совершенно не понимал, почему в нём появилась эта буря эмоций. В его доступе было столько алкоголя палённого, импортного, дорогого, неважно, но привычного насыщения это больше не давало. Что-то изменилось, что-то в нём щёлкнуло. Эмоции вновь потекли по его телу, и отсутствие души не было больше таким тягостным.       Сначала были гнев и жгучая ярость. Его вновь запихнули в какую-то глупую идею, где придётся видеть Радио-демона чуть ли не каждый день. Потом шок стал его недолгим спутником, потому что, как ещё реагировать на весь бред, который исходил от, казалось бы, самой принцессы ада. Искупление грешников… И Аластор втянул его в это?       Хаск никогда не понимал, о чём думал Радио-демон, какие цели он преследовал. Самым непонятным существом для него был его личный надзиратель. Никаких лишних эмоций, вечная улыбка до ушей, сдержанная собранность, только если дело не касалось убийств. Человек-маска, единственный грешник, которого Хаск не мог прочитать. Аластор действительно наслаждался отчаянным положением Шарлотты. Единственное, что Хаск вообще знал об этом психе это то, что тот тоже был на поводке. У кого, и как это вообще получилось, он боялся даже подумать. Что такого понадобилось самому Радио-демону, чтобы кому-то продать собственную душу? Хаскер всегда в панике опускал глаза, стоило Аластору посмотреть в его сторону с таким убийственным выражением лица, будто только что мысли прочитал.       После эмоции шока он начал испытывать жуткое раздражение. Его бесило все и всё в этом месте: мрачные стены отеля; куча живности, за которой бегала Ниффти с пеной во рту; грешники, что здесь находились.       И-и… Пришло принятие.       Хаск не понял, как это произошло, но он привязался. От ненависти до любви один шаг, верно? В его жизни вновь появились важные люди, которым было не насрать на него, которые принимали его таким, какой он есть.       В его жизни появился ангел. Самый настоящий и светлый. Энджел Даст. И насыщение больше не находилось на дне бутылки. Он продолжал работать на Аластора, всё такой же бармен в задрыпанном отеле принцесски ада, хотя Чарли больше не вызывала такого отторжения. К его ужасу, он начал доверять. Всем. Им всем!       Но пока его душа была во владении Радио-демона, Хаск оставался наблюдателем без своего мнения и права на собственную жизнь. Хотя ему было так всё равно уже, когда рядом были они…       Хаск продолжал работать в баре, наливать алкоголь «заблудшим» душам, хотя кроме Энджела и Сера Пентиуса здесь больше никого не было из постояльцев. И Хаскер не прекращал смотреть, слушать и изучать. Порой его глаза видели даже больше, чем хотелось. Но кодекс бармена не позволял выносить чужую жизнь в массы.       Да и ничего личного он прям не видел, так, бытовые ссоры или чьи-то проблемы. Ничего серьёзного!

***

      Увидеть в живую Люцифера, главного хуя ада, это ещё постараться надо было. Хаск стоял за баром, когда перед ним разворачивалось целое представление. Его руки на автомате натирали какой-то бокал уже минут десять, он не засекал, но всё его внимание было направлено вперёд. Аластор, серьёзно, вступил в перепалку с королём перед Чарли за отцовство? Что? Стоило сорваться с губ демона простому: «Нахуй иди», как Хаск разинул рот в удивлении. Энджел тут же засмеялся рядом и элегантно одним пальцем закрыл чужую пасть.       — Он ещё никогда так быстро не посылал кого-то при первом знакомстве… — заворчал Хаскер вслух, тут же отмахнувшись от своих рассуждений. Простой наблюдатель, не думать, не озвучивать мысли!       — А выглядит забавно, — беззаботно прокомментировал Энджел, а перед глазами двух грешников уже была чуть ли не драка.       Даст просто не знал, о чём говорил. Если в его действиях и словах было едкое спокойствие, то Хаск рядом еле сдерживал дрожь. Поведение Радио-демона не укладывалось в его голове, такого ещё никогда не было. Это объявление войны? Отель теперь будет разрушен? Что ожидать от Аластора? И насколько опасен в гневе Люцифер?       Все эти мысли перекрылись резким появлением старой знакомой. Мимзи… Только её тут не хватало, теперь отель точно под угрозой и будет разрушен.       Сколько бы Хаск не ждал, но расправы не было. Люцифер, как появился на пару часов в тот день, так и исчез, оставив после себя лишь одну воодушевлённую дочь, да и ничего не понимающих грешников рядом. Аластора сдуло, словно ветром, потому что следующие пару дней его не было точно, пока Чарли разбиралась с раем.       А дальше уже было ни до бара, ни до работы, ни до обдумывания чужих проблем или странного поведения. Началась подготовка к обороне. Хаск без лишних сомнений взял своё обновлённое оружие, где теперь обязательно присутствовала частичка ангельской стали. Он готов был сражаться, не за Аластора, не по его приказу, а за отель, за друзей.       Энджел стоял рядом. Их плечи практически соприкасались. Ангел одарил его мягкой улыбкой, после чего растянул губы в жутком оскале и снял свой автомат с предохранителя.       Теперь Хаску было, за что биться.

***

      Разнесённый отель в хлам, наполовину уничтоженная армия каннибалов, смерть Пентиуса, да и весь побитый вид оставшихся грешников — можно ли это назвать малой кровью за победу?       Хаск сидел рядом с Энджелом, который обнимал своего питомца с неистовым безумием. Его когтистая рука, поглаживающая по спине, была ощутимой поддержкой, но недостаточной. Хаскер уже сам не выдерживал. Это было тяжело. Под громкий плач принцессы они все склонили головы вниз, почитая память друга и всех погибших воинов-каннибалов.       Они победили, но какой ценой? Ещё и Аластор пропал прямо посреди сражения. Тяжесть сделки давила на его шею, значит, демон был жив. Радио-демон заделался в альтруисты и теперь, похоже, пожинал свои плоды. Прямой контакт с Адамом всё же был перебором. Он переоценил себя? И теперь был ранен скорее всего. На какой срок Аластор заляжет теперь на дно? Но Хаск не стал думать дальше, глупая привычка, будто Аластор читает его мысли и уже смотрит из какой-нибудь тени, чтобы наказать за свободоволие.       Вниманием завладел Люцифер, что громко, совершенно не стесняясь, начал поддерживать Чарли. Верно, нельзя было опускать руки. Хаск потянул Энджела на себя, который даже не сопротивлялся. Их взгляды пересеклись, уставшие, застелённые пеленой горя, но с ярким лучём надежды.       Да уж… Надежда в аду. Уже было не смешно.       Аластор был жив. Улыбка Хаска быстро растаяла на лице, стоило этому демону появиться перед всеми спустя пару дней, как отель был отстроен, практически, с нуля. Не без помощи Люцифера, который скорчил гримасу отвращения не хуже, чем у Хаска при виде Аластора.       Кот раздражённо уже потащил себя в сторону входа, чтобы занять привычное, но обновлённое место бара, как заметил подозрительно-долгие переглядывания двух могущественных существ. Только Хаск полноценно обратил на них внимание, так Люцифер слишком активно тут же закрутился вокруг Чарли.       Окей, это было странно. Особенно агрессивно прижатые уши Аластора к голове, который, молчаливо, провожал в спину ангела и его дочь нечитаемым взглядом с его вечной улыбкой до ушей. Хаск хорошо разбирался в людях, но этот демон всегда был для него загадкой. И за такой неотразимой маской Хаскер впервые увидел истинный проблеск эмоций, трещину в образе. Уши выдали своего владельца.       Радио-демон зашипел статическим шумом и растворился в своей тени. Хаск пытался списать всё это на галлюцинации, но он доверял своим глазам, особенно на трезвую голову. Ну, допустим, что-то не поделили…       Прошло пару дней с битвы, но Аластор был, как огурчик. Он же должен быть ранен, разве нет? Хаск слышал, когда они ещё строили отель, как Чарли говорила с Вэгги о том, что переживала, ведь её «верного» управляющего слишком долго не было. И даже отец не смог его найти. Отец… Люцифер искал Аластора. Какой же это был сюр. Не без просьбы милой дочери король согласился искать этого грешника, Хаск был в этом уверен.       И после полного восстановления отеля, демон ходил по этажам и холлу, как-будто ничего не произошло с ним до этого. Слишком всё это было туманно. Радио-демон был цел и невредим. Неужели, к своему хозяину побежал, чтобы исцелиться? Хаск тут же остановил свой поток мыслей. Всё, ему пора было возвращаться к бару. Он простой наблюдатель, достаточно с него дум.

***

      Понадобилось пару дней, чтобы в отель слетелась вся неадекватная и тёмная сторона из ада. Репортёры, грешники, да даже черти-бродяги дня два точно слонялись по всем комнатам, не оставляя даже простого и чистого воздуха. Хаск чего-то подобного и ожидал. Не без помощи главного демона-телевизора здесь было столько камер. Чарли пока не давала комментариев, избегая всех репортёров и друзей. Ей было это простительно, столько проблем свалилось на неё, но Хаск уже начинал сдавать позиции из-за её игнорирования проблем. Слишком много грешников, а бар стал проходимым двором. Даже ночью не было покоя, поэтому Хаск уже чуть ли не спал за рабочим местом. Единственное, что радовало, Энджел не оставлял его и старался хоть как-то скрасить его дни, с грустью наблюдая, как появлялись мешки под глазами котика.       На непонятно какой день этого безобразия у его бара ночью, наконец-то, появилась Чарли, уставшая, с красными глазами и растрёпанными кудрями, в помятой пижаме. Она села за барную стойку, а Хаск в молчаливой поддержке налил ей воды. Девушка удивлённо посмотрела на стакан.       — Почему ты ещё здесь, а не спишь? — спросила она чуть ли не шёпотом. Хаск усмехнулся и положил ладони на стойку, полностью завладевая вниманием принцессы.       — Пока здесь столько грешников, бар стал круглосуточным, — и его лицо тут же помрачнело, — Без моего разрешения, конечно.       Чарли тяжело вздохнула и опустила голову вниз. Лоб ударился о стойку. С её стороны прям понесло отчаянием и горем. Уши Хаска позорно опустились вниз, а из его рта слетело тихое шипение. Надавил на больное, чёрт!       — Эм… Прости, я не то имел в виду…       — Нет, ты прав! — девушка вскочила со стула, схватила стакан и одним движением опрокинула в себя воду. Её глаза стали ещё безумнее после этого, будто не воду выпила только что. Хаск нервно сделал шаг назад, — Пора перестать прятаться и дать свой ответ!       — Чарли… — неловко попытался вставить своё слово Хаск.       — Да, прямо сейчас. Я готова! — полусмеясь продолжила Шарлотта и громко поставила пустой стакан на деревянную поверхность бара. Хаск тут же понял, что не только он пропускал сон всё это время.       Он тяжело выдохнул. Здесь он не был помощником, Чарли даже не обращала внимания на его попытки что-то сказать. И Хаск был уверен, если не остановить сейчас принцессу, то она действительно ночью поднимет весь отель и начнёт общение с прессой. Не хотелось бы трогать всех этих новых грешников-постояльцев. Ночью здесь хоть какое-то подобие тишины было.       Он уже видел решительность в её глазах, как та разворачивалась к нему спиной. Хаск даже потянулся в её сторону, но два голоса с лестницы привлекли внимание, заставив остановиться.       — Милая!       — Чарли!       Два выкрика успокоили начавшуюся панику у Хаска. Да, он точно не справился бы с этим один. Так что он полностью перешёл в режим наблюдения.       С лестницы спускались, чуть ли не бегом, в одну ногу Люцифер и Вэгги. Ночная сорочка девушки не удивляла, да и Хаску было совершенно плевать на откровенные пижамы. А вот внешний вид падшего заставил замереть и попытаться осознать увиденное. Халат, тапочки, бигуди в волосах и… Это была маска на лице? Хорошо, чем чаще Хаск будет это видеть, тем быстрее он к этому привыкнет.       Чарли неловко оглядела своего отца и девушку. Весь её пыл решительности резко пропал, и она нервозно заправила волосы за уши.       — Милая, пойдём, — Люцифер спокойно подошёл к дочери и нежно положил руку ей на спину, — Тебе нужно поспать.       — Но я должна…       — Утром, Чарли! — с другой стороны подошла Вэгги, её рука легла на плечо девушки, — Пожалуйста!       Шарлотта неловко вздохнула и тут же позволила себе расслабиться в родных руках. Девушка обнадёживающе посмотрела в сторону Хаска и тихо попросила его тоже пойти спать. Медленно вся эта семейная группа побрела в сторону лестницы.       Хаскер скривил лицо в непонимании. Да уж… Даже ночью теперь здесь не было покоя. И только он потянулся в сторону стакана, из которого пила Чарли, чтобы помыть, как рядом с ним загустилась тьма. Грешник отскочил назад, а перед его баром уже стоял Радио-демон с его вечной зубастой улыбкой.       — Какого чёрта? Нельзя спокойно подойти?! — зашипел Хаск в спину демона, не стараясь даже быть тихим.       Аластор будто не обращал на него внимания. Его глаза были устремлены на семью Морнингстаров (включая Вегги), которые уже почти поднялись на второй этаж. Хаск раздражённо всё же схватил стакан и громко поставил его в мойку. Аластор всё ещё молчал, но его спина была явно напряжена.       Хаскер успел заметить, как пушистое ухо Радио-демона нервно дёрнулось. А потом он поднял взгляд наверх и увидел, что Люцифер смотрел прямо на них или точнее на Аластора. Обнимая одной рукой Чарли, падший без всяких прилюдий поднял свободную руку и послал фак, а потом выставил второй указательный палец и прислонил к своим губам. Всё это произошло в считанные секунды, Люцифер развёл пальцы на манер ножниц и высунул свой длинющий язык в образовавшуюся щель. Хаск чуть не задохнулся от удивления, но он ничего не успел сказать. Статический шум со стороны Аластора начал нарастать, воздух потяжелел и запахло явным гневом.       Какая вульгарщина… Хаск в ужасе наблюдал сию сцену, которая быстро закончилась тем, что Люцифер пропал из поля зрения за дверью вместе с Чарли и Вэгги, а сам Аластор следом растворился в тени, даже не глянув в сторону единственного свидетеля.       С каких пор их подколы дошли до такого уровня? Хаск знал, что Радио-демона не интересовал какой-либо контакт с другими грешниками, будь то романтический или интимный. Ну, по крайней мере, это выставлялось так самим Аластором, который действительно терпеть не мог чьи-либо прикосновения. Радио-демону чуждо такое проявление эмоций. Гнев? Да. Романтика? Ни в коем случае. Не с этим демоном. Люцифер прознал о таких подробных личных вещах и теперь решил действовать радикально? Издеваться над чужой ориентацией и неприязнью прикосновений? Странный подход…       Хаск в отвращении схватился за голову. Чёрт, ему надо было поспать. И перестать перерабатывать, а то в следующий раз он скинет всё на галлюцинации.       

***

      Следующий раз слишком быстро наступил.       Чарли разогнала всех (случайно): папараццию, грешников, которые пришли ради убийства ангелов, но тут же ушли вслед за телевиденьем. Осталось лишь пару демонов, которые действительно испытали интерес к идеям принцессы. Или жильё бесплатное было выгоднее, чем выживать на улицах ада. Где ещё можно найти кровать и еду практически даром?       Хаск выдохнул со спокойной душой, больше бар не пытались разгромить случайные идиоты, он мог спокойно закрывать смены и идти спать в свой номер. Не надо было бояться, что ночью кто-нибудь разгромит стойку, пока он отсутствовал.       В отеле наступило затишье, которое никому не нравилось. Что-то намечалось, но Хаск был слишком трезвым для таких размышлений. Чарли всё ещё ходила нервной, за ней тенью бегала Вэгги для поддержки, Люцифер продолжал ссориться с Аластором, как-будто ничего не менялось.       Хаск до поздна задержался в баре. Энджел сидел рядом с ним. Между ними была приятная тишина. Допив свой коктейль, Даст поставил пустой бокал на стойку, не растаявший лёд зазвенел при столкновении со стенками стекла. Их глаза встретились, и улыбка ангела стала более мягкой. Тонкие пальцы коснулись собственных розовых губ, собирая на кончиках немного прозрачного блеска. Хаскер медленно сглотнул слюну, внимательно наблюдая за каждым действием демона. Это завораживало настолько, что Хаск выпал из реальности и не успевал должно реагировать на чужие действия. Энджел, всё так же молча, убрал от себя руку и потянулся через стойку к лицу Хаска. Тот не отстранился, с расширевшимися зрачками наблюдал за лёгкой дрожью тонких пальцев.       Они оба очень волновались…       А затем эти пальцы легко коснулись чужих сухих губ. Подушечки, вымазанные в блеске, провели по нижней губе. Хаскер приоткрыл рот, чувствуя при этом, как задёргался его хвост в разные стороны. Желанные руки отстранились, а Хаск потянулся за ними и тут же зажался, когда понял, что его тело сделало это на инстинктах. Уши в уязвлённом жесте прижались к голове.       — Спокойной ночи, котик! — мягко проговорил Энджел, как ни в чём не бывало, словно не он только что вытворил такое непотребство. Хаск с до сих пор приоткрытым ртом не смог даже слова вымолвить, лишь в молчании проводил удаляющуюся спину по лестнице, пока Даст не скрылся за поворотом полностью.       Хаскер спустя долгие и тяжёлые секунды позволил себе вдохнуть. Он позорно стрельнул глазами по самым тёмным углам и, удостоверевшись, что никого рядом не было, осел на пол. Спрятался за барной стойкой, будь его воля, заполз бы в более скрытый ящик, совсем как настоящий кот. И ему было бы не стыдно за такое.       Его губы покалывало, а внизу живота разлилось тепло. Какое же ничтожное ощущение, которое он испытывал так давно… Язык провёл по нижней губе, собирая уже подсыхающий блеск. Сладкий, приторный вкус клубники, как банально. Хаск не сдержался и обвёл языком ещё раз свои губы. И ещё, пока губы не начали неметь.       Да уж… Отрицать очевидное он больше не мог. Хаск ударился головой об дерево стойки. Он подумает об этом чуть позже, а пока надо было вымыть всё и закрыться, наконец.       Только он хотел подняться, как угрожающий шум помех раздался с другой стороны стойки. Хаскер неуверенно замер внизу, не решаясь, стоит ли подниматься в полный рост. Только одному демону принадлежал такой звук в этом месте, и кот решил не рисковать своим здоровьем, а показаться Аластору. С чёртом шутить не стоит, особенно с этим, сожрёт же. Тем более из-за контракта Аластор обычно всегда чувствовал принадлежащие ему души. Хаск не успел высунуться из своего укрытия, как яркая вспышка озарила тёмный холл.       — Попался…       Смеющийся тембр нового голоса заставил уши Хаска прижаться к голове. Это он попал! Король явно пришёл не шведские беседы вести. Вылезти сейчас или потом? И подождите, всмысле, попался? Что здесь происходило?       — Вы меня искали? — глухо посмеялся Аластор, угрожающе прозвучал удар трости об пол. Хаск поднял глаза вверх, но из-за высокой стойки ни его не было видно, ни двух разговаривающих демонов.       — Ты меня игнорируешь. Специально избегаешь!       — Ваше Высочество, — Хаск чуть не подавился от шока, но вовремя сдержал все исходящие звуки изо рта, лишь бы не выдать себя, как случайным свидетелем. Эта фамильярность поражала. Как унизить одним обращением… — Я удивлён, что вы только сейчас это поняли.       — Жалкий червяк! — угрожающе проскрипел зубами Люцифер. В тишине раздался звонкий стук каблуков по полу, а после тихая возня, которую Хаск не мог никак описать или охарактеризовать. Из-за того, что он ничего не видел, трудно было понять, какая ситуация вообще разворачивалась. В воздухе запахло яростью, а едва слышные радио-помехи заставили шерсть встать дыбом.       — Мы оба знаем, что вы не навредите мне. Не сможете, — смех Радио-демона стал более низким, а желание Хаска выглянуть из укрытия сильнее. Или лучше сбежать? Он настолько привык к вечным ссорам между этими двумя, что начал бояться за сохранность отеля. Им разнести здание — проще-простого. Стоило вмешаться?       И-и-и… Он проигнорирует комментарий о том, что король не навредит Аластору. Это могло быть их маленокой извращённой игрой, а может и что-то более сложное. В первое Хаск не хотел верить. Точнее, Аластор в таком участвовать не мог. Это же Аластор!       — Уберите свои грязные руки от меня, — шум помех стал ещё сильнее, отвлекая Хаска от своих мыслей. Он тут же задрожал.       — А ты точно этого хочешь?       Что?       А потом случилось два момента: об его стойку что-то сильно ударилось, заставляя Хаска сжаться ещё сильнее; общее радио в холле включилось, проигрывая непонятную волну то ли криков, то ли просто скрипящий шум. Хаскер задрал голову вверх, и его глаза стали, как два блюдца, во рту пересохло. Взгляд упёрся в выбритый затылок Аластора, волосы которого свисали вниз, не прикрывая шеи. Чёрная рука с удлинёнными когтями сжимала пушистые уши на весу, совершенно не стесняясь в силе и удерживая в кулаке часть волос. Аластор зарычал, но он даже не попытался оттолкнуть Люцифера, лишь до побелевших костяшек схватился за чужую кисть. Хаск всем нутром почувствовал, как сила Радио-демона действовала на пространство, сгустками выходя из его тела в виде символов. Дело было плохо. Они настолько погрузились в свой конфликт, что Радио-демон игнорировал душу, которая ему принадлежала, не замечая Хаска совершенно.       — Пошёл нахуй! — зашипел Аластор, предприняв попытку вырваться из хватки. Его когти сильнее погрузились в запястья ангела, раздирая кожу. Кот-демон сглотнул, запахло ангельской кровью. После битвы с легионом Адама этот запах въелся в его ноздри и, наверное, ещё долго там продержится.       — Ты знаешь, мне не принципиально. Либо ты, либо я тебя.       Хаск в ужасе следил за тем, как Люцифер склонился над Аластором. Он уже был готов к драке, да хоть к тому что его заметят, но глаза короля смотрели только на демона перед собой, ничего не замечая вокруг себя. Глаза полные похоти…       Они не целовались, это больше было похоже на укусы, голодное и ненасытное поедание. Если не Люцифер, то вот Аластор явно пытался съесть его. Хаск с трясущейся рукой заставил себя закрыть рот, но глаза опустить было тяжело, не каждый день увидишь такое зрелище. Не каждое столетие…       Радио-демона нагнули на барной стойке. Стоять! Хаск не хотел знать этих подробностей! Это ад, но от Радио-демона в последнюю очередь ожидаешь порнографии. Нужно было заканчивать этот чёртов цирк.       Аластора дёрнули за голову вниз, до хруста костей, выставляя шею в самой невыгодной позиции, раскрывая все опасные зоны для противника. Люцифер резко склонился и впился зубами в выпирающий кадык, заставляя демона под ним раствориться в статическом шуме. От удовольствия? Хаск уже ничего не понимал. Его все игнорировали, а он боялся пискнуть лишний раз, лишь бы его душу потом на месте не разорвали.       Все знали, что Радио-демон был недоступной мишенью. Особенно Вокс это знал. Из-за того, что Хаск крутился вокруг Аластора (не по своей воле), он часто видел все попытки Вокса с его помешательством привлечь внимание демона. Видел то, как его отшивали и попускали, а потом ещё и избивали. Как можно после такого вообще подумать, что Аластора интересуют отношения? Хаскер услышал, как сверху кто-то завозился активнее и его уши припали к голове. А вот и доказательства, что Аластор не импотент, его тоже интересовал секс. По стенке барной стойки скатилось пару капель крови в опасной близости от Хаска, что очень сильно привлекло его внимание, и он внимательно прочертил дорожку снизу вверх, где довольное лицо Люцифера раздирало горло демону. Что ж, не самый обычный секс в его понимании…       А может это не соитие? Может король ада просто тоже любит полакомиться демонами? И этот ответ тут же отпал, когда Люцифер вздёрнул голову Аластора за уши вверх. Их глаза встретились, Хаск не видел лица Радио-демона, но выражение эмоций ангела было слишком мягким для того, у кого весь рот перепачкался в чужой крови. Алая улыбка мягко и плавно опустилась на чужие губы, а пальцы перестали сжимать уши, зарывшись в волосы окончательно. До слуха Хаска донеслось тихое сглатывание и тяжёлый вздох со стороны Радио-демона.       — Давай, ещё раз пошли меня, — тихо прошептал Люцифер, отстранившись. Его руки медленно поползли по телу демона, от головы до шеи, от шеи до груди. И ниже. И ниже. Дальше уже Хаск не мог видеть, да и не хотел на самом деле. Но Аластор задрожал, а его дыхание сбилось в моменте. Люцифер засмеялся в голос, явно получая ту реакцию, на которую рассчитывал, — Ну же, говори, жалкий грешник. Мы оба знаем, чего ты хочешь больше всего.       Аластор попытался отстраниться, но его попытка была настолько вялой, что он сам тут же успокоился. Голова повисла вниз, плечи полностью легли на стойку. Радио-шум прекратился и чистое дыхание без помех вырвалось из горла демона. Люцифер довольно улыбнулся.       — И стоило оно того, чтобы ты так долго от меня бегал? — падший схватил грешника за подбородок и поднял его лицо вверх, сохраняя контакт глаз, — Ты получишь кровь мою, но взамен ты мой.       Глаза Люцифера опасно сверкнули. Хаск навострил уши. Это звучало, как начало сделки.       — Да, мой король.       И Аластор сам потянулся к падшему. Схватился своими когтями за щёки ангела и притянул лицо к себе. Их губы столкнулись в яростном поцелуе, но ожидаемых искр контракта Хаск так и не увидел. Значит, это было не заключение сделки. Они просто на словах творили такой беспредел, будто были влюблены друг в друга… Бред, какой же это был сюр.       Резкий стон прервал мысли Хаска. И он тут же захотел забыть звучание этого звука. Он не хотел знать, что этот монстр может вообще стонать и издавать такие звуки. Его голова взметнулась вверх, глаза поймали момент, как Люцифер схватился за плечи Аластора. И уже через секунду барная стойка встряхнулась, а демон лежал на животе, прижатый щекой к столешнице, его голову крепко держала обугленная рука падшего. Хаск вновь ощутил, как его шерсть встала дыбом. И как тут не поседеть, когда убийственно-кровавые глаза встретились с кошачьим зрачком?       Хаск видел, как эмоции осознания и отрезвления прокатились на лице Аластора, как его оскал стал опасно зловещим. И всё это замерло в одном моменте, в этой секунде шока, после чего демон резко начал вырываться. Идиллия интимного напряжения спала, а за спиной Аластора раздалось раздражённое мычание. Король ещё не понял, что произошло, поэтому его руки крепко вцепились в демона, стараясь удержать на месте. Аластор уже начал принимать угрожающую форму, чёрные щупальца выскользнули из его спины, пока Хаск в панике пытался отползти назад. И лишь ладони падшего сдерживали демона от того, чтобы на Хаска не накинулись в ту же секунду.       — Эй, Бэмби! — попытался достучаться до него Люцифер, вновь прижимая чужую голову к столешнице, — Постой ты! Что случилось?!       Радио-демон весь задрожал, от него расплылось пару теней и в угрожающей манере начали двигаться в сторону уползающего Хаска. Но никто не успел до него дотянуться, как Аластора встряхнули и оторвали от бара подальше от грешника. Люцифер вёл свою борьбу, стараясь сдержать гнев взбесившегося оленя, пока Хаск уже чуть ли не белый от пережитого шока встал в полный рост, чтобы наконец-то выглянуть из-за стойки и посмотреть на открывшуюся картину глазами, полными ужаса.       Падший ангел всем свои весом давил на Аластора, прижимая его к стене, пока сам демон пытался вырваться, уже не сдерживая рычание. Как и зубы с когтями, которые раздирали одежду и плоть короля, в попытке отодвинуть преграду. Стоило Радио-демону увидеть испуганный силуэт Хаска, как он стал ещё активнее, а Люцифер уже по-настоящему начинал злиться.       — Да успокойся ты! — прикрикнул падший. В его плечо прилетел удар, но он не сдвинулся, — Ну, увидели тебя и увидели. Чего так разбушевался?       — Вы знали!!! — в ответ прилетело королю, рога Аластора разрослись сильнее. Темнота угла, где велась борьба, стала ещё гуще, — Вы знали, что он здесь, и всё равно продолжили свою игру!       Хаск в панике огляделся по сторонам. Эти ребята были слишком громкими…       — Это твоя душа! — в ответ закричал Люцифер. Так, как его руки были единственными, что не позволяли сбежать, он использовал голову. Замахнувшись, он ударил лбом в солнечное сплетение, где раньше была глубокая рана от ангельского оружия, которую он самолично залечил, но Аластор никак не отреагировал, продолжая испепелять барную стойку и грешника, что там стоял, убийственным взглядом, — Ты сам мог почувствовать его. Я подумал, что тебе плевать на чужую компанию.       Аластор за мгновение перестроился на новую цель. Его взгляд упал вниз на падшего, а руки зарылись в золотистые волосы, сжимая пряди под самые корни. Его улыбка стала ещё шире, первые зелёные нити разорвались на концах, и чёрная кровь, не красная, выступила в уголках.       — Ебучий ангел! — зашипел демон и дёрнул его за волосы. Люцифер стойко выдержал этот порыв, — Ненавижу тебя! Ненавижу всю твою семью и все твои поступки!       Аластор вновь дёрнул руки, и Люцифер в этот раз ударил лбом прямо в нос Аластора. Адский огонь всколыхнулся на теле падшего и тут же потух.       — Возьми себя в руки. Это всего один грешник. Он будет держать рот за зубами, — вылезший хвост падшего угрожающе дёрнулся в разные стороны, а острый взгляд скользнул через плечо на опешевшего Хаска.       — Я сожру тебя, Люцифер!       Люцифер закатил глаза, уже привыкший к таким угрозам. Он щёлкнул пальцами и возле него открылся портал. Радио-демон тут же забрыкался активнее, понимая, что дальше могло произойти, и его внимание тут же снова перестроилось на Хаска.       — Если хоть одна жалкая душа прознает, ты знаешь… — радио по всему отелю резко включилось, и скрипучий звук раздался в воздухе. Крики, это были чьи-то крики. Хаск задрожал, но отвести взгляд не мог от чёрных склёр демона, — Я разорву твою душу на части, Хаскер!       Грешник отпрянул от пролетевшей мимо него тени. Руны и письмена стали угрожающе плясать в воздухе, и Хаск сделал пару шагов назад, но тяжесть на шее заставила резко его остановиться. Цепь натянулась.       — Ты меня слышал?!       — Да, босс…       Хаск почувствовал, как его ошейник ослаб и растворился в воздухе. Ложное ощущение свободы принесло хоть какое-то спокойствие, но ненадолго. Устрашающий взгляд Радио-демона всё ещё смотрел на него, пока Люцифер одним движением не толкнул его в открытый портал. Отряхнув какую-то пыль с одежды, которая в некоторых местах была покрыта кровью и даже разорвана после продолжительного сдерживания буйного грешника, падший ангел неловко улыбнулся.       — Тебе лучше послушать Бэмби и держать язык за зубами. Моя малышка не должна знать о таких вещах, ладно?       Мягкий взгляд ангела осмотрел комнату. Без присутствия Аластора все тени разбежались по углам, лишь радио продолжало шуршать и издавать скрипучие звуки. А это значит, что Радио-демон всё ещё был в гневе, но раз он не вылез из портала обратно, то с ним ещё можно было поговорить. Люцифер тяжело вздохнул, дал себе время, чтобы подготовиться, и зашёл во всё ещё открытый ангельский портал.       А потом стало тихо. Очень тихо. Радио заглохло, а тени или куклы-вуду не вернулись поквитаться с Хаскером. Он не знал, сколько времени прошло, но в какой-то момент на одной лишь выдержке заставил себя пойти в сторону комнат. Он наплевал на внешний вид бара, что там осталась посуда, немытые бокалы, что барная стойка была в крови. Ему было всё равно, не он напортачил, не ему убирать это дерьмо. Пускай в следующий раз думают, когда им приспичит потрахаться в общественном месте!       Хаск не знал, как дошёл до комнаты и если бы это была вообще его комната…       Дверь открыли и в полном молчании пропустили. Он даже постучаться не успел. Энджел лишь хмыкнул и как-то спокойно проводил Хаска до своей кровати, куда котик тут же упал. Лицом вниз.       — Радио сходило с ума. Что случилось?       Даст обеспокоенно сел рядом с головой Хаска и положил руку на его спину. Демон тут же сделал глубокий вдох, будто не дышал всё это время. Притираясь лицом к простыне, он медленно замотал головой из стороны в сторону.       — Понял. Больше не спрашиваю… — Энджел успокаивающе погладил по шерсти Хаска. Кто, как не он, понимал, что означало сидеть на цепи.       Хаск стал случайным свидетелем того, чего видеть даже не хотелось. Изменились ли отношения между ним и Аластором после этого? Нет, но взгляд улыбашки время от времени становился острее, будто он каждый раз напоминал о том, что с лёгкостью зашьёт его рот при удобном случае.       Изменилось ли что-то между Аластором и Люцифером? Смотря, где они находились. Если при посторонних, то они продолжали собачиться, сохраняя дистанцию между друг другом. А вот если в их поле зрения оставался один только Хаск, то атмосфера менялась. Хаскер будто был для них красной тряпкой, что каждый раз намекала им: «Пожалуйста, творите, что хотите, меня тут нет!»       Аластор рычал, но Люцифер явно гору с плеч сбросил и позволял себе при Хаске теперь сюсюкаться с Радио-демоном, то сядет ему на колени, то повиснет на руках, цепляясь за шею грешника, то начнёт осыпать поцелуями его лицо. Хаск уже устал от всего этого и, молчаливо, старался не обращать внимания.       — Босс, и давно вы в таких отношениях? — спросил спустя пару дней Хаск у Аластора на свой риск и страх.       Они все находились в гостиной, пока Чарли и грешники проводили какую-то психологическую терапию. Люцифер сидел в центре событий, точнее, под боком у своей дочурки, явно наслаждаясь её обществом. Хаск же был за баром, а рядом с ним сидел на барном стуле Аластор, который лишь одним глазом наблюдал за кругом общения или мини-собранием. Он всегда избегал этих посиделок и никогда не принимал там участия. Хаскер в последнее время слишком уж прирос к бару, напитки сами себя не приготовят, а на терапию ходить желания не было.       Аластор опасно сузил глаза на вопрос Хаска. И грешник уже пожалел о том, что вообще подумал об этом, но Радио-демон быстро расслабился. Повернувшись к Хаскеру спиной, он устремил свой взгляд на группу жильцов.       — Хм… — протянул задумчиво Аластор, облакотившись на стойку спиной, — У нас нет отношений, друг мой!       Хаск приподнял бровь в явном вопросе, но не стал как-то уточнять или расспрашивать. Это было не его дело. Любопытно, но не настолько, чтобы рисковать своей душой ради этих знаний.       А потом Хаск увидел, как Люцифер послал воздушный поцелуй прямо в сторону Аластора и тут же спрятался за Чарли, будто не он только что при всех сотворил столь странный жест. Странный для не знающих, а вот Хаск и Аластор сразу поняли. Радио-демон позорно прижал уши к голове, а его улыбка превратилась в оскал.       — Не отношения, да? — тихо промычал Хаск, с опаской глянув на демона.       — Сентиментальный идиот! — совершенно не скрываясь и не надев маску на лицо, Аластор начал нашёптывать оскорбления под нос.       Хаск не хотел становиться единственным знающим существом в их «отношениях». Король ада и грешник (сильнейший оверлорд), что может быть ещё более странным, как не это?       — Ебучий мягкотелый нытик!       Ах, да… Теперь на нём ещё и клеймо свидетеля их странного недо-интима. Ему стоит сказать спасибо, что они остановились тогда?       — Чёртов имбецил…       Так, хорошо! Хаск неловко покосился в сторону Аластора. Столько оскорблений и матов он ещё не слышал за раз из его уст. Радио-демон славился своими манерами, а тут, будто плотину прорвало.       В любом случае впереди близилось что-то.       Что быстрее разрушится: их недо-отношения или они сами от этих взаимодействий?