Атракт. Начало.

Ночь застыла за стенами оплота Уэмбры. Стоя высоко на башне, Аскарин, устремил свои темные глаза в ночь, ища в ней проблески тлеющей биолампы шамана, который не так давно отправился за ворота. Маленький зеленоватый фонарик сначала плясал среди редких псевдодеревьев, а после и совсем скрылся из виду, как и шесть до него. Ночь была холодна и дыхание плыло паром над округлым обводом ржавеющих стен, над небольшими куполами домов, над такой же округлой площадью с древней конструкцией в самом центре направившей свой шпиль в небо. Холодный ветер трепал его темные, с пепельной прожилкой волосы. С каждым вдохом на языке все сильнее ощущался вкус ржавчины - это был недобрый знак. Рядом ворочался Рагни - коренастый, мускулистый, с большим лицом, на котором виднелись застарелые ожоги от кислотных дождей и шрамы, с рыжеватой бородой, которую он заплетал в косы. Глаза его были глубокого зеленого цвета, а в ухе торчал обломок металла, напоминающий клык, Рагни говорил, что это обломок убитой им в лет пятнадцать назад на болотах металлической твари. Старый дозорный пытался уснуть, но моргающий то и дело свет бил по глазам. — Ааа пошло оно к Латонне — сказал Рагни, поднимаясь, — еще и шум этот, будь он неладен, ты можешь сделать эту штуку потише? Аскарин покрутил в руках пси-уловитель, длинную установку похожую на шест или посох венчал кристалл угловатой формы, старый, весь в сколах и рунах. Сейчас кристалл светился болезненно-желтым цветом и вибрировал, создавая гул, в нижней части моргал импульсный передатчик и чуть попискивал. Он ощущал дикость этого устройства, оно как осторожная четырехкрылая болотная птица замерло и прислушивалось выиискивая хищника, сейчас птица уже предчувствовала его появление и была готова в любой момент вспорхнуть. — Не могу, была бы Герма не.. — Знаю, знаю — с раздражением оборвал его Рагни, — тоже их чую, так и несёт, Покров их возьми. Но все ж таки ты так хорошо со всем этим обращаешься, хоть чуть тише? Аскарин потянулся своим сознанием к птице, попытался успокоить её, но дух не обратил на это внимания. Он покачал головой Рагни. Тот крякнул, встал рядом с Аскарином и тоже вгляделся в темноту. — Думаешь сегодня? - спросил Аскарин — Провидцы предвещали эту ночь, а они редко ошибаются.. Аскарин потер глаза и поудобнее затянул перевязь, проверил заряд пистолета, подтянул ножны с клинком. Провидцы действительно ошибались очень редко, но сегодня Мать леса не спешила, ползла своим неспешным и бесконечным маршем. Постояв еще с пять минут Рагни взял окуляр, посмотрел в сторону где несколько часов назад скрылось солнце. —Вот и она — пробормотал он себе под нос. Секунду спустя оживился и пси-уловитель, кристалл начинал светится оранжевым, передатчик заморгал быстрее. — Мать леса, ползет старая ведьма — сказал Рагни, опуская окуляр и поднимая топор. И тут психический импульс стегнул по сознанию Аскарина жгучей болью, в мозгу зазвучало щебетание и скрежет [11010000 10111100 11010001 10001011 00100000 11010000 10110111 11010000 10110100 11010000 10110101 11010001 10000001 11010001 10001100] Кристалл на секунду осветился красным, болотная птица уже давно пыталась взлететь, но могла лишь тщетно кричать об опасности, Рагни поморщился. Ему пришлось куда легче чем Аскарину, он не был подключен к пси-считывателю который усилил импульс. — И орда с ней — подтвердил Аскарин, чуть пошатываясь. — Разрывай связь, идиот! Её дух тебя погубит! Аскарин кое как смог отключить свой интерфейс торчащий из руки от порта пси-считывателя и перевести тот на автоматический режим. В его руке был практически уникальный имплант, который как говорил ему отец сможет войти в контакт с любым устройством, и действительно, сейчас из его правой руки торчал кабель, на конце которого большой черный наконечник дрожал и в неопределенности менялся, но в любую секунду мог принять любую форму по желанию хозяина. Рагни уже спускался вниз, по пути читая какую то молитву, и вероятно, пытаясь установить контакт с вождем Торном. Аскарин замешкался на башне и всмотревшись в темноту увидел биофонари шаманов, они уже выстраивались в полукруг, повторяя изгиб стен оплота. А вдали видна была, как черное пятно на ночном темном небе, громада Гермы. Она медленно ползла вперед, вперед и вперед, оставляя за собой топливный лес. В голове зазвучало стрекотание и рокочущий голос вождя Торна пробился сквозь помехи и пси-гул приближающейся Матери-леса — Воины мои, настало время вновь отстоять наш оплот от нечестивых порождений! Бейтесь храбро и да ниспошлет вам Покров славную смерть! Словно в подтверждение его слов небо над головой вспыхнуло синим лучом, указующим в сторону приближающейся Гермы. Через минуту Аскарин уже стоял перед шаманами рядом с Рагни и еще тремя дюжинами войнов. Вождь Торн высился над ними - это был поистине гигант, белые волосы вождя были собраны в пучок, борода заплетена в косы. Один глаз был заменен бионикой и в темноте светился голубым огоньком. Силовой доспех мерно гудел и выпускал клубы пара за его спиной. Гигант держал в руке огромный молот, какой обычный человек с трудом бы поднял, но Торн управлялся им так будто тот весил не больше перышка. Проговаривали, что в руках вождя молот действительно становился невесомым, и многие верили наблюдая за вождем и легкостью с которой он размахивал своим оружием. С каждым мгновением все сильнее пахло смрадом и ржавчиной, мозг Аскарина начало заполнять щебетание и скрежет [11010000 10100001 11010000 10111100 11010000 10110101 11010001 10000000 11010001 10000010 11010001 10001100] Помехи, помехи, щебетание, голова раскалывается, глаза застилает зеленоватая пелена, звук становится все отчетливее… и вдруг тишина. Он обернулся назад и, как и ожидал увидел перед шаманом труп с ритуальным знаком на спине. Шаманы заглушили гул, жертвуя Матери-леса этого несчастного, но Герма хотела еще, она не могла так просто уйти. Шаманы начали свой второй ритуал, запели, но тут Аскарин услышал шлепки по воде. Из болот шли они, творения Гермы — Фузионы: кошмарное сочетание плоти и машины: нечто напомниающее буйвола, но в месте где у обычных животных сердце светился пси-поглотитель, а вместо головы торчали лезвия; перекрученое тело какой то птицы, больше походившее теперь на грузового духа; амальгама из, казалось бы, совершенно несовместимых вещей и форм; фигуры напоминающие человека, но ужасно переделанные и модифицированные, из позвоночника торчали кривые крылья и дополнительные руки, ноги, похоже, оторваны и пересшиты коленями назад, руки срослись с подобием огнестрельного оружия, и вся эта масса двигалась теперь на оплот, завывая, чавкая, испуская из себя споры и капая маслом. — Ох, ну и вонь— сказал стоявший справа воин, лица его Аскарин не видел. Желтые всполохи прорезали ночь. Это со стены открыли огонь по фузионам, пули вгрызались в их плоть, вырывали куски, некоторые рикошетили от бионических частей, пара удачных попаданий в реакторы и пси-поглотители отметились всполохами в рядах чудовищ. Волна приближалась, начали стрелять и войны перед шаманами. Аскарин смотрел на фузиона перед собой: это была амальгама - огромный кусок плоти, одно из опаснейших порождений Гермы, четыре нижних конечности, шесть верхних с острыми костяными наростами, и восемь.. нет двенадцать щупалец с ядовитыми иглами на концах. Аскарин начал стрелять, он хотел лишить амальгаму оружия, и целил в верхние конечности и щупальца. Выстрел - заряд прошил воздух над одним из плеч амальгамы, второй - и щупалце отлетело, третий, четвертый, пятый - две верхних конечности отлетело, еще, еще и еще - куски плоти разлетаются в разные стороны, начинает хлестать черная жидкость, служившая кровью этому существу. Пятнадцать шагов. Магазин пуст, он подхватывает щит. Десять шагов. Удачный выстрел со стены обнажает реактор амальгамы. Пять шагов. Амальгама устремляет оставшиеся щупальца к нему, шаг вперед и Аскарин наотмашь режет их, извивающиеся куски падают в бурлящую грязь, возвратным полукругом наверх он цепляет амальгаму пониже ректора, черная кровь хлынула ручьем. Тварь издает звук то-ли ярости то-ли боли, а может вместе взятого и с удвоенной силой атакует его тремя оставшимся руками слева, от двух он отскакивает, третью принимает на щит, тот трещит и ясно что выдержит только парочку таких ударов. Аскарин вырывает из за пояса небольшой шар, прыжком оказывается на амальгаме и закидывает шар внутрь реактора, сильно отталкивается ногами от мягкой плоти и в воздухе рубит одну из птиц. Вращающийся реактор зажевывает шар, начинает искрить, через секунду загорается, загорается и черная кровь амальгамы. Монстр начинает пылать изнутри, вонь горящей плоти и предсмертный рев амальгамы знаменует победу Аскарина. Он оборачивается к другим, бой все еще кипит. Вождь Торн размахивая сияющим синим светом молотом отбивается от полулюдей, которые разлетаются в разные стороны сломанными куклами. Воин с двуручным мечом остервенело рубится с тройкой буйволов. Рагни размахивая сразу двумя топорами и напрочь забыв о защите рубит амальгаму, стоя на искромсанном трупе буйвола. Однако и среди них есть потери, очередь выпущенная одним из полулюдей попадает в щель доспеха бородача с цепным топором, кажется его звали Иккит. Ампулы впрыскивают в его кровь стимуляторы и он уже не чувствуя боли прыгает на амальгаму, насаживается на ее необычайно длинные костяные копья и рыча от ярости вгоняет визжащий топор в тело амальгамы разрывая ту надвое. Шагах в пяти от себя Аскарин видит уже истерзанное тело Эйгора и несколько полулюдей вокруг. Описав мечом полукруг Аскарин приготовился и рубанул по шее одной из тварей, ужасающая голова отлетела и позвоночник заискрил, внезапно со стены донесся сдавленный крик и после удар тела об землю. —Крылатые добрались — подумал Аскарин, хоршим ударом срубая пол тела среднего размера фузиону — Когда они закончат? — ругал он шаманов, отмахиваясь от полулюдей и уклоняясь от их выстрелов. Пропустив один из ударов он пошатнулся, удар пришелся вскользь и доспех выдержал, но сервоприводы жалобно завопили. — Сил этим мерзостям не занимать - думал он, подрубая связки очередному и подкидывая в его сторону шарик пороха. Шарик взорвался и поджег черную жижу вокруг, несколько полулюдей загорелись и завыв начали метаться из стороны в сторону поджигая собратьев. — Да! Сегодняшняя ночь будет светла как день! — зазвучал в головах голос Торна И ночь действительно становилась светлее с каждой секундой, трассеры со стен пронизывали холодный воздух, войны ранили фузионов клинками, бросали в их реакторы мешочки с порохом и те горели источая едкий дым и отвратительный запах. Перезаряжая пистолет и отстреливая птиц-духов, Аскарин услышал спокойный голос шамана —Мы закончили, пора вернуться. И в этот же момент биофонари шаманов скользнули обратно к воротам. Над оплотом, едва различимые, замерцали псионические нити и Мать леса, протяжно взвыв своим трубным хором, выпустила наверх облако пара, заглушив свет последних звезд на горизонте, казалось приближение к этим нитям доставляет монстру боль. — Все назад! — крикнул Торн, и разнес вдребезги псевдоголову очередной амальгамы, похожей в этот раз на огромную черепаху с акульей пастью. Аскарин, как и требовалось, дернул было кольцо на поясе, но ничего не произошло. Обезумевший еще больше от появления пси-сети фузион-буйвол прыгнул на Аскарина, тот попытался уклонится, но оступился на размокшей почве и проклятая тварь полоснула его по щеке, выдрав кусок аугмента связи. Боль отключения пробила тело и перед глазами на секунду возник пылающий шар взрыва, оставшись открытым Аскарин получил бы еще один удар, но Рагни, неизвестно откуда появившийся, рубанул по сочленению шеи буйвола. Адреналин застучал в мозгу сильнее и невероятно извернувшись и прыгнув под буйвола Аскарин всунул свой меч в реактор и тот дестабилизировавшись разнес на куски переднюю часть монстра, Аскарина впечатало в мягкую болотную землю. Над ним пролетела клацающая челюстями голова фузиона. Рагни протянул ему крепкую, всю в татуировках, руку: — Вставай! Покров не заберет тебя сегодня. Он с трудом поднялся на ноги, глаза заволокла красная дымка и казалось алый туман окружает его. — Держись! Аскарин оперся на плечо старого дозорного, сделал несколько неверных шагов в сторону ворот. Рагни всунул ему в руку один из топоров и вместе они пошли отбиваясь от редких оставшихся фузионов. Это было нетрудно, большинство уже скосили стрелки которые наконец разобрались с птицами. Сзади догорали тела фузионов, а из мест в которые падали споры во время их атаки, уже начали пробиваться псевдодеревья. Добравшись до ворот, Рагни довел Аскарина до небольшой полусферы входа в дом излечения, где передал на попечение шаманов. Его положили на жесткую подстилку рядом с прочими ранеными и приподняв голову влили какую-то горькую жидкость в горло, Аскарин почувствовал как боль отступает и сознание уплывает от него. Неясные образы начали заполнять взор, его мать звавшая его к обеду, стеклянная сфера в холодной пустоте, болотная птица с оперением цвета серебра, желтая молния протянувшаяся через пустоту к нему, наконец, туман цвета крови заполнил все и Аскарин провалился в сон. Тишина, нет.. полное отсутствие звука, в тишине есть плеск воды, скрип старой башни, далекий крик, приглушенный выстрел, здесь не было ничего. Аскарин чувствовал жар сжигающий его кожу и легкие. С каждой минутой он становился все невыносимее. Аскарин открыл глаза: во все стороны простирался песок перемежающийся с островками стекла. Его взгляд зацепился за фигуру стоящую вдалеке, лишь едва различимый силуэт, фигура подняла голову и голос, голос раздался в голове Аскарина, немного хриплый, но приятный, спокойный, и вместе с тем в голосе чувствовалась невыразимая боль. Голос появился один, без щебетания передатчика, голос звал его. Аскарин пошел по горячему песку от фигуры, пара шагов по горячему песку и он вдруг понял что полностью раздет, ни зеленоватого плаща, ни высоких сапог, ни коричневой рубахи, ничего. Шаги перешли в бег, ноги скользили по песку, проваливались, он бежал пока не споткнулся и не заскользил по стеклу вниз.. Аскарин слишком поздно понял что соскальзывает в воронку из стекла. Он попытался уцепится за край стекла, но острейший край вошел в плоть как в масло и порезал ему кисть до кости. Аскарин вскрикул и проснулся, над ним склонился шаман и что-то чудно нашептывал на своём тайном наречии, Аскарин почувствовал прикосновение чужой воли к своему сознанию и успокоился, его сон уже уходил в небытие.. Он лежал на той же твердой подстилке — Сколько я здесь? Шаман допел свою причудливую мелодию и ответил: — Третий день после битвы. У тебя был жар и мы сделали кровопускание — сказал шаман указывая на порезаную руку Аскарина, порез уже затянулся и оставил о себе на память лишь едва различимый шрам. — Когда будешь готов, начнем процедуру подчинения — продолжал шаман, показав в этот раз на тускло мерцающий имплант связи. — Что? Но ведь.. —Аскарин удивился, потому что импланты связи были довольно редкими. — Вождь дал его тебе, не беспокойся, он попросит тебя об услуге за это. — шаман помолчал — Иккиту он все равно уже не послужит. Это многое объясняло, Иккит был из свиты вождя, практически его собственностью, шаманы извлекли из тела уцелевшие импланты и теперь вождь решил отдать имплант связи Аскарину. Аскарин задумался, что может попросить вождь за этот подарок, вступление в личную свиту и клятву верности? Может быть вождь собирает людей для экспедиции на болота? От мыслей у него забола голова. — А что стало с моим? — Вместилище духа разрушилось — ответил шаман, Аскарин впрочем ожидал именно этот ответ, он не успел закрыть имплант от волны боли и хрупкий дух погиб или был сильно повреждён. — Тогда начнем? Шаман молча кивнул и подал ему кристалл, он был похож камень в уловителе, но гораздо меньше, старый, в сколах и рунах. Было видно, что он пережил не одного владельца. Аскарин глубоко вздохнул, зажав кристалл в руке, и потянулся к духу внутри, дух был дикий, но гораздо более покорным, он был похож на поющую змейку вставшую на хвост. Дух запел угрожающе, кристалл в руке начал теплеть и жечь ладонь, но Аскарин не остановился, приближался и тянулся к нему. Дух поющей змейки, поняв что противник не собирается останавливаться, попытался юркнуть в норку, но Аскарин был быстрее, он схватил его и обвязал тугую нить собственной воли вокруг духа, тот дернулся пару раз и притих, смирившись со своей участью. Кристалл вспыхнул в руке холодным огнём и вновь притих, медленно переливаясь зеленовато-желтым светом. Шаман утвердительно кивнул, и подал Аскарину сладко пахнущую миску с синеватой жидкостью. Аскарин вдохнул и голова закружилась, стараясь не дышать, выпил всё и опять рухнул в красноватую мглу.