Часть 4
17 декабря 2025 г., 22:26
Они дошли до покоев Хуа Чена.
— Присядь, пожалуйста, — сказал Хэ Сюань неожиданно мягко.
Учитывая цели, которые он озвучил совсем недавно, эта вежливость выглядела почти издевательской. Такой уж он был — Черновод.
Хуа Чен медленно сел на край кровати. В следующий миг Хэ Сюань подошёл ближе — теперь он возвышался над ним, закрывая свет.
— Эх, как же неудобно, — протянул он. — Ты такой высокий… мне даже смотреть снизу некомфортно.
Он чуть наклонился.
— А теперь зови прислугу. Пусть несут еду. И сразу выгони их, как закончат.
Хуа Чен молчал.
— Хочется насладиться игрой с тобой наедине, — продолжил Хэ Сюань спокойно. — И ещё… не делай ничего опрометчивого.
Он снова без церемоний поднял Хуа Чена за подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза.
— Ты понял?
— Понял, — холодно ответил Хуа Чен. — И не разговаривай со мной как с собакой.
Хэ Сюань усмехнулся.
— Я вообще-то с тобой вежлив. И ни разу не назвал тебя чем-то плохим. А ты всё равно недоволен — неблагодарный.
Хуа Чен попытался опустить взгляд, но ему не позволили.
— Ну всё, — сказал Хэ Сюань. — Делай.
Он выпрямился и остался стоять рядом.
— А я понаблюдаю.
В комнате стало тихо.
И Хуа Чен вдруг отчётливо понял: этот день — не про подчинение.
Он про то, кто первым сорвётся.
Хуа Чен позвал прислугу и коротко велел принести еды, попросив не задерживаться. Его голос был ровным, без лишних эмоций, словно происходящее вовсе его не касалось.
Черновод, стоявший рядом, лениво похлопал его по голове — жест вышел почти насмешливым.
Когда прислуга принесла блюда и покинула покои, Хэ Сюань наконец присел. Он ел быстро, с заметным удовольствием, словно действительно долго сдерживал себя. Несколько порций исчезли почти мгновенно.
— Это… извинения за грубость, — произнёс он между делом. — Я просто был голоден.
Он вытер руки и добавил уже спокойнее:
— Но планы я не отменяю. Постараюсь быть с тобой вежливее.
Он взглянул на Хуа Чена.
— Есть будешь? Я подожду.
Хуа Чен покачал головой.
— Ну и отлично, — кивнул Хэ Сюань. — Тогда я быстрее приступлю к своим планам.
Он поднялся и снова подошёл к Хуа Чену, приподнял его лицо за подбородок — уже не так резко, но всё так же уверенно — и коснулся губами его губ на короткое мгновение, словно проверяя границу.
Отстранившись, Хэ Сюань тихо усмехнулся.
— Не волнуйся, гэгэ, — сказал он. — Это всего лишь начало.
Хуа Чен ничего не ответил.
Но в его взгляде не было ни растерянности, ни покорности — только холодный расчёт.
— Мой гэгэ, — начал Хэ Сюань мягко, но с лёгкой насмешкой, — не смотри на меня так.
— Мне бы хотелось от тебя больше эмоций. А ты… слишком сдержан. Работать тебе надо над выразительностью.
Он сделал паузу, внимательно наблюдая за реакцией Хуа Чена.
— Если хочешь портить мне игру, можешь ненавидеть меня, сердиться или что угодно… — продолжил он, слегка наклонився, — но не смотри на меня так. Это, кстати, приказ. Понял?
— Ага, — коротко ответил Хуа Чен, не меняя выражения лица.
— Вот и умница, гэгэ, — усмехнулся Хэ Сюань.
Он снова приблизился и коснулся губами его губ, на мгновение проверяя границы.
Отстранившись, он спокойно выпрямился, довольный своей властью и контролем.
В комнате повисла тишина, но напряжение никуда не делось.
Каждое движение, каждый взгляд — это была их игра, и оба прекрасно это понимали.
