Искра рождает пламя

Утро растеклось над городом мягким акварельным слоем, окрашивая крыши в бледно-розовые тона. В доме Кевина воцарилась тишина, которую лишь изредка нарушал бодрый щебет птиц за окном. Гостиная дышала привычным уютом: потертый диван с выцветшей обивкой стоял напротив старого телевизора, чей корпус давно украшали мелкие выбоины. На деревянной столешнице сиротливо ютилась стопка газет, а в воздухе всё ещё витал запах кофе, смешиваясь с тонким ароматом пыли, осевшей на книжных полках. Закончив завтрак, Кевин опустился на подушки дивана и с легким выдохом убрал волосы со лба. В руках он сжимал пульт; пальцы едва заметно подрагивали от усталости, накопившейся за эту безумную неделю. Нажав кнопку, парень откинулся на спинку, ожидая увидеть скучные сюжеты о погоде или далеких событиях, не имеющих к его жизни никакого отношения. Экран вспыхнул, оживляя новостную студию. Дикторша с резкими чертами лица начала свой отчет, но внезапно картинка сменилась: одно за другим перед глазами замелькали четыре знакомых лица — Чарли, Тед, Деймон и Макс. Кевин подался вперед, спина мгновенно напряглась, а глаза расширились от шокирующего осознания. Дыхание перехватило, когда прозвучали слова: — Вчера поздно ночью из исправительной колонии «Риверсайд» совершили побег четверо несовершеннолетних заключенных. Полиция ведет активный розыск. Беглецы крайне опасны — если вы заметите их, немедленно сообщите властям. Кевин замер. Сердце заколотилось о ребра, а пальцы сжали пластик пульта так сильно, что костяшки побелели. Утро подкинуло сюрприз, к которому невозможно было подготовиться. Вскочив на ноги, парень отшвырнул пульт и бросился к старому телефону на стене. Руки дрожали, пока он лихорадочно набирал номер Френка. После нескольких гудков в трубке раздался мягкий голос Мелоди. Девочка была спокойна. Она проводила время в гостиной дяди, сосредоточенно собирая пазлы. Комната утопала в теплом свете, пробивающемся сквозь кружевные занавески, а стол был усыпан разноцветным хаосом картонных кусочков. Поднявшись и машинально вытирая ладони о подол платья, она сняла трубку. — Алло? Кевин? — в её интонации скользнуло легкое недоумение. — Мелоди, включи телевизор! Канал «Горизонт»! Живо! — голос Кевина сорвался на резкий, почти хриплый вскрик. Испуганная таким напором, Мелоди подошла к низкой тумбе и нажала на кнопку. Экран озарился, и перед глазами вновь возникли те же лица. Среди них был и Деймон — его темный, напряженный взгляд пронзал даже через стекло кинескопа. Когда дикторша повторила сообщение о побеге, Мелоди ахнула. Трубка выскользнула из ослабевших пальцев и с глухим стуком ударилась о пол. Слёзы мгновенно застлали взор, но девочка упрямо сжала губы, вытирая лицо тыльной стороной ладони. Нагнувшись, она подняла трубку. Голос дрожал и срывался. — Кевин… это Деймон… он сбежал… — слова вырвались сдавленным шепотом, пропитанным ужасом и болью. — Френка нет дома, но я всё расскажу ему, как только он вернется. — Хорошо, Мелоди, держись. Я сейчас же наберу Лукасу и Кайлу, пусть будут начеку. Это… это слишком серьезно, — Кевин сглотнул вставший в горле ком, стараясь придать голосу хоть немного твердости. Девочка молча кивнула, забыв, что собеседник её не видит. Положив трубку, она бессильно опустилась на стул. Пальцы машинально сжали край недособранного пазла, но мысли были уже далеко — там, где в лесной глуши скрывался ее брат.

***

Тем временем в глубине леса, где сплетенные ветви деревьев образовали плотный изумрудный полог, притаилась старая дача. Интерьер убежища дышал ушедшей эпохой: стены, потемневшие от сырости и изрезанные глубокими трещинами, казались живыми, а половицы под ногами протестующе поскрипывали, жалуясь на годы забвения. Узкое окно пропускало лишь скудный, болезненный свет, который неровными пятнами ложился на пол. В углу застыл покосившийся столик, чьи ножки оплела густая паутина, а в центре комнаты возвышался круглый стол, покрытый серым налетом пыли. Четыре шатких стула вокруг него ждали своих новых хозяев. Тяжелый воздух с привкусом плесени давил на легкие, но для беглецов этот дом стал единственным шансом на спасение. Чарли выпрямился, и его интонация, твердая и непреклонная, мгновенно разрезала тишину. — Слушайте план. Сначала я раздобуду продукты — консервы, воду и всё прочее, чтобы хватило на пару недель. Затем встречусь с человеком, который выведет нас из этой ловушки. Остальное узнаете позже, когда всё подготовим. Деймон коротко кивнул. Его молчание ощущалось почти физически — оно было пропитано недоверием, но подросток подчинился силе вожака. Макс склонил голову, демонстрируя сдержанное согласие, а Тед притих, хотя пальцы пацана нервно терзали край столешницы. Вся троица смотрела на лидера с негласным признанием его власти. Движения Чарли были выверенными и четкими. Подойдя к угловому шкафу, он выудил оттуда широкополую шляпу, темные очки и плотный шарф. Тщательно обмотав шею тканью, парень скрыл лицо за аксессуарами, превратившись в странную, неузнаваемую фигуру. Бегло проверив отражение в мутном зеркале на гвозде, он повернулся к остальным. — Пока меня нет — сидеть тихо, — тон стал резким, командным. — Ничего не трогать, наружу не соваться. Ждите до вечера. Если что-то пойдет не так — затаитесь. Поняли? Дождавшись согласного кивка, лидер задержал взор на каждом, будто проверяя их решимость на излом. Затем он толкнул скрипучую дверь и исчез в лесу. Холодный ветер тут же лизнул его фигуру, унося шорох листвы, а в комнате воцарилась напряженная тишина. Спустя минуту Макс, чья массивная фигура занимала добрую половину пространства, тяжело опустился на стул рядом с Деймоном. На столе появилась бутылка из темного стекла — дешевый самогон, добытый еще в застенках колонии, и рюмка, тускло блеснувшая в полумраке. Лицо здоровяка на миг смягчилось, выдавая неуклюжее желание разрядить обстановку. — Давай, расслабься, — произнес он низким, хрипловатым голосом. — У меня тут кое-что припасено. Чарли специально для тебя выудил этот флакон. Крышка поддалась, и резкий, бьющий в нос запах спирта заполнил пространство. Наполнив рюмку до краев, Макс подтолкнул её к Деймону, но тот лишь качнул головой, отодвигая угощение. — Не пью, — коротко бросил парень. Сухой, как песок, голос не предполагал возражений. Он скрестил руки на груди, уставившись в пыльные разводы на столе. Открываться и вести задушевные беседы после всего пережитого не хотелось. Однако Макс не отступил. Подняв стекло, он одним резким глотком осушил порцию, поморщившись от обжигающей горечи. Голова здоровяка откинулась назад, он тряхнул шеей, словно сбрасывая невидимый груз, и шумно выдохнул. — Как хочешь, — проворчал Макс, наполняя рюмку до краев. — Но давай хоть поговорим. Расскажи о себе. Как ты вообще угодил в эту дыру? Он подался вперед, нависая над столом массивной тенью. Деймон под столешницей сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Ему была противна эта вынужденная откровенность, но он понимал: молчание в этой банде могло вызвать лишние подозрения. Парень бросил на соседа короткий взгляд; его темные глаза блеснули холодным недоверием. — Всё из-за проблем, — выдавил он, и голос едва заметно дрогнул от подавляемой злости. — Предательство друзей… и сестры. Деймон замолчал, не желая бередить рану, в которой Мелоди всё ещё стояла на стороне Кевина. Кулаки сжались ещё сильнее, и подросток резко сменил тему, кивнув на здоровяка: — А ты? Как ты там оказался? Макс замер. Рюмка застыла на полпути к губам. Сделав долгий глоток, он подождал, пока спирт разольется по венам, расслабляя мышцы. Его взгляд затуманился, а пальцы сжали стекло с такой силой, что оно едва не треснуло. Медленно, словно возвращаясь из мрачных воспоминаний, он повернул голову к Деймону. — Всё началось ещё в школе, — начал он хриплым голосом. — Была одна девочка… Келли. Красивая до безумия. Помню её светлые волосы — мягкие, как шелк. Глаза глубокие, губы сладкие. Я следил за ней сначала тайком, а потом решился. Подошел после уроков. Хотел признаться… Здоровяк замолчал, с трудом сглатывая ком в горле, а затем резко ударил кулаком по столу. Пыль взметнулась серым облаком. — Она отвергла меня. Сразу. Даже смотреть не стала. Сказала, что я ей противен, — его взгляд устремился в пустоту, палец вытянулся, указывая в угол, будто призрак этой Келли до сих пор стоял там. Лицо Макса покраснело от гнева и выпивки. — Я любил её. Каждую ночь бредил её улыбкой. А потом мысли о смерти полезли в голову. Пил, бродил, терял себя. Боль разъедала изнутри, как кислота. Я рисовал её милое лицо в уме и ненавидел себя за то, что не могу это забыть. Но потом понял: страдать нет смысла. Деймон слушал, не перебивая. Его лицо оставалось каменным, но внутри что-то дрогнуло. Он осознал, что сидит в компании людей, чьи души превратились в выжженную пустыню. Макс тем временем осушил ещё одну рюмку. Его плечи опустились, взгляд стал пустым. — Я решил отомстить, — голос парня стал тише, но в нем зазвенела сталь. — Снова подкараулил её после уроков. Прижал платок со снотворным к лицу. Она обмякла, как тряпичная кукла… Потащил в подвал. Бил её. Кричал, спрашивал, почему я ей противен? Ломал её. А потом… — он прикрыл глаза, голос сорвался. — К черту всё. Пусть катится. Шатаясь, Макс поднялся и побрел к дивану. Его тело рухнуло на старую обивку, и через минуту тяжелое дыхание перешло в храп. Деймон остался сидеть в одиночестве, глядя на пустую рюмку. Грудь сжало спазмом — откровения Макса отозвались эхом его собственной боли. Тем временем Тед, чей неугомонный характер не давал ему сидеть на месте, продолжал исследовать каждый угол дачи. Энергия гнала его вдоль стен: он обшаривал шкафы, дергал ручки тумбочек, даже постучал по криво висящей картине. Внезапно, наступив на край ковра, подросток ощутил под ногой что-то твердое. Тед нагнулся и приподнял пыльную ткань. Под ней тускло блеснул маленький, потемневший от времени ключ. Сжав холодный металл в пальцах, он рывком откинул ковер полностью. Глаза пацана расширились: в полу обнаружилась крышка люка, ведущая в подвал. Дыхание стало частым, любопытство захватило его с головой. Что скрывал Чарли в этом заброшенном месте? Напряжение росло. Осторожно потянувшись к кольцу на крышке, Тед приготовился открыть тайну.

***

В доме Френка повисло тяжелое ожидание. Воздух будто наэлектризовался перед грозой. Свет из высоких окон падал на стены длинными тенями, а в углу гостиной монотонно тикали часы, отсчитывая каждую минуту. За круглым столом собрались четверо: Кевин, Мелоди, Френк и Лукас. Место Кайла пустовало, и эта тишина нагоняла еще больше жути. Кевин сидел, выпрямив спину. В руках он сжимал кнопочный телефон, нервно накручивая шнур на палец. Парень уже сбился со счета, сколько раз набирал номер друга, но трубка отвечала лишь длинными гудками. Челюсть Кевина плотно сжалась, а взгляд потемнел от тревоги. Он отложил аппарат и подошел к столу. Шаги гулко звучали по деревянному полу. Сев на стул, Кевин окинул друзей быстрым взглядом. Френк сидел напротив, уверенно опираясь на локти. На лице мужчины проступили морщины, но взгляд оставался твердым — так смотрят те, кто привык встречать бури лицом к лицу. Мелоди, чьи волосы в беспорядке рассыпались по плечам, мертвой хваткой вцепилась в скатерть. Опухшие глаза и дрожащие губы выдавали её страх. Рядом замер Лукас — он быстро постукивал пальцами по дереву, растеряв всю свою обычную веселость. Кевин откашлялся, и его голос прозвучал резко: — Слушайте внимательно. Деймон сбежал, и он не один. С ним еще трое, и они очень опасны. Мы не знаем, что у него на уме, но ясно одно: он стал непредсказуем. С этого момента всегда держимся на связи. Носите с собой хоть перцовку, я не шучу. Из дома без нужды не выходить. Будьте начеку. Мелоди всхлипнула. Слёзы потекли по щекам, оставляя влажные дорожки. Девочка плакала не от тоски по брату, а от пробирающего до костей ужаса. — Я просто… не могу поверить. Как он решился на это? — прошептала она, вытирая лицо рукавом. Френк накрыл её ладонь своей, стараясь передать хоть немного спокойствия. — Мы справимся, родная. Но Кевин прав — осторожность сейчас важнее всего, — в мягком голосе мужчины прорезалась стальная решимость. Лукас кивнул и посмотрел на Кевина. — Я предупрежу Джесси, пусть сидит дома. Но что с Кайлом? Он так и не перезвонил? Кевин лишь плотнее сжал губы. Рука снова потянулась к телефону. Гудки тянулись бесконечно долго, пока связь не оборвалась. Парень с силой захлопнул крышку аппарата и сцепил пальцы в замок так, что побелели костяшки. Он смотрел в пустоту, и в этом взгляде смешались страх за друга и дурное предчувствие. — Черт возьми, Кайл, где ты? — пробормотал Кевин. Сердце колотилось в груди, а в голове один за другим всплывали худшие сценарии. Мелоди уткнулась лицом в ладони, плечи девочки мелко дрожали. Френк тяжело вздохнул, потирая виски, а Лукас сжал кулаки, пытаясь подавить нарастающее беспокойство. Все молча кивнули, соглашаясь с планом Кевина, но атмосфера в доме оставалась гнетущей и пропитанной страхом. Тем временем на даче Тед замер над открытым люком в полу. Сердце пацана готово было выпрыгнуть из груди. Влажные от пота пальцы сжимали холодный ключ, который удалось отыскать под ковром. Глаза сузились, а дыхание стало прерывистым — любопытство и ужас вели внутри отчаянную борьбу. Подросток осторожно поставил ногу на первую ступеньку лестницы, и скрип старого дерева эхом разнёсся по тишине дома. Спустившись вниз, Тед замер, прикрыв рот ладонью. Перед ним открылась мрачная картина. Левая стена была буквально усеяна оружием: глоки, винтовки, автоматы — их вороненая сталь тускло поблескивала в слабом свете. Справа тянулись ряды холодного оружия: ножи с зазубренными лезвиями и кастеты. А вдоль полок аккуратно выстроились мешки с белым порошком. Кокаин. Судя по объему, здесь было не меньше тысячи упаковок. Воздух подвала пропитался сыростью и острым запахом металла. Тишина давила на уши сильнее любого грохота. Тед обошёл помещение. Шаги отдавались в пустоте, а дрожащие пальцы едва касались поверхностей столов. Недоумение смешалось с тревогой. Кому всё это принадлежит? И главное — зачем? Выдохнув, парень сжал кулаки и бросился наверх, выкрикивая имена приятелей: — Деймон! Макс! Идите сюда! Живо! Деймон, сохраняя привычное молчание, направился к лестнице. Его походка за время побега стала заметно увереннее. Следом, пошатываясь, плелся Макс; взгляд здоровяка был затуманен после сна и выпитого алкоголя. Тед перехватил Деймона у самого спуска и заглянул тому в глаза. Голос подростка дрожал от волнения: — Я не доверял Чарли с самого начала. Знал, что у него есть секреты. И вот, смотри… в подвале пушки, автоматы, ножи… и горы наркоты. Что это значит? Чьё это добро? Деймон нахмурился, взгляд парня стал жестче. Он посмотрел в темный проем подвала, откуда веяло опасностью, и до хруста сжал челюсти. — Закрой крышку. Не трогай ничего. Лучше нам в это не соваться, — тон Деймона был ледяным, в нем сквозила крайняя осторожность. Тед упрямо покачал головой, вскипая. — Нет, я спрошу Чарли, как только этот мексиканец вернется. Хочу знать правду. Это слишком серьезное дерьмо, чтобы просто молчать! Деймон ничего не ответил, но в глазах на мгновение промелькнуло сомнение. Макс лишь лениво зевнул и махнул рукой, даже не пытаясь вникнуть в суть спора. Парни вернулись в гостиную, оставив крышку люка полуоткрытой.

***

В пригороде, где улицы заливало мягкое утреннее золото, раздался резкий стук в дверь небольшого дома. Женщина средних лет с теплыми глазами и волосами, собранными в простой пучок, отложила газету. В груди шевельнулась тревога — нежданные гости в такое время заходили редко. Она открыла дверь и замерла. На пороге стоял человек в шляпе с широкими полями и темных очках, а нижнюю часть лица скрывал плотно обмотанный шарф. Почувствовав замешательство хозяйки, незнакомец быстро стянул маскировку. Перед женщиной предстал Чарли. Его загорелое лицо казалось напряженным, а в темных глазах читалась осторожность. — Можно войти? Я друг Алекса. Давно не виделись, но дело срочное, — низкий голос парня звучал уверенно, и женщина кивнула, хотя в душе еще оставались сомнения. Она отступила, пропуская гостя внутрь, и позвала: — Алекс! К тебе пришли! Из коридора послышались шаги, и вскоре появился Алекс. Очки в тонкой оправе немного сползли на кончик носа, а простая толстовка с логотипом технического колледжа подчеркивала худощавую фигуру подростка. Увидев Чарли, тот буквально просиял. Радость вмиг смешалась с удивлением от встречи со старым приятелем. Алекс шагнул вперед и крепко обнял гостя. — Чарли! Черт, сколько лет, сколько зим! Как ты, дружище? — голос его был бодрым, с легкой ноткой юмора, хотя в глазах на секунду мелькнуло беспокойство. Мексиканец ответил на объятие. Плечи парня слегка расслабились в знакомой обстановке, но внутреннее напряжение никуда не исчезло. — За меня не переживай, всё так же — то тут, то там, — он шутливо рассмеялся, а затем спросил: — Сам-то как? Грызешь гранит науки в техническом? Алекс коротко хохотнул, отходя назад и жестом приглашая товарища в гостиную. — Да, учусь. Компьютеры теперь — вся моя жизнь. Представь: сидишь перед экраном, и весь мир у тебя в руках. Но хватит о пороге, проходи. Мам, сделай нам кофе, пожалуйста. Желательно покрепче. Женщина кивнула. Она задержала взгляд на госте с легким подозрением — прошлые визиты Чарли всегда приносили с собой неприятности. Хозяйка направилась на кухню, откуда вскоре потянуло запахом зерен, но тревога в ее душе только росла. Гостиная встретила парней уютом, который резко контрастировал с тем, что осталось за стенами дома. Мягкий диван, заваленный плюшевыми подушками, стоял напротив низкой тумбы с телевизором. Широкий экран ловил солнечные блики, проникавшие сквозь легкие хлопковые занавески. Свет заливал комнату золотом, оставляя длинные тени на полированном паркете. На стенах висели фотографии в простых рамках. С черно-белых снимков смотрел отец Алекса — крепкий мужчина с решительным взглядом, запечатленный в моменты спортивной славы. Рядом поблескивали медали и стоял массивный кубок за чемпионство по вольной борьбе. На полке под ними ютились пожелтевшие газетные вырезки с историями старых побед. Всё здесь дышало гордостью и памятью о прошлом. Чарли опустился на диван, и его тело, измотанное долгим путем, наконец получило передышку. Алекс присел напротив, на край кресла. Несмотря на расслабленную позу, взгляд подростка оставался внимательным. Он поправил очки, в которых отражалась смесь радости от встречи и легкого волнения. — Серьезно, Чарли, выглядишь так, будто просадил всё состояние в казино. Давай колись уже, не тяни. Рассказывай, что стряслось. Последний раз ты заикался о проблемах с законом, а потом просто исчез. Я думал, ты давно в Мексику укатил. Чарли тяжело выдохнул и потер виски. Лицо парня омрачилось тенью воспоминаний. — Больше четырех лет я провел в той дыре. Глупая история с дракой. Но теперь я выбрался. Со мной друзья. Нам нужно залечь на дно, исчезнуть с радаров, и я сразу вспомнил о тебе. Ты всегда знал, как выкрутиться. Алекс кивнул, и его улыбка стала шире, наполнившись иронией. — О да, я мастер выкручиваться. Не зря поступил в технический, — Алекс подсел ближе, и в его глазах блеснул азарт. — Чутьем чуял, что вся эта электроника будет востребована. В наше время без этого никуда. Ну а как твоя семья? Чарли помедлил. Он невольно засмотрелся на фотографии на стене, и в душе шевельнулось мимолетное чувство зависти к чужой стабильности. — Семья... дядя помогает, но в основном я сам по себе. Жизнь научила не полагаться на других. А ты молодец, Алекс. Так держать. В этот момент дверь приоткрылась. Мать Алекса внесла поднос с двумя чашками кофе. Над ними клубился густой пар, наполняя гостиную горьковатым ароматом. Женщина поставила угощение на стол. Её руки слегка дрожали, а взгляд снова прошелся по гостю с явным недоверием. — Угощайтесь, — тихо произнесла она, стараясь скрыть за заботой подозрительность. Хозяйка вышла, но прикрыла дверь не до конца. Она замерла в коридоре, прислушиваясь к каждому звуку. Женщина знала о скрытых талантах сына — его умении просчитывать риски и ходить по краю ради выгоды. Она молчала об этом, но сейчас материнский инстинкт буквально кричал об опасности. Алекс сделал глоток, смакуя тепло, и вернул чашку на стол. Лицо парня стало серьезным, хотя привычная искра юмора никуда не исчезла. — Ладно, дружище, кофе — это хорошо, но давай ближе к делу. Ты ведь не просто на огонек заглянул. Что стряслось? Я по глазам вижу: влип ты серьезно. Чарли отставил свою чашку. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки на коленях, выдавая внутренний взвод. — Я сбежал из той дыры, как уже говорил. Спланировал всё до мелочей: вырубили свет, перехватили ключи, ушли на машине. Как по нотам. Со мной еще трое, сейчас прячемся на даче у дяди. Но полиция уже на хвосте, мои фото крутят в новостях. Нужно валить из страны, и как можно скорее. Алекс нажал на кнопку пульта. На экране телевизора как раз мелькнуло экстренное сообщение о беглецах, и крупным планом появилось лицо Чарли. Подросток иронично хмыкнул. — Вау, да ты теперь знаменитость. Почти рок-звезда, только вместо фанатов — копы с наручниками. Выключив экран, Алекс подался вперед. В его глазах загорелся живой интерес. — Итак, продолжай. Что задумал? Чарли кивнул и выложил на стол четыре потрепанных паспорта. — Нужны новые документы для всех. И визы. Хотим пройти через аэропорт, чтобы пересечь границу официально и незаметно. Ты ведь знаешь людей, которые могут это провернуть. Алекс взял паспорта и быстро пролистал их. Он разочарованно цокнул языком и покачал головой. — Чарли, ты смелый, но такой же наивный, как раньше. Аэропорт — это идеальная ловушка. Камеры, проверки на каждом шагу... Один неверный вдох, и вас повяжут, как щенков. И всё — прощай свобода, здравствуй тюрьма на всю катушку. Парень выразительно взмахнул руками и дернул плечами, поджав губы. — Нет, это дохлый номер. Морской путь — вот твой единственный шанс. Без шума, без лишних глаз и следов в базах. Чарли нахмурился, обдумывая слова приятеля. В его взгляде мелькнуло уважение — Алекс, как и всегда, видел ситуацию на несколько шагов вперед. — Объясни, — коротко бросил Чарли. Алекс откинулся в кресле. Его голос стал деловым, хотя на губах всё ещё играла легкая усмешка: — У меня есть родственник в паспортном бюро. Он мастер своего дела: взятки, подмены, левые бланки. Настоящий профи. Отдам ему ваши паспорта, и через неделю-другую на руках будут новые документы. Имена, фамилии, штампы и легенда — всё будет чисто, если сами не наглупите. А потом я свяжусь с еще одним человеком, у него свой катер. За пару тысяч долларов он переправит вас через границу. Тихо, спокойно, без лишнего шума. Начнете жизнь с чистого листа. Чарли сделал глоток кофе, обдумывая услышанное. Плечи парня чуть опустились от мимолетного облегчения, но внутреннее напряжение никуда не делось. Он доверял Алексу — тот никогда не подводил, когда дело касалось скользких схем. — Сколько это будет стоить? — спросил мексиканец. Алекс рассмеялся, и в его глазах блеснул азарт: — Сто тысяч! — В комнате повисла тяжелая пауза. Чарли уже набрал воздуха, чтобы возразить, но приятель его опередил: — Да шучу я, не хмурься ты так, будто тебе девчонка на первом свидании отказала. Пятнадцать тысяч за всё. Но главное условие — сидите тише воды, ниже травы. Один прокол, и всё рухнет, как карточный домик. Чарли закатил глаза. Даже перед лицом опасности тупые шутки его друга оставались неизменными. Парень спокойно кивнул и протянул руку. Ладони сжались в крепком рукопожатии, скрепляя договор. — Договорились. Жду вестей. Он поднялся, попрощался с матерью Алекса, которая вышла из кухни с натянутой, вымученной улыбкой, и снова натянул маскировку. Дверь закрылась, оставив в доме лишь эхо шагов. Алекс тяжело вздохнул и потер виски; на лице проступила тень ответственности за жизнь друга. Мать подошла сзади: — Я всё слышала, сынок. Алекс, это слишком опасно. Ты ввязываешься в нехорошее дело... Он повернулся и с теплой улыбкой обнял ее за плечи. — Мам, всё под контролем. Я знаю, на что иду. Не беспокойся, это просто бизнес. В его словах звучала уверенность, но где-то в глубине души уже шевельнулась первая тревога.

***

Тем временем Лукас, после долгих уговоров матери, всё же получил разрешение подзаработать на карманные расходы. В углу двора он соорудил небольшой стенд — слегка шаткую деревянную конструкцию, выкрашенную в ярко-желтый цвет. Поверх крашенных досок красовалась надпись мелом: «Лимонад — 14 копеек за стакан». На столешнице стоял пузатый кувшин с золотистой жидкостью и дольками лимона, а рядом поблескивали на солнце чистые стаканы. Лукас вытер пот со лба рукавом рубашки и отступил на шаг, любуясь результатом. Предвкушение первой прибыли кружило голову. — Удачи, Лукас, пусть хоть что-то выгорит, — прошептал он себе под нос, жмурясь от теплого солнца. Зайдя в дом, парень снял со стены трубку и набрал номер Джесси. Пока тянулись гудки, он нервно барабанил пальцами по дереву. Наконец на том конце ответили. — Джесси? Привет, это Лукас. Слушай, тут новости паршивые — Деймон сбежал из колонии с какими-то парнями. Полиция на ушах, так что будь осторожнее. И… — он замялся, чувствуя, как краснеют щеки, — не хочешь в выходные сходить со мной в парк? В трубке повисла тишина. Через секунду Джесси рассмеялась, и в её голосе послышалась лёгкая насмешка: — Ой, Лукас, ты серьезно? Сначала пугаешь беглецами, а потом зовешь гулять? Нет, спасибо, у меня дел по горло. Сердце парня рухнуло вниз. Радость от нового стенда мигом испарилась, оставив лишь горький осадок. Он сильнее сжал трубку, стараясь скрыть дрожь в голосе: — Ну… ладно, я понял. Просто подумал, вдруг... — Лукас замолчал, чувствуя, как горло сдавливает от стыда. — Шучу я, шучу! — перебила Джесси, и её тон стал игривым. — Ладно, давай погуляем. Конечно, я хочу! Лукас замер, а потом выдохнул так глубоко, будто сбросил с плеч гору. В груди снова потеплело, а сердце забилось в два раза быстрее. — Серьезно? Спасибо, Джесси! Я… я не подведу. Встретимся в субботу у фонтана, идет? — Договорились, — улыбнулась она. — До встречи. Повесив трубку, Лукас подпрыгнул на месте, напрочь забыв и про лимонад, и про сбежавшего Деймона. Он победно вскинул руки и выдал короткий танец прямо на траве. Впервые за долгое время на душе стало по-настоящему легко. Начинало вечереть. Над дачей сгустились тени, а в кронах деревьев зашумел холодный ветер. Дверь скрипнула, и в дом вошёл Чарли, нагруженный тяжелыми пакетами с продуктами. Со стуком поставив их на стол, он стянул шляпу, очки и шарф. Лицо парня блестело от пота, но в глазах горела решимость. Он громко хлопнул в ладоши, созывая всех. — А ну, подъем! Есть разговор. Деймон, Макс и Тед вышли из комнат. Их шаги гулко разнеслись в тесном пространстве гостиной. Парни расселись вокруг стола, заставленного консервами, хлебом и бутылками воды. Чарли занял место во главе. Спина выпрямилась, а голос зазвучал твердо и уверенно: — Всё прошло гладко. Я договорился с человеком — через неделю, максимум две, мы получим новые паспорта. Чистые документы, новые имена. Потом нас переправят через границу на катере. Это решит все проблемы, если будем вести себя тихо. А пока — вот продукты. Еды хватит на неделю. Держимся вместе и не высовываемся. Деймон кивнул. В мрачном взгляде мелькнуло мимолетное облегчение. Макс потер затылок и одобрительно хмыкнул, а Тед, скрестив руки на груди, смотрел на лидера с явной настороженностью. Едва тот закончил, Тед шагнул вперед. Лицо напряглось, а в глазах сверкнул вызов. Парень остановился прямо перед Чарли, глядя в самые зрачки. — А что насчет подвала? — вопрос слегка дрогнул, но прозвучал решительно. Мексиканец нахмурился, не сразу поняв, к чему клонит собеседник. — Какого подвала? О чем ты? Тед выпрямился, пальцы сжались в кулаки. — Я спускался туда, пока тебя не было. Там оружие — пистолеты, автоматы, ножи. И еще мешки с белым порошком. Я показал это остальным. Что это значит? У тебя есть секреты от нас? В комнате мгновенно стало тихо, воздух будто потяжелел. Чарли резко поднялся, лицо исказилось от гнева. Кулак с силой врезался в стену, оставив трещину в старой штукатурке. Парень схватил Теда за воротник и притянул к себе. Бешеный крик гремел на весь дом: — Ты что натворил, идиот?! Лазил там без разрешения? Кто тебе дал право совать нос в чужие дела?! Зачем ты это сделал?! Тед рванулся и оттолкнул руки противника. Дыхание стало частым, а глаза блестели от упрямства. — Я имел право знать! Ты что-то скрываешь, и я хочу правду! — он шагнул ближе, не отводя взгляда. Спор прервал Деймон. Он встал между ними, и спокойный, но властный тон остудил пыл обоих: — Хватит! Прекратите шуметь. Давайте разберемся без драк. Чарли сделал глубокий вдох. Грудь ещё вздымалась от злости, но пальцы наконец разжались. Глядя на Теда, он процедил сквозь зубы: — Ладно. Чтобы не было недоверия — это всё принадлежит дяде. Кто он и чем занимается — не ваше дело. И никому из вас не нужно об этом знать. Это секрет, и точка. Взгляд стал грозным, Чарли медленно посмотрел на каждого: — Никто даже не упоминает про подвал. Поняли? Без моего разрешения — ни шагу туда и ни слова об увиденном. Деймон неохотно кивнул, опустив глаза. Макс буркнул что-то невнятное в знак согласия. Тед сжал губы; сердце колотилось от раздражения, но пришлось промолчать, снова скрестив руки. Чарли подхватил пакеты и направился к холодильнику, шаги были тяжелыми от скрытого гнева. Тед остался стоять на месте. Мысли кипели — парень не верил ни единому слову, чувствуя, что за всем этим стоит нечто гораздо более опасное.

***

Тем временем Кайл закончил смену в ресторане, где тяжелый запах жареного масла и специй всё ещё висел в воздухе. Усталость от долгого дня тянула плечи вниз, но он закрыл двери, повернув ключ с легким скрежетом, и вышел на улицу. Ночь встретила звездным небом, усыпанным миллионами искр, и свежим ветром, который пробежал по лицу. Парень сделал глубокий вдох, наслаждаясь тишиной после шумной кухни, и достал из кармана старый кнопочный телефон. Экран высветил несколько пропущенных вызовов от Кевина. Сердце дрогнуло — что-то было не так. Кайл еще раз вдохнул, набирая номер друга, пока в пустой гостиной того раздавались настойчивые звонки. Кевин сидел на диване, бездумно уставившись в телевизор, где мелькали рекламные ролики. Услышав сигнал, он мгновенно схватил трубку. Голос звучал напряженно: — Кайл? Наконец-то! Где ты был? Почему не брал трубку? Тот устало прислонился к стене ресторана и попытался улыбнуться: — Работы было выше крыши, Кев. Даже перерыв не успел взять. Как дела у тебя? Собеседник помедлил, и его тон стал предельно серьезным: — Слушай внимательно. Деймон как-то умудрился сбежать из колонии. С ним еще трое. Они на свободе, Кайл. Будь осторожен, держи ухо востро. Слова ударили, как молния. Парень замер, аппарат задрожал в руке. Сердце пропустило удар, а на лбу выступил холодный, липкий пот, стекающий тонкими струйками по вискам. Он сглотнул вязкую слюну. Горло сжалось, и в голове закружились воспоминания — тот день в лесу, когда он, охваченный страхом, позвонил на 911 и сдал Деймона. Кайл знал: если тот его найдет, месть будет жестокой. Пульс забился в бешеном ритме, словно готовый вырваться из груди, и подросток рванул с места, на ходу бросив мобильник в карман. Он бежал, ноги сами несли его прочь, а дыхание срывалось на хриплые стоны. Страх обжигал душу, переплетаясь с отчаянием и злостью на самого себя. В голове мелькали образы — лицо Деймона, искаженное гневом и обещавшее смерть, мерещилось везде: на деревьях, в звездах, на лицах прохожих. Слезы текли по щекам, смешиваясь с потом, а сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот разорвется. Один мужчина, попытавшийся остановить его и спросить время, получил грубый толчок и крик: — Не трогай меня! Отстань! Голос сорвался, а растерянный прохожий лишь пожал плечами, не понимая причин такой истерики. Кайл мчался, не замечая дороги и толкая людей, пока не добрался до дома. Дверь распахнулась с треском, он ворвался внутрь и захлопнул её, защелкнув замок дрожащими руками. Приникнув к дверному глазку, беглец тяжело дышал. Грудь вздымалась, а пот стекал по лицу, оставляя соленый привкус на губах. Постепенно адреналин начал отступать, и парень опустился на пол, обняв колени. Закрыв глаза, он шептал себе: «Это только в голове… Отдышись. Мама и брат дома, всё хорошо». Отыскав телефон, он снова набрал Кевина: — Я дома. Всё в порядке. Спасибо, что предупредил. Друг на другом конце линии облегченно вздохнул, его плечи наконец расслабились. Он включил новостной канал, где диктор с серьезным лицом объявил: — Поиски сбежавших продолжаются, но пока безрезультатно... Экран мигнул, показывая старые фото Деймона и его сообщников. Кевин откинулся на спинку дивана, чувствуя, как тревога накатывает новой волной. Где-то в ночной тишине Кайл сидел у двери. Дыхание понемногу выравнивалось, но липкий страх всё ещё витал в воздухе, предвещая новые испытания.

***