Сегодня? Навсегда...

      Всё кончено. Сегодня тот самый день, который станет отправной точкой. Но для чего? Куда? В тёмную пучину или к светлому будущему? Пока что все обстоятельства делали жирный намёк на первое, но в душе теплился крошечный росток надежды на второе.       Парень стоял посреди колумбария и молча смотрел на фото счастливой семьи, половины которой больше нет. Сначала ушёл из жизни папа. А теперь и мамы нет. Два дня назад её сбил пьяный водитель прямо на пешеходном переходе. Она просто не вернулась домой. Конечно, остался ещё старший брат, но они не особо близки с Юнхо, учитывая разницу в семь лет. Да и у него своих забот много, помимо проблем Феликса: любимая беременная двойней супруга. Поэтому не стал лезть туда, утопая в своём горе в одиночестве.       Как теперь жить? Нужно привыкнуть самому вставать на занятия и уходить без маминого завтрака… без её напутствия и доброй улыбки. Нужно привыкнуть проживать день без её сообщений с пожеланием доброй дороги. А через неделю Рождество… на котором не будет её фирменного мясного пирога. Ликс обожал маму. Она была его маяком во мраке повседневности. Всегда в прекрасном настроении, всегда поддерживала его. Помогла подготовиться к вступительным в медицинский колледж. Именно по её рекомендации парень устроился помощником фельдшера на скорую. Ли Суён тоже врач… была врачом.       По щеке скользнула слеза, на которую уже просто не должно было остаться влаги. Глубокий вдох и попытка отвести взгляд от той самой фотографии. Нужно сдвинуться с мёртвой точки и поехать домой. Но где найти силы?       Сегодня Ликс не пошёл на занятия. И с работы отпросился ещё во время кремации. Было больно и плохо. Необходимо было взять тайм-аут, чтобы хотя бы попробовать заново наладить свою жизнь. Перебраться в общежитие, потому что в квартире просто не сможет остаться… без неё. Подумать над распорядком дня, над едой, над продуктами, над уборкой… в одиночестве. Феликс всхлипнул и не глядя направился к началу галереи, смотря себе под ноги, потому что просто не мог заставить себя поднять взгляд. Но сделал всего пару шагов и столкнулся с кем-то. От неожиданности неуклюже взмахнул руками и шлëпнулся задницей на одну из скамеек.       — Простите, я вас не увидел, — послышался сверху бархатистый мужской голос. — Наверное, слишком расстроился и не заметил.       Феликс поднял голову и посмотрел на высокого молодого мужчину. Тёмные волосы у плеч заканчивались светлыми, грустный взгляд раскосых ореховых глаз, чёрный гольф, такого же оттенка брюки, ремень и туфли. Он смотрел и протягивал руку.       — Вы меня тоже извините, — сказал Ликс и воспользовался помощью, поднимаясь на ноги.       — С вами всё хорошо? Вы очень побледнели.       — Нет… со мной не всё хорошо. Я сегодня лишился мамы и теперь вот упал. Жизнь кувырком… Не берите во внимание. Ещё раз извините…       Феликс подхватил рюкзак и поспешил на выход. Хотелось обернуться, но он запретил себе. Добежал до машины и нырнул в салон старенького Хёндая и сразу повернул ключ зажигания. Автомобиль дёрнулся и медленно покатил вперёд, унося хозяина всё дальше от скорбного места. ***       В начале осени Феликсу исполнилось двадцать. Он совсем взрослый и привык сам за себя отвечать. И теперь действительно будет один. Вокруг падает снег и на душе так тоскливо. Сгущаются сумерки, хотя ещё совсем рано, нет и половины пятого. Доехал до дома и понял, что просто не в силах подняться в квартиру. Последние два дня он ночевал у Джисона, но нельзя злоупотреблять гостеприимством. До скольки там можно заехать в общежитие? Кажется до шести, а значит, есть ещё как минимум полтора часа.       Преодолевая страх и растерянность, будто призрак мамы вот-вот нападёт на него, быстро покидал в спортивную сумку некоторые вещи, прихватил ноутбук и… вылетел из квартиры. Ничего, потом заберёт остальное. Созвонился с комендантом, пока спускался вниз. По пути купил перекусить. Его накрыло какое-то равнодушие, будто вдруг стало пусто… будто все чувства схлынули разом.       В общежитии так тоскливо. Его сосед по комнате тусовался где-то на вечеринке и отсутствовал в тот момент, когда полностью выпавший из жизни Феликс появился на пороге их комнаты. Он не мог себя заставить даже застелить постель. Лёг прямо на голый матрас, обнял пушистый плед с запахом маминых духов и забылся тревожным сном. Ликсу снилась мама. Она улыбалась и болтала, пока готовила что-то. ____________________________       Как справиться с потерей? Как легче всего унять ту боль, которая просто вгрызлась в сердце, опустошая его. Хёнджин сидел и пил… бокал за бокалом. Виски уже щедро плескался в его крови, но это не останавливало. Хотелось забыться. Хотелось стереть из памяти то, что случилось сегодня.       Сондже была его солнышком… любимой младшей сестрёнкой. А он не уследил. Допустил, чтобы она погрязла в том тёмном мире, куда утянул её этот чёртов Ким Ин Соп. Наркотики… и как приговор… аутоимунное заболевание, а далее… смерть. Из-за этого сорвался прямо посреди рабочего дня, отдавая выгодного клиента коллеге. Но не успел. Она успела вскрыть вены. Хёнджин нашел её в спальне: юное тело посреди ковра, залитого её кровью, а рядом справка с подтверждённым диагнозом и кухонный нож. Ей был всего двадцать один год. Вся жизнь впереди, но… Это его вина, которая грызла изнутри, пожирая душу.       И хоронить тоже пришлось в одиночку. Родители где-то в Европе и дозвониться до них Джин не смог ни вчера, ни сегодня. И это ещё больше угнетало его. Мужчина чувствовал себя совсем не в своей тарелке. Будто его выпихнули насильно за зону комфорта, лишили воздуха. Впервые за долгие годы Хёнджин дал волю чувствам. Больно… так больно…       Ему двадцать восемь. Он рос в дружной любящей семье, где все поддерживали друг друга и оберегали. Родители любили их обоих. И Хёнджин никогда не ревновал к младшей сестрёнке. Сондже обожала его. Всегда бежала именно к нему, хотя дочери, в большинстве случаев, предпочитают маму. Но Сони была другой. Именно Хёнджин лечил её сбитые коленки, помогал выбирать первые прокладки, успокаивал после первой неудачи на любовном фронте. Но потом она резко отстранилась и поменялась. Слишком поздно Джин узнал про наркотики. Запер её в клинике, но она сбежала. Потом ещё и ещё. Итогом стала гибель самого близкого человека. ***       Приехал домой довольно поздно, ужратый в хлам. Толком не соображал. А на утро совсем ничего не помнил. Радуясь, что на субботу первая встреча с клиентом только к трём часам, кое как поднялся с постели, снял с себя всю одежду, которую не удосужился снять по пьяни, и отправился в ванную. Прохладный душ привел его в чувство. Завершающим штрихом стала таблетка от похмелья и крепкий кофе. Немного поработал, просматривая новые варианты выставленных на продажу объектов недвижимости, ведь именно это было его специализацией. Потом оделся более официально, в белую рубашку и темно-серый костюм, чёрное пальто, чтобы произвести отличное впечатление на покупателей, и направился на улицу. Сел в свой Хёндай и покатил по знакомому адресу.       Показ прошёл на отлично и договор был заключён, а значит, уже с понедельника можно будет начинать операцию купли-продажи. Что делать дальше? Опять напиться в баре в тщетных попытках хоть немного заглушить свою боль? Или прогуляться, побывать в тех местах, что оставили свой отпечаток в его воспоминаниях? Выбрав второе, Хёнджин вернулся домой и переоделся в спортивный костюм, распихал по карманам бумажник, телефон и ключи, покинул квартиру. Начать решил с набережной, где они с Сондже последний раз пили кофе и любовались закатом над рекой Хан. Дошёл до остановки и сел на автобус, пытаясь разогнать свою тьму, но это не дало никаких результатов. Поэтому натянул капюшон толстовки и отвернулся к окну, смотря на кружащиеся снежинки. ___________________________       Шаг. Ещё шаг. Феликс шёл вдоль каменного заграждения, отделявшего улицу от реки, пересекавшей вдоль всю столицу. Ещё месяц назад они приходили сюда с мамой: ели горячие булочки с фасолевой пастой и запивали облепиховым чаем, наблюдали за прохожими, кормили голубей. А теперь он будет это всё делать один. Может, сблизиться с одним из друзей или начать с кем-то встречаться? Конечно, это будет не то же самое, но хоть ненадолго заполнит тут зияющую дыру в сердце. Взгляд наткнулся на стоявшего у парапета высокого молодого мужчину, что был смутно знаком. Присмотревшись, Ликс понял, что это тот самый, в которого врезался вчера в колумбарии. А ведь так и не извинился. Так почему бы не сейчас? Подошёл ближе и прочистил горло, обращая на себя внимание. Старший обернулся, подтверждая, что не ошибся.       — Добрый вечер. Меня зовут Ли Феликс, — представился парень, встречая недоверчивый взгляд напротив. — Я хотел бы ещё раз извиниться за то, что не дал вам нормально пройти вчера.       — Всё в порядке. Я и сам был настолько расстроен, что вас не заметил, — тихо протянул мужчина. — Я Хван Хёнджин. Сегодня вам лучше?       — Нет… всё так же пусто. Я потерял маму.       — А я младшую сестру. Мы часто гуляли с ней здесь.       — Могу я предложить вам выпить чаю или кофе? — попытался улыбнуться Ликс, но вышла лишь кривая усмешка. — Просто пообщаться…       — Да, конечно, — кивнул Хёнджин, показав рукой на кафе чуть в отдалении. — Вон там пекут вкусные булочки. И можно просто хён. Пойдём?       — Да.       Через десять минут они сидели за столиком и… молчали. О чём говорить в столь скорбный момент? Не обсуждать же то, кто и как кого потерял?       — Чем занимаешься по жизни? Чем увлекаешься? — нарушил молчание Хван.       — Я студент медицинского колледжа. А ты, хён? — спросил Ликс, не поднимая взгляд.       — Я агент по недвижимости. Ну знаешь, продаю и покупаю квартиры, дома…       Внезапная мысль возникла в голове Феликса. А что, если продать их с мамой квартиру и купить себе что-то маленькое? Когда-то они разменяли огромные четырёхкомнатные апартаменты, которые достались отцу от родителей, разделив деньги пополам между двумя детьми. Свою половину Юнхо добавил к тем деньгам, что дали в приданое родители Марии. А на половину Ликса они с мамой купили маленькую двухкомнатную квартирку. Но он больше не сможет в неё зайти, поэтому можно избавиться и получить что-то другое, где можно начать заново.       — А смогу я воспользоваться твоими услугами, хён? — с надеждой спросил Ликс, посмотрев в его глаза.       — Конечно! — участливо ответил старший. — Расскажешь подробнее?       Они заказали ещё по чашке горячих напитков и следующие полчаса обсуждали варианты продажи и свободное время для просмотра. Ликс отдал ему запасную связку ключей, которая принадлежала маме, и разрешил приводить потенциальных покупателей в любое время. Хёнджин же в свою очередь заверил его, что постарается сделать всё как можно скорее.       Почему с ним так спокойно? Его вид и взгляд будто смотрел в самую душу. Хотелось ему довериться, открыться. Может, это именно тот вариант для того, чтобы отвлечься? Хёнджин был достаточно симпатичным. Сколько ему лет? Насколько Ликс мог видеть, сидящий напротив мужчина был в отличной форме. Он хорошо выглядел и был стильно одет, даже несмотря на последние события. Они будут взаимодействовать и можно попробовать напоить его, чтобы отдаться ему.       Время пролетело так быстро! Ликс даже опомниться не успел, как пришлось уезжать домой. Было жалко расставаться с ним, но поделать ничего нельзя. Решил: если столкнётся с ним ещё раз, то обязательно попросит телефончик. И опять море вопросов к самому себе и к нему, но… это хотя бы немного отвлекло его от удручающей скорби, что не могло не радовать.       Приехал в общежитие и не понимал, чем себя занять. Застелил постель, начисто вымыл полы, вытер пыль, сложил вещи. Нет, в понедельник нужно вернуться и к занятиям, и к работе. Иначе сойдет с ума.

21.12 понедельник

      Так и поступил. Проснулся по звонку в половину седьмого. Разминка, быстрый сбор рюкзака. Хорошо, что теперь времени на дорогу будет уходить в разы меньше. Это единственный плюс его переезда. Больше пока положительного не видел.       Четыре скучных пары, на которых честно пытался слушать и записывать. Потом быстрый душ, перекус. Переоделся в черные штаны и толстовку, натянул куртку, заплёл волосы в хвостик. Может… перекраситься в природный чёрный?