Паства

— Чарли, детка, я не хочу расстраивать тебя, — Лилит шла по длинному коридору вместе с мужем, взяв его за руку и ежилась от прохладного ветра, гуляющего по зданию. — Но нам придется отсюда съехать.       Чарли резко остановилась и обернулась. — Мам? — Она перевела взгляд с высокой фигуры на папу. Тот молча прервал контакт. — Пап? Я…я вас не понимаю. — Чарли, это был наш дом.Наша фамильная, королевская постройка, которую мы с твоим отцом буквально по метру создавали сами. Это родовое гнездо. Так как рушить твои планы, о котором мне уже рассказал Люцифер, я не хочу, до поры до времени, — Последние слова она прошептала себе под нос, когда набирала новый запас воздуха для речи. — Потому хотя бы я точно не стану жить тут, пока здесь бродит куча моих подданных. — Мам, я! — Она чуть ли не на пятке перевернула корпус к родителям. — Я очень боялась это услышать от тебя! Что ты не поддержишь мою идею! Эту новую, черт её побери, идею! Тебя не было кучу лет, а как только ты пришла, мои надежды рухнули ещё сильнее! Ладно, в меня не верил весь Ад, покуда этот дебильный Вокс подавал всю информацию под иным углом, так ещё и следил за нами через нашего друга! Которому пиздец как, — Чарли уже было не остановить. — Нужна помощь! И все эти годы я верила, что ты оценишь мои старания и любовь к народу Ада… но ты все разрушила ещё больше, чем папа! Который публично показал, что никакого веса его слова в Аду не имеют… — Чарли закрыла лицо руками и начала сильно плакать, срываясь чуть ли не в голос. Ей было горько. Больно. Страшно. Одиноко.       Лилит на миг потеряла связь с реальностью. Она не ожидала, что её, пока что, дежурные слова о прекращении данного вида деятельности в её былом доме окажут столь сильное влияние на дочь. Женщина, не отпуская руку мужа, а только ещё сильнее схватившись за нее, подошла к Чарли и обняла её. Люцифер сделал это с другой стороны. Девушка уже немного успокоилась и только рваные движения из груди показывали, что она была явно не в себе.       Где-то на потолке чуть пошатнулась люстра, показался край черной тени и тут же испарился. За стеной возникла фигура радиодемона. Он вгляделся в это семейное зрелище. Раз. Два. На третий раз он понял, что глаза ему не врут, и чуть ли не перестал улыбаться. Он понимал, что на веки Лилит не задержится в Раю. Но увидеть королеву так скоро он не надеялся. Его тонкие уши, словно локаторы, слышали всхлипы Чарли, ровное дыхание Люцифера и практически отсутствующее у Лилит. Он отпрянул к стене и мысленно воскликнул: «Вот это драма!»

***

      Вся небольшая семья Морнингстар сидела на импровизированной кухне и пыталась ужинать, будто полчаса назад не было ужасного момента. — Что ж, Чарли. Я хочу знать, не было ли инцидентов, связанных с твоей безопасностью… — Начала Лилит, потягивая из бокала вино. — Были…пару раз, но либо Вэгги, либо папа, либо Аластор, да и другие мои близкие всегда помогали мне… — Чарли ковыряла мясо в тарелке вилкой и опустошенно поглядывала на маму. Та, как услышала два имени, выпрямила спину. Одно из них не пришлось по вкусу Люциферу. — О, Аластор-таки прибыл в…отель? И помогал тебе? — С более оживленным голосом спросила та. Шарлотта кивнула, тоже мягко улыбаясь. — Рада. При встрече обязательно потискаю этого красного зазнайку за уши, — Лилит тихо похихикала, а ангел закатил глаза. — Так, а Вэгги, это, стало быть…твоя подруга? — Это её девушка! — Встрял отец. Так он хотел показать своей жене, что все эти годы был активным участником в жизни дочери. А не только год…из-за своей затяжной депрессии по поводу пропажи Лилит. — О, — Королева поднесла бокал к губам и тут же сделала глоток. — Очень хочу познакомиться с этой очаровашкой. — Конечно! Завтра, — Чарли оживилась, и, наконец, положила кусок дичи в рот. — Завтра куча дел, — Протянула Лилит, зевая. — Люци, ты ведь помнишь, о чем мы договаривались? — Да.       Лилит улыбнулась и кивнула мужу. На завтра был запланирован большой консилиум с другими Оверлордами, которым нужно было напомнить, что Лилит не пропала, а уже вернулась на родные земли. С самыми верными из них обсудить план по восстановлению города и…ещё кое-что. Что очень нравилось Лилит. Были у нее и свои личные планы, в которые посвящена была только она.       После ужина Люцифер радостно пошагал в их временную общую спальню с Лилит, а та, под укором совести, задержалась на кухне с дочкой.       Они говорили и говорили. В душе Лилит понимала, что никакие долгие разговоры не заполнят ту зияющую дыру в сердце Шарлотты из-за долгого, мучительного отсутствия мамы. Это время не вернуть. Она упустила важные моменты для Чарли, её шаги как будущего правителя Ада. И прочие мелкие явления, из которых позже складывалась сама личность девушки. — Твое поразительное стремление ко всему возвышенному и Райскому, — Лилит машинально посмотрела на потолок. — Явно от Люцифера. Это тоже был, когда мы только-только познакомились, творческий, поэтичный ангел. У него было столько идей, столько разрушающих прежние устои мыслей…за которые он сурово поплатился и, похоже, безвылазно будет сидеть тут. Чарли, нет твоей вины в том, что ты родилась в Аду. Пойми меня.       Чарли было приятно сравнение с великим папой и нежные, заботливые слова мамы. Но она пока плохо понимала, к чему ведет королева. Она кивнула. — Мам, к чему ты меня клонишь?       Лилит покачала головой и грустно усмехнулась. — Я напоминаю тебе твою сущность, милая. В тебе два закоренелых порядка, которые стары, как мир. Но и в каждой этой стороне есть обратная ей. Я вижу, что тебе важен этот отель. Как ты изо всех сил, по словам отца, стараешься выжать всю дурь и все грехи из каждого встречного. Но оставь. Оставь это. Ни один грешник, не поняв сам себя и свой личный грех, не будет принят на небесах. Я знаю того грешника, который был искуплен. В нем тоже осталась тьма и стремление к прежнему. Ему на небе плохо.       Фраза Лилит резанула слух Чарли. Она отпрянула. — Плохо? В Раю?! — У тебя, похоже, очень искаженное восприятие этого места, — Голос женщины стал стальнее. — Чарли. Они сами не понимают, что делают. И они не знают, как работает искупление. Но знаю я.       Лилит оглядела уставшую за день дочку. Взяв её холодную кисть руки в свою, более теплую, она поцеловала её. Принцесса подняла глаза на маму и уткнулась в её плечо. — Тебе многое пришлось пережить в одиночку. Но тебе помогали. Прости меня, милая, что меня не было рядом. — Я не обижена, мам, — Всхлипнув, прошептала Чарли. Потом снова заплакала, но успокоилась быстрее, нежели в начале вечера. — Я очень люблю тебя. Я ждала тебя. — И я, Чарли. Моя милая принцесса.