Застывшая боль

Победа. Вокс и его машина были повержены. Чарли крепко обнимала Эмили и Вэгги, они вместе улыбались, по щекам текли слезы радости. Они смогли. Они одержали победу. Из дыры, где недавно стояла огромная металлическая машина вокса, вылез Люцифер. Из его рта, тонкой полоской текла ангельская кровь, тело непроизвольно тряслось, глаз был наполовину закрыт, а мысли путались между собой. Он до последнего не верил, что сможет выбраться. Он и сейчас был не до конца уверен, что это все взаправду. Из него буквально высосали всю энергию, как сок с помощью трубочки. Чарли, наконец заметив раненного отца, окликнула его, на что тот повернулся, постараясь выдавить подобие улыбки. –Ни в коем случае не ходи вниз, дорогая, там опасно! —Фраза далась очень тяжело. Самаэль даже сам толком не понял, что сказал, слова вылетели из его рта сами. Он показал пальцы вверх, пытаясь показать, что с ним все хорошо, хотя это вовсе было не так. Он едва соображал и не мог связать воедино даже пару слов. Чарли хотела подойти к отцу, прекрасно замечая, что он не может устоять на ногах, то и дело сгибая их в коленях, слегка пошатываясь. Но естественно, будто по иронии, именно в этот момент Пентиус смог наладить связь с адом и подключиться к трансляции. Девушка сразу же обратила все своё внимание на экран, совершено позабыв о падшем ангеле, который буквально умирал у неё на глазах. Люцифер, как всегда волнуясь за Чарли, вместо самого себя, решил уйти от неё подальше, куда только сможет с такими повреждениями. Он потерял очень много крови. Вся одежда была помята, в пятнах ангельской золотистой крови. Волосы были растрепаны, прилипая ко лбу. Глаза слипались, разум помутнел, и он едва мог видеть перед собой хоть что-то. В таком израненном состоянии, еле передвигая ногами, он смог добраться до полуразрушаной стены. Его дыхание участилось, все тело ломило от боли, раны кровоточили, а в глазах постепенно все темнело. Наблюдая за счастливой дочерью, он мягко улыбнулся. Услышав, как кто-то сел рядом, он аккуратно повернул голову в сторону источника звука. Это был Аластор. Его бывшая рана, которая была получена ещё при драке с Адамом, вновь кровоточила. По прижатым ушам и скривленной улыбке было понятно, что ему тоже сейчас больно. Их боль была схожей. Оба молчали, ни у кого из них двоих не было сил для разговоров, насмешек и прочего. Они не знали, зачем сидят сейчас друг с другом, а не предпринимают хоть что-то. Даже на грани смерти их что-то тянуло к другу другу. Люцифер первый решил побеспокоить грешника поблизости. Он слегка коснулся его плеча, отчего Радио-Демон по инстинкту дернулся. Вслед за этим действием по телу прошла пронзающая боль. Аластор сжал зубы, но улыбка так и не сошла с его лица. От одного его вида было ясно, что боль была невыносима. –Прости. –Тихим, хриплым голосом произнёс Люцифер. Его золотистые глаза блеснули, а во взгляде читалось беспокойство и чувство вины. Аластор лишь фыркнул, принимая извинение. Вновь повисла тишина, Аластор смотрел на толпу у сцены, иногда издавая звук помех. У падшего ангела была борьба внутри себя. Он понимал, что они оба находятся в опасной ситуации,что никто из них не сможет и не захочет встать, и что один из них точно не сможет выжить. Все же, собственное "я" было сильнее даже страха перед смертью. Они оба много, чего навидались, но их главная ошибка заключалась в том, что они оба были слишком самоуверенны. Время было на исходе, и Самаэль принял решение. Все же внутри него остался тот маленький ангелок, который был с ним все это время. Слова дочери о искуплении смогли на него повлиять. Он решил помочь. Пожертвовать собой. Люцифер пододвинулся к Аластору ближе, изредка кашляя, пытаясь сдержать комки крови, которые подкрадывались к горлу. Заметив движение, Радио-Демон вопросительно взглянул на Самаэля. Аластор не понимал, чего тот от него хочет. Падший ангел кинул взгляд на руку Аластора, которой он держал кровоточащую рану у себя вдоль груди. Радио-Демон убрал руку, поняв намёк. Люцифер нежно положил свою руку на рану Аластора, отдавая свою последнюю силу. Золотистая магия расползлась по ране, слегка пощипывая. Самаэль улыбнулся, посмотрев на Аластора глазами полного спокойствия. Было не понятно, успокаивал он себя или демона напротив, но одно было ясно точно, Аластор наконец понял. Все то, что было между ними, это была не ненависть. Это была боль. У каждого она была своя, но до жути похожая. Аластор осознал, что хочет видеть Люцифера рядом с собой. Что тот вовсе не противен Радио-Демону, но было уже поздно. Улыбка медленно сползала с лица падшего ангела, а глаза закрылись. И до этого бледная кожа,казалось, стала ещё бледнее. Уже мёртвое тело упало на землю с характерным звуком. Грешник, вначале подумав, что падший ангел упал в обморок наклонился над телом. Пошупав пульс, слезы стали течь по его лицу, улыбка пропала с лица, а глаза были наполнены болью. Вокруг него раздались звуки радиопомех, он вонзил свои когти в землю. Мысли путались, взгляд метался уже по мертвому телу падшего ангела. В ушах стоял гул, он не знал, что делать. Он никогда не думал, что столкнется с таким в своей жизни. Радио-Демон только сейчас понял, что на самом деле все это время был привязан к Люциферу. И вот, единственный, кто смог стать дорог Аластору, сейчас мёртв. Мёртв из-за него. Он дал излечить свою рану, прекрасно видя, что Люциферу самому нужна была его энергия. Ему нужна была его помощь. Аластор взял тело на руки, которые предательски дрожали. Губы сжались, образовавшись в тонкую ниточку. Уши прижались к голове, а голова опустилась ближе к телу. Чарли, обеспокоенно взглянув на них, попыталась подойти. –Аластор? Пап?.. –Голос задролжал, руки затряслись. Она до последнего отгоняла от себя ужасные мысли, но произошедшее было очевидно. Под Аластором растекалась лужа ангельской крови. Радио-Демон, услышав голос, резко повернулся на Чарли. Рога в этот же миг выросли, глаза почернели, а от него исходили зелёные символы, отражавшие его силу. Атмосфера наколялась. Чарли искренне не понимала такую реакцию со стороны Аластора, но увидев лужу крови и своего отца на руках Радио-Демона, остальные мысли ушли на второй план. В груди стало тепло и больно, паника подступала к разуму, в горле встал ком. Аластор винил Чарли, винил, что она не помогла Люциферу. Винил, что та проигнорировала его состояние. Винил всех, кто был там, кто не заметил его, кому было наплевать на них. Винил самого Люцифера, что тот отдал ему свои последние силы. Винил себя, что никак не помог ему. Его переполняла злоба. Казалось, вот вот, и он нападет на принцессу. Но это не случилось. Он повернул голову обратно к телу, которое висело у него на руках. Люцифер спас его. Отдал свою жизнь ради него. Аластор остался жив, но какой ценой? Радио-Демон перестал думать. Эмоции пропали с его лица, в голове осталась пустота, а в сердце застыла боль. Боль, которая никогда не уйдет. Которая будет поглащать его душу изнутри.Он больше не плакал. Он больше не улыбался. Больше не было смысла существовать. Король-Ада пожертвовал собой ради такого куска дерьма, как Аластор. Ради того, кто буквально стебал его при каждой возможности. Того, кто не помешал ему сделать задуманное. И что в итоге? Люцифер мёртв. Его дочурка сейчас находится в истерики, а Аластор.. Аластору больше нету смысла находится здесь. Ему больше не нужна слава. Не нужно убивать других. Не нужно управлять этим отелем счастья. Ведь счастья больше нету и не будет. Люцифер умер, забрав с собой желание жить. Аластор был сломлен. Больше нету смысла что либо делать. Радио-Демон прижал тело Люцифера к себе, надеясь, что тот сейчас очнется. Что он напугает его и скажет, что шутка удалась. Но нет, этого не будет. Его голоса не будет. Его золотистых глаз, что светятся на свету не будет. Его больше нет.