Искра рождает пламя

На даче царила обманчивая тишина, нарушаемая лишь шорохом карт. Деймон и Макс лениво раскладывали партию на потёртом деревянном столе. Игра в «двадцать одно» шла с привычным азартом: Деймон бросал карты с холодной точностью, а Макс, наоборот, действовал с небрежной удалью. Когда выпадала удачная комбинация, здоровяк хлопал по столешнице с громким смешком. — Ха, двадцать одно! — выкрикнул парень, откинувшись на стуле, который натруженно скрипнул под весом крепкого тела. — Твоя очередь, сдавайся! Деймон лишь хмыкнул, не отрывая взора от мастей. Пальцы замерли на секунду, но подросток продолжил расклад, будто игра могла заглушить мысли о том, что ждало банду за стенами убежища. Чарли сидел напротив на старом диване, облокотившись на спинку. Взгляд казался рассеянным, мысли блуждали где-то далеко: то метались вокруг следующего шага, то возвращались к Теду, чей труп разлагался под землёй в лесу. Лидер методично постукивал по подлокотнику, и этот ритм выдавал нетерпение. Чёрная бандана сидела плотно, парень даже не поправлял ткань, полностью погружённый в себя. Резкий звон телефона на стене вспорол тишину. Игроки замерли. Главарь поднял руку, призывая к молчанию, и подошёл к аппарату. Сняв трубку, он коротко бросил: — Слушаю. Лицо Чарли оставалось неподвижным. Спустя минуту он кивнул, будто собеседник мог видеть этот жест. — Ясно. Сейчас буду, — сказал парень и повесил трубку с лёгким щелчком. Развернувшись к приятелям, вожак объявил: — Паспорта готовы. Всё на месте. Оба кивнули, не задавая лишних вопросов. Макс отложил карты, а Деймон чуть прищурился, взвешивая новость. Чарли подошёл к вешалке и накинул куртку. Шарф остался висеть — день выдался тёплым, и ветер за окном нёс мягкое дыхание осени. Деймон, всё ещё держа карту, бросил: — А твой Алекс говорил, что паспорта будут через пять дней. Макс подхватил, не отрываясь от стола: — Точно, прошло явно больше. Чарли остановился у выхода, взявшись за ручку. Чуть повернув голову, он обжёг обоих острым, холодным взглядом. — Лучше сидели бы тихо и не рыпались, — произнёс лидер, и в голосе проскользнула усталость. — Развлекайтесь, пока меня нет. Дверь скрипнула, впуская в дом свежий воздух, и Чарли вышел. Оставшиеся переглянулись. Макс усмехнулся, а Деймон покачал головой, хотя уголки губ дрогнули в лёгкой улыбке. Подростки вернулись к игре, и вскоре стук карт по дереву и редкие смешки снова заполнили комнату.

***

Солнце заливало школьное поле тёплым светом, отражаясь в лужах после ночного дождя. Трава на футбольной площадке ещё блестела от влаги, а в воздухе витал запах свежескошенной зелени и кожаных мячей. Крики подростков, топот ног и глухие удары сливались в живой гул, наполняя пространство энергией. Кайл шёл рядом с младшим братом, неся спортивную сумку на плече. Джек, облачённый в футбольную форму, худенький и взъерошенный, крепко сжимал вратарские перчатки, словно талисман. У раздевалки Кайл остановился и опустил сумку на землю. Парень протянул брату бутылку воды, но заметил, как дрожат руки мальчика. Присев на корточки, старший заглянул в глаза младшего, полные неприкрытой тревоги. — Эй, малой, что с тобой? — тихо спросил он. Джек вдруг бросился к брату, обхватив так крепко, что Кайл чуть не потерял равновесие. Мальчик уткнулся носом в шею старшего, его дыхание было прерывистым. — Я боюсь, — прошептал он. — Что, если подведу команду? Пропущу мяч, и все будут смеяться… Кайл замер, чувствуя тепло объятий. Подросток мягко поцеловал брата в макушку, пахнущую детским шампунем, и отстранился, взяв того за плечи. Взгляд парня был твёрдым, но полным тепла. — Слушай сюда, герой, — сказал он, сжимая руки ребенка. — Если начнёшь паниковать, просто посмотри на трибуны. Представь, что там сижу я с мамой. Мы кричим твоё имя, верим в тебя. Ни одной мысли о проигрыше, понял? Ты лучший вратарь. Докажи им всем, на что способен. Глаза мальчика засверкали. Джек глубоко вдохнул, впитывая слова, и решительно кивнул. Кайл снова крепко прижал его к груди. — Я тебя люблю, сильно, — произнёс парень, и в голосе звучала непреклонная вера. — И я тебя, — ответил Джек, отстраняясь. Мальчик выпрямился, сжал перчатки и еще раз кивнул, будто давая себе обещание. Кайл улыбнулся, глядя, как брат, расправив плечи, шагает к раздевалке. Парень помахал вслед, и улыбка стала совсем мягкой под аккомпанемент криков игроков за решёткой поля. Кайл уже развернулся, чтобы уйти, как вдруг в кармане завибрировал телефон. На экране высветилось имя Кевина. Подросток прижал трубку к уху. — Привет, Кев. Что-то случилось? — спросил он, голос стал чуть напряжённым. Кевин говорил быстро, но чётко. Кайл слушал молча, и лицо парня становилось всё серьёзнее. — Понял. Буду, — коротко ответил подросток и убрал телефон. Бросив последний взгляд на поле, где уже вовсю шла игра, Кайл быстрыми шагами направился к выходу. Школьный двор остался позади. Тем временем в доме Кевина царила совсем другая атмосфера. Кухня наполнилась ароматом томатного соуса и свежеиспечённого хлеба. Миссис Грейс в фартуке с цветочным узором стояла у плиты, помешивая содержимое кастрюли. Волосы женщины, слегка тронутые сединой, были собраны в небрежный пучок. Лицо хозяйки светилось теплом, когда она обернулась к сыну, прислонившемуся к дверному проёму. — Мам, я придумал, что подарить Мелоди на день рождения, — начал Кевин, голос чуть дрожал от возбуждения. — Хочу устроить всё в ресторане «Золотой колокол». Ну, знаешь, где мы отмечали моё пятилетие. Миссис Грейс вытерла руки о фартук, и лицо озарила улыбка, полная воспоминаний. — Ох, Кевин, — засмеялась она. — Помню, как ты там читал стихи. Все аплодировали, а потом ты поскользнулся на паркете и шлёпнулся. А публика решила, что это был такой поклон! Кевин хохотнул, почесав затылок. Щёки слегка порозовели от смущения, но глаза сияли. — Да уж, было дело, — ухмыльнулся парень. — Но идея с рестораном хорошая, правда? Мать кивнула, выражение её лица стало серьёзнее, но оставалось по-прежнему добрым. — Очень хорошая. Когда планируете? — Завтра, — ответил Кевин, выпрямляясь. — Сегодня встречусь с ребятами, всё обговорим. Хочу, чтобы всё было идеально. — Деньги нужны? — спросила женщина, приподняв бровь. Подросток покачал головой. — Нет, мам, хватит своих. Спасибо. Он шагнул к матери, быстро обнял её и, бросив на ходу «до вечера», выскочил из кухни. Миссис Грейс посмотрела сыну вслед. Взгляд был полон гордости, но где-то в глубине таилась тень беспокойства. Женщина вернулась к плите, а густой запах соуса поплыл по комнатам, заглушая тишину.

***

Полуденное солнце лениво растекалось по тротуарам, отражаясь в витринах маленькой забегаловки на окраине города. «Джо и кофе» — вывеска этого места давно выцвела, а окна покрывал тонкий слой пыли. Внутри было почти пусто: пара стариков у стойки, потягивающих напиток, да сонная официантка, лениво протирающая стаканы. В воздухе витал запах подгоревших тостов и дешёвого моющего средства. В самом дальнем углу, где свет едва проникал сквозь мутное стекло, сидел Алекс. На нём был тёмно-серый костюм, чуть великоватый, но надетый с претензией на стиль, шляпа с чёрной полоской и светло-коричневые брюки. Туфли блестели так, словно парень начистил их перед самым выходом. Подросток помешивал латте, глядя на пузырьки пены, и сделал маленький глоток, когда дверь звякнула, впуская гостя. Чарли вошёл, стянул тёмные очки и сразу заметил знакомую фигуру. Алекс сидел, откинувшись на стуле с видом человека, знающего больше, чем он говорит. Лидер прошёл к столику и, не спрашивая разрешения, плюхнулся напротив. Взгляд парня скользнул по нелепому наряду приятеля, и уголок рта дрогнул в сдержанной усмешке. — Твою мать, — начал Чарли, прищурившись. — Мне кажется, или ты решил войти в образ загадочного дилера из переулка? Он наклонился чуть ближе, понизив голос: — Если угадал, пообещай больше не надевать эту хрень. Алекс откинулся назад, сделал глоток и ухмыльнулся, глядя поверх кружки. — И тебе доброе, беглец на минималках, — парировал подросток, на мгновение показав средний палец, но тут же спрятал руку, оглядевшись по сторонам. — Катись к чёрту. Чарли хмыкнул, но лицо быстро стало серьёзным. Лидер поправил бандану, откинулся на спинку и кивнул: — Ладно, не злись. Давай по делу. Алекс поставил кружку, подался вперёд, и глаза, обычно искрящиеся насмешкой, стали цепкими. — В каком смысле «по делу»? — приподнял бровь парень. — Умный нашёлся? Сначала бабки покажи, потом поговорим. Чарли нахмурился, пальцы стиснули ручку маленькой кожаной барсетки, лежащей рядом. Он приоткрыл её, демонстрируя пачку купюр, аккуратно перевязанную резинкой. Алекс лишь саркастично усмехнулся. — Ты бы ещё пересчитал их тут, — бросил он. — Настолько тупой, что шутки не понимаешь? Чарли подался вперёд, голос стал низким, почти шипящим: — Кончай играть, идиот. Наша жизнь на кону, а ты тут спектакль разыгрываешь. Если нас схватят за хвост, первым потащу тебя за собой. Понял? Подросток хохотнул, но в этом звуке не было веселья. Он вытер выступившую слезинку в уголке глаза и поднял руки, будто сдаваясь. — Ладно, ладно, не горячись, — примирительно отозвался Алекс, прочищая горло. — Видел бы ты свою харю. Господи. Он выпрямился, и тон сразу стал деловым. Достав из-под стола потёртую папку, парень раскрыл её и выложил на стол четыре паспорта. Новые имена, новые личности — фотографии выглядели слегка размытыми, но достаточно убедительными. Чарли взял один из документов, открыл и нахмурился. — Этот тип вообще на меня не похож, — буркнул лидер, разглядывая снимок. Алекс сделал глоток латте и закатил глаза. — Слушай, скажи хоть спасибо, — отрезал он. — Мы не художники, чтобы рожу в точности воссоздать. Чарли хмыкнул, но промолчал. Паспорта аккуратно вернулись в папку. Алекс вытащил оттуда же сложенную карту и ткнул пальцем в обведённую точку. — Завтра, в пять утра, — начал он. — Мой человек будет ждать у старого причала за городом. Посадит на катер, переправит через границу в Канаду. Всё чисто, всё договорено. Лидер кивнул, изучая маршрут. Подушечки пальцев пробежались по бумаге, словно проверяя реальность пути. Он поднял взгляд на собеседника. — А береговая охрана? — спросил парень. — Если заметят? Алекс махнул рукой, будто отгоняя назойливую муху. — Дружище, обижаешь, — с лёгкой насмешкой бросил он. — Всё учтено. Мои люди договорились с кем надо. Просто делайте, что велят. Тихо, спокойно — и всё. Чарли коротко кивнул, сохраняя непроницаемое выражение лица. Барсетка с деньгами скользнула через стол. Алекс забрал наличность, даже не заглядывая внутрь. Сделка была окончена. Он допил латте, с лёгким стуком поставил кружку и откинулся назад, оглядывая пустынное кафе. Взгляд внезапно стал задумчивым. — Знаешь, — вздохнул парень, — устал я от этой городской суеты. Иногда думаю: бросить всё и свалить в какую-нибудь деревушку. Жить на природе, подальше от беготни. Чарли посмотрел в окно, где прохожие торопились по делам, а машины лениво ползли по улице. Голос прозвучал сухо, почти безжизненно: — Мечтай. Две недели в лесу — и теперь хрен отличишь от меня дикого зверя. Так что нет, спасибо. Алекс усмехнулся. Опершись кулаком о щёку, он принялся лениво водить пальцем по краю пустой кружки. — М-да. Хуже и не придумаешь, — произнёс подросток, глядя в пустоту. — Как говорится, жизнь — дерьмо. Он снова посмотрел на Чарли. — Уже думал, что будешь делать там, за границей? Лидер надел очки, подхватил папку и встал, поправляя куртку. — Поживём — увидим, — бросил он. — До скорого. Чарли вышел, не оборачиваясь. Дверь звякнула, впуская в душный зал порыв свежего воздуха. Алекс остался сидеть на месте, провожая его взглядом через стекло. Мысли блуждали где-то далеко, среди спешащих людей и туманных перспектив наступающего утра.

***

Парк гудел от детских голосов и далёкого шума города. Солнце пробивалось сквозь кроны старых клёнов, отбрасывая пятна света на асфальтовые дорожки. Друзья встретились у старой скамейки — их привычного места сбора. Короткие рукопожатия, быстрые улыбки, и вот уже компания шагала по улице, обсуждая план действий. Голоса друзей смешивались с шелестом листвы и далёким лаем собаки, пока подростки направлялись к ресторану «Золотой колокол». Когда ребята подошли к заведению, оно сразу притянуло взгляды. Фасад из тёмного кирпича, украшенный резными деревянными панелями, выглядел величественно, но при этом сохранял домашний уют. Стеклянные двери отражали солнечные лучи, а над входом поблёскивал на ветру медный колокол. Задний двор, огороженный низким забором, был усыпан гравием и украшен гирляндами, которые по вечерам превращали его в сияющую танцплощадку. Кевин толкнул дверь, и звон колокольчика приветствовал гостей. Внутри ресторан впечатлял ещё больше. Высокие колонны из тёмного дерева поддерживали потолок, расписанный яркими узорами: силуэты животных и людей переплетались в замысловатом танце. Мозаичные окна разбивали свет на разноцветные блики, плясавшие по полированным столам и мягкой обивке стульев. Просторная гостиная манила открытым пространством и лёгким ароматом лаванды от букетов на столах. Лукас присвистнул, оглядываясь, а Кайл лишь кивнул, явно оценив обстановку. — Ты был прав, Кев, — пробормотал он. — Это место — просто огонь. Инициатор праздника с лёгкой улыбкой повёл приятелей к кабинету администратора. На стук из-за двери донеслось тёплое приглашение войти. Парней встретил мистер Вейланд — мужчина средних лет с аккуратной сединой. Очки висели на цепочке, а тёмный пиджак поверх синего жилета придавал ему элегантный вид. Бархатный голос хозяина наполнил кабинет радушием, стоило ему увидеть гостя. — Кевин! — воскликнул Вейланд, вставая из-за стола. — Сколько лет! А это, должно быть, твои друзья? Рад встрече. Мужчина пожал руки всем троим. Взгляд оставался внимательным и добрым. Улыбнувшись подростку, он добавил: — Вырос-то как! Прямо сердце радуется. Помню, как ты ещё в детстве тут стихи читал перед целой толпой. Ни капли страха, говорил так уверенно, будто на сцене родился. Лукас и Кайл переглянулись. Лукас хмыкнул, ткнув товарища локтем в бок. — Серьёзно? Стишки? — ухмыльнулся парень. — Ты от нас скрывал, поэт. Кевин смущённо почесал затылок, хотя глаза искрились весельем. — Да ладно вам, это было давно, — отмахнулся он. Мистер Вейланд тактично сменил тему, не упоминая о досадном падении маленького чтеца. Тон стал деловым: — Ну, чем могу помочь, ребята? Кевин выпрямился, охваченный энтузиазмом. — У моей подруги, Мелоди, завтра день рождения. Хочу устроить для неё что-то особенное. Праздник здесь, с танцами и друзьями. Чтобы она запомнила навсегда. Вейланд одобрительно кивнул, постукивая пальцами по столу. — Отличная идея. Завтра в пять вечера будет идеально. К часу начнём готовить зал: украшения, надписи, еда и торт — это мы берём на себя. А вот музыку выберите сами. Лукас шагнул вперёд и протянул сложенный листок. — Мы уже подумали. Тут список песен для дискотеки. Администратор пробежался глазами по названиям и улыбнулся. — Хорошо подготовились. Всё будет готово, обещаю. Парни обсудили цену. Кевин говорил уверенно и уважительно. Когда договоренность была достигнута, подростки скрепили сделку крепким рукопожатием с хозяином. — Удачи, ребята. Вашей подруге повезло с такими друзьями, — напутствовал Вейланд. Друзья покинули ресторан, сияя улыбками. Они продолжали обсуждать сюрприз для девочки, а звон колокольчика над дверью затихал за их спинами мягким эхом.

***

На кухне дачи воздух был тяжёлым, пропитанным запахом пыли и плесени с лёгкой примесью химии. Макс, воровато оглядываясь через плечо, вытащил из-под раковины заначку — пакетик с кокаином, который заприметил в подвале. Руки здоровяка слегка дрожали от предвкушения. Он быстро высыпал щепотку порошка на потрёпанный столик и разровнял его старой кредитной картой в тонкую дорожку. Свернув купюру в трубочку, подросток наклонился и втянул содержимое одним резким вдохом. Жжение в носу ударило мгновенно. Макс откинулся назад, потирая переносицу, и на его лице проступила блаженная гримаса. Мир вокруг стал резче, ярче, будто кто-то выкрутил контраст на максимум. В дверном проёме стоял Деймон, скрестив руки на груди. Взгляд его оставался холодным и наблюдательным, в нём не было осуждения, лишь сухая констатация факта. — Что ты творишь? — тихо спросил Деймон с ноткой предупреждения. — Разве он разрешал? Макс резко обернулся, глаза расширились от испуга. Подросток быстро сгрёб остатки порошка и запихнул пакетик в карман. — Ты ничего не видел, — пробормотал он, голос вибрировал от адреналина. — Иногда просто хочется, понимаешь? Забыться хоть на миг. Деймон покачал правой головой, губы сжались в тонкую линию. — Думаешь, меня это колышет? — отозвался он. — А если он поймёт, что ты скрысил его вещь? Здоровяк выпрямился, заполняя собой пространство кухни, и ткнул пальцем в сторону приятеля. — Ни слова никому, — прошипел он. — Чарли запрещал Теду, но не мне. В этот момент в коридоре послышались шаги. Скрипнула ручка, и в дом вошёл Чарли с папкой под мышкой. Деймон коротко кивнул товарищу: «Пришёл». Макс, не медля, сунул всё барахло в ящик под раковиной, захлопнул его и попытался придать лицу непринуждённое выражение. Вожак, не заметив странного поведения парней, громко позвал их: — Эй, все сюда! Компания собралась в гостиной. Чарли был в приподнятом настроении — глаза блестели, бандана сидела чуть набекрень, а в движениях сквозила редкая для него лёгкость. Парень хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Свобода и новая жизнь близко, ребята, — объявил лидер, ухмыляясь. — План в силе. Он открыл папку и разложил документы на столе. Макс взял свой паспорт, перевернул страницу, разглядывая новое фото. Пальцы пробежались по бумаге, словно проверяя реальность шанса на спасение. Деймон подошёл ближе, изучая свой снимок — лицо на нём казалось чужим, но обещало перерождение. Внутри шевельнулась смесь облегчения и настороженности. Подросток поднял взор на главаря. — Спасибо, — сказал он тихо. — За всё. Чарли кивнул и хлопнул друга по плечу. Деймон помедлил, чувствуя, как духота комнаты давит на него, будто стены начали сжиматься. — Можешь дать сигарету? — спросил он. — Продышаться хочу. Лидер порылся в кармане, протянул сигарету и зажигалку. — Не задерживайся, — предупредил мексиканец. Парень кивнул, взял курево и вышел. Снаружи лес встретил его живительной прохладой. Листья шелестели под ветром, а солнце отбрасывало золотистые блики на землю. Деймон прислонился к стволу дерева и чиркнул зажигалкой. Первый затяг вышел хриплым, подросток закашлялся, но дальше пошло легче. Дым клубился в воздухе. «Скоро всё изменится. Новая жизнь... Но смогу ли я оставить прошлое здесь?» — думал он, чувствуя, как напряжение медленно покидает плечи. Внутри дома Чарли снова хлопнул Макса по плечу, его смех эхом разнёсся по комнате. — Завтра на катере, и привет, Канада, — воодушевленно произнёс вожак. — Представь: новые места, новые лица. Что первым делом сделаешь? Макс, всё ещё находясь под действием кайфа, широко ухмыльнулся и подмигнул. — Найду пляж потеплее, — отшутился он, разводя руками. — И забуду про эту дыру навсегда. Чарли коротко рассмеялся и шутливо ткнул приятеля кулаком в плечо. — Мечтай, но не расслабляйся. А сейчас — за дело. Собираем вещи, стираем отпечатки. Никаких следов. Вечером объясню план подробно. Лидер подошёл к шкафу, открыл дверцу и принялся вытаскивать одежду, ловко сворачивая вещи в узлы. Атмосфера в комнате была приподнятой, почти эйфоричной — казалось, граница уже пройдена. Но внезапный вой сирены вдали заставил всех оцепенеть. Ткань выпала из пальцев мексиканца. — Слышишь? — спросил он, оборачиваясь к Максу. В тихом голосе сквозила ледяная настороженность. Тот прислушался. Лицо парня напряглось, превращаясь в неподвижную маску. — Сирена, — хрипло ответил он. — И звук становится ближе. Рёв нарастал, заполняя всё пространство вокруг. Несколько машин с визгом тормозов замерли у самой дачи. Захлопали двери, снаружи раздались тяжёлые шаги и лязг оружия. Чарли метнулся к окну, резко отодвинул занавеску и увидел: копы с пистолетами наизготовку уже окружали дом. Один из полицейских вскинул мегафон: — На выход! Мы знаем, что вы внутри! Живо! Подросток отшатнулся. Лицо исказилось от недоумения, а кулаки сжались так, что побелели костяшки. "Кто? Когда? и главное как узнали?" Мысли вихрем проносились в голове: каждый шаг был продуман, каждый контакт проверен. Шок сменился вспышкой ярости — последовал глухой удар по подоконнику, зубы скрипнули. — Кто нас сдал?! — прорычал Чарли. Глаза пылали, дыхание стало тяжёлым, как после затяжной драки. Макс вцепился в рукав лидера, дико озираясь от паники. — Давай возьмём стволы и прорвёмся! — прошипел он. — Или через задний ход, пока не поздно! Чарли рванулся, оттолкнув руку приятеля с такой силой, что тот отлетела к стене. — Заткнись, идиот! — заорал мексиканец. Вены на его шее вздулись от напряжения. — Вся дача в кольце! Нас нашпигуют пулями, как мишени! Парень замер, низко опустив голову. Плечи поникли. Гнев угас, оставив внутри лишь выжженную пустоту. Следующие слова прозвучали тихо, почти сломленно: — Надо сдаваться. Снаружи коп приблизился к двери. Громовой приказ прорезал тонкие стены: — Три секунды, или вломимся сами! Чарли тяжело выдохнул и кивнул напарнику: «Выхода нет». Руки поднялись вверх, дверь медленно открылась. Свежий воздух ворвался внутрь, но не принёс облегчения. Копы набросились мгновенно — грубые пальцы скрутили запястья, наручники клацнули, намертво фиксируя суставы. Подросток моргнул от слепящего солнца и заметил женщину, стоящую в стороне. Седые волосы, собранные под выцветшей косынкой, обрамляли лицо, изборождённое морщинами скорби. Её глаза горели холодным огнём — смесью боли и мстительного торжества. Мать, потерявшая сына, стояла неподвижно: прямая спина, сжатые губы, руки скрещены на груди. Чарли узнал её сразу — мать Тайлера, того пацана, которого пришлось зарезать из-за долга. Реальность ударила наотмашь: эта женщина виновата. Она раскрыла убежище, разрушила будущее. Ярость взорвалась внутри, парень рванулся вперёд, скаля зубы: — Ты! — заорал он, брызжа слюной. — Я тебя уничтожу! Разорву на куски, сука! Полицейские схватили буйного, прижали лицом к земле, но тот продолжал дёргаться и материться, пока силы окончательно не иссякли. Женщина оставалась неподвижной, взгляд был холодным, как лезвие ножа. Когда крики затихли, она подошла ближе. — Я не узнала бы тебя по голосу. Но эти глаза... Глаза убийцы, который забрал жизнь моего мальчика. Я запомнила их навсегда. И когда увидела тебя сегодня в городе, поклялась лишь в одном — отомстить. Чарли задохнулся от злости, тело обмякло в хватке правосудия, но взор продолжал метать молнии. Макса уже усадили в патрульный автомобиль. Офицер — высокий мужчина с жёстким лицом — подошёл к лидеру: — Где третий? — последовал резкий вопрос. — Свидетельница видела, как ещё один выходил с сигаретой. Подросток молчал, стиснув зубы и уткнувшись взглядом в сухую траву. Офицер обернулся к подчиненным: — Обыскать территорию! Далеко не уйдёт. Люди в форме рассыпались по лесу, проверяя каждый куст. В это время Деймон, спрятавшийся за толстым стволом неподалёку, наблюдал за происходящим с первобытным ужасом. Сердце колотилось в горле, забытая в кармане сигарета жгла кожу, как напоминание о близости провала. «Что теперь? — мелькнула мысль. Кулак врезался в кору дерева, рассекая костяшки в кровь. — Один... Как выжить? Куда бежать?» Паника нахлынула волной, но инстинкт самосохранения взял верх. Парень развернулся и бросился прочь. Ветки хлестали по лицу, дыхание сбивалось в хрип, но подросток мчался вглубь чащи, оставляя позади сирены, крики и рухнувшие планы на новую жизнь.

***

Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо в густые оттенки оранжевого и розового. Друзья расположились за столиком в открытой кофейне под легким навесом. В воздухе плыл уютный аромат чая и домашнего вишневого пирога, который ребята не спеша делили, отрезая куски прямо из формы. Разговор протекал лениво, смешиваясь с шелестом листвы и приглушенным гулом проезжающих вдали машин. Кевин, прихлебывая горячий напиток, заметил, что Лукас сегодня пришел без костылей, и понимающе прищурился. — Эй, неужели сам справляешься? — спросил парень, откладывая вилку. Лукас улыбнулся, хотя легкая гримаса выдала дискомфорт, когда он непроизвольно потер бок. — Жить можно, — отозвался пострадавший. — Под ребрами еще ноет, но терпимо. К концу недели загляну к врачу, пусть посмотрит. Кайл поставил кружку на стол с тихим стуком и заметно нахмурился. — А что слышно про тех... — он невольно понизил голос, — про Деймона и его шайку? Будто в землю зарылись. Словно в ответ на его вопрос, радиоприемник в углу стола зашипел и выдал свежую сводку новостей. Кевин потянулся к регулятору и прибавил громкость. Сухой, беспристрастный голос диктора заполнил пространство террасы: «Ровно две недели назад полиция начала поиски троих несовершеннолетних, совершивших побег из исправительной колонии “Риверсайд”. Сегодня днем двое преступников были задержаны. По данным следствия, беглецы прятались на заброшенной даче в лесном массиве близ города Лейквуд. Выйти на след подростков помогла женщина, чей сын погиб от рук одного из нападавших. Задержаны Чарли Фуэнтес Родригес и Макс Хадсон. Третий участник группы, Деймон Уилсон, сумел скрыться. По свидетельским показаниям, он вышел из дома незадолго до облавы и направился в глубь леса. Поиски последнего преступника продолжаются. Полиция просит граждан сохранять бдительность и сообщать о любых подозрительных лицах. Вы слушаете “Сиэтл Ньюз”». Радио переключилось на рекламу, и в кофейне снова зазвучал привычный гул голосов, но за столиком друзей воцарилась тяжелая тишина. Радость от поимки главаря и его подельника мгновенно сменилась тревожным холодком: последний из компании всё еще был на свободе. Кевин откинулся на спинку стула, невидящим взором уставившись в пустую чашку. — М-да, — пробормотал парень, качая правой головой. — Вечно этому уроду везет. Только решили, что всё кончено, и на тебе. Лукас пожал плечами, стараясь сохранить внешнее спокойствие, хотя пальцы его нервно барабанили по скатерти. — Да бросьте, — произнес он. — В лесу долго не продержится. Поймают, дело времени. Кайл плотно сжал губы и твердо посмотрел на товарищей. — Пока он на свободе, мы в опасности, — отрезал подросток. — Предлагаю расходиться по домам, пока не стемнело. Завтра всё обсудим. Ребята согласно кивнули. Собрав вещи, компания покинула террасу. Их шаги гулко раздавались на деревянном настиле, а тени становились всё длиннее, постепенно растворяясь в наступающих сумерках. Тем временем ночь окончательно опустилась на пригород, залив улицы холодным полумраком. Деймон, спрятав лицо за мятой газетой, пробирался вдоль обшарпанных стен, стараясь слиться с глубокими тенями. Дыхание сбивалось, а сердце готово было выпрыгнуть из груди от каждого шороха или скрипа. — Чёрт... — сквозь зубы процедил беглец, когда мимо с воем сирен пронеслась патрульная машина. Подросток нырнул в первую попавшуюся подворотню, прижавшись спиной к холодному кирпичу. Густая тьма переулка дала временное убежище, но не принесла желанного успокоения. Он остался один против всего мира. От злости и бессилия парень пнул мусорный бак. Железо отозвалось гулким грохотом, который эхом разнесся по узкому пространству. Деймон опустился на корточки, прижавшись спиной к холодному кирпичу, и спрятал лицо в ладонях. Слёзы жгли глаза, но он лишь крепче стиснул зубы, не давая им выхода. Всё, что они планировали, рухнуло в один миг. «Как быть дальше? Совсем один... Куда теперь?» — мысли путались, а бежать было решительно некуда. Подросток не заметил, как в дальнем углу зашевелился чей-то силуэт. Бездомный старик, закутанный в бесформенное рваное пальто, наблюдал за ним из-под надвинутой шапки. Хриплый, но неожиданно мягкий голос разрезал тишину переулка: — Эй, пацан, остынь. Спокойно. Деймон вздрогнул и мгновенно вскочил, принимая боевую стойку. Кулаки сжались сами собой, в глазах мелькнула готовность к драке. Но старик лишь примирительно поднял руку, показывая, что не опасен. Он протянул парню кусок шуршащей фольги, напоминающий тонкую простыню. — На, возьми, укройся, — прохрипел бродяга. — Ночью мороз ударит, не выживешь на голом бетоне. Беглец, сохраняя настороженность, принял подарок и коротко кивнул, не проронив ни слова. Старик вернулся на свое место, а Деймон снова опустился на землю. Выбор был невелик: либо идти в лапы копам, либо скитаться по подворотням, вечно выискивая кусок хлеба и ночлег. В это же время Кайл находился у себя в комнате. Тусклый свет настольной лампы выхватывал из темноты аккуратную стопку учебников и уже собранный портфель. Парень откинулся на спинку стула, бездумно глядя в потолок. Новости о Деймоне не давали покоя. Тревога за друзей и близких грызла изнутри, не давая расслабиться. Что, если этот урод где-то совсем рядом? Что, если он решит отомстить? Раздумья прервал резкий скрип двери. В комнату вихрем влетел Джек. Мальчишка буквально сиял от счастья и с разбегу бросился к брату, крепко обхватив его за шею. — Братик! — восторженно выкрикнул он, едва не перевернув Кайла вместе со стулом. — Футбол прошел просто супер! Подросток невольно улыбнулся, обнимая мелкого в ответ. Вся тяжесть мыслей на миг отступила. — Ну, рассказывай, герой, как успехи? — спросил он, отстраняясь, чтобы рассмотреть сияющее лицо брата. Джек заговорил быстро, захлебываясь от восторга: — Я сделал всё, как ты советовал! Представил, что вы с мамой сидите на трибунах и кричите мое имя. Это дало столько сил! Один мяч я, конечно, пропустил, но все остальные вытащил. Мы победили, Кайл! Кайл рассмеялся, чувствуя, как тепло разливается по груди, вытесняя липкий страх. Он поцеловал Джека в щеку, и в его голосе зазвучала искренняя гордость: — Молодец, малой. Всегда так и бывает, когда веришь в себя. Ты мой чемпион. Джек светился от счастья, и искренняя детская радость на мгновение затмила все темные тучи. Кайл почувствовал, как груз на сердце стал немного легче, а кошмары последних недель наконец отступили на задний план.

***