Кольцо Желания

Цинь открыл глаза, когда солнечные лучи коснулись его лица. Он с трудом поднялся на локтях и схватился за поясницу.   — Чувствую себя так, будто меня несколько раз придавили каменной плитой, — пробормотал Цинь, не открывая глаз. Это было привычкой: когда он оставался без повязки, он часто был с закрытыми глазами. Но голос рядом заставил его распахнуть веки.   — Ночью ты себя точно так не чувствовал, — сказал Аид, лежа на другой стороне кровати и подпирая голову рукой. Его взгляд был спокоен, словно ничего не произошло.   — Аид! Почему ты исчез, оставив меня? И что, черт возьми, ты мне дал? — нахмурился Цинь, опершись рукой о кровать и слегка наклонился к Аиду. Тот лишь улыбнулся.   — Ну уж нет, задай один вопрос, — ответил Аид, явно наслаждаясь ситуацией. Он понимал, почему Цинь злится, но наблюдать за сменой выражений его лица было забавно. Без повязки читать Циня стало легче. Поражённый наглостью Аида, Цинь потерял дар речи, глядя на него широко раскрытыми глазами, а затем мотнул головой.   — Не играй со мной! Ответь на все вопросы!  — Ладно, ладно, не кричи, — Аид сел, чтобы Цинь не возвышался над ним. Затем он задумался, что именно рассказать. Рассказывать правду о том, что он ушел по работе, а не вернулся, потому что забыл о Цине, Аид не мог. А о самом кольце он знал мало, а расспросить Афродиту не успел: она напомнила ему о человеке, и он сразу же спустился в мир людей. Говорить об этом было неловко. Аид хорошо знал Циня: пытаясь склонить его к своему греху он изучил его очень хорошо. Если бы он сейчас рассказал правду, Цинь долго бы подкалывал его, напоминая о забывчивости. — Ты не считаешь, что мне не нужно отчитываться перед тобой о том, почему я ушел и так долго отсутствовал? А второй вопрос... — Аид на мгновение замолчал, затем приблизился к руке Циня и легко снял кольцо с его пальца.  — Это кольцо лишь усилило твое желание, — сказал Аид, уклоняясь от ответа и не давая Циню ясности. Это явно не понравилось последнему.  — И Цинь, ты сам его надел, никто тебя не принуждал — напомнил Аид, и Шихуанди вспыхнул от стыда. Ему нечего было возразить: он сам, по своей беспечности, принял кольцо от Бога, который до этого пытался его убить. Что же тогда подумал Цинь? Да ничего. Ему даже в голову не пришло усомниться в этом кольце. Он удивился подарку, но не почувствовал угрозы. Воспринял кольцо как красивую безделушку. Он попытался встать, но боль пронзила его тело, опустив взгляд он увидел, что покрыт укусами и засосами. Его взгляд медленно переместился на тело бога, которое было безупречно чистым. Цинь не мог поверить своим глазам, хоть и смутно, но он помнил, что как минимум он поцарапал спину Аида. — Я могу исцелить такие мелкие раны, ведь я Бог, — сказал Аид с усмешкой. Цинь дернулся в его сторону, но тут же упал на кровать, скривившись от боли. Он медленно перевернулся на спину и закрыл глаза. — Ладно, забудем об этом. Обещаешь, что это больше не повторится. — Аид вертел кольцо в руке, а Цинь поднял на него взгляд. — Аид? — Цинь приподнялся на локтях, глядя на Бога. — Посмотрим на твое поведение. Если будешь плохо себя вести, надену его снова. Думаешь, оно одноразовое? — Аид взглянул на Циня через кольцо. — Ты шутишь? — Цинь вздрогнул, когда Аид приблизился к его лицу. — А если нет? Что ты мне сделаешь? — Цинь закрыл глаза. Затем резко поднял руку, ударив, так сильно, что Аид выронил кольцо. Поймав его, Бог сам упал с кровати.                                                 

***

Цинь крутился у зеркала в своих покоях. Его одежда не скрывала следов прошлой ночи. Он упер руки в бока и слегка наклонился, размышляя, как отвечать на вопросы о них. Слуги промолчат, но приближенные наверняка спросят. Из ванной, которая была в комнате императора, вышел Аид с мокрыми волосами. Подойдя к Циню, он остановился и провел рукой по укусам на его шее. — Не беспокойтесь, император. Мои укусы не видны обычным людям. Их можете видеть только вы «и другие боги» — но последнее Аид не стал говорить. Он лишь загадочно улыбнулся. Цинь выдохнул с явным облегчением и завязал повязку на глазах.                                                    

***

— Я еще вернусь, император, — Аид помахал рукой и исчез, оставив Циня одного в комнате, когда тот уже взялся за ручку двери, чтобы выйти. Но дверь внезапно открылась сама, и на пороге появился запыхавшийся Тао Фэн. — Простите, император! Помилуйте, меня грешного, проспал! — Цинь застыл в дверях. Он еще никогда за это никого не казнил, но слуга, казалось, боялся его до дрожи. — Фэн, ты чего? С кем не бывает, проспал и проспал! — с улыбкой Цинь обнял Тао за плечи. Он даже обрадовался, что слуга не пришел вовремя, ведь это дало ему возможность поспать подольше, а Аид не попался в покоях императора. «Аид?» — Цинь вдруг задумался о том, не мог ли сам Бог отправить кого-то усыпить людей, чтобы они не потревожили императора. Но он тут же отбросил эту мысль, решив, что это просто нелепая фантазия.                                                 

***

«Я не могу сосредоточиться на работе»  — Аид оперся локтями на стол и положил голову на скрещенные руки. Ему нужно было закончить работу, но перед глазами постоянно возникал образ Циня. Он размышлял, как теперь поведет себя парень после их близости. Будет ли он отстраняться или сделает вид, что ничего не произошло? Он встал из-за стола и вышел из кабинета. Ему нужно отвлечься, сейчас работать он не мог. Выйдя из царства Хельхейма, Аид направился в храм Афродиты. Подходя к нему, Аид вспомнил, что теперь будет называть богиню тетей, но сейчас это казалось не важным. Открыв двери храма, он оказался в тишине. — Афродита? — громко позвал он, и его голос эхом разнёсся по помещению. Вскоре послышался цокот каблуков. — Аидушка, что скажешь? — богиня явно ждала чего-то интересного. — Тетушка, ваше кольцо действует и на богов? — и услышав желанное прозвище, Афродита вскрикнула, обхватила щеки и закружилась на месте. — Ах, Аидушка, конечно действует. Неужели ты веришь, что только люди поддаются своим желаниям? — богиня улыбнулась, скрестив руки. Аид задумался: кольцо ли мешает ему думать о чем-то кроме Циня? Он похлопал по карманам, размышляя, стоит ли отдавать артефакт. Сможет ли он еще раз разделить ночь с человеком без кольца? Что-то изменилось, и отпускать Циня сейчас не хотелось. Не хотелось расставаться и с кольцом — вдруг оно пригодится? Но если нет? Аид и сам страдал от кольца, если верить Афродите. Ведь кольцо может действовать и на него, но стоило уточнить.  — Кольцо работает только когда его надевают? — спросил Аид. Афродита удивленно подняла брови, убирая за спину длинные розовые волосы. — Конечно, зачем ему работать, если оно закрыто или просто лежит? Оно питается желаниями, а не раздает их — ответила богиня, пожав плечами.  — Я понял, могу ли я забрать кольцо? — Афродита усмехнулась и тихо засмеялась. — Конечно, дорогой, забирай, — она махнула рукой, давая добро. Афродита странно прищурилась, улыбаясь. Богиня любви и страсти явно что-то задумала, но Аид не стал расспрашивать. Он сжал кольцо в кармане и вышел из храма. Афродита развернулась и вошла в свою спальню, упав на кровать. — Наш милый Аид заинтересовался человеком? Хах, тот, кто ни с одним богом ни разу не спал, теперь хочет человека? Интересно! — Афродита вертелась на кровати, обнимая подушку. Только она могла придумать что-то непристойное об Аиде и человеке.               

***

Аид снова погрузился в работу в своем королевстве. Хотя дел было еще много, теперь он не делал ее один. Он поручил своим слугам помогать ему. Те без возражений согласились и занялись чтением документов, которые не требовали внимания Аида. Он же делал только то, что считал необходимым в его присутствии. Через пару дней Аид решил навестить Циня. Он соскучился, но императору об этом не скажет. Зачем ему знать?  И вот он снова оказался в императорском саду. Уселся под дерево и посмотрел в небо. Что сейчас делает Цинь, он не знал, но был готов дождаться его. Он прекрасно знал: Цинь всегда приходит сюда, чтобы успокоиться и насладиться тишиной. Цинь шагал по каменной дорожке, тихонько напевая. Уже несколько дней он каждый вечер приходил в сад, без Аида было скучно. Этот бог снова оставил его одного, что злило императора. А еще Аид забрал странное кольцо, и Цинь не успел швырнуть его в лицо богу, да и не смог бы . Даже тот удар, что заставил Аида упасть с кровати, отозвался такой болью, что Цинь едва не застонал. Теперь он снова шел в сад, чтобы отдохнуть от совещаний и людей, ищущих его поддержки. Но вдруг, подняв взгляд, он заметил знакомую фигуру. — Хао! Аид! Не ожидал, что ты вернешься. — Цинь улыбнулся и склонившись над Аидом. Тот поднял голову. «Неужели уже восстановился?», — подумал Аид, но ничего не сказал. Он схватил Циня за руку и дернул к себе. От резкого действия парень упал на колени Аида, но не спешил вставать. Его тело еще не полностью восстановилось, каждое резкое движение отзывалось болью, которую он, однако, старался никому не показывать. Аид с интересом водил пальцами по спине Циня, где остались следы укусов и засосов. Они заживали медленно, и даже спустя несколько дней на коже Императора все еще были заметны отметины Бога. Аида это радовало: на теле Циня оставались его следы, пусть их и не видел никто, кроме их двоих. Но это значит, что Цинь прекрасно помнит, кто именно оставил эти следы на его теле.  — Аид, что ты делаешь? — спросил Цинь, не поднимаясь с колен. Молчание и действия бога только усиливали напряжение. — Я принес сладости, — ответил Аид, проигнорировав вопрос. Циню придется смириться: этот бог не ответит на его вопросы. Но, услышав про сладости, Цинь мгновенно вскочил и сел рядом с Аидом. — Хао! Сладости? Такие же, как в тот раз, неизвестные мне? Покажи! — воскликнул он, похлопав по земле, словно приказывая богу. Однако Аид не обратил внимания на его слова. Он щелкнул пальцами, и под ними появилась скатерть, полная сладостей в разных коробках и тарах.  Цинь снял повязку. Его глаза горели, а сам он смотрел на сладости с детской радостью, словно увидел первый подарок в своей жизни. Аид с интересом наблюдал за ним. Когда Цинь начал разворачивать фантики, кидать конфеты в рот и ловить их на лету, Аид едва сдержал смех. Император снова не усомнился в Аиде. Было даже мило, что Цинь доверял ему, несмотря на инцидент с кольцом. Аид усмехнулся, и Шихуанди, заметив это, с видом побитого щенка отложил сладости. — Император, неужели вы испугались? — Аид приблизился к Циню, заставив его вздрогнуть. Тот попытался ответить, но Аид неожиданно вложил круглую конфету ему в рот. Цинь раскусил её от неожиданности и проглотил. Аид тоже начал есть, хотя не любил сладости. Цинь, увидев, как Аид ест конфету, успокоился и тоже взял одну. — Мне кажется, или ты сейчас пытаешься доминировать надо мной? — Аид с трудом удержался от смеха. Конечно, он пытался, но раньше его интересовала только сделка. Теперь же он был по-настоящему заинтересован. Даже если Цинь — первый император людей, Аид не позволит ему доминировать. — Тебе кажется, — Аид пожал плечами, улыбаясь. Он протянул руку к конфете, которую держал Цинь. Аид просто ждал, пока Цинь сам отдаст её. — Эй! Она была последняя, раньше нужно было сказать, — Цинь тут же отправил конфету в рот. «Ну что за ребёнок» — подумал Аид, приближаясь к Циню. Пока тот не начал жевать, Аид поцеловал его. Цинь оторопел, но Аид не обратил на это внимания. Он забрал конфету и, жуя её, почувствовал приторный вкус, скривился внутри себя, а повернув голову, он увидел, что Цинь покраснел. Его уши и шея были розовыми. Заметив взгляд Аида, Цинь отвернулся, как будто хотел достать другую конфету. Хотел показать, что этот момент не повлиял на него, но Аид хорошо его знал. «Хо? Я передумал ради такого. Я бы сделал это снова», — Аид улыбнулся, не отрывая взгляда от Циня. Тот прекрасно чувствовал, как взгляд прожигает его спину. Сейчас он корил себя за то, что снял маску и его лицо стало открытым. Маска почему-то оказалась рядом с Аидом, и чтобы забрать её, пришлось бы повернуться к нему лицом и приблизиться. Но сейчас этого делать точно не хотелось. Цинь вообще не понимал своих чувств. Ни с кем он ещё не испытывал ничего подобного. Эти ощущения были в новинку, даже секс. Он переспал с богом, и теперь этот бог не только вернулся, (хотя Цинь был рад его возвращению), но и вёл себя странно. Как ему реагировать на такое? — Аид, что с тобой вообще? Ты знаешь, как отличаешься от себя обычного? — Цинь обернулся. Аид смотрел прямо на него, не отводя взгляда ни на секунду. — А ты знаешь меня обычного? — вопрос застал Циня врасплох. Он хотел ответить, что, конечно, знает, и что даже спрашивать об этом глупо, но действительно ли это так? Что он знает об Аиде? Что тот — бог. Король Хельхейма. Что у него есть сделка с другим богом на его жизнь. Вот всё, что он знал об Аиде до их близости, когда тот пытался столкнуть его в пропасть. Почему Цинь решил, что тот Аид был настоящим? Почему он думает, что этот Аид ведёт себя странно? Ведь он никогда по-настоящему не знал его. Это открытие расстроило Циня. Он так мало знал о боге, и сейчас Аид косвенно указал ему на это. Аид заметил состояние Циня, убрал вс лишние и приблизился. — Не выгляди как брошенный пес. Я тоже ничего о тебе не знаю, так что мы в равных условиях, — сказал Аид и наклонился к губам Циня. Их губы были в нескольких миллиметрах друг от друга, но Аид внезапно отстранился. Цинь был удивлен и озадачен. Он ждал поцелуя, но сам себя остановил. Он ждал поцелуя? «Подожду, когда сам будешь умолять об этом» — подумал Аид, засунув руку в карман плаща. Он крутил в руках кольцо, но решил не использовать его. Лучше заставить Циня желать его без магии. С этим поможет тетушка. — Решил — сказал Аид, резко вставая. Циню пришлось поднять голову, чтобы посмотреть на бога снизу вверх. Он и раньше так смотрел на Аида. Бог был выше его на двадцать (20) сантиметров (см), и Циню приходилось поднимать голову, чтобы видеть его лицо. — Мне нужно будет уйти ненадолго. Не теряй меня — не дожидаясь ответа, Аид исчез. Словно кто-то стер его из виду, Цинь не сразу осознал происходящее, но когда понял, ударил рукой по земле. — Аид! Почему ты снова исчезаешь, ничего не объяснив?! — но его крики остались без ответа. Он был один, и, поднявшись, направился к своей комнате. Ему нужно было отдохнуть и разобраться в себе.