слоумо

Юнхо спускает брюки с его бедер, бегло смотрит снизу вверх - но для Минги жадный взгляд его темных глаз тянется вечность - а затем касается его ртом через тонкую ткань трусов, и Минги забывает об усталости, забывает о том, что планировал после эфира сразу лечь спать. Его мышцы все еще напряженно гудят даже не смотря на растяжку и все остальное, потому что он привык каждому выступлению отдаваться так, словно оно у него последнее в его жизни и до перерыва это могло стать действительно правдой. Но Юнхо делает ровно то, что он делал почти весь американский тур: после беглых и торопливых поцелуев в номере сползает к его ногам и у Минги нет никакого желания его останавливать сейчас, как и тогда. Его рот ощущается очень горячим даже через ткань белья и Минги зажмуривается, пытаясь найти способ не кончить слишком быстро: считает обратно от двадцати, думает о мерзких вещах, пытается вспомнить все арки Магической битвы, выстраивая в своей голове их от худшей к лучшей. Но с Юнхо это просто не работает, потому что Юнхо идеально знает как Минги любит, как ему нравится и что немаловажно - Юнхо все это нравится самому. Его ладони сжимают и массируют задницу Минги, и по телу Минги идет дрожь, потому что Юнхо всегда делает так, когда они трахаются. Воспоминания наслаиваются на реальность, но только вместо сладких хриплых умоляющих стонов Юнхо сейчас Минги слышит его частое дыхание и влажные непристойные звуки, которые издает его рот, пока Юнхо вылизывает и целует через ткань его член, и Минги хочет его отстранить от себя, потому что тянущего сладкого жара в центре его паха становится слишком много. Но Юнхо останавливается сам, убирает руки, чтобы одной стянуть трусы Минги ниже, обхватить его член пальцами, размазывая свою слюну и смазку с головки по напряженному стволу мучительно медленно, едва касаясь кончиками пальцев. Минги стонет в голос, закидывая голову назад, и тогда Юнхо издает короткий звук, похожий на сдавленный смешок, и кладет его ладонь себе на голову, заставляет собрать волосы в горсть. Его рот так оказывается еще горячее и Юнхо принимает в себя его член очень медленно, расслабляя горло, позволяя натягивать себя как перчатку. Его рвотный рефлекс словно стерся за эти годы, и Минги всегда одинаково сильно сносит крышу именно в эти моменты: когда он смотрит на Юнхо с припухшими натертыми губами вокруг его члена, немного слезящимися глазами, подбородком мокрым от слюны. Сейчас Минги снова приходится быть осторожным, потому что Юнхо - вокалист и завтра у них еще одно выступление. Но раз за разом Минги борется с собой чтобы не выебать горло Юнхо как следует, удерживая его голову обеими руками, пока Юнхо не начнется давится и кашлять. Ему хочется Юнхо заставить сначала задыхаться на его члене, а потом - хрипеть, но Минги справляется с этим навязчивым желанием и в этот раз, хотя по широко раскрытым глазам Юнхо понятно, что он это желание прекрасно считывает. Поэтому все, что делает Минги - давит носком ботинка ему на пах, то нажимая сильнее, то убирая это давление, пока его член движется в горле Юнхо очень медленно и почти лениво. У Минги хорошо с контролем собственного тела даже сейчас, когда оно словно плавится все изнутри, а вот по телу Юнхо идет дрожь, он цепляется обеими руками за его бедра, коленями пытается сжать ногу Минги, и тому хватает еще двух толчков, чтобы кончить. И это слишком хорошо, хотя он рад, что под его спиной есть стена и значит Минги может найти хоть какую-то опору, потому что от невыносимо сладкого выкручивающего удовольствия перед глазами у него темнеет. Минги ослабляет хватку в волосах Юнхо, двигает ногу так, чтобы ему было удобнее и от очередного толчка о нее, Юнхо вздрагивает всем тело и стонет вокруг его члена. Его глаза закатываются и это было бы самым прекрасным и горячим, что Минги только видел в своей жизни, если бы только каждый оргазм Юнхо не был бы для него таким. Юнхо держит его член во рту, пока тот совсем не становится мягким, и Минги гладит его по волосам, по щекам и скулам, стирает сперму и слюну с подбородка, изнывает от того, что не может прямо сейчас поцеловать , а когда Юнхо, наконец, отстраняется, то помогает ему подняться на ноги и тянет к себе. - Ох, вау, - сипит Юнхо, - не стоило этого делать. Завтра еще одно выступление и Сонхва-хен хотел позднее вместе провести эфир. Минги обхватывает его лицо ладонями и рассматривает, но у Юнхо от всего этого только распухшие губы и размазавшийся макияж на глазах. Юнхо всегда выглядит идеально, как бы долго и грубо они не трахались. - Прости, - говорит Минги все равно, но губы Юнхо растягиваются в довольной улыбке. Его ладони ложатся Минги на грудь и мягко поглаживают, но вместо возбуждения Минги чувствует от этого только расслабляющее тепло. - Я же хороший актер, - говорит он и затем нервно смеется, и тогда Минги легонько чмокает его все же в губы, - что-нибудь придумаю. Но я просто хотел, чтобы нам обоим было хорошо. Мы это заслужили. И хотя Минги думает, что они больше заслужили плотный ужин и долгий сон, с Юнхо он спорить не хочет - ему было хорошо и Юнхо тоже. Юнхо все еще радостен, хотя обычно после премий и концертов его начинает вечером накрывать тоской. Но сегодня он получил свою первую соло премию и сделал все, что хотел, в том числе и с Минги, а значит Чон Юнхо безумно счастлив и большего Минги от сегодняшнего дня и не хочется. Поэтому Минги думает, что душ и его эфир могут немного подождать. Все эфиры. - Иди сюда, Юн, - говорит он и тянет удивленного Юнхо за собой к кровати, - теперь - твоя очередь.