Санаторий (для УпСов)

– Девять человек на сундук мертвеца… – Йо-хо-хо!.. – А рома нет, выпили! – Черт… вечно он такую песню испортит! – Лорд нас не любит. – Не вешать носы! Любит! Иначе бы мы тут не сидели. – Это как это? – Обожает он нас. Да, запросто. – Люциус, мы тут из-за тебя сидим. – С чего ты взял? – Ну… дневник ты прохлопал, Поттера на Министерство ты навел, Снейпа когда-то ты привел. – Это не считается, – грустно. – Я пьяный был! Состояние бессознательное, причинное… – А Лестранга на Бэлл не ты женил? – Сводня! – Любовь с первого взгляда, – не моргнув глазом. Родольф глухо засмеялся, у всех пробежали по спине мурашки. – А кто на скачках проиграл наши первые членские взносы?! – Удар Фортуны! С людьми, даже такими удачливыми, как я, это иногда случается! – А кто с Уизли на ножах до сих пор? Если бы не ты, сидел бы он сейчас в Астрономическом отделе, и не было бы ему никакого дела ни до Орденов, ни до фениксов. – А кто перекрыл левую поставку волшебных палочек Олливандера в страны третьего мира? – Не перекрыл, а сообщил кому следует… он не хотел делиться! – До такой степени, что сыну твоему даже палочку лично не подобрал! – Мы в каталоге смотрели! – И в итоге, Лорд нас не любит! Люциус пожал плечами. Лорды так не постоянны. – Ничего вы не понимаете, в политике Честного Слова. Макнейр опешил. – Чего?! – Ну, помните, Лорд сначала вообще нас всех хотел поубивать, замучить. Кстати, ведь никто его не искал тогда или я ошибаюсь? Все потупились. – Кто искал, давно сушит свои косточки на солнышке, – прошипел Роквуд. – Лично я с Долоховым сидел в Азкабане. – В одной камере? – задушевно поинтересовался Люциус. – В отдельных, – смутился Лестранг. – Конечно же, только это обстоятельство помешало вам сбежать и начать искать Лорда? – Так за что же нас всех убивать-то? И тех, кто сидел, и кто на свободе был? – Чтобы любимчиков не выделять, чтобы не было никому обидно. – А Бэлл? – Женщина! – Все сходится. Люциус повеселел. – Слово Лорд дал? – Дал, факт! – От слова он не отступен? – Нет, тоже факт. – Так если бы не были ему мы любы, не сдержал бы он свое слово. Не так ли? Тугодумное молчание говорило, что что-то в этом есть. – Не может же он свое слово не сдержать? Молчание. – Может, если на то будут независимые от него обстоятельства, – ласково закончил Малфой и замолчал. – Дефолт, – брякнул Макнейр. – Дурак. Форс-мажор. – А!!! – «А!» – передразнил их Люциус, – Ничего вы не поняли. Пока мы тут: и совесть у Лорда покойна, и кадры новые подберет, и пример для новеньких же – вот, если что, сразу туда… Послышался всхлип: – Батька родной! – А то! – А тут вообще… – заметил Лестранг, – санаторий без дементоров. УпСы задумались. – От рассвета до заката я сижу и плакаю, велика моя расплата… – Так что молчать. Все путем. Нам бы до рассвета продержаться, а там… – Выпишут.

КОНЕЦ