Безымянное общество

Безымянное общество. Было уже поздно. В нашей деревне - Победе, вырубили свет... Повезло же людям, которые живут ближе к школе, у них хотя-бы свет от фонарей в окнах... А я жил у леса, и окна моей норы выходили в лес. Он был сосново-еловый, и темный... Он всегда пугал меня. Мне постоянно казалось, что там кто-то сидит, и следит за мной. Но я понимал - это совершенно не так! Это просто моя параноя... Верно же? Верно? Я сидел за столом кухни, под светом фонарика. Родителей дома нет, уехали к какой-то тётке по папиной линии, и решили оставить меня на две недели одного... Прошло уже два дня с их отъезда. Я, погруженный мыслями, попивая чай, что уже давно остыл, но был все также сладок, смотрел в окно... Мне опять казалось, что там кто-то есть. Может, лось, а может просто какой-нибудь пьяница... Как только я расслабился, поняв что все будет хорошо, никто не ворвётся, не ударит меня ножом, а ему будет вообще всё равно, я услышал стук в дверь. Мурашки прошлись по моему телу, а холодный пот скатился по моему лицу... Да кого там могло привести ко мне, в столь поздний час?! Посмотрев на часы, я увидел время - 1:24. Собравшись духом, я взял кухонный нож, и направился в сторону выхода. Подойдя к входной двери, я выдохнул, и посмотрел в глазок. Там оказался мой друг - Коля. Что ему тут нужно? Он же жил в Апрелевке - городке что был совсем рядом с Победой... Я через дверь спросил: –Кто там? – Голос мой дрожал. Я до безумия нервничал... –Вась, ты идиот? Это я, открывай скорее, я тебе тут такое показать должен!– с явным нетерпением заявил Колян. Обычно этот потлатый, с сальными, блондинистыми волосами, с худощавым телосложением, и маленьким ростом паренёк никогда не вел себя столь... Нетерпеливо? В основном он меланхоличен, и спокоен, но сейчас его будто бы током ударило... Я выдохнул, открыл дверь, и посмотрел на своего друга с недовольством. –Ну? Что тебя привело почти в четыре ночи? – Нож всё также я держал в руках, забыв о нём. –Пошли, бери сумку и побежали. – Этот мелкий неформал был будто бы в жопу ужаленный. –Ладно... –Устало протянул я, взял папин всегда полу-пустой рюкзак, кинул туда нож, зажигалку, пачку сигарет (а кто из нас не грешен?), и ключи. Обувшись, я вышел на крыльцо, и посмотрел на своего друга... Он выглядел весьма... Странно? Я закрыл дом на ключ, и мы вышли к калитке. Я не удивился, что делал мой друг на крыльце, он всегда перелезал через забор ко мне. Выйдя на пустую, ночную улицу, мы направились в сторону школы. Справа от нее как раз были гаражи, в метрах так восемьсот... Пока мы шли, Коля что-то безутешно тараторил, о том как "Там" классно, весело, а главное кайфого. Самого места он не упоминал... Я лишь молча шел рядом, слушая своего друга. Дойдя до школы, мы повернули направо. В конце улицы было уже совсем темно... На меня это нагоняло безумную тревогу. Спустя минуты две-три, мы уже пришли к гаражам. –И зачем ты меня сюда привёл? Хочешь, чтоб я тебе помог снова велик починить, потому что у тебя руки тонки чтоб его поднять? –С недовольством я посмотрел на друга. –Нет же, нет! Пошли за мной! – Друг взял меня за руку, и потащил к весьма ухоженному, приятному с виду гаражу. На нем не было ни единой надписи, что было удивительно! Коля с трудом открыл дверь, и я увидел весьма... Странную картину. Вместо загаженного гаража, я увидел группу людей разных возрастов, сидевших на полу, и тихо покуривая что-то напоминающие косяки, которые курит моя тётя. Коля толкнул меня туда, и радостно, громко заявил: –Друзья! Встречайте! Это наш собрат - Василий! –Голос его пронзил мои уши... Он был сам не свой. Мне это уже не нравилось... Я лишь робко помахал рукой, и хотел поздороваться, как вдруг люди стали с пола, и окружили меня с расспросами... У меня аж голова закружилась! Я сам и не заметил, как уже сидел с ними на полу, а в руках у меня была травка... Они все были такими приветливыми! Обычно у меня никогда не налаживается контакт вот так вот... Пока я с ними общался, в гараж вошёл какой-то очень толстый мужчина, в серебряном халате. Я даже удивился, как он вообще ходит, а не катится! Когда я тихо пошутил об этом, мне летело в глаз от какого-то парня, с угрозами о том, чтоб я даже не заикался плохо об этом человеке. Мужчина деловито встал посередине гаража, и выпрямился. –Дорогие дети мои! Я - ваш создатель, О'Хара, прибыл к вам! – После этой фразы, он поставил руки в боки, и далее его и так высокой, напоминающий хрюканье голос стал более громким– И! Я хотел бы, чтоб вы поблагодарили своего создателя, за ваше существование! –После этих слов, жирдяй снял с себя халат. Толпа по очереди шла к нему, а я в страхе попятился назад. Ещё чего! Ладно курить, да, я сам этим грешу, но чтоб заниматься этим... Я хотел тихо открыть дверь и сбежать, но меня придавила какая-то маленькая масса людей... Мне стало жутко. Я вырывался как мог... Они цеплялись за мой рюкзак, ноги, руки... Я бился, и кричал, чтоб хоть кто-то снаружи помог мне. Но никого не было... Я кое-как смог залезть в рюкзак, и достать зажигалку. Другого пути не было. Покрутив колёсико, огонь зажёгся со второго раза, и я поднёс его к первому же человеку что был рядом. Его волосы моментально загорелись. Да, я сам боюсь огня, но другого варианта спастись не было. Куча людей разгорелась по сторонам, смотря за их горящим верующим. Смотря на это, мои глаза чуть ли слезами злости не наливались. Почему? Почему эти сектанты столь глупы аж за пределами всех понятий? Со злости, я ухвотил своего друга за шиворот, что был следующий в очереди в растлении этим скупердяем. Мужчина посмотрел на меня, и начал орать что-то непонятное, упал на пол, и начал прыгать туда-сюда... Я не выдержал, взял зажигалку, зажёг ее и поднёс к "О'Хару". Господи, до чего ж нужно быть больным ублюдком, чтоб вести себя так? Я поднёс к его остаткам волос на голове зажигалку, и те мгновенно вспыхнули. Мужчина начал кататься на полу, а я начал потихоньку уходить, не смотря на крики Коли здесь остаться. Не выдержав, я влепил ему в нос, чтоб не ныл. Тот мгновенно замолк, и вышел из гаража, смотря как мужчина катается на полу на своем халате, и тот мгновенно сгорает. Я спокойным шагом шел обратно, достав пачку своих сигарет, и закурив одну. Коля лишь верещал о том, что я натворил просто ужасное. В один момент, у меня что-то щёлкнуло в голове, я остановился, взял друга за плечи, и заорал на всю улицу: –А ничего, что из-за твоей глупости, ты щас мог сидеть и сосать хер жирному мужику-шизофренику, который возомнил себя богом, и вы с ним трахались за травку, тупое ты чмо!–Голос мой, казалось, был слышен аж на другом конце улицы. –Я... Ну...–Начал оправдываться нефор. –Что ты? Да, ты! Сегодня ты сидишь у меня дома, потому что зная тебя, обалдуя, ты попадешь в ещё более ужасные неприятности.–Сказал сквозь зубы я. Коля уткнулся мне в плечо, и... Разрыдался. Начал говорить о том, что ему ужасно стыдно, что он был слеп, и что он пал слишком низко... Я лишь похлопал его по спине, сказав что было - то было, главное что он это все осознал. Увидев, что кто-то идёт в нашу сторону, я схватил его за руку, и мы побежали в сторону дома, не смотря назад. Оборачиваться нельзя было... Когда мы перелезли через не очень высокий забор, то услышали громкие, неразборчивые, явно пьяные вопли. Мы тихо сидели, и поняв, что это не люди с гаража, рассмеялись. Уже дома, мы сидели дома, свет давно включили, и вдруг мне позвонил отец. Время было три ночи... Я взял трубку. –Алло? –Я попытался сделать голос более сонным. –Алё, привет, ты спишь? Ты не слышал, что у вас там гаражи горят в Апрелевке?–Взволнованно спросил папа. Меня аж будто током шарахнуло! Всмысле гаражи сгорели... Одна зажигалка не могла сжечь столько! Максимум ожоги этому говнюку... –Н-нет... А что? Они горят??–Соврал я отцу. –Нет блин, взялись за руки и начали хоровод водить. Ладно, я рад что с тобой все хорошо, прости что разбудил, не забудь новости посмотреть. –и на той стороне вырубили звонок. Я выдохнул, и пытался не заржать. Колян уже заснул на столе, видимо, укурился он знатно... Смотря на его и так худые руки, мне стало жалко его. Он и от энергетиков зависим, и от ашек... Никогда не понимал, чем же электронки лучше настоящих сигарет? Настоящие же куда безопаснее этих дудок... Хотя плевать, это его личное дело.