Fire, Walk With Me

      Венти берет в руки нежно-розовый конверт с наклейками сердечками с лицевой стороны, а также читает аккуратный почерк, которым он был подписан. Усмехаясь, парень открывает конверт, достает из него письмо и начинает мысленно читать его, и с каждой прочитанной строчкой улыбка на лице Венти становится все шире и шире, пока он и вовсе не начинает смеяться. Шарлотта толкает друга в плечо и забирает из его рук письмо, складывая лист обратно в конверт и заклеивая очередной наклейкой с сердечком.              — Оно… — Венти снова начинает смеяться, пока уши Шарлотты начинают краснеть. — Оно забавное, скажу так, — парень хихикает в кулак под недовольный взгляд голубых глаз девушки, обрамленные густыми черными ресницами. — Сразу понятно, что это розыгрыш. Никто на такое не купится! Давай же, закинь его в шкафчик кому-нибудь! Мне интересно, кому он попадется!       Хоть большинство школьников и встречались друг с другом в коридоре у своих шкафчиков во время перемен, лично Венти и Шарлотта никогда не обращали внимания на их номер. Лотти знала лишь номера шкафчиков Лаумы, Венти и Дилюка с Кэйей, потому что чаще всего общалась с ними и обычно они договаривались встретиться у какого-нибудь из них.       — Я надеюсь на твою чистую совесть и что ты не подкинешь письмо в знакомый тебе шкафчик, — Венти с прищуром смотрит на подругу, зная, что та может быть хитрой лисицей, сумевшей выяснить, кому можно отдать письмо без последствий. Тем более она живет с Кэйей в одном доме, который общается с большинством людей в школе и почти наизусть знает номер шкафичка каждого, что в каком-то плане даже жутко. Тем не менее, Венти, хоть и доверяет Лотти, настаивает на том, чтобы она спросила номер шкафчика у кого-нибудь из коридора и подкинула письмо в названный номер.       Так как обеденный перерыв длился час, у Венти и Шарлотты было достаточно времени, чтобы найти незнакомое лицо и спросить у него номер. Лотти, Венти и Лаума сегодня не обедали в столовой, так как взяли ланч с собой и благодаря этому они не стояли в длинной очереди голодных школьников, расположившись на заднем дворе на лавочке под высоким деревом. Погода сегодня радовала жителей Лондона, и каждый стремился насладиться теплым солнцем и лазурным небом перед сезоном осенних дождей. Лотти даже сняла с себя пиджак, потому что ей стало жарко из-за теплого ветерка и прогретого воздуха, и Лаума с Венти поступили так же, мирно наслаждаясь погодой до того момента, пока парень не решил рассказать близкой подруге Шарлотты по поводу их глупого пари. Венти и Лаума изначально не были друзьями, а просто знакомыми, которые пересекались друг с другом благодаря Лотти, но время шло, и у них находились общие темы для разговоров, хоть в основном они и касались проделок Грей и школьных будней.       Услышав рассказ об их пари, Лаума не могла не посмеяться из-за абсурдности ситуации, но, вспомнив про письмо, она немного напряглась, ведь подкидывать письмо с признанием незнакомому человеку и подписывать его — не самая лучшая затея, честно говоря. Кто знает, кому оно может попасться, и как дальше будет вести себя человек с данной информацией. Лаума искренне волновалась за Шарлотту, а Шарлотта не могла не выполнить желание Венти, желая показать, что она может выполнить все, что угодно (конечно, в рамках разумного, но это письмо явно не входило в указанные рамки, и Шарлотта не понимала, что побуждает ее не останавливаться и идти до конца в исполнении желания друга. Подростковая глупость, не более).       Лаума также упомянула возможность, что Дилюк и Кэйа могут разобраться с тем, кто подойдет к Шарлотте с данным письмом. Лотти предусмотрела такую возможность, потому она заранее сказала сводным братьям, чтобы они на время умерили пыл и лишь по ее просьбе стреляли взглядом на того, на кого она покажет пальчиком. Порой их чрезмерная забота и опека раздражала Лотти, но она не могла с ней ничего поделать, понимая, что братья желают ей лучшего и защищают ее от разбитого сердца или неприятных последствий встреч с школьниками мужского пола в расцвете полового созревания.       Вздохнув и покачав головой, Лаума лишь пожелала удачи и продолжила наслаждаться ланчем, которая собрала для нее мама, пока Венти продолжал подкалывать Лотти по поводу того, кому же достанется письмо с признанием от Шарлотты Грей — самой неприкосновенной в романтическом плане девушки. По словам Лотти, она ждала того особенного парня, который сумеет завоевать ее сердце одним лишь взглядом. Венти всегда высмеивал такое желание девушки (без резких высказываний и вполне по-дружески, чтобы Лотти не обиделась), говоря, что стоит отбросить розовые очки, пока Лаума поддерживала Шарлотту и желала ей найти прекрасного парня, сошедшего со страниц романтической книги.       Возвращаясь к вопросу о том, в какой шкафчик стоит закинуть письмо, Венти и Шарлотта начали оглядываться по сторонам в поисках личности, явно не заинтересованной в том, для чего нужен номер шкафчика, и которая забудет об их незначительной просьбе через пару минут. Венти, дернув Лотти за рукав рубашки, показывает пальцем на высокого парня, рыскающего что-то в своем бумажнике и бормочущего себе под нос о том, какой он забывчивый и глупый. Венти, подмигнув, берет Шарлотту под руку и уверенно шагает к незнакомцу, расплываясь в дружественной улыбке. Лотти же натягивает нервную улыбку, чувствуя некий мандраж из-за того, что вскоре она попрощается со своим письмом, над которым старалась всю ночь, и закинет его в чей-то шкафчик, на который укажет совершенно незнакомый ей человек.       — Привет! — Венти встает напротив парня и своей очаровательной улыбкой привлекает внимание парня, оторвавшегося от поисков чего-то в своем бумажнике. — Как тебя зовут, приятель? Меня Венти, а подругу — Шарлотта.       — Чжун Ли, — без приветствия отвечает парень, и Лотти чувствует мурашки из-за его басистого и глубокого голоса, контрастирующего на фоне Венти. Она пробегается взглядом по незнакомцу, останавливаясь на шелковистых длинных волосах, завязанных в низкий хвост, как у Дилюка. Карие-медовые глаза наполнены озадаченностью, вызванной из-за внезапно подошедших Лотти с Венти, а статные плечи, обтянутые тканью приталенного пиджака, заставляют девушку нервно взглотнуть и залипнуть. Ей всегда нравились парни с широкими плечами и узкой талией, которые чаще всего называют «треугольником», так что Шарлотта позволяет себе насладиться этой картиной некоторое мгновение, пока не получает недоумевание во взгляде Чжун Ли, обращенное на нее. Девушка неловко улыбается и прячет глазки в своих лакированных туфельках, рассматривая блики на них, пока Венти продолжает диалог:       — Чжун Ли, можешь назвать для нас номер? От 1 до 500.       — 320, — тут же отвечает Чжун Ли, убирая бумажник в свою сумку и захлопывая шкафчик. Парень явно не настроен на диалог и обеспокоен своим бумажником, в котором Венти не увидел никаких купюр. Последний, понимая, чем вызвано беспокойство школьника, достает свой бумажник из сумки и достает оттуда долларовую банкноту, убирая ее в карман на груди Чжун Ли. Чжун Ли же, в свою очередь, тут же желает отдать купюру обратно, но Венти качает головой и вновь улыбается.       — Не стоит. Ты нам помог. Я заметил, что у тебя нет денег, надеюсь ты сможешь купить себе обед на это, — Венти указывает на нагрудный карман, и Чжун Ли неловко вздыхает.       — Спасибо, Венти. Мне действительно не на что купить себе обед. Я забыл деньги. Ты меня выручил. Я обязательно верну их тебе, — решительно объявляет Чжун Ли, вызывая у Венти смешок.       — Не стоит, приятель. Приятного аппетита тебе!       — Спасибо, — Чжун Ли пожимает руку Венти и кивает Шарлотте, после чего молча разворачивается и уходит в сторону столовой. Лотти видит, как он встречает Тарталью, и они оба погружаются в какой-то бурный диалог.       — Мы получили, что хотели. Пойдем к шкафчику.       Найдя нужный шкафчик, Шарлотта колеблется перед тем, как закинуть в него письмо, но все же она делает это и вздыхает, понимая, что данное действие может привести к множеству недопониманий с владельцем 320-го номера. Чтобы она еще раз спорила с Венти…       В итоге Венти аккуратно толкает девушку локтем в бок, и Шарлотта, оглянувшись по сторонам, закидывает конверт в шкафчик, после нервно вытирает ладошки о подол юбки карандаша, на что ее друг только загадочно хихикает.       — Если ко мне пристанет какой-нибудь фрик, то я отправлю Дилюка по твою голову! — шипит Лотти под смех Венти.       — Ты слишком дорожишь мной. Иначе кто будет покупать тебе мятное мороженое с шоколадной крошкой для просмотра фильмов?       — Как раз Дилюк и будет, — фыркает девушка, шагая по школьному коридору с Венти. Они еще пару минут перекидываются колкими словечками и смеются, что позволяет Шарлотте забыться и не думать по поводу конверта с признанием. Дойдя до конца коридора, они поворачивают в сторону кабинета изобразительного искусства, где у них вместе с Лаумой должно быть совместное занятие. Лотти уже видит Лауму, которая сидит на лавочке и слушает музыку на плеере, держа подле себя сумки двух друзей, и девушка хочет помахать подруге рукой в знак приветствия, но она врезается в чью-то широкую грудь и уже готова упасть на пол. Лотти зажмуривает глаза и готовится к столкновению своей пятой точки с кафелем, и вопреки всему этого не случается, потому что ее ловят за руку и прижимают к себе. Лотти лишь спустя пару секунд осознает, что она стоит на ногах, а не сидит на полу, корчась от тупой боли. Девушка открывает свои глаза и недоуменно смотрит в золотистые глаза напротив, невинно хлопая длинными накрашенными ресничками.       — Флинс… — Шарлотта почти забывает как дышать под взглядом глаз столь необыкновенного цвета. Она чувствует жар на щеках из-за смущения, так как эта ситуация для нее до жути неловкая, ведь ее поймал Флинс и прижал к своей груди настолько крепко, что девушка может слышать его учащенное сердцебиение.       — С тобой все хорошо? — спрашивает Кирилл своим глубоким голосом, и Лотти чувствует толпу мурашек, пробегающую по ее спине. Девушка коротко кивает и, опустив взгляд, замечает широкую ладонь, уходящую ей за спину. Лотти чувствует волны жара, исходящие от ладони парня, и одежда под кожей Флинса начинает будто таять, как и сама девушка, сходящая с ума от неловкого момента.       — Д-да, все отлично! Спасибо тебе! — Лотти нервно отстраняется от Кирилла и опускает взгляд в пол, не зная, куда себя деть, потому что Флинс все еще смотрит на нее из-под своей синей челки.       — Не за что, — спокойно отвечает Кирилл и после сразу исчезает за злосчастным углом. Венти подходит к подруге, и ее персиковые щеки забавляют его, но парень решает промолчать, чтобы окончательно не смутить свою подругу до полного покраснения лица. Шарлотта же, похлопав себя по щекам, направляется к Лауме, которая подскочила со своей скамейки в тот момент, когда увидела столкновение Флинса и своей подруги. Венти, увидев волнение Лаумы, оставил девушек и сделал шаг назад, выглядывая из-за угла. Он с прищуром проследил за тем, куда направляется Кирилл, и его губы расплылись в улыбке.       Кирилл подошел к 320-му шкафчику и открыл его с помощью своего ключа. Уши парня, не скрытые под копной отросших волос, были красные. Как подумал Венти, скорее всего они покраснели из-за встречи с Лотти, ведь в коридоре более не было учеников.       Флинс взял в руки заветный конверт и застыл на месте, рассматривая его. Спустя пару секунд он убрал конверт в сумку почтальонку, висящую на плече, бережно вложив его в одну из своих книг. Венти, наблюдая за происходящим, вновь расплылся в улыбке и, радостно насвистывая мелодию, направился к Лауме и Лотти.

***

      Уроки математики Лотти никогда не нравились. Ей были неинтересны вычисления, геометрия и уравнения с задачами, которые, увы, приходилось решать, ведь математика — это обязательный предмет. Обычно на этих уроках она рисовала на полях в тетради и периодически делала вид, что работает, но именно сегодня им решили провести неожиданное тестирование, к которому Шарлотта, конечно, совершенно не была готова. Девушка уже 20 минут играла сама с собой в крестики-нолики на черновике, не понимая, как решать этот тест. Никаких идей у нее не было, так что решать что-либо было бесполезно, поэтому Лотти решила за пару минут до конца урока наугад расставить ответы в тестировании.       Спустя 40 минут Лотти была уже готова заснуть от тишины в классе, прерываемой лишь вздохами одноклассников, но ее сон был развеян бумажкой, прилетевшей ей прямо на стол. Девушка, удивившись, посмотрела в сторону, откуда прилетела скомканная бумажка, и увидела взгляд золотистых глаз, прожигающий в ней дыру. Лотти почувствовала, как ее сердце ушло в пятки, ведь она явно не ожидала, что Флинс, такой нелюдимый и необщительный, решит спросить у нее что-то. Ох, этот парень явно не в курсе, какие у нее проблемы с математикой…       Лотти, растерянно улыбнувшись, берет маленькую бумажку в руки и, пока учитель увлекся проверкой тетрадей, раскрыла ее.       «Тебе нужна помощь? Я закончил решать. У тебя 1 вариант?» — было написано аккуратным и несколько угловатым почерком. Лотти, недоумевая рассматривая написанное, прикусила нижнюю губу и задумалась над столь внезапным предложением от Флинса. Во-первых, с чего бы вдруг Кирилл решил ей помочь? Во-вторых, почему он решил ей помочь? В третьих, с какой стати Флинс решил ей помочь? Уже второй раз за день Шарлотта попадает в странную ситуацию с этим чудаковатым парнем, и ее это уже начинает сильно напрягать. Хотя, скорее всего, это просто забавное стечение обстоятельств, и девушка лишь лишний раз себя накручивает. Но все-таки терять ей нечего, и даже если Флинс неправильно решил свой тест, Шарлотте будет легче сейчас написать ответы в бланк и уйти, так как это последний урок и с тестирования всегда отпускают после сдачи работы.       В конечном итоге Шарлотта принимает руку помощи от Флинса и, повернувшись к нему, кротко кивает, на что получает большой палец вверх в ответ. Кирилл, аккуратно и стараясь не шуметь, отрывает клочок бумаги от черновика и начинает писать свои ответы, пока Лотти вновь решает сыграть в партию в крестики-нолики сама с собой. Спустя пару минут ей на парту прилетает листочек с ответами. Лотти, повернувшись к Флинсу, сидящему слева от нее возле окна, благодарно расплывается в улыбке и принимается записывать ответы в бланк, пока золотистые глаза, блестящие в вечерних солнечных лучах, все еще смотрят на нее.       Закончив с переписыванием ответов, Лотти берет бумажку Флинса и на обратной стороне, где не было ответов, начинает что-то писать. Кирилл, незаметно для всех, удивленно приподнимает брови, но все же из интереса дожидается, когда заветное послание окажется у него на столе.       «Спасибо тебе большое! Что я могу сделать для тебя в качестве благодарности? Сок, мороженое, печенье?» — было написано воздушным и мягким почерком девушки. Флинс, ни секунды не задумываясь, пишет свой ответ и отправляет его Лотти обратно на парту.       «Встреться со мной после теста на крыше. Пожалуйста. Буду ждать тебя там.»       Лотти, конечно, не ожидала чего-то подобного от Флинса. Она скорее думала, что он попросит оплатить ей обед в столовой или попросит какие-нибудь конспекты, но явно не встречи на крыше наедине! Что сегодня происходит с Кириллом? В какой момент он решил пообщаться с кем-то? Стоит ли Лотти ждать того, что в сентябре пойдет красный снег?       Повернувшись к Флинсу, Лотти кивает, на что в ответ получает легкую улыбку на тонких губах Кирилла, заставляющую ее впасть в ступор. Пока Флинс собирал свои вещи и сдавал работу, она все еще пыталась прийти в себя и поверить в увиденное собственными глазами. Флинс редко улыбался, и улыбался он лишь в компании Итэра после услышанных шуток. Что же сегодня заставило его улыбнуться? Он задумал что-то нехорошее? Черт, Шарлотта начинает чувствовать себя маленьким пушистым крольчонком, который буквально через пару минут отправится в логово к дикому и страшному волку. Увы, она попросту не может отказаться от своих слов, так как ее не воспитывали соглашаться на встречу и не приходить без предупреждения. Вздохнув, Лотти встает из-за своего стола и идет к учителю, сдавая тому свою работу и направляясь к выходу из кабинета, который раннее покинул Флинс. Она, чувствуя нарастающий страх в груди, шагает по школьным коридорам в направлении к выходу на лестничную клетку, ведущую на крышу. Их школа благоустроила крышу, сделав ее местом для отдыха, но даже так там почему-то редко кто появлялся. Зачастую там отдыхал сам Флинс и подобные ему нелюдимые ученики, желающие выдохнуть и отдохнуть от бурного школьного социума. Сама Шарлотта бывала там редко, предпочитая проводить перемены либо в компании друзей, гуляя по школьным коридорам, либо на заднем дворе школы, дыша свежим воздухом. Поднимаясь по лестнице, с каждым шагом ее сердце начинало биться все сильнее не только от физической нагрузки, но и от переживаний. Лотти никогда прежде не бывала с Флинсом наедине, так еще и разговаривала один на один! За все время, которое они знали друг друга, Кирилл и Лотти общались лишь сегодня, и то будучи заложниками возникшей ситуации между ними.       Открывая дверь на крышу, Лотти щурится от яркого солнечного света и, проморгавшись, замечает Флинса, сидящего на одной из скамеек. Парень так же видит Лотти и встает со своего места, в ожидании глядя на нее. Лотти, взглотнув вязкую слюну, вставшую комом в горле, идет к Флинсу, неловко пряча взгляд в полу.       Время на часах, подаренных Лотти Дилюком, чтобы та больше не опаздывала, показывает почти 4 часа. Солнце, являющееся редким для жителей Лондона, привыкшим к пасмурной погоде и проливным дождям, освещало крышу своими золотыми лучами, от чего фигура Флинса, такого широкоплечего и высокого, буквально утопала в солнце. Волосы, ранее короткие, отросли, прикрывая глаза парня и мягко обнимая его шею. Синие локоны отливали фиолетовым оттенком, и легкий теплый ветерок игрался с прядками, немного приподнимая их вверх. Лотти буквально замерла на месте, изучающим взглядом смотря на своего нового одноклассника. Она впервые смотрела на него не пару секунд, а действительно вглядывалась в его черты безо всякого стеснения. Было в этом моменте что-то волшебное, чего не могла понять девушка, заставляющее рассматривать то, как солнечные лучи ласкают бледную кожу лица Кирилла.       Но все очарование момента разрушила захлопнувшаяся за Шарлоттой дверь, заставляющее девушку чуть ли не подпрыгнуть от испуга и неожиданности. Ее сердце ушло в пятки, а рассудок наконец избавился от волшебной закатной дымки, которая показала ей, что Флинс не был настолько страшным и угрюмым, как его описывали слухи. Наоборот — Кирилл обладал привлекательной внешностью и столь необыкновенными глазами, светившиеся золотом в закатных лучах. И при желании Флинс мог бы покорить своей очаровательностью любую девушку, но вот ему это, по-видимому, совсем неинтересно — он всегда был погружен в собственный мир и его мало привлекали дела общественности, а уж тем более романтика. Шарлотта никогда не задумывалась над причиной такого рода поведения со стороны Флинса, но сейчас… Может, она подумает об этом позже, а пока ей стоит поговорить с ним, а не стоять, подобно каменной статуе, и глупенько хлопать глазками, смущая столь нелюдимого парня своим взглядом. И, кстати, Флинс действительно был несколько смущен — уголки его губ дрогнули в неловкой улыбке, а рука нервно потирала шею.       Шарлотта прокашлялась и, стараясь проигнорировать столь напряженную атмосферу, медленно подошла к Флинсу, встав напротив парня. Она уже хотела начать говорить, но Кирилл жестом прервал ее, желая начать разговор первым.       — Я прочитал твое письмо, — начинает Флинс, доставая из внутреннего кармана пиджака заветный конверт с признанием, и Шарлотта чувствует, что готова сейчас провалиться сквозь пол, прямо к ядру Земли, лишь бы не слышать дальнейшие слова Кирилла по поводу этого письма. Господи, каков был шанс, что оно попадется этому парню? Такому закрытому и загадочному, которого Шарлотта ранее пугалась и старалась избегать.       Тревога девушки начинает расти в геометрической прогрессии, и Лотти старается не показывать, что кончики ее пальцев начинают нервно подрагивать, потому она прячет руки за спиной, опустив взгляд в пол, боясь смотреть на дальнейшую реакцию Флинса. Она кусает изнутри щеку до крови, ощущая привкус железа во рту, от которого ей всегда не по себе.       — И я был поражен его содержанием. Сама понимаешь, я нелюдим. Я не ждал, что в меня кто-то влюбится… — Флинс замолкает на пару секунд, видимо, раздумывая над тем, что сказать дальше. — Я прекрасно знаю, что обо мне думают люди, и ты тоже почти избегала меня, но, как я понимаю, ты слишком стеснялась меня, потому что испытывала и испытываешь чувства ко мне…       После этих слов Лотти мысленно начинает душить себя, потому что да, она специально избегала Флинса и явно не желала с ним видеться, не особо тщательно скрывая этого, но Кирилл, в силу прочитанного письма, воспринял ее поведение совершенно иначе. Черт, Лотти точно влипла. И как ей теперь рассказать Флинсу о том, что это письмо — ложь? Сплошная фальш, пропитавшая каждую букву и разрушающая нервную систему девушки сейчас.       Будь получателем письма кто-нибудь другой, Лотти бы незамедлительно извинилась перед ним, но что-то в сущности Флинса заставляет ее молчать и лишь слушать его дальнейшие слова. Она совершенно не понимает, как объяснить стоящему напротив парню всю правду по поводу сложившейся ситуации. Может дело в том шоке, который сразил ее наповал из-за личности получателя, заставляет ее язык неметь?       — Кхм, Шарлотта, — Флинс обращается к девушке, и Лотти поднимает свои глаза на парня напротив. — Я принимаю твои чувства. Давай встречаться, — заключает парень, и уголки его губ приподнимаются вверх в легкой, но искренней улыбке. Шарлотта же, в свою очередь, готова чуть ли не в обморок упасть, потому что, во-первых, она впервые увидела нежную улыбку Флинса, а во-вторых, пари, которое она заключила с письмом с шуточным признанием в любви, вышло из-под контроля.       — Что? — тихо выдавливает из себя девушка, не в силах сказать что-то более со смыслом. Флинс усмехается, подходит ближе к Лотти и кротко проводит ладонью по ее предплечью, желая, чтобы Грей убрала руки из-за спины. Девушка, повинуясь жесту, возвращает свои руки, и Флинс берет ее ладошку обеими руками, такими большими и прохладными, по сравнению с теплыми и маленькими ладошками Лотти. Кирилл наклоняется и нежно касается губами тыльной стороны ладони Шарлотты, подобно истинному джентельмену. Лотти, чувствуя легкое прикосновение губ парня, ощущает, как ее колени начинают трястись от ужаса всей ситуации.       — Мы теперь пара, Шарлотта. Разве ты не этого хотела? — и этот вопрос, слетевший с уст парня, застает Лотти врасплох. Она не знает, что ей стоит ответить, но явно нужно как-то рассказать Флинсу всю правду, пока эти отношения не зашли слишком далеко. Да, ей точно нужно объяснится перед Флинсом, но как это сказать человеку, который принял твои чувства? Тем более, раз он их принял, то испытывает что-то романтическое к тебе, верно? И с каких пор Флинс влюблен в нее? Господи, сейчас голова девушки может взорваться в любой момент от вопросов, на которых нет ответа, и напряжения, пронизывающего каждую частичку ее тела. — Кстати, как мне стоит тебя называть? Лотти? Раз уж мы пара, то я могу использовать и ласковые прозвища, так ведь? Хм… Любимая? Котенок? Может подсолнух?       Какой к черту подсолнух???       Вибрация в кармане пиджака Шарлотты прерывает Флинса от того, чтобы продолжать вгонять девушку и дальше в краску. Лотти неловко кашляет, извиняется и отвечает на звонок, видя на экране имя Кэйи.       — Хей, сестренка! Мы с Дилюком ждем тебя у класса математики уже пятнадцать минут! Где тебя носит? Ты же не ушла без нас домой?       Точно, Кэйя! И поход в магазин! За продуктами! Для ужина! Это шанс сбежать с злосчастной крыши и от Флинса!       — Нет, Кэйя, — Шарлотта делает акцент на имени, кидая взгляд на Флинса, который так же в ответ смотрит на девушку, излучая нотки заинтересованности в своем выражении лица. — Я не забыла, просто зашла на крышу посмотреть на начинающийся закат, пока вы были на уроке.       — А, вот оно что. Встретимся тогда у главного входа? Мы с Дилюком ждем тебя.       — Да, конечно, буду через пару минут! — Шарлотта завершает вызов и убирает телефон-раскладушку обратно в карман. Будучи не лучшей актрисой, она старается сделать виноватое выражение лица, будто ей очень жаль, что в столь прекрасный момент воссоединения их сердец Лотти стоит идти к братьям. — Флинс…       — Зови меня по имени, Лотти.              — Х-хорошо, Кирилл, меня ждут братья, так что мне стоит пойти. Прости, что убегаю, мне действительно жаль!       — Ничего, я все понимаю. Правда, я хотел погулять с тобой после этого, — Флинс улыбается уголками губ и взмахивает руками в воздухе, имея ввиду момент, когда они вступили в отношения. — Но раз тебя ждут, то не смею мешать. И еще кое что, — Кирилл подходит к скамейке, хватает свою сумку и достает из нее пакет апельсинового сока и шоколадный кекс, после протягивает вкусности Шарлотте. — Я купил их, чтобы ты перекусила во время прогулки. Я заметил, что ты часто покупаешь апельсиновый сок и этот кекс. Кхм, что ж, поешь их тогда дома, — Флинс вновь принимается потирать шею в неловком жесте и отводит взгляд в сторону, будто желая сказать что-то еще, и это не скрывается от глаз Шарлотты.       — Ты хочешь сказать что-то? — спрашивает девушка, царапая ноготком картонную упаковку сока. Кирилл дергает плечом и вновь нервно улыбается, а после шумно вдыхает воздух, будто готовясь спросить у Лотти что-то неприлично неприличное…       — Дай мне, пожалуйста, свой номер. Как твой парень, я хочу писать тебе, когда мы не видимся.       — Может в следующий раз? Мне действительно пора бежать…       — Пожалуйста, Лотти. Я хочу написать тебе перед сном и спросить, как твои дела. Хочу пожелать спокойной ночи… Тем более я буду волноваться и не знать, дошла ли ты до своего дома.       Лотти мнется и не знает, как поступить, но все-таки она диктует свой номер Флинсу, желая поскорее покинуть крышу школы и отправиться в безопасное общество своих любимых братьев. Флинс с улыбкой на лице забивает номер девушки в телефон и кивает, когда заканчивает.       — Что ж, тогда я пойду. Меня уже заждались, — Шарлотта буквально запихивает сок и кекс к себе в рюкзак в поспешном жесте, не глядя на Кирилла.       — Да, конечно. Мне проводить?       — Нет-нет! Я буду бежать, а ты спокойно иди домой!       — Но…       — Пока, Ф-… Кирилл! Увидимся! — Шарлотта улыбается в качестве прощания и убегает к выходу с крыши, не оглядываясь. Она бежит вниз по лестнице, не волнуясь о возможности упасть, и также бежит по школьным коридорам поскорее к своим братьям, чувствуя бурю эмоций в груди, которые готовы вот-вот разорвать ее на части, но лишь один взгляд Дилюка и Кэйи успокаивает ее, помогает выдохнуть и постараться отвлечься от произошедшего, слушая рассказы Альбериха о прошедшем дне. Она делает вид, что ничего с ней не произошло и что у нее не появилось парня, и в конечном итоге это помогает ей на некоторое время, пока они ходят по продуктовому, выбирая, какие хлопья и мороженое им стоит купить.       Уже будучи дома и отвлекшись от инцидента на школьной крыше, Лотти сидит в гостинной вместе с братьями, смотря какой-то фильм про супергероев, поедая томатную пасту, приготовленную раннее Дилюком. Она была немного с остринкой, так как Кэйя захотел помочь брату и просыпал в сковородку с пастой пакетик с паприкой. Теперь Лотти чувствует жжение во рту и посмеивается с красных щек Дилюка, который к острому совершенно не привык. Он совсем не любит острую пищу, потому азиатские блюда ему и не нравятся из-за обилия остроты. У Дилюка всегда болит живот после острой еды, но сейчас он все равно ест эту пасту, так как ему хотелось поесть чего-то существенного, нежели сэндвичей или йогурта. Эх, бедный Дилюк…       — И вот стоило тебе лезть мне под руку, когда совсем не смыслишь в готовке, — ворчит Дилюк и делает глоток холодной колы, помогающей ему справиться с остротой пасты. — В конце концов, мог бы отложить себе часть пасты и насыпать в нее столько паприки, сколько хочешь. Зачем ты в общую порцию полез? Сам же знаешь, что я ненавижу острую пищу!       — Ах, ПМС Дилюка сегодня бьет ключом! Лотти, помоги! Может, стоит ему принести чего-нибудь сладенького и укутать в плед? А может какао сварить? С зефирками? Ты же лучше знаешь, сестренка.       — Тебе стоит просто заткнуться, — Лотти смеется, наблюдая за недовольной гримасой Дилюка и хохочущем Кэйей. — А на кухню ходить не смей. Ты не сможешь сварить какао.       — Как это? А кто тебе в детстве его готовил?       — Вообще-то я его варил, а ты просто крал зефирки из ее кружки, пока я отходил, чтобы кинуть сотейник в раковину, — встревает Дилюк, и его губы слегка припухли и налились красным оттенком из-за остроты пасты. — Тебя нельзя пускать на кухню, Лотти права. Скорее дом взлетит на воздух, нежели ты приготовишь что-то съестное. Меня до сих преследуют кошмары с твоими куриными шашлычками и то, во что превратилась кухня после тебя. Ты в состоянии только пожарить хлеб в тостере, и даже так ты все равно сожжешь его.       Лотти не может не смеяться с очередной перепалки братьев. Слова Дилюка были действительно правдивы — как бы Кэйя не был хорош в учебе и спорте, но его способности в приготовлении еды… явно оставляли желать лучшего. Из них троих чаще всего готовил Дилюк, просто потому что ему нравилось радовать дорогих себе людей вкусной едой. Лотти зачастую помогала брату в этом деле либо готовила выпечку к чаю, а Кэйя всегда сидел за обеденным столом и пускал слюни из-за чарующего аромата, разбавляя бурлящие звуки приготовления блюд своими анекдотами и бесконечной болтовней. Альберих лишь несколько раз в жизни брал в руки нож и пользовался кухней, и все эти разы приводили к тому, что что-то сгорало, или еда, которую он приготовил, выглядела ужасающе и так, будто ее готовили, чтобы убить. Кэйя даже пожарить хлеб в тостере не мог — однажды он решил сделать тосты и закинул хлеб в тостер, выкрутил температуру на максимум и ушел в ванную. В итоге хлеб превратился в уголь, а дом пропах горелым. После этого случая (и лекции про температурный режим на тостере) Дилюк окончательно убедился в бездарности своего брата в кулинарных делах и разрешил ему на кухне лишь заваривать себе чай.       — Я не настолько бестолочь в готовке!       — Кэйя, не начинай! — Шарлотта бьет брата кулаком по плечу, хихикая. Альберих желает сказать что-то в ответ, но девушка прерывает его. — Просто прими свою бестолковость в кулинарии и тебе, точнее, нам не придется выслушивать монолог Дилюка на сто тысяч часов по поводу своей криворукости.       — Эй! Я не настолько ворчлив, — Дилюк кидает хмурый взгляд на Лотти, но это девушку совершенно не пугает, так как Рагнвиндр выглядел совсем уж смешно со вспотевшим лбом, к которому прилипла влажная челка, красными щеками и опухшими губами.       — Дилюк, не начинай! Иначе Кэйа начнет говорить об обратном сто тысяч часов и приводить самые глупые аргументы в мире.       — Эй, мои аргументы не глупые! Я все говорю по факту.       — Еще что скажешь? — одновременно выдают Лотти и Дилюк, а после смотрят друг на друга, в ту же секунду начиная посмеиваться. Кэйя замолкает, делает обиженный вид (этот вид продержится всего пару минут) и продолжает есть свою порцию пасты, глядя на происходящее с супергероями на экране телевизора.       Семья в тишине продолжает свой ужин, пока на телефон Шарлотты не приходит сообщение. В гостинной слышится характерный звук пришедшего на телефон уведомления, и Дилюк, сидевший ближе к краю кофейного столика, на котором лежала раскладушка сестры, передает источник звука Шарлотте. Грей ставит свою тарелку с пастой на столик, принимает раскладушку и откидывается обратно на спинку дивана, складывая ноги по-турецки. Лотти включает телефон и обнаруживает сообщение от неизвестного номера. Она, не задумавшись, переходит в чат и принимается читать содержимое текста.

      Добрый вечер, Лотти. Как ты? Как проходит твой вечер? Ты благополучно добралась до дома? Надеюсь, с тобой все хорошо. Напиши мне, как появится время. х

— К

      Лотти, прочитав сообщение, в ужасе швыряет телефон за диван и вскрикивает, пугая братьев, которые от неожиданности почти что давятся макаронами. Как она могла забыть про Кирилла и про их начавшиеся сегодня отношения?       Сегодня Лотти точно не сможет спокойно заснуть…       К ней в кошмаре придет Флинс.