Я знала, кем ты станешь

      Ночной город завораживал. Огни вдали переливались разными цветами и формами. Тихий шум придавал Корусанту жизни. Прохладный воздух ласкал нежную кожу лица брюнетки, развевая её тёмные волосы.        Она лежала на мягких сиденьях кабриолета, оперевшись о бортик и смотря вдаль. Её рука была всё также прикована к запястью Энакина, который расселся рядом.  Он изучал профиль девушки. Эллиотт же была целиком сосредоточена на разглядывании города. С момента её последней попытки побега она не проронила ему больше ни слова. Но ровный, не слишком высокий и не слишком низкий голос девушки, всё ещё звучал эхом в его голове. Почему-то он казался ему… знакомым. Её запах, её глаза, то, как она слегка прикусывала губу, когда задумывалась… всё это было до боли близким. Что странно, ведь они никогда до этого не встречались. Но почему-то с момента их встречи, тогда в Храме, его не покидали мысли о ней. Возможно, всё из-за того, что он понятия не имел кто она вообще такая и откуда взялась. Она была тайной для всего Ордена.  Энакин любил тайны и секреты. А ещё больше он любил их разгадывать. Или, как говорит его мастер, совать свой нос в чужие дела.  — Меня запрут? — тихо спросила Эллиотт, не отводя взгляда от горизонта. Энакин моргнул несколько раз, приходя в себя.  — Мне послышалось или ты?…  — Меня запрут? — ярко зелёные глаза обратились к лицу шатена. Он отвёл взгляд. Его скулы напряглись.  — Вероятнее всего, да, — тихо прошептал он.  Девушка лишь молча кивнула и отвернулась.  — Но, ты ещё можешь всё изменить…  — Я знаю, — улыбнулась Эллиотт.       Энакин замер, не отводя глаз от её лица. Это впервые она улыбнулась так искренне. Не развернутой презренной усмешкой, а настоящей, мягкой улыбкой. Она прикусила губу, явно опять погружаясь в свои мысли.       Вдали раздались сирены. Энакин поднялся на ноги и помог девушке тоже встать, придерживая её за талию. Она слишком ослабла после неполного восстановления и численных травм в результате побега. Похоже, её истощение теперь обрело новую ступень.  — Эллиотт, ты всё ещё можешь сотрудничать с нами. За нужную информацию Орден обеспечит тебе безопасность и поможет…  — Почему тебе не все равно? — вскинула бровь брюнетка, саркастично смотря на него.  — Потому что ты не кажешься мне бессердечным монстром, которым пытаешься казаться. Она ничего не ответила, лишь слегка мотнула головой, еле прищурив глаза.       Рядом с кабриолетом остановился скаймобиль. Дверь отьехала и Оби-Ван с грозным выражением лица перепрыгнул в красный корпус их скутера.  — Энакин, ты в край умом тронулся? — тут же прошипел он.  Шатен скорчил невинную гримасу и пожал плечами, щенячьи глаза словно так и говорили «Я? Разве я мог что-то сделать не правильно? Я тут ни при чем.»  — Это она умом тронулась, мастер. Я лишь выполнял свою миссию: не дать ей сбежать. И, как видите, мне прекрасно удалось, — самодовольно улыбнулся он.  — Ты вообще понимаешь чего стоило сбитое движение? Сколько аварий произошло? Ты не должен был дать ей оказаться снаружи в первую очередь, тогда не пришлось бы…  — Мастер, не будьте невоспитанным, Эллиотт сейчас стоит рядом с нами и всё слышит и понимает, говорить о присутствующем человеке в третьем лице — плохой тон. А кстати, она всё же умеет говорить.  Кеноби замер. Его глаза обратились к, прикованной к руке Энакина, девушке.  — Неужели?  — Именно. Ми тут проделали прогресс. Она даже согласилась сотрудничать.  Брюнетка выдала смешок, вскидывая одну бровь в саркастичной гримасе.  — По моему, она сама об этом не знает, — съязвил Оби-Ван. Энакин растерянно перевел взгляд на Эллиотт.  — Эй, я думал мы нашли общий язык… Рядом с двумя авиамобилями плавно остановился корабль. Дверь поднялась и к кабриолету беззвучно опустился трамплин.  — Я проинформировал Орден о случившемся. Было принято решение о немедленном переводе узницы в защищенный корпус.  — То есть в темницу? Вы просто запрёте её? А как же обещание о безопасности и помощи?  — Это предложение действует только в обе стороны. Она же сотрудничать не собирается, — Оби-Ван кивнул к входу в корабль. — Мне правда жаль, — обратился он к Эллиотт. Каменная маска девушки не соскользнула ни на миллиметр. Она молча последовала за Энакином, к которому была прикована.       На борту их обоих обследовали. Орден принял решение не снимать наручники до прибытия, для безопасности. Энакина утвердили как сопровождающего, который должен будет отвести задержанную к камерам заточения и запереть её там. Система видео наблюдения и бронированные выходы конечно же будут страховкой в случае чего. Из этой темницы никогда не удалось сбежать ни одному заключенному, а заключены там были даже самые сильные и опасные тёмные джедаи прошлого.       Темница находилась в нескольких часах полёта от самого Корусанта, посреди бушующего океана, с большей части под водой, что делало побег невозможным. При взрыве или создании отверстия в камерах, вода бы пробила стены и давление превысило бы все жизнедоступные нормы, уничтожая всё в прах и уневозможнивая оказаться снаружи. Но даже если вдруг, каким-то чудом, кому-то удастся выбраться на верхние этажи, откуда можно выбраться, узник всё равно оказался бы посреди океана без транспорта или какой-то либо возможности связаться с внешним миром. Все попавшие туда обречены на веки.

***

      Мирэ зевнула. Она, оказывается, и вправду устала от всего происходящего. Глаза девушки закрылись, мысли постепенно отплыли на задний план.        Всё тело Энакина напряглось в момент когда голова брюнетки опустилась на его плечо. Они сидели опершись спинами о стену, руки скованы вместе. От ощущения дыхания Эллиотт на своей шее по коже парня пробежались мурашки. Ум кричал ему, что это неправильно, что он должен отсунуться, разбудить её, провести грань.  Но он не сдвинулся ни на миллиметр. Он боялся дышать, чтобы не испугать брюнетку, так расслабленно и спокойно спящую рядом. Ей нужен отдых. Поэтому он не хочет будить её. Вот и всё. Или, это было лишь то, в чем он пытался сем себя убедить.       Вторая, свободная, рука Энакина медленно поднялась на уровень лица Эллиотт. Он еле коснулся её щеки подушечками пальцев, нежно заправляя прядь тёмных волос за ухо девушки. — Кто же ты такая, Элли? — тихо прошептал он.       Губы девушки пошевелились. Еле слышный шёпот сорвался в тишину.  Энакин нахмурился. Он не слышал что именно она прошептала, но это явно не было что-то осмысленное. Шатен наклонился ближе, чтобы лучше расслышать. Эллиотт продолжала что-то бурчать во сне. Парень закрыл глаза чтобы не отвлекаться и попробовал разобрать слова.  — Мастер… я боюсь… отец… он здесь… ваш отец… жив… пп… рошл… ее…,— раздалось ровное дыхание.  Она сказала всё, что хотела. Хоть и предназначались ее слова явно не ему, а очевидно, её мастеру.       Энакин посмотрел на расслабленное лицо девушки. Что она имела ввиду? Кто её мастер? Кто его отец? К чему это всё к Ордену? Почему ему сложно дышать, находясь в такой близи к ней? Он отвлёкся. Взгляд голубых глаз опустился на пухлые, слегка надутые во сне, бордовые губы девушки. На них виднелось несколько свежих царапин, в уголке рта засохли капли крови. В горле у шатена пересохло. В помещении резко стало жарко, слишком жарко. Он нервно сглотнул. Мозг кричал ему отстраниться, опомниться, но импульсы тела не позволяли осунуться ни на миллиметр. Его дыхание ускорилось. В тишине было слышно громкий стук его сердца и тихое посапывание Эллиотт.        Энакин не понял в какой момент она проснулась и уставилась на него ярко-зелёными глазами. Она ничего не говорила, не двигалась. Лишь смотрела четко в его лицо сонным взглядом сияющих глаз в обрамлении длинных ресниц. Голова девушки слегка склонилась на бок в вопросе.       Энакин пересилил себя и медленно отдалился, опять облокачиваясь о стену.   — Я проверял или ты там ещё жива, — хриплым голосом прорезал тишину он.  — И как?  — Жива. Брюнетка хмыкнула и улеглась на его грудь. Энакин напрягся всем телом. Перед этим она просто уснула и поэтому облокотилась о него, но сейчас она сделала это специально.   — Ты не дышишь, — констатировала Эллиотт, лежа на его груди. — И у тебя такими темпами инфаркт случиться. — добавила она, прислушиваясь к скоростному сердцебиению парня.        Энакин сглотнул и сделал глубокий вдох, попытался расслабиться. Его ладони вспотели и он попытался вытереть их о свой костюм, но в итоге случайно положил одну из рук на бедро Эллиотт вместо своего. Его зрачки расширились, сердце опять забилось быстрее. Он затормозил, с головы вдруг вылетели все мысли и он просто замер в таком положении. — Серьезно? Обнимашки? — он услышал саркастичную ухмылку в голосе брюнетки. Энакин мысленно победно засмеялся. Она не начала возмущаться, не приказала не касаться её, не задушила его за то что распускает руки. И теперь она с ним разговаривает. Это явно победа, хоть и совсем небольшая. Но это только пока что. Он поможет ей. Он узнает кто она и что с ней случилось. Он спасёт её. Вот только она не нуждается в спасении. Спасать нужно его.