A Love Written In The Stars (Любовь, Начертанная Звездами)

Девять лет назад: — Добро пожаловать, студенты. Мы официально перешли на третий курс, — голос Айзавы звучал ровно, как и всегда, но в нем мелькнуло что-то новое — гордость. Он пытался скрыть это, но его глаза предательски блестели, а губы едва заметно дрогнули в улыбке. — О-о-о! — класс взорвался аплодисментами, как будто каждый студент получил по невидимому пирожному. Их энтузиазм был заразительным, даже для тех, кто мечтал о тишине и покое. Кацуки Бакуго стоял в центре этого хаоса, скрестив руки. Его ухмылка была холодной, но внутри него бушевал огонь. Третий год. Высший дивизион. Он прошел его без единой заминки, словно каждый день был тренировкой. Но он знал, что это только начало. Его взгляд скользнул по классу, и остановился на Мидории Изуку. Тот сидел в углу, погруженный в свой блокнот, как всегда. Его глаза горели, а губы шевелились, словно он произносил внутреннюю речь. — Деку, — выдохнул Кацуки, не скрывая раздражения. — Всегда такой сосредоточенный. Он отвернулся, но его мысли все еще были там. Этот парень. Он всегда был проблемой. Одержимый своими причудами, героями, деталями, которые никто, кроме него, не замечал. Айзава тем временем продолжил бубнить о каких-то костюмах, но Кацуки его уже не слушал. Его взгляд упал на перчатки. Они были изношены, покрыты шрамами от битв. Следы его силы, его разрушений. — Обновление костюма героя, — пробормотал учитель, и его голос стал еще тише. Кацуки усмехнулся. Конечно, обновление. Ему нужно было что-то, что выдержит его взрывы. Что-то, что сделает его сильнее. Он достал форму для повышения квалификации и начал писать. Его почерк был резким, почти грубым, но каждая строчка была выверенной. Он знал, что ему нужно. Усиленные рукавицы, улучшенная термостойкость, изменения в маске, бронепластины. Все это должно быть идеальным. Закончив, он удовлетворенно вздохнул. Его план был готов. Осталось только воплотить его в жизнь. Выйдя из класса, он направился в отдел костюмов. Там, за кулисами, работали люди, которые не получали заслуженного признания. Но именно они делали его сильнее. Опустив бланк в ящик, он огляделся. Его взгляд остановился на одном из работников, который молча трудился над костюмом. — Ты знаешь, что мне нужно, — сказал Кацуки, не отводя глаз. — Сделай это. Работник кивнул, не поднимая головы. Кацуки развернулся и пошел прочь. В его голове уже крутились мысли о будущем. О новых боях, новых победах. О том, как он станет сильнее. И как он наконец-то избавится от Деку. Он чувствовал знакомый прилив предвкушения. Его сердце билось быстрее, а в венах разливался адреналин. Он был готов. В настоящее время: — Это здесь ты познакомилась с мамой?! — голос Касуми прозвучал так громко, что я вздрогнул. Ее глаза, полные волнения и любопытства, сверкали, как два ярких прожектора, а руки, сжатые в кулаки, дрожали от нетерпения. Она потянула меня за рукав, пытаясь привлечь мое внимание. Я не смог сдержать усмешку, наблюдая за ее энтузиазмом. — Нет, Суми, — сказал я, качая головой и сдерживая смех. В ее вопросах всегда было что-то особенное — она задавала их с такой энергией, словно раскрывала величайший секрет вселенной. — А теперь тихо, — добавил я, не оборачиваясь, и приложил палец к губам. — Ты же знаешь, как мама реагирует на шум. Касуми кивнула, но ее лицо все еще светилось от волнения. Она сложила руки на коленях и прошептала, едва сдерживая смех: — Ладно, ладно, ладно. Я улыбнулся про себя, наблюдая за ней. Она была такой же, как её мать — любопытной, упрямой и жадной до новых знаний. И, как и её мать, она обладала способностью делать самые обычные моменты яркими и незабываемыми. В прошлым времени: На следующий день, открыв дверь своей комнаты в общежитии, я сразу заметил чемодан, прислоненный к стене. На бирке был аккуратно напечатан мой номер, подтверждая, что это мой заказ. Возбуждение пронзило меня, как мощный электрический разряд. Вот он — мой новый костюм, готовый к примерке. Я бросился к чемодану и втащил его в комнату. С довольным щелчком открыл защелки — и внутри увидел его. Наряд героя, идеально сложенный, ждал меня. Сердце забилось быстрее, предвкушение наполнило меня. Они всегда делали все безупречно, подчеркивая каждую деталь. Но на этот раз все пошло не так, как я ожидал. Я быстро надел костюм, начиная с перчаток, затем ботинки. Натянул оставшуюся часть на плечи и выпрямился, готовясь увидеть свое отражение. Но когда я посмотрел в зеркало, шок парализовал меня. — Что за черт?! — вырвалось у меня. Я не мог поверить своим глазам. Это был не мой костюм. Посадка была неправильной — слишком тесной в одном месте, до смешного свободной в другом. Дизайн? Он был кричаще безвкусным, с лишними оборками и деталями, которые делали меня похожим на клоуна. Я метался из стороны в сторону, пытаясь понять, как это могло произойти. — Это выглядит ужасно! — прорычал я, сжимая кулаки и прижимая руки к бокам. Раздражение закипало во мне. Я сорвал костюм, бросил перчатки в чемодан и с грохотом захлопнул крышку. Это было не просто плохо — это было настоящее оскорбление. Как они могли так облажаться? Не раздумывая, я выбежал из комнаты с чемоданом в руке. Мои шаги эхом разносились по коридору, пока я направлялся в вестибюль. Я был на полпути вниз по лестнице, когда услышал знакомый голос позади. — Эй, Бакуго! — крикнул Киришима, его веселый голос звучал, как издевательство. Я едва сдержался, чтобы не обернуться. Этот парень всегда был таким — вечно улыбающимся, даже когда я был на грани взрыва. Но сейчас мне было не до его глупостей. Я был на миссии, и тот, кто допустил эту ошибку, должен был заплатить. Я спустился вниз, кипя от гнева. В воздухе витало напряжение, и я знал, что скоро найду того, кто несет ответственность за этот кошмар. Настоящее время: — Дядя Киришима?! — голос Казуки внезапно сорвался на крик, его глаза широко распахнулись, а щеки вспыхнули от удивления. Я усмехнулся и взъерошил его волосы, стараясь не рассмеяться. — Да-да, Каз, — ответил я, стараясь звучать спокойно. — А теперь тихо, если не хочешь, чтобы нас услышали. Казуки тут же прикусил губу, пытаясь сдержать себя. Его глаза метались между мной и окружающей обстановкой, а дыхание стало прерывистым. Он пробормотал что-то невнятное, но я не расслышал из-за его волнения. — Прости, прости, — наконец выдавил он, смущенно отводя взгляд. Его ухмылка была напряженной, а плечи подрагивали от сдерживаемого смеха. Он попытался устроиться поудобнее, но его движения выдавали его нетерпение. Я улыбнулся про себя, наблюдая за ним. Казуки всегда был таким — его любопытство и энергия не знали границ. Он был точной копией своей сестры, даже в мелочах. В такие моменты я не мог не думать о том, как сильно они похожи на свою мать. Их живость и страсть к жизни были в них от нее, и это вызывало у меня теплую улыбку. Прошлое время: — Заткнись, Говноволосый! — рявкнул я, не оборачиваясь. Проигнорировав его язвительный ответ, я рванул из общежития и направился прямиком в среднюю школу Ю.А. Гнев клокотал во мне, как кипящая лава, и с каждым шагом он становился все сильнее. Когда я ворвался в отдел костюмов, мое раздражение достигло апогея. Дверь с грохотом врезалась в стену, заставив всех присутствующих вздрогнуть и обернуться. — Кто, черт возьми, умудрился так испоганить мой наряд?! — проревел я, мой голос эхом раскатился по комнате. Разочарование и ярость были настолько явными, что даже воздух, казалось, загустел. За моим вопросом повисла гнетущая тишина, словно все боялись ответить. — Это просто... неприемлемо! — я резко распахнул чемодан, и наружу вывалился изуродованный костюм, похожий на жалкую пародию на то, что должно было быть идеальным нарядом. Я схватил его и поднял перед собой, как знамя поражения. — Кто, черт возьми, это сделал?! И тут, словно из ниоткуда, раздался спокойный голос. — Привет! Я обернулся так резко, что чуть не упал. Внутри меня бушевала ярость, и я был готов наброситься на любого, кто осмелился нарушить мой момент триумфа. Но когда я увидел девушку с темно-синими волосами и глазами, напоминающими глубокие озера, мой гнев начал медленно угасать. Она стояла в центре комнаты, улыбаясь мне с таким спокойствием, что это почти сбило меня с толку. — Ты! — я произнес это с таким ядом, что сам удивился. — Ты... кто ты, черт возьми, такая? — Нет, — она мягко перебила меня, не переставая улыбаться. Ее голос звучал так, будто она знала что-то, чего не знал я. — Но я могу это исправить. Не дожидаясь моего ответа, она уверенным шагом подошла ко мне, забрала костюм из моих рук и, не сказав больше ни слова, направилась к столу с инструментами и тканью. Я стоял, прищурившись, наблюдая за ней. Гнев все еще бурлил внутри меня, но теперь я чувствовал что-то странное. — Кто, черт возьми, вообще... — я начал было, но она резко обернулась, и ее взгляд встретился с моим. — Я не знаю, кто испортил твой костюм, — произнесла она, не отрывая от меня глаз. Ее голос звучал холодно, но в нем проскальзывала нотка сожаления. — Меня не было дома несколько дней. — Мне плевать, — процедил я сквозь зубы. — Но обычно все твои костюмы шью я, — добавила она, словно это было чем-то незначительным. Она продолжала работать, ее руки двигались быстро и уверенно, словно она делала это тысячу раз. — Подожди... что? — я замер, не веря своим ушам. Гнев начал медленно отступать, уступая место недоумению. Она взглянула на меня, на ее губах мелькнула легкая ухмылка. — Ты в центре внимания, разве не так? — ее голос звучал почти насмешливо. — Да... — пробормотал я, чувствуя, как мои мысли путаются. — Ну, я шью все твои наряды со второго курса, — продолжила она, возвращаясь к работе. — Надеюсь, они тебе нравились. Я замер, не зная, что сказать. Ее слова ударили меня, как обухом по голове. Я всегда думал, что мои костюмы — это просто результат работы мастера, но теперь я понял, что за этим стоит кто-то особенный. — Э-э... да, — наконец выдавил я, стараясь скрыть свое смущение. — Они были хороши... — Лучше, чем этот, — закончила она, бросив на меня короткий взгляд. Ее ухмылка стала еще шире, но в глазах мелькнула теплота. — О, отлично! — я почувствовал, как мои щеки начинают гореть. — Я рад это слышать. — Я быстро все исправлю, — она продолжала работать, не обращая на меня внимания. — Ты можешь вернуться примерно через час. — О... — я почувствовал, как мои мысли разбегаются. — И... — она внезапно остановилась, ее взгляд стал более пристальным. — Возможно, тебе стоит переодеться. Настоящее время: — Папа, ты так жестоки к маме, - сказала Касуми с оттенком раздражения, скрестив руки на груди и строго посмотрев на меня. — Ой, ей понравилось, — ответил я, приподняв бровь и изображая недоумение. — Кто в здравом уме любит, когда на него кричат? — спросила она скептически, ее голос выражал сомнение. — Твоя мама, — сказал я с ухмылкой, слегка откидываясь в кресле и глядя на нее, — Но только от меня. Лицо Касуми выразило еще большее замешательство, и она слегка нахмурилась. Я усмехнулся, вспоминая прошлые моменты. Маринетт всегда была странной, она возбуждалась всякий раз, когда я выходил из себя. Она была чудачкой, не спорю. — Но она и моя чудачка, — пробормотал я себе под нос, усмехаясь этой мысли. Касуми посмотрела на меня с недоумением, но я просто погладил ее по голове, завершая разговор. Прошлое время: — Йоу! Я вернулся! — рявкнул я, входя в отдел костюмов с уверенностью, которая должна была скрыть внутреннюю дрожь. — Лучше бы мой наряд был готов, и выглядел потрясающе! Она поманила меня с игривой улыбкой, которая, казалось, была адресована не только мне, но и всему миру. — Сюда, — позвала она, не сводя с меня глаз. — Похоже, на этот раз ты нашла какую-то одежду, — поддразнила она, ухмыляясь. — Заткнись, Бака, — пробормотал я, легонько хлопнув ее по затылку. Ее щеки слегка порозовели, но она быстро стерла это с лица, словно это был всего лишь мимолетный след. — В любом случае, вот твой новый наряд, — сказала она, протягивая мне чемодан и улыбаясь так, что я почувствовал, как внутри что-то сжалось. Я схватил чемодан и открыл его. Мои глаза расширились, когда я увидел костюм. Он был безупречен, как и предыдущие, — гладкий, элегантный, продуманный до мельчайших деталей. В этот момент я понял, что она снова превзошла себя. — Это... — начал я, но слова застряли в горле. Я не мог подобрать подходящих. — Мне нравится этот костюм, — наконец выдавил я, почти с благоговением проводя пальцами по ткани. — Рада это слышать, — ответила она с теплой улыбкой, от которой мое сердце забилось быстрее. — Заткнись, — пробормотал я, пытаясь скрыть, как сильно ее слова тронули меня. Она рассмеялась, но в ее смехе было что-то нежное, что заставило меня почувствовать себя еще более неловко. — В любом случае, я рада, что тебе понравилось. Я могу помочь тебе еще чем-нибудь? На мгновение я замер, чувствуя, как ее взгляд проникает в меня. В ее глазах я увидел что-то, что заставило меня задуматься: а может, я не такой уж и неприступный, как мне казалось? — Я... э-э... ничем, — пробормотал я, чувствуя, как мои слова звучат неуверенно. — Хорошо, — сказала она, не меняя своей лучезарной улыбки. — Я с радостью сошью тебе другой костюм, когда он тебе понадобится. — Маринетт! — раздался голос из коридора, прервав наш странный момент. — Иду! — крикнула она, прежде чем бросить на меня последний взгляд. Именно тогда я заметил, как она одета: повседневная оранжевая толстовка с капюшоном и черная юбка, едва доходящая до середины бедра. Ее волосы слегка подпрыгивали при каждом шаге, и я почувствовал, как мое дыхание сбивается. — Что, черт возьми, со мной не так? — пробормотал я себе под нос, раздраженно дергая себя за волосы. Эта девушка действовала мне на нервы, и я не мог понять почему. Она была слишком... слишком... — Слишком что? — прозвучал ее голос у меня за спиной, и я резко обернулся, чувствуя, как краснею. — Ничего, — отрезал я, пытаясь скрыть смущение. — Просто... забудь. Она улыбнулась, но в ее улыбке было что-то хитрое. — Как скажешь, — сказала она и направилась к выходу. Я смотрел ей вслед, чувствуя, как внутри меня бушует странная смесь эмоций. Настоящее время: — Тогда-то ты и влюбился в маму? — Спросил Казуки, широко раскрыв глаза от любопытства. Я помолчал, вспоминая тот момент. — Наверное. Я просто тогда этого не осознавал, — признался я, пожав плечами. — Ух ты! — вмешалась Касуми, и они оба посмотрели на меня с благоговением. — Хорошо, хорошо, теперь тихо, — сказал я, и на моем лице появилась легкая улыбка, когда они захихикали. Глядя на их нетерпеливые лица, я не смог удержаться от смеха. Как я мог тогда это пропустить? В тот момент, когда я впервые увидел её, всё вокруг как будто замерло. Её глаза, полные жизни и доброты, смотрели на меня с такой теплотой, что я почувствовал, как моё сердце пропустило удар. Это было чувство, которое я не мог описать словами, но которое навсегда изменило мою жизнь.