I Will Follow You Into The Dark

— Удача явно на моей стороне! — думает Уилл. — Конечно же, я, болван, оставил ключи в комнате! Уилл наконец-то поступил в колледж и провёл там всего месяц, а уже умудрился запереться вне своей комнаты в общежитии! — Майк же живёт рядом, да? — соображает Уилл. — Да, если я правильно помню, он в нескольких корпусах отсюда. Майк и Уилл решили поступить в один колледж, посчитав, что после всей этой истории с Векной лучше оставаться вместе. Уилл втайне был просто счастлив, что снова не потеряет Майка, как тогда, когда переехал в Калифорнию. Майк был его лучшим другом, и даже несмотря на наличие семьи, ничто не могло сравниться с ним. Наконец Уилл заканчивает свой путь до комнаты — той самой, которая, если он верно помнит, принадлежит Майку. Тук-тук-тук. Несмотря на то, что они дружили годами, Уилл почему-то всегда нервничал, когда видел Майка. Он беспокойно теребит пальцы несколько мгновений, прежде чем дверь медленно открывается. Дыхание Уилла замирает на миг, когда Майк открывает дверь, будучи одетым лишь в серые спортивные штаны. Его растрёпанные волосы так идеально падают на лицо, а бледная кожа под светом выглядит мягкой и рельефной. Каждая тень подчёркивает мускулы на его теле, а серые штаны обрисовывают бёдра и отчётливый силуэт в области паха. Уиллу приходится отвести взгляд, иначе ему срочно понадобится холодный душ. — Чел, что ты здесь забыл, сейчас же часов десять вечера? — спрашивает Майк. Боже, он так ничего не замечает, что творит с Уиллом. Майк симпатизировал Уиллу столько, сколько себя помнил. Всё началось совершенно невинно — просто мимолётные мысли о том, чтобы держать его за руку и прижаться к нему. Потом, когда у них началось половое созревание и Майк стал выше, набирая массу, Уилл просто не мог удержаться, чтобы не смотреть на него чуть дольше, когда они переодевались на физкультуре. — Эм-м… Я случайно закрылся вне своей комнаты и вроде как думал, можно ли у тебя переночевать, — объясняет Уилл. — Каким же надо быть идиотом, чтобы запереться вне своей комнаты? — смеётся Майк. Боже, этот смех мог заставить его сказать что угодно, лишь бы услышать его снова. — Знаю, я идиот, — смеётся Уилл. — Обещаю, не буду тебе мешать, мне просто нужно где-то переночевать, а утром разберусь, как попасть обратно. — Да без проблем. Заходи, — говорит Майк, открывая дверь шире, и Уилл заходит внутрь, их руки на мгновение касаются друг друга, отчего по всему телу Уилла пробегают мурашки. — Извини, тут немного бардак, я не ждал гостей, — хихикает Майк. — Тебе нужна одежда, чтобы переодеться? — Да, вообще-то да, — отвечает Уилл, следуя за Майком в спальню. Майк наклоняется, чтобы порыться в ящике, и эти серые спортивные штаны совсем не скрывают идеальную форму его задницы, и Уиллу приходится заставлять себя отвести взгляд. — Что, чёрт возьми, со мной не так? — спрашивает себя Уилл. — Знаю, я на взводе, но блин, надо успокоиться. — Вот футболка и шорты. Скажи, если не подойдут по размеру, найду что-нибудь ещё, — предлагает Майк. — Можешь переодеться в ванной. — Спасибо, — улыбается Уилл, направляясь в ванную, примыкающую к спальне Майка. Уилл закрывает за собой дверь и снимает свою одежду. Девушки в школе говорили, что он привлекателен, но каждый раз, глядя в зеркало, он не мог с этим согласиться. Его мускулы недостаточно развиты, манеры неуклюжи, и он всегда такой замкнутый. Единственным человеком, с которым он не чувствовал себя полностью неловко, был Майк — за исключением тех случаев, когда тот оказывался без футболки, как выяснилось. Уилл берёт футболку, которую дал Майк, — потрёпанную футболку с какой-то группой. Он подносит её к лицу и глубоко вдыхает. Она пахнет точно как Майк — его одеколоном, его дезодорантом, и, боже, как же он хочет утонуть в этом запахе. Уилл опускает взгляд и видит заметную выпуклость на своих штанах, и он не может поверить, что только что наполовину возбудился от запаха футболки своего лучшего друга. — Боже, я так облажался, — думает Уилл. — Мне нужно успокоиться. Он брызгает себе в лицо холодной водой, прежде чем надеть футболку и шорты. Уиллу удаётся успокоить свою эрекцию, прежде чем он выходит из ванной. — Подошло? — спрашивает Майк, оглядывая его с ног до головы, прежде чем резко отвести взгляд. — Неужели он только что меня рассмотрел? Нет, наверное, мне просто кажется. Он гетеро, он годами был с Оди, — думает Уилл. — Знаю, я на взводе, но не думал, что настолько, чтобы начать ловить галлюцинации! — В самый раз, — наконец отвечает Уилл. — Спасибо огромное, что одолжил одежду. — Не за что, чувак, эм-м… хочешь пиццы? — спрашивает Майк с лёгким румянцем на щеках, который Уилл уверен, что ему показался. — Да, я бы съел пиццы, — отвечает Уилл. — Ладно, эм-м… она в холодильнике, — говорит Майк, выходя первым из спальни. Уилл бросает последний взгляд на кровать и не может не задаться вопросом, были ли у Майка в этой кровати какие-нибудь девушки из колледжа, и его желудок сжимается от ревности при одной только мысли. Они проходят на кухню, Майк открывает холодильник и разогревает в микроволновке несколько кусков пиццы на двоих. Через несколько мгновений он достаёт её и кладёт на стол. — Ну и как тебе учёба в колледже? — спрашивает Майк. — Завёл друзей? Есть девушка? — он усмехается. — О, ам… нет, — отвечает Уилл, садясь за стол. — Чувак, ты был одинок всю свою жизнь. Ты единственный в нашей компании, кто никогда не целовал девушку, — смеётся Майк. — Знаю, но вряд ли это скоро изменится… — отвечает Уилл. — Почему нет? Здесь полно девушек, которым ты нравишься. Да как можно не влюбиться! Я имею в виду, ты чертовски горяч, чёрт… — восклицает Майк, прежде чем внезапно замолчать, и Уилл ощущает внезапное напряжение в воздухе. — Я не так уж и привлекателен… — отвечает Уилл. — На самом деле очень даже, — почти шепчет Майк, бросая взгляд на его губы и отводя глаза, и Уиллу кажется, что он вот-вот взорвётся. — Не может быть, он только что посмотрел на мои губы! — паникует Уилл. — И назвал меня горячим?!?! Он, наверное, с ума сошёл или что-то в этом роде. Оба откусывают по куску пиццы и стараются избегать зрительного контакта, но напряжение в комнате можно резать ножом. — О-о… У тебя на лице соус от пиццы, — говорит Майк, прежде чем поднести большой палец к лицу Уилла и повернуть его к себе. Он стирает с его губы соус большим пальцем, и Уилл просто замирает. Майк смотрит на него мгновение, и Уилл видит на его лице выражение, будто тот в смятении, будто борется с чем-то внутри себя. — Так эм-м… у тебя были девушки в колледже? — спрашивает Уилл, чтобы сменить тему и, возможно, снять напряжение. — Э-э… Не особо, — отвечает Майк. — Целовался с одной девушкой на вечеринке пару недель назад, но сейчас пытаюсь сосредоточиться на учёбе. — Понятно. Я тоже стараюсь сосредоточиться на оценках, — отвечает Уилл. — Ты всю жизнь сосредотачивался на оценках? Или есть причина, почему ты до сих пор ни с кем не встречался? — спрашивает Майк, доедая свою пиццу. Уилл практически давится от этого вопроса. — Почему ему так интересно, почему я ни с кем не встречался? — Никакой причины… Просто не нашёл девушки, которая бы мне нравилась, — отвечает Уилл. В смысле, технически он не врёт. Он не нашёл девушки, которая бы ему нравилась, потому что не может выбросить из головы своего лучшего друга. — А что насчёт парня… — спрашивает Майк, и время в комнате будто замирает. О боже. Уилл не может поверить, что Майк только что это спросил. Кто-то ему сказал? — Уилл? Ты не ответил на мой вопрос, — говорит Майк. — Если бы мне нравились парни… Это было бы проблемой? — спрашивает Уилл, чувствуя, как сердце уходит в пятки. Уилл не может смотреть на него, просто не может. Эти большие карие глаза и его идеально неидеальное тело сейчас для него слишком. — Мне всё равно, гей ты или нет, Уилл, — тихо заявляет Майк. — Я-я думаю, пора спать… Я могу лечь на диван, — говорит Уилл. Майк так близко, всё вокруг пахнет им, и он знает, что если не отдалится от него, у него будут проблемы. — Да-да, нам правда пора спать… — говорит Майк, отодвигаясь от Уилла и забирая тарелки. Майк быстро убирает на кухне, но Уилл не может даже вымолвить слов, чтобы предложить помощь. Он чувствует ком в горле и странное возбуждение в животе. — Извини, если я создал неловкость… — извиняется Майк. — Я не хотел ставить тебя в неудобное положение. — Ты не поставил меня в неловкое положение или что-то такое. Извини, что веду себя странно. Просто-просто я боялся, как ты отреагируешь на… ну, знаешь… на то, что я… гей, — отвечает Уилл. — Мне правда всё равно, — говорит Майк. — Кто-нибудь ещё знает? — Только Оди, и то она узнала, потому что нашла грязный журнал, который я думал, что спрятал, — неловко смеётся Уилл. — Это было так стыдно. — У тебя есть грязные журналы?! Уилл Байерс! Парень, который кричал на Дастина каждый раз, когда тот шутил про твою маму! — смеётся Майк. — Эй! Я кричал на него только потому, что он шутил об этом каждые пять минут! — Всё равно лицемер! — смеётся Майк, убирая посуду и снова садясь рядом с Уиллом. Боже, почему он всегда садится так близко? — Эм-м… Можно подушку и одеяло? Я устроюсь на диване, — просит Уилл. — Честно говоря, у меня нет лишних одеял или подушек. Немного стыдно, но у меня никто не ночует, — смеётся Майк. — Можешь просто лечь в кровать со мной. В смысле — это же не странно, мы же в детстве ночевали друг у друга. — Тебе не будет неловко? Знаешь, спать рядом с тем, кто, как ты знаешь, гей, — спрашивает Уилл. — Мы друзья. Меня это не беспокоит, — отвечает Майк с лёгкой улыбкой. — Верно. Друзья. Это всё, что они есть, и всё, чем будут. Майк — натурал, — напоминает себе Уилл. — Я разделю с тобой кровать, но ты должен надеть футболку, чел! — смеётся Уилл. — Не я виноват, что ты пришёл без предупреждения! Это моя комната в общежитии, и я могу ходить тут полностью голым, если захочу! — смеётся Майк, но глупый Уилл со своим глупым воображением не может не представить его голым. Ему интересно, как бы выглядело его тело под ним, как бы он чувствовал себя, извиваясь и стоная под его прикосновениями. Не возбуждайся сейчас, не возбуждайся сейчас, не возбуждайся сейчас. — Я немного устал, ты готов идти спать? — спрашивает Уилл. — Да, можем идти спать. Дай мне надеть футболку, — хихикает Майк, направляясь в спальню, и Уилл следует за ним. Майк достаёт футболку из шкафа и надевает её. Футболка немного тесновата, идеально облегает его тело и не скрывает тот самый отчётливый силуэт, который так чётко обрисовывают серые спортивные штаны. — Боже, почему он такой сексуальный, даже не стараясь? Как я переживу ночь с ним?? — думает Уилл. — Так лучше? Теперь на мне есть футболка, так что можем просто идти спать! — смеётся Майк, плюхаясь на кровать. — Извини, что кровать немного маленькая. — Ничего, лучше, чем диван, — смеётся Уилл, забираясь в кровать рядом с ним и укрываясь одеялом. Майк не преувеличивал, говоря, что кровать маленькая. В каком бы положении они ни легли, они хотя бы немного будут соприкасаться. Майк забирается под одеяло к Уиллу, их руки касаются, и дыхание Майка учащается. — Слушай, Уилл, типа… как ты понял, что ты гей? — спрашивает Майк, глядя на него и встречая его взгляд. Майк переворачивается на бок, чтобы лучше его видеть, но Уилл изо всех сил старается отвести взгляд. — Мне вроде как всегда нравились парни. У меня не было какого-то большого момента осознания или события. Я просто узнал, кто такие геи, и понял, что это про меня, — отвечает Уилл. — Тебе когда-нибудь нравились девушки? — спрашивает Майк. — Нет, девушки — это не моё, — отвечает Уилл. — Почему ты обо всём этом спрашиваешь? — Уилл смотрит на него, и Майк просто смотрит на него, будто не может оторвать глаз, и Уилл позволяет себе смотреть в ответ. — Иногда… мне кажется, что мне тоже могут нравиться парни. Мне всегда нравились девушки, но иногда, поздно ночью… я просто не могу контролировать свои мысли, — признаётся Майк. Дыхание Уилла замирает, и он не может не представить Майка в этой самой кровати, с рукой, обхватившей себя, думая о нём. Он не может сдержать реакцию, которую это в нём вызывает, и в штанах быстро набухает выпуклость. — О чём ты думаешь? — осторожно спрашивает Уилл. В комнате на мгновение воцаряется тишина, прежде чем Майк отвечает, и он не отрывает взгляда. — Будет плохо, если я скажу, что думаю о тебе… — почти шепчет Майк. В следующее мгновение Уилл притягивает его к себе в страстном поцелуе. Их губы сталкиваются с силой многолетней тоски. Годы мольбы о прикосновениях, любви и поцелуях наконец сливаются в этот единственный момент. Майк сбрасывает одеяло с их рук, и они хватают друг друга, их руки блуждают по груди, а Уилл обхватывает щёку Майка, притягивая его ближе и углубляя поцелуй. — Боже, Уилл… — тихо стонет Майк в поцелуе, пока их языки исследуют рты друг друга. Майк запускает руки под футболку Уилла, и тот не может не погрузиться в это прикосновение. Каждое прикосновение, каждый поцелуй напрямую отправляются к его члену, и он чувствует, как тот прижимается к ткани одолженных шорт. Их языки продолжают танцевать во рту, Уилл сбрасывает с них одеяло и забирается сверху на Майка. Его руки опираются по бокам от головы Майка, а тело мягко прижимается к телу другого мужчины. Майк кладёт руки на бёдра Уилла и притягивает его к себе, пока они не чувствуют, как очертания их твёрдых членов соприкасаются, и это кажется сном. — Чёрт, — стонет Уилл, пока их твёрдые члены медленно начинают тереться друг о друга. Каждое малейшее трение кажется раем. Уилл дрочил миллион раз, думая об этом, но это никогда не сравнилось с реальностью. Чувствовать настоящее тело Майка под собой — словно что-то из сказки. Каждый стон — как музыка для его ушей. — Уилл… Пожалуйста… — тихо умоляет Майк, вскидывая бёдра навстречу Уиллу, и они оба вздрагивают. — О чём это ты молишь? — спрашивает Уилл с игривой ноткой. — Мне нужно больше… — говорит Майк с лёгким нытьём в голосе, приподнимая край футболки Уилла. Он стягивает её с него и начинает нежно целовать его шею. Уилл чувствует каждое движение и каждый поцелуй глубоко внутри, и он начинает беспокоиться, что количество предэякулята на его шортах может оставить пятна. — Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что хочешь больше? — хрипло спрашивает Уилл, прежде чем поцеловать и присосаться к шее Майка. — Я хочу, чтобы ты трахнул меня, Уилл. Сколько мне ещё умолять, чтобы стало понятно? Я годами хотел, чтобы ты меня трахнул, так что пожалуйста, сделай это, — умоляет Майк, вжимаясь в закрытую одеждой эрекцию Уилла, и Уилл чувствует, что мог бы умереть прямо сейчас и быть счастливым. — Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул? — спрашивает Уилл с игривой усмешкой, стягивая с Майка футболку. — Пожалуйста… Ты мне так нужен… — ноет Майк, притягивая его к себе для очередного жаркого поцелуя. Уилл нерешительно развязывает штаны Майка и медленно стягивает их с его длинных ног. — Честно говоря, я не очень знаю, что делаю. Я никогда раньше ничего такого не делал, — тихо признаётся Уилл. — Я правда очень нервничаю. Руки Уилла дрожат и дрожали всё время, пока они были в постели вместе. — Тебе будет спокойнее, если я сначала сделаю что-то для тебя? Может, если я доведу тебя до конца, ты будешь меньше нервничать, — усмехается Майк. Уилл чувствует, как его сердце переходит на сверхскорость. Он никогда не думал, что его лучший друг окажется под ним, предлагая довести его до оргазма и умоляя его же его трахнуть. — Что ты предлагаешь? — удаётся спросить Уиллу. — Можно я тебе отсосу? Я никогда этого не делал, но очень хочу, — заявляет Майк. Эрекция Уилла пульсирует от этих слов. Он слезает с него и кивает в ответ на вопрос. Майк приподнимается, и Уилл теперь отчётливо видит выпуклость в его боксёрах. Майк слезает с кровати и опускается на колени на пол, и у Уилла внезапно перехватывает дыхание. Уилл свешивает ноги с кровати по бокам от головы Майка. Его дрожащие руки притягивают его к себе для очередного поцелуя. На этот раз поцелуй наполнен большей любовью, чем просто желанием. Поцелуй ощущается так, будто он действительно любит его и хочет держать его вечно. — Ты уверен, что хочешь, чтобы я это сделал? Если ты слишком нервничаешь, нам не обязательно что-то делать. Ладно? — успокаивает Майк. — Нет! Я хочу это сделать! Я так долго этого хотел, ты даже не представляешь. Просто… Я боюсь, что это что-то вроде ночной интрижки, а утром ты возненавидишь меня… — Уилл чувствует, как на глаза наворачиваются слёзы, но прежде чем они успевают пролиться, Майк притягивает его к себе для нового поцелуя. — Уилл, я… Кажется, я влюблён в тебя… Я годами пытался подавить это, но ты мне нужен в моей жизни. Ты мне правда дорог, и я хочу тебя всем своим существом, — признаётся Майк. — Мне очень тяжело это говорить. Я знаю, что с нами могут случиться плохие вещи, что нас могут травить или даже убить, но я правда люблю тебя, и я лучше умру, чем буду жить без тебя. У них обоих на глазах слёзы, прежде чем они снова встречаются в поцелуе. Уилл едва может поверить в то, что слышит. Это кажется сном. Сном, который он видел много раз прежде и просыпался со слезами. — Я тоже люблю тебя, Майк. Чёрт — ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю. Ты — причина, по которой я ни с кем не был все эти годы! У меня была влюблённость в тебя с самого детства, и ты мне так нужен прямо сейчас, — смеётся Уилл с облегчением. — Хочешь знать кое-что? Ты был первым, о ком я вообще когда-либо дрочил. — Правда? — дразнит Майк, проводя рукой по его бедру. — Ты дрочишь, думая обо мне? — Конечно, — признаётся Уилл, чувствуя, как его член пульсирует в штанах от прикосновения. — О чём ты думаешь? — спрашивает Майк с самодовольной усмешкой, начиная нежно поглаживать Уилла через ткань штанов. — Что ты представляешь, как я с тобой делаю? — О боже… — стонет Уилл. — Я представляю, как ты делаешь со мной именно это… — И это всё? — спрашивает Майк; он видит, какой эффект производит, и ему это нравится. Уилл понимает, что с ним играют, и что признаваться в своих грязных мыслях неловко, но его по-какому-то больному, извращённому способу заводит это унижение. — Я думаю о том, как ты трогаешь меня и сосёшь мне. Я думаю о том, как беру тебя в рот и доставляю тебе удовольствие. Я думаю о том, как ты подо мной и как хорошо бы ты обхватывал меня. Я думаю о том, как ты внутри меня и как хорошо ты можешь заставить меня чувствовать себя, — признаётся Уилл с сильной ноткой желания в голосе, пока Майк продолжает трогать его через шорты. — Пожалуйста, прикоснись ко мне… Ты мне так нужен. Майк воспринимает это как разрешение и медленно стягивает с его ног шорты и боксёры на пол. Он смотрит вниз на свою освободившуюся эрекцию и клянётся, что видит, как у Майка текут слюнки. Тот смотрит на него с таким желанием, будто никогда в жизни не хотел ничего сильнее. — Чёрта с два, ты такой красивый, ты даже не представляешь, — восхищается Майк, начиная медленно проводить рукой вверх-вниз по его уже твёрдому как камень члену. — Ты ещё красивее. Типа, чёрт, ты даже не представляешь, что со мной делаешь, — хнычет Уилл. — Думаю, я могу примерно представить, — дразнит Майк, продолжая ласкать его, прежде чем нежно поцеловать кончик его симпатичного розового члена. — Пожалуйста, Майк… — практически умоляет Уилл. — Раз уж ты так мило попросил, — хихикает Майк, прежде чем погрузить его в свой рот, и Уилл издаёт низкий стон. — Чёрт… Это так приятно. Ты так хорошо справляешься, — стонет Уилл, хватая Майка за волосы и слегка потянув. Майк стонет, начиняя двигать головой вверх-вниз по его длине. Он облизывает его сверху донизу и нежно посасывает кончик. Майк давится, пытаясь принять всю его длину в горло. — Ты в порядке? — спрашивает Уилл, оттягивая Майка от себя. — Да! Извини, я не очень опытный, но пожалуйста, позволь мне продолжить. Ты так приятно ощущаешься у меня во рту, — стонет Майк, снова принимая Уилла в рот, и они оба стонут. — Майк… Я долго не продержусь, — хнычет Уилл, начиная двигать бёдрами в такт движениям рта Майка. Уилл чувствует, как оргазм зреет у него в животе, и он знает, что кончит быстро, но его это не беспокоит, потому что всё, чего он хочет, — это больше. Больше и больше, пока он не утонет в удовольствии. — Бля… Ты такой молодец, милый, — хвалит Уилл, и Майк стонет от этих слов. — Я сейчас кончу… чёрт… Уилл хватает его за волосы и вскидывает бёдра в его рот, стонет его имя и позволяет оргазму прокатиться по всему телу. — Майк! Так хорошо… — стонет Уилл, кончая ему в горло. Он чувствует фейерверки по всему телу, и, боже, Майк выглядит потрясающе на коленях. Лицо Майка искажено чистым наслаждением, пока он принимает каждую каплю его спермы. Когда Уилл приходит в себя, он смотрит вниз на совершенно растерянного парня между своих ног. Тот выглядит полностью поглощённым удовольствием. — Извини! Я должен был спросить, прежде чем кончить тебе в горло вот так! — паникует Уилл. — Заткнись, — говорит Майк, прежде чем притянуть Уилла к себе для страстного поцелуя. Уилл чувствует собственный вкус на его языке, но что-то в этом заставляет его чувствовать себя собственником. Будто он никогда не хочет, чтобы кто-либо ещё видел Майка таким. Майк встаёт, и на его боксёрах заметное мокрое пятно, а его член выглядит таким твёрдым, что, должно быть, это неудобно. Майк снимает боксёры, прежде чем забраться на Уилла и оседлать его. Их полностью обнажённые тела прижимаются друг к другу, и Уилл не может оторвать глаз от голого мужчины перед собой. Его член лежит на животе, и Уилл не может не засмотреться на мгновение. — Ты мне нужен… — хнычет Майк, целуя его шею сверху донизу. — У тебя есть смазка и презервативы, всё такое? — спрашивает Уилл. — Да. Секундочку, — отвечает Майк, слезает и подходит к тумбочке, доставая наполовину пустой флакон смазки и коробку презервативов. Он кладёт их на кровать, прежде чем снова забраться на Уилла и поцеловать его. Уилл прижимает спину Майка к матрасу, ставит руки по бокам от его головы, а ноги Майка обвиваются вокруг него. — Я правда не знаю, что делаю. Мне понадобится твоя помощь, — признаётся Уилл. — Я помогу, не волнуйся, — говорит Майк, открывая флакон со смазкой и нанося немного на пальцы. — Тебе нужно будет нанести хорошее количество смазки на пальцы и попытаться подготовить меня так, чтобы не было так больно, когда ты войдёшь, — объясняет Майк, прежде чем ввести в себя палец и выдохнуть дрожащий вздох. Уилл внимательно наблюдает за ним, пока его член снова начинает твердеть. Он смотрит, как Майк медленно вводит и выводит палец из себя, и чувствует, как сердце бешено колотится. — Можно я попробую? — спрашивает Уилл, протягивая руку к смазке. — Да, пожалуйста… — умоляет Майк, убирая свой собственный палец, который быстро заменяется более толстым пальцем Уилла. Пальцы Майка были длиннее, но у Уилла всегда была больше ширина. Майк хнычет, когда его палец растягивает его отверстие. — Ещё, пожалуйста… — умоляет Майк, извиваясь от удовольствия под ним. Уилл наносит ещё смазки на пальцы, прежде чем добавить второй, и Майк не может сдержать стон. Уилл начинает надавливать на его стенки равномерными движениями, и Майк чувствует, как всё его тело содрогается, когда тот попадает в ту самую идеальную точку внутри него. Майк двигает бёдрами в такт удовольствию, навстречу его пальцам, каждый раз, когда тот попадает в ту точку внутри него, от которой у него перед глазами летят искры. — Уилл! Чёрт, ты заставляешь меня чувствовать себя так хорошо, — стонет Майк ему в рот, притягивая его к себе для влажного поцелуя. — Добавить третий палец? — спрашивает Уилл, проводя рукой по его груди сверху донизу. — Пожалуйста… Я не знаю, сколько ещё продержусь, — хнычет Майк, пока Уилл вводит третий палец. Спина Майка выгибается от прикосновения. Уилл чувствует, что у него практически текут слюнки от этого зрелища. Он мог бы привыкнуть видеть Майка таким. Его лицо покрыто румянцем, с выражением чистого наслаждения, тело струится потом, а член сочится предэякулятом. Он не может поверить, что это он делает с ним такое. — Я больше не могу этого терпеть, Уилл… Если ты не трахнешь меня прямо сейчас, я просто сойду с ума… пожалуйста, детка, ты мне нужен! — умоляет Майк, и как Уилл мог бы ему отказать. Он вынимает пальцы, берёт презерватив и аккуратно надевает его. Уилл осторожно направляет себя к отверстию Майка, прежде чем страстно поцеловать его. Майк обвивает ногами его спину и притягивает к себе, и кончик Уилла мягко входит в него. Там так тепло и тесно, что Уилл не может думать прямо, когда погружается глубже. — О Боже мой. Ты так приятно ощущаешься. — стонет Уилл ему на ухо, начиная входить в него медленным ритмом. Каждый толчок заставляет Майка постанывать и запрокидывать голову в чистом блаженстве. Они оба стонут в небрежные влажные поцелуи, пока начинают ускорять движение и идеально попадать в ту точку внутри него, которая заставляет его чувствовать себя так, так хорошо. — Я долго не продержусь. — стонет Майк, двигая бёдрами в такт его ритму. Уилл ускоряется до более жёсткого темпа, и комната наполняется звуками шлёпающей кожи и сладких стонов. Уилл чувствует, как второй оргазм за ночь зреет у него в животе, а жар тела Майка по всему нему заставляет чувствовать эйфорию. — Бляблябля… — стонет Майк, закатывая глаза и начиная трястись. Белые нити спермы растекаются по его животу, пока он сжимается вокруг него. — Боже, Майк… — стонет Уилл, впиваясь пальцами в его бёдра и делая ещё несколько толчков, прежде чем наполнить презерватив. Их дрожащие дыхания встречаются в поцелуе, пока они проживают свои оргазмы, пока те не сходят на нет. Они ничего не могут сделать, кроме как просто оставаться так на мгновение. Весь груз происшедшего наконец накрывает их. О Боже. О Боже. Уилл может только держаться за него. Держаться за человека, которого любил годами. — Майк, я так сильно тебя люблю, — говорит Уилл, притягивая к себе дрожащего парня под собой для любящего поцелуя. — Я тоже тебя люблю, — отвечает Майк. Уилл смотрит ему в глаза и видит вселенную. Свою вселенную. Всё кажется таким реальным, и всё же он чувствует, что если не продолжит держаться за него, тот может исчезнуть. — Давай я помогу тебе привести себя в порядок, детка, — предлагает Уилл. — Фу, кри-и-и-инж! — говорит Майк. — Заткнись, придурок, — смеются они оба.