сердцебиение матери

Нейтири смотрела на свои ладони, на свои руки, в которых была жизнь. Прил. Красивое имя. Она посмотрела на безжизненное тело Ронал и слёзы, которых, как она думала, не осталось, покатились по её щекам. Ронал дала жизнь, чтобы умереть — её последнее, самое важное в её жизни желание. Нейтири погладила ребёнка по голове. Если они выживут, если ей суждено выжить в этой жизни, если Великая Мать услышит их зов, если… Безжизненное тело Цахик лежало перед ней, будто напоминание о цикле. Бесконечном, равном, напоминающем о том, что никто и никогда не вечен. Лишь Великая Мать вечна, лишь её законы, лишь её дыхание. Нейтири прижала Прил к груди.       — Твоя мать была сильной, твоя мать была воином, — не она должна была говорить это. Не так должен был родиться ребёнок. Прил должна была родиться в воде, а не на окровавленных холодных скалах, широкие руки Ронал должны были прижимать её к сердцу, а не тонкие руки Нейтири, заляпанные своей и чужой кровью. Это было неправильно. Этот ребёнок — невиновное доказательство того, что война будет жестока. Будет отнимать детей у матерей и матерей у детей. Нейтири прижимала Прил к сердцу. Его стук должен был напомнить Прил стук её родной матери, в утробе которой она была долгие месяцы, на руках которой должна была впервые заплакать.       — Ты будешь такой же сильной, Прил, ты будешь такой же, как твоя мама, — Нейтири жалеет, что хотя бы не попыталась отговорить Ронал участвовать в битве. Она жалеет, что ребёнок на её руках никогда не узнает какой была Ронал. Какой заносчивой, упёртой, трудолюбивой, знающей и преданной была Цахик клана Меткайина. Нейтири позаботиться о Прил, будет это два часа, два года, два столетия — пока она будет дышать, пока её рука будет способно держать оружие, пока обещание Ронал звучит на языке, пока её губы в копоти от мольбы, которую она воздаёт Матери.

***

Когда Прил присоединяется к Древу Душ, Нейтири чувствует радость. Самую сильную, с тех пор, как умер Нетейам. Она смогла защитить это дитя, она спасла этого ребёнка, она помогла соединить его с Матерью. Теперь Ронал сможет увидеть как её девочка растёт, как её руки-плавники становятся сильнее, как на лице, руках и ногах появляются новые татуировки, как она смеётся. Нейтири улыбается, легко и широко, будто в мире нет ничего важнее, будто ничего кроме этого не существует. Так и есть.       — Ты спасла её, — Ронал находит её в мире душ. Её глаза блестят от непролитых слёз, а на её руках Прил, прижимается к матери, как и должна была. Она убаюкана дыханием матери. Она в безопасности.       — Да, — Нейтири протягивает ладонь ко лбу, — я тебя вижу, Ронал, — она должна была это сделать. Но Ронал будто не верила, и это не обижает Нейтири. Ладонь Цахик прижимается ко лбу, и она повторяет движение Нейтири.       — Я тебя вижу, Нейтири, — Ронал широко улыбается, чистой и нежной улыбкой, которая была у неё, когда она виделась со своей Духовной Сестрой. Нейтири никогда не думала, что станет причиной такой улыбки у Ронал. И она отвечает тем же. Протягивает руку вперёд, обхватывая широкое предплечье Ронал, как делают друзья и союзники. Ронал усмехается, но Нейтири знает, что она довольна этим.       — Я помогу Прил, обещаю, — говорит Нейтири, щурясь и чувствуя что плачет. Эти слова звучат как молитва, которую она возносила Великой Матери. Ронал кивает и улыбается.       — А я смогу присмотреть за Нетейамом, пусть Грейс и сама неплохо с этим справляется, — усмехается она и они обе оборачиваются в ту сторону, где стоят Грейс, Джейк, Кири, Паук, Нетейам, Ло’ак и Тук. Джейк обнимает Грейс за плечи и о чём-то спорит с давней подругой, Кири и Паук переплетают руки, и теперь Нейтири не чувствует от этого ничего кроме радости. Ло’ак вместе с Тук рассказывают Нетейаму что-то смешное, из-за чего её первенец громкой заливисто смеётся. Ведь смерти нет, они возвращаются сюда, к Великой Матери, к корням её деревьев и солёным водам. Они были здесь когда-то как гости и будут когда-нибудь как хозяева. Чтобы приветствовать тех, кто ещё жив и обнимать тех, кто был мёртв.       — Иди к своей семье, — говорят они одновременно, из-за чего уши обеих навострились, а хвосты дёрнулись.       — Ты должна быть с мужем и детьми, они скорбят по тебе, — Нейтири грустно улыбнулась, глядя на Тоновари, Цирею и Аонунга, беседующих с предками.       — А ты должна быть с сыном, — на лице Ронал проскользнула печаль. Она опустила глаза на свою дочь, с интересом разглядывающую окружающий её мир. Её губы поджались.       — Чтобы ни случилось, я буду рядом, чтобы помочь Прил, — Нейтири погладила девочку по голове, — чтобы ни случилось, до последнего вздоха, я буду защищать своих детей. — Ронал кивает.       — Пусть Великая Мать всегда будет на вашей стороне, — улыбнулась она, направляясь к своей семье. Нейтири кивнула и пошла к своей. Жаль, что Ронал пришлось умереть, чтобы они могли поговорить вот так. Жаль, что первой, чьё сердцебиение услышала Прил, было сердцебиение Нейтири, а не её матери.