Степень лисьей ревности

Бал, организованный семьёй Рысевичей, был в самом разгаре. Это всего лишь мероприятие для избранных гостей — тех, чьи платья и парики стоили целое состояние, а лица выражали холодную незаинтересованность ко всем, чьё звание было хоть немного ниже их собственного. Музыка оркестра, расположенного на высоком балконе, наполняла уставленный колоннами банкетный зал. Слышался звон бокалов, обрывки обсуждения светских новостей, и мерное цоканье каблуков по мраморному полу. Среди этого блеска, почти невидимые в толпе более крупных и более ярко одетых млекопитающих, находились Ник Уайлд и Джуди Хоппс. Они были здесь по долгу службы — на всякий случай, если среди аристократических скандалов всплывёт что-то криминальное. Но также и в качестве почётных гостей, приглашённых благодаря влиянию их недавних дел. Ник презрительно оттянул воротник своей безупречно-белой рубашки, от чего бабочка слегка сместилась набок. Такие мероприятия определённо не были его «местом обитания». Он чувствовал себя лисом, запертой в хомячьей клетке. Признаться честно, даже его работа в полиции, которую он принял после своего криминального прошлого, стала для него меньшей новизной, чем этот бал. Он был здесь только по одной причине: потому что того захотела Джуди. И он, каким бы хладнокровным и циничным не притворялся, просто не смог ей отказать. — Да брось, нужно потерпеть всего несколько часов, — прошептала Джуди, вкладывая в свой голос максимум ободрения. Она встала на носочки, и аккуратно поправила его бабочку. — Ты выглядишь потрясающе. Этого короткого жеста хватило, чтобы Ник выдохнул и опустил плечи. — Если меня сегодня арестуют за убийство моды, знай — я старался, — пробормотал он, на что получил лишь сдержанный смешок. Лис не понимал, откуда в этой крольчихе такая заинтересованность в подобных мероприятиях. Насколько он знал, она была родом из Малых Норок, где вокруг лишь грядки да урожай. И всё же её яркое, но простое жёлтое платье, настолько гармонировало со всей окружающей роскошью, что создавалось ощущение, будто Джуди росла среди мраморных колонн и хрустальных люстр всю свою жизнь. В тот момент, когда гости приступили к танцам, Джуди затерялась в толпе. Жёлтое платье не давало упустить её из виду полностью, но маленькая фигурка быстро скрылась за спинами более крупных танцующих млекопитающих. Ник уже собирался проложить себе путь сквозь толпу, чтобы найти крольчиху, и с уговорами вытащить из этого скучного вечера, когда почувствовал, как чьи-то коготки впились в его руки. Несколько барышень, утянувших Ника танцевать, будто старались нагло докучать ему. — О, какой высокий и статный! Вы просто обязаны составить мне пару! — проворковала белоснежная норка в платье из серебристого атласа. — Выглядите так скучающе! А ведь вы детектив! Расскажите мне тайны Зверополиса! — пропищала лисица-фенек, цепляясь за его другую руку. Ник, застигнутый врасплох этой неожиданной атакой внимания, почувствовал, как его фальшивая улыбка стала ещё фальшивее. Он был зажат между ними, словно трофей. Его глаза лихорадочно искали Джуди, но он видел лишь мелькающее жёлтое пятно, всё дальше отдаляющееся от него. — Да брось, нужно потерпеть всего несколько часов, — проговорил он себе под нос, повторяя слова Джуди, но это не помогало. Ник скептически огляделся. Он заметил свою напарницу в обществе элегантно одетого рыся, который не был прежде ему знаком. Презрительный взгляд сменился стоном, когда одна из барышень крепко сжала его в объятиях. — Ох, мистер Уайлд, вы такой загадочный! — вздохнула норка, прижимаясь к его рукаву. Ник почувствовал, как к горлу подкатывает раздражение, смешанное с лёгким удушьем от духов, и понял, что этот маскарад пора заканчивать. Норка и фенек, казалось, приняли его каменное выражение лица за «загадочность», что само по себе было нелепо. Кроме того, он был обязан действовать быстро, пока его напарница не успела очаровать этого напыщенного рыся. — Мои дамы, — начал Ник, и его голос звучал ровно и слишком бархатно, как в те моменты, когда он использовал свою лисью хитрость. Он аккуратно, но твёрдо высвободил руки из их хватки. — Я глубоко польщён вашим вниманием, правда. Вы обе очаровательны. Фенек и норка затаили дыхание, ожидая продолжения. — Но, видите ли, кролик моего сердца сойдёт с ума от ярости, если увидит меня в столь прелестной компании, — он театрально приложил лапу к сердцу, изображая всю тяжесть принятого решения. Ник не дал барышням опомниться после своего неожиданного признания. Застигнутые врасплох упоминанием некой «возлюбленной» — под которой явно подразумевалась юная героиня полиции, лис уже скользнул в толпу. — Было очень приятно! — бросил он через плечо, прежде чем его фигура полностью растворилась среди танцующих пар. «Кролик моего сердца? Серьёзно?» — подумал Ник, пробираясь сквозь гостей. Он невольно улыбнулся, осознавая, как близко к истине прозвучала эта фраза, несмотря на то, что он использовал её исключительно как предлог. Услышь это сама Джуди, она бы точно не спустила ему такую вольность. Ведь он, по сути, только что объявил, что они пара. Почти объявил. Спустя несколько мгновений, Ник оказался достаточно близко, чтобы услышать разговор Джуди и того самого рыся. — …и, разумеется, мой отец настаивает на расширении Тундратауна, но я нахожу это вульгарным, — вещал рысь, лениво покручивая в лапе бокал с чем-то золотистым. — Куда важнее сохранение первозданной красоты Зверополиса. Вы согласны со мной, офицер Хоппс? Джуди, которая едва доставала рысю до плеча, смотрела на него снизу вверх с тем самым вежливым, наигранным интересом, которому научил её Ник. — Я не могу дать точного ответа, не зная всех деталей, мистер Рысевич, — дипломатично ответила она. — Всё таки полицейские не занимаются вопросами такого масштаба. — О, прошу вас, для друзей — просто Пуберт, — он наклонился к ней чуть ниже, чем того требовали правила приличия. Его хвост с пушистой кисточкой едва заметно и очень самодовольно дернулся. — Знаете, моя мать просто одержима вашей историей. И, признаться, я понимаю почему. Вы так… непосредственны. Как глоток свежего воздуха среди этого зала. Ник, застывший в двух шагах за колонной, почувствовал, как шерсть на загривке начинает медленно приподниматься. «Глоток свежего воздуха»? Серьёзно? Этот парень сошёл со страниц дешёвого любовного романа для одиноких львиц? Он презрительно обошёл рыся, почти вплотную становясь рядом с Джуди. Пуберт окинул его презрительным взглядом, будто оценивал сорт дешёвого корма. — Забавно. Я думал, заголовки в газетах шутят, — Пуберт неохотно протянул лапу. — Вы действительно работаете вместе? — Практически живём, — невозмутимо отозвался Ник, проигнорировав его жест. — Опасные миссии, ночные дежурства, доверие, проверенное под пулями… знаете, такие мелочи. Джуди бросила на него предупреждающий взгляд, в котором читалось явное «Не сейчас!». Но лис лишь шире улыбнулся, обнажив клыки в своей дерзкой улыбке. Рысь, ничуть не смутившись, снова перевёл взгляд на Джуди и, прежде чем кто-то успел среагировать, взял её за лапку, запечатлев на ней светский поцелуй. Долгий. Слишком долгий по мнению Ника. — Музыка как раз сменилась на вальс, — промурлыкал Пуберт, игнорируя сверлящий взгляд лиса. — Позволите ли вы, прекрасная Джуди, украсть вас на один танец? Уверен, ваш… коллега найдет, чем заняться у фуршетного стола. Он нарочито выделил слово «коллега», задержав на нём внимание Ника, явно наслаждаясь тем, как под безупречно белой рубашкой лиса напряглись плечи. Джуди на мгновение замерла. Она знала, что должна вежливо отказаться, сославшись на усталость или головную боль, но профессиональная привычка «не портить отношения с важными свидетелями» взяла верх. — Приму за честь, — неловко улыбнулась крольчиха, вкладывая свою маленькую лапку в широкую лапу рыся. Ник проводил их взглядом до самого центра зала. Музыка лилась плавно, и Пуберт, стоит признать, танцевал безупречно. Он вел Джуди уверенно, кружа её среди других пар, на что она улыбалась, иногда поглядывая на своего рыжего спутника. Уайлд стоял у колонны, сжимая в лапе пустой бокал так крепко, что тонкое стекло жалобно скрипнуло. Его взгляд был прикован к жёлтому платью. Ему казалось, что каждый оборот вальса длится вечность. Лис почувствовал, как его собственные уши прижались к голове. — Да кто ты вообще такой… — пробормотал Ник сквозь зубы. Он видел, как Пуберт, закончив фигуру танца, не только не отпустил лапку Джуди, но и снова поднял её к своим губам, что-то вкрадчиво объясняя и указывая в сторону террасы, где было темно и безлюдно. Это стало последней каплей. Ник поставил бокал на поднос проходящего мимо официанта с таким стуком, что тот вздрогнул. Не обращая внимания на гостей, он двинулся прямиком через центр танцпола, бесцеремонно лавируя между танцующими бегемотами и жирафами. Он вынырнул прямо перед парой в тот момент, когда Пуберт уже собирался увлечь Джуди к выходу. Ник бесцеремонно вклинился между ними, буквально разрезая пространство своей фигурой. Его плечо жестко, но внешне «случайно» задело грудь рыся, заставляя того отступить на шаг и выпустить лапку Джуди. — Прошу прощения, Пубби, — голос Ника прозвучал над самым его ухом.— Но следующий танец за мной. — Пуберт, — процедил рысь, его хвост нервно дернулся. — Да-да, конечно. Пуберт замер, его глаза сузились до тонких щелочек. В воздухе между лисом и рысем буквально затрещало статическое электричество. — Послушайте, мистер… как вас там? — Пуберт попытался вернуть себе самообладание, поправляя воротник. — У нас с леди был приватный разговор. И танец еще не окончен. — Уайлд. Ник Уайлд. Для друзей — «тот парень, который не любит, когда трогают его вещи», — Ник ослепительно улыбнулся, но эта улыбка не коснулась его глаз. — И боюсь, вы ошиблись, когда сказали, что я для неё просто «коллега». — Ник! — шикнула Джуди, густо покраснев. Она попыталась дернуть его за рукав, но лис даже не шелохнулся. Это недоразумение нужно остановить! Но лисья хитрость была больше этого. — Всё в порядке, Морковка, мы можем больше не скрывать, — бросил он через плечо, не сводя глаз с Пуберта. — Господин Рысевич как раз собирался пойти проверить, не остыли ли канапе с икрой. Верно? Рысь издал короткий, презрительный смешок. — Ваша наглость соответствует вашему виду, Уайлд. Джуди, — он снова обратился к крольчихе, игнорируя лиса, — я буду ждать вас на террасе. Уверен, вы ещё можете изменить свой выбор. Как только Пуберт, гордо вскинув подбородок, удалился в сторону выхода, Ник молниеносно перехватил лапу Джуди. Его вторая рука легла ей на талию с такой властной уверенностью, что у крольчихи перехватило дыхание. Он развернул её к себе, увлекая в танец прежде, чем музыка успела сменить ритм. — Ник! Ты с ума сошел? — прошептала Джуди, глядя снизу вверх на его напряженную челюсть. — Это было за гранью приличия! — Не понимаю о чем ты, — Ник усмехнулся, и в этой усмешке не было его привычной беззаботности. Он притянул её еще ближе, так что их носы почти соприкасались. Ник не смотрел по сторонам. Он смотрел только на Джуди, и в этом взгляде было столько неприкрытой, обжигающей ревности, что она впервые за вечер почувствовала, как к щекам приливает жар, не имеющий отношения к танцу. — Ты ревнуешь, — тихо констатировала она, и на её губах появилась лукавая улыбка. — Я просто спасал тебя от назойливого кота, как и полагается напарникам, — соврал он, прежде чем снова улыбнуться. — Детектив Уайлд, вы сейчас нарушаете как минимум три пункта устава о соблюдении дистанции. — Напишешь на меня рапорт, — выдохнул он ей прямо в ухо. — Но только через двое суток.