Голос мертвеца

      Вокруг запах гари, пыли и смерти. В ушах только тишина, хотя битва продолжалась в самом разгаре. Волшебники направляли свои палочки друг на друга, отстаивая свою точку зрения. Отстаивая свои принципы. Отстаивая просто свою жизнь и жизни близких людей. Война не умела прощать, война не давала второго шанса. Война в принципе ничего не давала и не обещала.       Гарри крепко держал свою палочку, направляя вперёд. Сердце билось настолько быстро, что заглушало звуки вокруг. Это был его последний шанс. Волан-де-Морт — человек, который убил его семью, друзей и простых людей. В чьих жилах сейчас течёт кровь Гарри стоит напротив, чувствуя смерть своего последнего хоркуса и якоря в этом мире. У них не было другого выбора, ведь только один мог жить спокойно, когда другого не существовало. — Авада кедавра! — заклинание, которое вырывается от Лорда с ненавистью, и зеленый луч направляется вперёд. Бузинная палочка, не желая подчиняться, медленно трескается. — Экспеллиармус, — красный луч вырывается из палочки Гарри с той же скоростью.       Рука дрожит, стараясь удержать заклинание. Только оно и не требовало этого. Собственное заклинание поражает Тёмного Лорда, и бузинная палочка падает на землю. Оба замирают на мгновение, не понимая, что происходит. Чувствуя только боль глубоко в сердце, которая не давала сделать нового вдоха.       Тёмный Лорд направил взгляд на Гарри, и тот готов поклясться, что увидел усмешку и двигающиеся губы перед тем, как тело волшебника рассыпалось на пыль, оставляя после себя только мантию. Тишина развивается, и парень вновь слышит шум вокруг себя. Медленно падая на землю, Гарри чувствовал струйку крови из носа, но на это было все равно.       Волан-де-Морт — повержен. Война закончилась. И Гарри закрыл глаза, проваливаясь в сон.

***

      Знакомый запах зелий врывается в лёгкие, заставляя потереть нос. Гарри открыл глаза, вглядываясь в белый потолок перед собой. Ощущения в теле странные, хотя до боли знакомые. Будто с метлы упал и сломал половину костей, однако он просто продолжал лежать на кровати. — Вижу вы уже проснулись, мистер Поттер, — проговорил незнакомый голос. Юноша повернулся в сторону звука, осматривая, видимо, лекаря. — Я ваш лечащий врач Гиппократ Сметвик. Посмотрим, — волшебник провёл палочкой над телом Гарри. — Ваши показатели в норме, но советую ещё пару дней восстановиться в стенах Мунго. У вас достаточное количество гематом и других саддин, чтобы задержаться у нас, — причитал мужчина. — Да и истощение организма нам стоит подправить вам. — Какое сегодня число? — прохрипел Гарри, стараясь сесть на кровати. В этом ему помог Сметвик, поддерживая парня за руку. — Пятое мая, — ответил ему мужчина, поддавая очки. — Через пару минут вам принесут завтрак, обязательно подкрепитесь и выпейте зелье. Не беспокойтесь насчёт прессы, их не пустили даже на порог, — с удовольствием хмыкнул маг. — Всем сейчас нужен покой. — Спасибо, сэр, — кивнул слегка Гарри. — Могу узнать, есть ли тут мои друзья: Гермиона Грейнджер и Рон Уизли? — Вчера они сидели около вашей кровати до самой ночи, но я отправил их домой. Я оповещу, что вы пришли в себя. Но, думаю, вы не захотите об этом говорить общественности. — Нет, пока что нет, — кивнул Гарри, а после откинул голову на подставленную подушку сзади. — Только Гермиона и Рон. — Хорошо, для нашего героя всё, что угодно, — улыбнулся мужчина, отходя к двери. — Мистер Поттер, — юноша повернул голос в сторону лекаря в вопросительным выражением лица. — Поздравляю вас с победой над злом и желаю вам скорейшего выздоровления. — Спасибо, — ответил тише Гарри, после чего дверь захлопнулась, и волшебник остался один.       Долгожданный день наступил, будто наваждение. Гарри закрыл глаза, словно пытался понять свои чувства и эмоции. Тёмный Лорд повержен и пророчество исполнено. Дотрагиваясь перебинтованными пальцами до «молнии», парень не чувствовал жжения. Только холод кожи и неровность кожи от шрама. — Это действительно закончилось, — прошептал Гарри в пустоту.       Только тихая мужская усмешка разнеслась по комнате, заставляя Поттера резко осмотреть комнату. Палата была рассчитана на одного человека, белые стены, шкаф и окно, открывающее вид на лес. Только Гарри здесь был один.       Мотнув головой, смывая наваждение, Гарри посмотрел на тумбу, а после на пол, замечая корзины с цветами и подарками. Видимо, почту направляли сразу сюда. На тумбе лежала его палочка и стопка писем, видимо, её каждый день пополняли. Взяв палочку в руки, Гарри рассмотрел её. Всё же стоило её вернуть истинному владельцу, а себе… — Акцио, бузинная палочка, — попробовал Поттер, и спустя тройку секунд палочка оказалась в руках.       От неё веял холод, но всё же она приняла своего владельца. Осматривая её, Гарри заметил мелкие трещины, проводя по ним пальцами. Из них искрилась магия, но боли это не приносило. Отложив её в сторону, парень ждал завтрака, который поддали спустя пять минут, а спустя ещё несколько минут ворвались его друзья. — Гарри! — Гермиона кинулась к другу, не задев цветы. Обнимая подругу, Гарри мог только вздохнуть, что они с Роном целы и невредимы.       Глаза бегло пробегают по лицу подруги, замечая ещё не зажившие царапины, покрытые корочкой. На лице виднелись синяки, видимо, от недосыпа. Гарри повернул голову к Уизли, его состояние было схожим, но всё же вопиющей радости на их лицах не наблюдалось. — Ну и напугал ты нас, друг, — присоединился Рон, навалившись с другой стороны кровати. — Мы, когда тебя нашли, думали, что теперь точно… — Рон, даже не говори эти слова, — вмешалась девушка, зыркнув на своего парня. — Можете сказать, что произошло? — спросил Гарри, выпутываясь из родных рук. — Я только помню, как «он» превратился в пыль, и я потерял сознание. — Нас не было вблизи, но после того как ты победил его, приспешники сразу поняли, что произошло, и начали убегать, — начал Рон, вспоминая события. — Мы пошли на поиски тебя и нашли среди руин. Ты выглядел так, будто жизнь уходит из тебя… Кровь из носа, руки холодные, — Гермиона взяла друга за ладонь, чувствуя, что они стали куда теплее. — Я начала проводить диагностику, но ничего кроме ушибов не было. — Мы подхватили твоё тело и перенеслись в Мунго. Тебя лечили зельями, Сметвик — главный колдмедик, сам следил за твоим состоянием. Как я понял, он сам не был уверен, что произошло и нам не сказал. — Он сказал только про гематомы и истощение организма, — нахмурился Гарри. — По его указаниям я должен ещё неделю пробыть здесь. — Тебе это не помешает, — кивнула Гермиона. — Всё же, ты больше всех заслужил отдыха, Гарри. — Гермиона права. Мы разберёмся с прессой и совсем остальным, — согласился Рон, потрепав друга по голове. — Подождите, — ухватив Рона за руку, резко сказал Гарри. — Сколько погибших? Сколько пожирателей удалось схватить? Да и вообще, — отпустив руку друга, парень перевёл взгляд с Рона на Гермиону. — Какая вообще обстановка в стране? — Гарри, я не думаю, что тебе сейчас стоит… — Гермиона, я хочу знать, сколько погибло людей! Хочу знать, кто отдал жизнь… За меня, — сцепляя свои руки в замок, проговорил Гарри. — Никто не отдавал жизнь за тебя, Гарри, — мотнула головой Гермиона. — Мы все шли на битву, чтобы защитить собственное будущее от тирана и узурпатора, — тише добавила девушка, повернувшись к Рону.       Они встретились взглядами, и в палате повисло молчание. Гарри ждал продолжения и имена тех, кто навсегда покинули этот мир. Рон кивнул Гермионе, словно брал всю ответственность на себя в этот момент. — Фред умер из-за обвала стены, Нимфадора и Ремус защищали Хогвартс от Долохова и Лестрейндж, нашли их в одном из зданий. Снейп умер от укуса змеи, его тело нашли и скоро пройдут похороны. Как и всех погибших, — начал Рон, смотря куда-то в сторону. Смерть брата сильно ударила по всей семье, но этого не хотелось говорить Гарри. — По подсчётам Министерства больше семидесяти человек погибли в тот день, — парень повернулся к лицу друга. — Даже не думай над тем, что ты виноват в их смертях, Гарри, — Гермиона положила свою руку на плечо парня. — Кингсли назначен исполняющим обязанности Министра Магии до выборов. По его словам, будет возведен памятник погибшим. Никто не будет забыт… — Что стало с останками Волан-де-Морта? Я надеюсь, их не оставили на входе в замок? — Конечно, нет. После всей суматохи, прибыли люди из Отдела тайн и собрали всё, что осталось. Бузинную палочку им пришлось тоже забрать, но… — Гермиона качнула головой и увидела то, чего не готова была лицезреть. — Какого... Мерлина, Гарри! — Малфой обезоружил Дамблдора и палочка стала его, а после это уже сделал я с Малфоем, — пожал плечами Гарри. — Я лишь попробовал её призвать, и она оказалась в моих руках. — Честно, я не знаю, что должно произойти, чтобы я в конечном счете удивился тебе, Гарри, — усмехнулся Рон. — Теперь у тебя есть самая могущественная палочка в мире и единственная мантия невидимка во всём мире. — Тебе стоит быть осторожным с этими предметами, — вздохнула Гермиона, спрыгивая с кровати. — Я, конечно, проверяла почту на различные проклятия, но тебе стоит быть ещё осторожным, — проговорила девушка проводя рукой по лепесткам цветов в корзине. — На свободе остались Пожиратели Смерти, которые желают тебе смерти… Авроры подключились к поимке, но пока никаких новостей о новых задержанных нет. — Я тебя понял, Гермиона, — кивнул Гарри. — Тогда мне стоит быстрее убраться из Мунго. — А как же лечение, — напомнил Рон. — Не думаю, что дом на Гриммо хорошо будет влиять на тебя. — Рон прав, Гарри. Мы наложили достаточное количество заклинаний на твою палату, поэтому сюда могут войти лишь те, кто действительно не желают тебе зла. — Я вам благодарен за заботу, но всё же, чувствую я себя куда лучше, и если ничего не изменится за эти два дня, лучше поселюсь в Гриммо. И не смотри на меня так Гермиона. — Мы беспокоимся о тебе, — напомнил Рон, вставая с кровати. — Если беспокоишься о людях, которым нужна твоя помощь, то слушание по делам Пожирателей отложена на месяц. — Хорошо, — кивнул Гарри. — Отдохните и вы ребята, я справлюсь, — улыбнулся парень.       И обнявшись ещё раз, друзья попрощались оставляя Гарри одного в палате. На тумбочке продолжало стоять зелье, которое оставила медсестра. Проверив его на запах, парень выпил содержимое и лёг в кровать. Тело до сих пор чувствовало слабость, да и сон одолевал, хотя время доходило только обеда. Повернувшись на спину, Поттер смотрел в потолок.       Радости от победы не было, ведь столько людей погибло за чьи-то идеи и это действительно ранит. Гарри обещал себе, что очистит имя Снейпа, вытащит Малфоев, если потребуется, ведь они помогли ему в последнюю минуту. Посетит могилы друзей, которые отдали свои жизни в этой войне. Он должен попрощаться со всеми, с кем не смог этого сделать вовремя.       Холодная слеза стекла по лицу вниз. Зажмурив глаза, Гарри закусил нижнюю губу, стараясь вовсе не зарыдать и не проронить слова. Но от этого становилось ещё хуже, будто дыхание перехватывало, а сердце сжималось.       Будешь ли ты вспоминать меня, Гарри Поттер?       Шёпот, подобный самой смерти, раздался в ушах Гарри, заставляя его резко подняться на кровать и взять палочку. — Гоменум ревилио, — четко произнёс парень, но магия ничего не показала.       Только сердце бешено стучало, а по спине пробежали мурашки, заставляя крепче держать палочку. Его здесь не должно быть и не может… — Он умер, — чётко сказал Гарри, но в памяти вновь всплывал он.       Лицо Тёмного Лорда исказилось от страха смерти и отчаяния, а затем на нём появилась насмешливая ухмылка, обращённая к Гарри. Он что-то произнёс, но юноша не мог понять, было ли это проклятие или же обычные слова. Сейчас, сидя в Мунго, он может только рыться в собственной памяти. — Точно, омут памяти, — проговорил Поттер, вспоминая кабинет директора Хогвартса.       Только сердце вновь закололо, заставляя сделать резкие вдох.       Мы скоро встретимся.       Голос будто в самой голове въедался в стенки мозга, Гарри встал с кровати, чуть качнувшись. Видимо, зелье должно было способствовать на сон, а не прыжки с кровати. Нужно срочно понять, что происходит…       Стук в дверь прервал мысли о побеге из лечебницы. — Мистер Поттер, вы знали, что когда человек перенёс столько травм, ему нужно лежать, а не… — начал говорить Сметвик, но остановился, осматривая Гарри. Глаза бегали по комнате, в руке палочка, словно он пытался от кого-то защититься. — В вашем случае, лучше не притрагиваться к магии в ближайшие двадцать четыре часа. — Что со мной происходит? — спросил Гарри, будто колдмедик мог знать ответ. — Вы ведь что-то нашли, да? Проклятье? — Давайте сначала присядем, мистер Поттер, — спокойно ответил мужчина, прикрывая дверь. А после взмахнул своей палочкой. — Никто не узнает о том, что я вам скажу, — заверил колдмедик, садясь на стул около кровати, куда уже сел волшебник. — Почему вы решили, что с вами что-то не так? — Я слышу чужой голос в голове, — ответил Гарри, не веря собственным словам. Проводя ладонью по лицу, юноша старался переварить случившиеся. Ему не хотелось говорить имени, кого именно он слышал. И даже хотел ошибаться в этом, лучше если это действительно будет ошибкой или переутомление. — Когда вас доставили сюда, я провёл несколько проверок с вашим телом и кровью. Тогда вы действительно выглядели так, будто умирали. Но ничего, что могло бы навредить вашему здоровью на тот момент не было, — начал Сметвик, не сводя изучающего взгляда с волшебника, стараясь сразу же заметить любое изменение в нём. — Только что-то было всё-таки не так, верно? — вздохнул Гарри. Спокойная жизнь и правда могла только сниться ему. — Ваше магическое ядро изменилось, будто разделилось на две части, мистер Поттер. Такое может произойти, когда люди вступают в магический брак и смешивают свою магию, забирая вторую часть у своей любви, отдавая свою, — Гарри сжал в руках простынь, страх медленно сковывал его. Будто чужие руки дотрагивались до него, заставляя чувствовать только мороз на коже. — Я понял, что это не ваш случай и начал копаться дальше. Вы слышали, что-то о соулмейтах? — Поттер отрицательно качнул головой, и Сметвик продолжил. — Это люди, чей союз благословили Жизнь, Смерть и Магия. Магическое ядро уже носит магию двух волшебников, конечно, не все об этом знают, и до конца своей смерти даже не подозревают об этом. Но в вашем случае… — Сметвик, снял очки, потирая глаза. Он не хотел своими словами обрекать героя на самокопание, а что ещё хуже на смерть. — Вы знали своего соулмейта, могу только догадаться, что между вами была сильная эмоциональная связь и этот человек погиб. С его смертью ваше магическое ядро пострадало, поэтому… — Подождите, — остановил его Гарри, не давая голосу дрогнуть. — Я правильно вас понял, что во мне сейчас, грубо говоря, только половина ядра? — Верно, мистер Поттер. Из-за недостатка нужной энергии и магии, ядро медленно высасывает жизнь из вас, — тише ответил мужчина, подняв свой взгляд. — Мне жаль, что я не могу вам помочь.       Гарри тяжело вздохнул, поднимаясь с кровати. Пройдя из угла в угол, он остановился, поворачиваясь в сторону колдмедика. — Предположим, что я медленно умираю, хорошо, — кивнул парень своим же мыслям. — Почему я слышу голос этого человека? — К сожалению, я не смогу ответить на этот вопрос, — с досадой сказал Сметвик. — Никто точно не знает, как работает это магия и на что она способна. Пар, которые поняли, что они родственные души, не так много, да и вряд ли есть кто-то из живых. Те книги, которые я успел прочесть, не содержали большей информации, чем той, что уже было сказано, — мужчина вздохнул, смотря на парня. Видя напряжённость в теле, и усталость на глазах.       Гарри Поттер, юноша который снова выжил в битве с Волан-де-Мортом не мог жить спокойно, даже после его смерти. Сметвик не хотел говорить прогнозы, не хотел ещё больше расстраивать и пугать парня. — Могу предположить, что из-за вашей эмоциональной связи с этим человеком, сама магия даёт вам шанс поговорить ему с вами, — проговорил мужчина, но сразу пожалел об этом. Глаза Поттера расширились от некого страха, заставляя того, вцепиться ещё больше в свою палочку. — Можно ли как-то заглушить голос человека? — повернулся Гарри. — Даже представить не могу, мистер Поттер. Если позволите, я продолжу изучать этот вопрос и попытаюсь помочь вам. Хотя бы немного продлить вашу жизнь, — ответил мужчина, вставая с места. Только не успел он этого сделать, как Гарри вцепился в его плечо. — Сколько мне осталось? Насколько быстро ядро поглотит меня? — судорожно спросил парень, а колдмедик ощущал дрожь в руках. — Я не хотел бы делать такие… — Говорите, как есть, вы же уже что-то поняли, — спокойнее сказал Поттер, отпуская Светвика. — В данный момент — год, если продолжите пользоваться сложными заклинаниями, то время снизится, — серьёзно ответил мужчина, отворачиваясь в сторону. Он не был готов сообщать дату смерти герою. — Просите… Я найду способ… — Вы мне ничем не обязаны, сэр, — более спокойно ответил Гарри, подходя к кровати. — Надеюсь, эта беседа останется только между нами и никто, кроме нас двоих, не должен знать об этом, — проговорил парень, садясь на постель. — Конечно, — кивнул мужчина и спустя пару секунд продолжил. — Можно узнать, кто этот человек? — Простите, но это уже только моя тайна, — усмехнулся Гарри, кладя голову на подушку. — Я отдохну сегодня, сэр. А завтра попрошу вас выписать меня отсюда. — Как пожелаете, — ни капли не обидевшись, ответил Сметвик, направляясь к выходу из палаты.       И только прикрывая дверь, мужчина увидел, как потускнели ярко-изумрудные глаза парня. Оставляя после себя на тумбе умиротворяющий бальзам, Сметвик решил для себя помочь герою, насколько это было возможно в данной ситуации.       Однако Поттер не был глупцом и прекрасно понимал, чем грозит опустошение ядра. Прекрасно понимал, что ничего не сможет сделать, чтобы завести ядро вновь. У него лишь есть некоторое время, несколько дней, месяцев, чтобы попытаться как-то замедлить собственное разрушение и не сойти с ума.       Юноша, не думая, выпил предложенное зелье и снял очки, снова падая на подушку. Закрывая глаза рукой, Гарри не хватает сил даже усмехнуться собственной везучести. Даже после смерти Тёмный Лорд портит ему жизнь, не давая насладиться хотя бы одним днём. Делая глубокий вдох и выдох, парень старается унять собственное сердцебиение. Жутко хотелось спать, а от мыслей о будущем только разболелась голова.       Осматривая палату перед тем как окончательно уснуть, Гарри заметил тень около двери. Холодную и тягучую, словно боггарт, но сил что-то делать с ней не было, и он провалился в сон.