Swap Bad Things

Прошёл ещё один невыносимый день. Время как будто просто пролетало мимо, пока ты не следишь за ним, увлекаясь делами. Блондин усталыми и сонными глазами смотрел в монитор. Пальцы были уже приучены к работе: они быстро нажимали на клавиши и так же стремительно исправляли ошибки. Казалось, ничто не сможет отвлечь его от этого занятия. Эндрю был таким человеком, который готов работать до тех пор, пока просто не отключится. Он не мог отвлекаться на другие дела, а на время ему было плевать. Оно плавно пролетало: незаметно солнце скрывалось за горизонтом и появлялась луна. Небо становилось темным, как сама тьма, но на нём иногда можно было разглядеть красивые звёзды, украшающие это гнетущее место. Возможно, блондин даже не замечал момента перехода дня в ночь — глаза всегда были устремлены в монитор, не давая организму отдыха. Но усталость брала своё. Руки как будто онемели, он больше не мог печатать. Тело не слушалось, теперь оставалось лишь отдохнуть, иначе он не смог бы продолжать работу, что стало бы ужасным для самого Эндрю. Игра, которую он создавал, была слишком важна для него, но…

Она была не настолько важной.

По сравнению…

С ним

***

Он уже не помнил, как оказался у Ивана и как так получилось. Единственное, что осталось в памяти — сообщение от Ивана: «Привет, я знаю, ты занят игрой, но не мог бы ты прийти ко мне? Надо кое-что обсудить, и я хотел кое-что показать. Прости, если отвлекаю». Почему он не отказал ему и почему не пошёл отдыхать вместо этого — он и сам не знал. Как будто сердце приказало ему прийти к приятелю. Оба парня сидели на кухне. Блондин осматривал своего сероволосого друга: тот всё так же не изменился — всё тот же взгляд, та же одежда. Иногда Эндрю казалось, что у «поэта» и нет другой одежды, помимо этой синей футболки. Вообще, блондин восхищался своим другом, как бы странно это ни звучало. Его притягивала красивая речь сероволосого: тот всегда вплетал в неё метафоры, делая слог изысканным. А стихи… это отдельный талант. Они всегда были великолепны, будто его друг — какой-то знаменитый поэт. Но Иван был из тех людей, кто не хочет быть в центре внимания. Это удивляло Эндрю, хотя что тут удивительного? Стеснительный человек — таких много. Возможно, ему даже стоило радоваться, что он единственный, кто может слышать стихи своего талантливого друга. Иван, казалось, и сам был рад поделиться творчеством с таким близким человеком, как Эндрю. Он доверял блондину, и это было видно по его глазам и словам. Эндрю иногда даже завидовал другу: мало людей рождается с таким талантом. Слишком идеален. — Думаю, тебе не обязательно было звать меня к себе, мы могли всё и в переписке обсудить, — первым заговорил блондин, явно надеясь разрядить эту молчаливую обстановку, да и не ради тишины он пришёл. Внутри терзало любопытство: зачем друг позвал его к себе домой? Неужели что-то случилось? Появилась лёгкая паника, но блондин не хотел этого показывать. Через пару секунд послышался приятный, спокойный голос поэта: — Да, но я хотел увидеться вживую. Впрочем, как у тебя дела с игрой? — проговорил Иван обычным голосом. Он сидел прямо перед Эндрю, и его взгляд как будто гипнотизировал. Сердце на мгновение замерло. Эндрю отвёл взгляд, пытаясь успокоиться, вздохнул и сосредоточился на разговоре. — Понятно… Я уже начал переживать. Впрочем, всё отлично, создание игры идёт своим ходом, — проговорил блондин. Про своё состояние он решил промолчать, ведь знал, как друг на это отреагирует: сразу станет, как нянька, следить, чтобы он нормально ел и спал. Эта забота была довольно милой со стороны сероволосого, но блондин не мог принять его помощь. Просто не мог. Он не привык к такому вниманию, и его удивляло восхищение приятеля в его адрес — тот буквально считал его идеалом.

Но он ошибался.

Разговор продолжался спокойно, можно даже сказать — комфортно. Но вот, наконец, настало время, когда сероволосый проговорил: — Я подготовил кое-что для тебя. Я отойду, нужно это взять. Блондин лишь кивнул в ответ. Поэт улыбнулся и удалился в коридор. Сердце Ивана забилось чаще: он нервничал, боясь, что друг снова не примет его помощь. А может, всё будет лучше, чем он думает? Он тихо вздохнул, стараясь успокоиться. После общения с Эндрю он начал чувствовать себя увереннее. Казалось, рядом с этим человеком его состояние улучшалось — и это было великолепно. Уйдя в свои мысли, Иван не заметил, как дошёл до своей комнаты. Открыв дверь, он медленно переступил порог. Помещение освещал тусклый розовый свет, но по углам всё равно пряталась густая темнота. Подойдя к тумбочке, он стал искать то, что подготовил для Эндрю. Долго возиться не пришлось: он нашел сценарий, который расписал специально для друга. Пару секунд Иван постоял молча, сжимая бумаги в руках, будто обдумывая — точно ли стоит это делать? Он тяжело вздохнул, и его взгляд на мгновение метнулся к топору, висящему на стене. Но поэт тут же развернулся и поспешно вышел из комнаты, словно увидел там кого-то или испугался, что тьма поглотит его. Неуверенными шагами он вернулся к блондину на кухню. Тот сидел в тишине — видимо, пока друга не было, он тоже о чём-то задумался, но, услышав шаги, пришёл в себя. Иван протянул сценарий. Было видно, как он нервничает, но, несмотря на это, он произнёс: — Вот, я написал сценарий для игры. Надеюсь, тебе что-нибудь понравится. Я правда хочу помочь тебе с этим. Сценарий незамедлительно оказался в руках блондина. Поэт тем временем неуверенно отвёл взгляд и положил руку на шею: он боялся посмотреть другу в глаза, боялся услышать отказ. Но вместо этого прозвучали спокойные слова, без тени ярости или разочарования: — Не стоило этого делать, но я гляну на твой сценарий, как только приеду домой. Сероволосый готов был засветиться от счастья. Блондин, конечно, заметил это и слегка улыбнулся: «Вот что нужно ребенку для радости». — Это значит, я могу ещё с чем-то помочь? Может, в программировании? — Эм... нет, прости, в этом я не нуждаюсь. Я привык работать один. И я не отказываю тебе потому, что я какой-то злюка, — из его уст вырвался вздох, он пытался объяснить это так, чтобы Иван не обиделся. — Просто учитель из меня плохой. Я не умею учить других, у меня это получается, мягко говоря, неважно. — Оу, понятно... Было заметно, что, несмотря на успокаивающие слова, Иван всё равно приуныл. Эндрю не оставил это без внимания. Он знал, как его подбодрить: — Хей, не расстраивайся так. Слушай, у меня есть подарок для тебя. Сходи к моей машине и возьми его. Ты сразу всё поймёшь. Блондин остался сидеть, глядя на приятеля, а Иван, кивнув, поднялся со стула и направился к выходу. Пока он шёл по длинному коридору к лифту, мысли снова закрутились в голове: почему Эндрю отказывается от помощи? Просто не хочет делиться знаниями или боится, что из-за плохих объяснений Иван что-то напортит? Возможно. Всё-таки эта игра была очень важна для Эндрю. «Можно бесконечно гадать, ведь никогда не узнаешь, что скрывается в мыслях другого человека», — думал Иван. — «Хотя бывают моменты, когда вы мыслите одинаково, и от этого становится даже смешно». Он помнил каждую секунду, проведённую с Эндрю, и каждое мгновение приносило ему удовольствие. Он знал, что влюблён в него. Разве можно отказаться от своего счастья? Можно, но это будет невыносимо сложно. Судьба жестока и вряд ли даст пожить спокойно. Витая в облаках, Иван не заметил, как вышел на улицу. Приятный холод пробежал по телу, вызывая мурашки. Было свежо, но долго оставаться на ветру не стоило — болеть совсем не хотелось. Подойдя к машине Эндрю, он увидел...цветок? Взяв его в руке , тот почувствовал лёгкую тяжесть , все таки , не маленький этот цветок но нести можно было. Главное быть аккуратным.

***

Сероволосый парень поставил цветок на стол и вопросительно взглянул на блондина, явно ожидая объяснений. — Считай, это мой подарок. Прости, но это место выглядит уныло без окон, — проговорил Эндрю в своей обычной манере, а после сверился с часами. — Думаю, этот цветок сможет его скрасить. Ладно, мне пора. Давай, потом спишемся. — Спасибо, Эндрю, — неожиданно мягко произнёс Иван. Он с улыбкой смотрел на растение, будто оно уже стало для него чем-то большим, чем просто декорацией. Эндрю на секунду замер, но после улыбнулся в ответ и по-дружески похлопал поэта по плечу. Они попрощались.

Когда дверь закрылась, Иван вернулся на кухню и снова замер у стола, любуясь подарком. Этот цветок будет напоминать ему о любимом друге, согревая в моменты одиночества. Но внезапно в голове поэта всплыл вопрос: «Откуда у Эндрю вообще взялся этот цветок?»