Один из немногих

В голове Шинсо всегда был беспорядок. Виновником этого беспорядка как ни странно был его наставник и по совместительству классный руководитель. С тех пор как он перевелся в класс 2-А, встречи с Айзавой стали гораздо чаще. К сожалению или к счастью. Это стало той еще проблемой. Ведь при каждой встрече сердце делало кульбит и внутри все сжималось. В прямом смысле этого слова. Как же объяснить самому себе эти чувства? Привязанность, уважение, или, не дай бог, он видит в нем отцовскую фигуру? Нет, явно не последнее. Шинсо не из тех, кто видит во взрослых людей родительские черты. Учителя конечно должны заботиться о своих учениках, но и субординацию никто не отменял. Воспитывать детей должны их родители. Нечего откладывать и переносить эту ответственность другим старшим лицам. Тогда что же это? Хитоши реалист. Он не обманывает себя. Обычно. На первом году обучения, когда Шота взял его под свое крыло, обещав ему помочь стать героем, что-то явно пошло не так. После каждых усердных тренировок Айзава хвалил своего ученика в прогрессе. Он знал, Шинсо не из робкого десятка. Может когда захочет. Поэтому их тренировки стали обыденностью и даже рутиной мальчишки, что так отчаянно пытался поступить на геройский факультет. Именно в те моменты парень чувствовал странное ощущение в области груди. Явно не дискомфорт. Покопавшись в себе и проведя остатки времени с учителем, до Шинсо все-таки дошло. Он… Сердце сделало очередной кульбит. Всегда так. Айзава смотрит на него. Айзава общается с ним. Айзава прикасается к нему. Все это заставляет сердце юноши пропустить удар. Он не дурак. Понимает, что это просто подростковые штуки. Знает, что это пройдет. Но никто никогда не говорил ему, а тем более не предупреждал, что влюбиться он может в собственного наставника. Отлично, прекрасно. Просто чудесно, Хитоши — думал парень, застревая в душе на долгие полчаса, вспоминая как на тренировках ловкие ленты Айзавы захватывали его в плен, сжимая, но не так сильно, чтобы нанести повреждение органам, и темболее, не оставить синяков. Хотя Шинсо был бы не против. А еще был бы не против, если бы эти ленты заменили ничем не уступающие ловкости длинные пальцы учителя. Был бы не против, если бы он своими пальцами сжимал каждый сантиметр его тела. Был бы не против, если бы он этими пальцами душил его. Душил так, что на шее останутся следы, а на глазах выступят слезы. И в конце концов, был бы не против, если бы он поцеловал его. Да чтоб тебя, Шинсо. Ты ведь не мазохист. Так нравится мысль, что Шота будет издеваться над тобой? К слову, тот даже и не пытается сдерживаться. Выбивает из парня последнюю дурь, заставляя сосредаточиться на тренировках. Это уже вошло в привычку. Обеих. *** — Недостаточно. Старайся больше. Такими темпами ты даже мелких сошек не поймаешь! — холодный, пронзающий голос, заседающий в головной черепушке Шинсо. — Да! Ещё одна попытка. — Уже неплохо, но все ещё недостаточно. Пальцы совсем уже натерлись от постоянного использования прочных лент. Как Шота вообще это делает? Ему удовалось прикоснуться к ладоням учителя, но пальцы его не были мазолистыми или жесткими, как он ожидал. Даже наоборот, он почувствовал, какие мягкие на ощупь подушечки пальцев. Наверное дело в креме, который ему давала Полночь. Да уж, Хитоши подумал, что ему тоже стоило бы припастись такими. Айзава и сам советовал ему пользоваться кремами. До этого он только видел, как девочки из его класса пользовались ими. — Закончим на сегодня тренировку, ты хорошо постарался, не отлынивай больше. — Да, спасибо вам! — поклоняясь, произнес парень. Шота смотрит на него непроизвольно, будто хочет сказать что-то, спросить, да нечего. Поэтому, попрощавшись, те расходятся. Не велика потеря. Он еще успеет поговорить с этим проблемным и одновременно послушным ребёнком. Хотя тот уже почти им не является. Всего год и скоро выпускной, и глазом не моргнешь, как его ученики выпустятся. Айзава не идиот, и даже если он повредил один глаз, это не мешало ему заметить колебание и сомнение в глазах своего ученика. Он давно это приметил. Как Шинсо смотрит на него, задерживает взгляд на его губах и пальцах. При каждой встрече парень словно забывает как дышать. Да что уж там, он и сам не лучше. Ведь прикасается к нему при каждом удобном случае, заставляя паренька вздрогнуть. Это почему-то всегда его забавляло. Айзава всегда наблюдал за тем, как он относится к нему и к своим ровесникам. Разница колоссальная. Со своими одногодками он ведет себя намного иначе нежели с ним. Оно и понятно, уважение к старшим, почтение и вся подобная ерунда. Этот чудик может изредка съязвить что-то в адрес своих сверстников и одноклассников, или того лучше, едко пошутить. Чтоб его, этот парниша может быть даже заносчивее Мономы из класса «Б», что может навести на мысль о его высокой самооценке. На деле же совсем иначе. С Айзавой он другой. Ведет себя чуть скромнее и смущается иногда. Мило. Айзава никогда не думал в таком плане о других свомх учениках. Но это и не мешало их доверительным отношениям. Вот же гад. Этот Шинсо стал интересовать его куда больше. Заставил его хотеть узнать о нем чуть больше, чем хотелось бы. Самого Айзаву Шоту. Айзаву Шоту, что никогда не интересовался учениками. Чтоб тебя, Шинсо Хитоши. Может всё дело в его причуде. Нет, исключено, ему бы и духа не хватило. Айзава знает об этом как никто другой. *** Следующие занятия прошли гладко. Хитоши стал чуть внимательней, что позволило ему сосредаточиться на использовании прочных лент, прыгая с одного дерева на другое. Но все же в ближнем бою он уступает Шоте. Не мудрено, тот ведь тренировался куда больше, чем он, поэтому ему еще расти и расти. Однако и это радует. Перейдя на геройский факультет, их тренировки стали куда интенсивнее и дольше, чем в прошлом году. Скоро ему предстоит пройти экзамен на лицензию и "его мальчик" станет полноправным героем. Шота совсем к нему привык. Настолько привык, что доверил бы ему свой излюбленный спальный мешок и ключи от кабинета, но на то есть староста и заместитель. Кстати об этом, Шинсо ведь раньше тоже был старостой до того, как перевелся сюда. У Айзавы он находится в списке тех учеников, кому спокойно можно оставить ответственность за класс. Те уже не маленькие и спустя время стали спокойнее. Даже Денки Каминари и Минета Минору, ей богу. *** Занятий сегодня нет, потому было бы неплохо прогуляться по территории школы. Шинсо очень давно, еще когда учился на первом году старшей школы, нашел потайное местечко. Ну как потойное, туда обычно никто не суется. Все гуляют либо вокруг общежитий, либо возле небольшого парка у школы, вот он и тусуется здесь с кошками. Да, хоть директор Незу не особо их одобряет, но на территории Юэй они есть. Одному он даже имя дал — Шота. Как иронично. Направляясь к своим собратьям кошкам, Шинсо не забыл взять с собой пару лакомств и велосипед. Раз уж тренировок тоже нет, можно и покататься. Это своего рода тренировка. Аизава лишь раз подметил, что это отличное хобби. Услышать от него похвалу удается не каждый день, вот он и засмущался как девчонка. Шинсо, тебе что, 5? Он оставил свой велосипед возле кустов, направляясь в ту сторону, где обычно тусуют кошки. Они обычно сразу его замечают и прибегают на встречу. Но на этот раз все иначе. Ни кота Шоты, ни других кошек нет. Хитоши не удивился, они всегда ищут новое местечко. Наверное и сейчас нашли новое, они обычно далеко не уходят. — Кс, кс, кс, Шота, ты здесь? Имея ввиду своего дружка, парень стал отзывать его. Обычно именно он прибегает к нему первым. Назвал он его так потому, что кот уж очень сильно похож на Аизаву, даже шрам на глазу есть. Видать подрался с кем-то. — Я тут. Минута молчания. Аизава лежал на газоне возле кустарников, а возле него мяукали те же кошки, которых Хитоши всегда кормил. До Шинсо только сейчас доходит. Ему и раньше было стыдно за то, что он назвал кота в честь него. Сейчас ему ещё стыднее. Сам Шота теперь перед ним. Лежит и гладит кошек. Да сохрани его Господь. Щёки предательски краснеют. Нет, ну ему и правда пять лет, собирись, Шинсо! — Здравствуйте, Аизава-сан, я тут просто..я… — мямлил парень, пытаясь оправдаться, при этом жестикулируя руками. Это не скрылось от взора Аизавы. Почему-то это даже показалось ему по‐ детски милым. — Та знаю я, не оправдывайся. Сказать, что Шинсо был дико смущён, это ничего не сказать. Бедняга просто пришел покормить кошек. В итоге лицезреет картину, которое вот-вот снесет ему крышу. — Вы не видели тут черного кота? — Он только что ушел, хотел покормить его? — Ага. — согласно кивнул парень. — Я уже покормил кошек, так что не нужно — Шота на удивление был очень расслебленным и спокойным. Ещё бы, в компании этих пушистых ребят даже сам Айзава позволяет себе немного передохнуть. — Не стой там, садись. Приняв сидячее положение, он ладонями махнул на место рядом, чтобы Шинсо наконец сел. — Я тебя здесь раньше не замечал, давно тут бываешь? — Ну, примерно год точно? Обычно я прихожу сюда после занятий, но сегодня выходной. А вы? — Хм, думаю когда вас — второгодок, ещё не было. — Так долго. — Да, много времени прошло. В пространстве повисла тишина. Странно. Обычно при таком расскладе кто-то из них уже давно ушел бы, попрощавшись. Но никто и с места не сдвинулся. Отчего-то им обеим было комфортно в присутствии друг друга. Тишина уже не казалась неловкой, а чем-то обыденной. Спустя пару минут Айзава все же прервал эту тишину, заставляя юношу едва заметно дрогнуть. — На велосипеде катаешься? — Да, прокатился немного, все равно скучно. Айзава улыбнулся. В эту секунду внутри Шинсо что-то трепетнуло. Он всё отдаст, лишь бы снова увидеть эту краткую улыбку на лице мужчины. — Кстати о Шоте. — вдруг произнес учитель, отведя взгляд и глядя куда-то за горизонт, на что юноша снова вздрогнул, напрягая мышцы лица. — Почему ты его так назвал? Он так похож на меня? — все еще улыбаясь спросил мужчина, возвращая свой взгляд на юношу, сидевшего рядом. — Нет! То есть да, то есть… — Так да или нет? — рассхахатался Айзава, скидывая голову. — Ну, когда я впервые его увидел, сразу подумал о вас. Даже шрам на его глазу, вы же видели его? — спокойно ответил Шинсо, указывая пальцем на свои глаза. — Да, я видел, он подрался с собакой если не ошибаюсь. — С собакой? — Ага, ещё одна причина по которой я их не люблю — в этих словах слышались нотки раздражения, но Хитоши не обратил на это внимание. Он тоже не жаловал этих бродяг. Не ненавидел, но и не обожал. Хитоши никогда не понимал собачников, или как их там еще называют, не суть. Всю его сознательную жизнь – ему по душе всегда были кошки. Такие спокойные, иногда даже хитрые существа. Однажды он прочёл в интернете, что кошки ложатся на больное место. Пушистые целители. Их мурлыканье всегда успокаивали Шинсо, когда те садились на колени. Ну за что их не любить. По правде, Шинсо и раньше замечал, что Айзава фанатеет по кошкам. От него не скрылся и тот факт, что игрушка за которой его послали в торговый центр, на самом деле была куплена не для Эри. Что-то в этом очаравотельное явно есть. Он ещё спросит об этом у Шоты. Однако тот вряд-ли даст внятный ответ. Скорее просто уклонится от вопроса. Он всегда так делает. Посидев так ещё немного, ребята и не заметили, как вскоре начало темнеть. Кошки уже рассходились по своим кошачьим делам. Айзава был благодарен. Не со всеми учениками можно так спокойно побеседовать. Шинсо один из немногих, с кем Айзаве действительно уютно. Жаль только, что тот не узнал большего о тех взглядах, что юноша бросал на него. Оно и к лучшему. Им еще многое предстоит пройти. Он ещё успеет поделиться своими чувствами. Этот ненавязчивый момент дал надежду, что возможно Шота ответит на его чувства. Он чувствует это. Ведь его учитель, нет, объект его обожания больше ни с кем так свободно не общается, не считая Сущего Мика и Всемогущего. Шинсо уверен в этом. Да даже убежден. Все что связано с ним будет принадлежать Хитоши Шинсо, от несчастного пастельного мешка, вплодь до самой души.