Павший ангел и Звезда

▌Глава 3: Танцы в темноте С тех пор многое изменилось, и в то же время ничего. Мародёры продолжали свои нападки, Северус продолжал огрызаться. Но между Сириусом и Снейпом появилась невидимая нить, тонкая, как паутина, но крепкая, как сталь. Их ночные встречи на Астрономической башне стали обыденностью. Сириус приходил, иногда с Ремусом, который молча наблюдал, всегда с лёгкой, понимающей улыбкой. Но чаще всего он приходил один, чтобы провести несколько часов с Северусом. Они редко говорили. Иногда Сириус рассказывал о своих полётах, о том, как ветер поёт в перьях. Северус слушал, его глаза горели в темноте. Он все ещё прятал свои крылья днём, но по ночам, когда они были одни, он раскрывал их, позволяя Сириусу касаться их, изучать, даже помогать ему чистить перья. Это был акт невероятного доверия со стороны Снейпа, жест, который Сириус ценил больше любого слова. — Они не созданы для лёгкости, — сказал Северус однажды, когда Сириус осторожно разглаживал одно из жёстких перьев. — Они — для силы. — Тогда ты должен использовать эту силу, — ответил Сириус. — Покажи им, что твоя тьма может быть сильнее их света. Сириус начал учить его. Он показывал, как ловить потоки воздуха, как использовать каждое перо для маневрирования, как отталкиваться от земли с максимальной мощью. Северус был медленным учеником. Его крылья были тяжелыми, неуклюжими. Каждый взмах требовал невероятных усилий, и он часто падал, разбивая колени. — Я говорил тебе! — выкрикивал он, когда в очередной раз оказывался на траве. — Они бесполезны! — Ничто не бесполезно, Снейп, — упрямо отвечал Сириус, поднимая его. — Просто ты ещё не нашёл свой собственный способ. Однажды ночью, на закате их шестого курса, когда напряжение в мире нарастало с каждым днём, Сириус и Северус снова были на Астрономической башне. Северус был особенно мрачен. Лили всё больше отдалялась от него, а его связи с миром Тёмных Искусств становились всё крепче. — Я не знаю, зачем я это делаю, — прошептал он, глядя на свои расправленные крылья. — Скоро это не будет иметь значения. — Будет, — твёрдо сказал Сириус. Он подошёл к Северусу и встал рядом с ним. — Всегда будет иметь значение, кто ты, Северус. И кто ты есть, когда ты один. Он посмотрел на Северуса, и в его глазах было столько боли и столько невысказанных слов. Сириус знал, что Северус уходит, что он делает свой выбор. Но эта ночь, здесь, на башне, принадлежала им. — Попробуй ещё раз, — предложил Сириус. — Один последний раз. Не пытайся быть лёгким. Будь… собой. Будь тяжёлым. Пусть гравитация станет твоим союзником, а не врагом. Северус поднял голову. В его глазах что-то мелькнуло. Он встал на край башни. Его огромные черные крылья расправились во всей своей мрачной красе. Они не блестели, они поглощали свет, делая его силуэт ещё более загадочным. Он глубоко вдохнул. Затем, вместо того чтобы пытаться изящно оттолкнуться, как учил Сириус, он сделал нечто другое. Он упал. Северус спрыгнул с башни, позволяя гравитации тянуть его вниз. Сириус вздрогнул, но не двинулся с места. Он доверял ему. В самый последний момент, когда земля казалась уже слишком близкой, Северус резко расправил крылья. Это был не взмах, а скорее мощный толчок, рывок. Его перья, жёсткие и широкие, поймали воздух не для подъёма, а для резкой остановки падения, для создания сопротивления, которое превратило его стремительное пикирование в контролируемое планирование. Он не взмыл вверх, как сокол. Он завис, а затем начал скользить, его тяжелые крылья ловили самые сильные потоки воздуха, как паруса огромного корабля. Он не был изящен, как Сириус. Его полет был мощным, тяжелым, но невероятно эффективным. Он был похож на полет огромного ястреба, парящего на восходящих потоках, его черная тень скользила по земле. Сириус расправил свои крылья и взлетел, чтобы присоединиться к нему. Он кружил вокруг Северуса, наблюдая, как тот постепенно набирает высоту, его глаза горели триумфом. — Ты это сделал! — выкрикнул Сириус, его голос был полон восторга. Северус не ответил. Он просто летел, его лицо было сосредоточенным, но в его глазах Сириус увидел проблеск чистой, незамутнённой радости. Он поймал восходящий поток и начал подниматься выше, все выше, пока не оказался на одной высоте с Сириусом. — Твои крылья… они для ветра, — сказал Северус, его голос был низким, но теперь в нём не было прежней горечи. — Мои… они для шторма. Они летали вместе в эту ночь. Сириус, сверкающая серебряная звезда, и Северус, чёрный, как обсидиан, штормовой птиц. Они кружили над Хогвартсом, над Запретным Лесом, над спящими полями. На мгновение они забыли о Джеймсе, Лили, Волан-де-Морте, о выборе, который предстоял. Были только они двое, два разных вида крыльев, нашедших друг в друге идеального партнёра для полёта. ▌Глава 4: Разлука и обещание События развивались стремительно. Шестой курс закончился, седьмой пролетел в атмосфере всеобщего страха и надвигающейся войны. Северус всё глубже погружался в мир Пожирателей Смерти, а Сириус и Мародёры, теперь уже члены Ордена Феникса, отчаянно боролись за свет. Их ночные полёты становились всё реже, а затем и вовсе прекратились. Последняя их встреча на башне была полна невысказанных слов. Северус был бледен, с ввалившимися глазами, его крылья казались тяжелее обычного. — Я должен, — сказал он, его голос был хриплым. — Лили… я должен защитить её. Сириус понимал. Он знал, что Лили была для Северуса всем. Он также знал, что Северус был глубоко несчастен, идущий по пути, который сам же выбрал, но который его и ломал. — Не забывай, как летать, Северус, — сказал Сириус, его глаза были полны боли. — Не забывай, что твои крылья созданы не только для падения. Северус посмотрел на него, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на отчаяние. — Это уже не имеет значения. — Имеет, — возразил Сириус, подойдя к нему. Он обхватил его лицо руками, его большие пальцы погладили скулы Северуса. — Всегда будет иметь значение, Северус. И в этот момент, под луной, которая знала их секрет, Сириус Блэк поцеловал Северуса Снейпа. Это был поцелуй отчаяния, прощания и невысказанного обещания. Поцелуй, который был таким же тяжёлым и тёмным, как крылья Северуса, и таким же ярким и свободным, как крылья Сириуса. Северус ответил, его губы были холодными, но на мгновение он вцепился в мантию Сириуса, словно утопающий за спасительную соломинку. Когда они отстранились, Северус опустил глаза. — Прощай, Сириус. Он расправил свои огромные чёрные крылья, и на этот раз он не упал. Он взмыл в небо, его силуэт быстро растворился в ночной тьме, унося с собой их тайну. Сириус остался на башне, глядя вслед, пока чёрное пятно не исчезло. Он знал, что их пути разошлись. Но он также знал, что Северус унёс с собой не только боль. Он унёс с собой память о полёте. Память о свободе. И, возможно, надежду. Эпилог (много лет спустя): Годы прошли. Война закончилась, но оставила глубокие шрамы. Сириус провёл годы в Азкабане. Северус стал двойным агентом, его душа была разорвана на части. Они не виделись, не говорили. Но однажды, в самый тёмный час, когда Волан-де-Морт вернулся, Сириус, будучи на свободе, стоял на Астрономической башне Хогвартса. Он смотрел в ночное небо, его собственные крылья были сложены. И вдруг он увидел это. Высоко над Запретным Лесом, среди звёзд, мелькнула огромная чёрная тень. Она не сверкала. Она была мрачной, мощной, и она двигалась с той самой тяжёлой, но неотразимой силой, которую он когда-то научил Северуса. Это был не полёт Сириуса. Это был не полёт Джеймса. Это был полёт Северуса. И в этот момент, когда мир был на грани краха, Сириус Блэк улыбнулся. Северус Снейп не забыл. Его крылья, хотя и несли на себе вес всего мира, всё ещё могли подниматься в небо. И Сириус знал, что где-то там, в этой тьме, Северус всё ещё оставался той самой могучей, штормовой птицей, которую он однажды научил летать. И это было его собственное, тихое обещание, которое продолжало жить, несмотря ни на что.