Катарсис
21 декабря 2025 г., 11:09
Кетрин испытывала смешанные эмоции, проезжая по трассе близ Форкса. Её не было здесь несколько лет, и на это было несколько причин. Конечно, одна из них была в том, что в город переехали Каллены, а Кэти не хотела испытывать судьбу на прочность.
Когда вместо смерти она очнулась в теле ребенка, который получил травму головы, последнее, что она подумала это о попаданстве. Воспоминания о прошлой жизни не делали адаптацию легче, но в итоге она смогла построить свою жизнь.
Знакомство с дядей, Чарли Своном, стало сюрпризом, но не катастрофой. Катерина, ныне Кетрин Ланкастер, жила с матерью, Маргарет, в Нью-Йорке и ездила к дяде только на каникулы, где и познакомилась с Беллой. Кетрин хорошо помнила сюжет фильмов, поэтому ближе к отправной точке планировала просто слиться. Семейный скандал летом, когда её телу исполнилось пятнадцать, просто ускорил и упростил всё.
Всё было продумано, всё шло по плану. Белла переехала к Чарли, Маргарет и Чарли общались через раз на праздники. Кетрин только раз вмешалась в сюжет, когда Чарли позвонил отчаявшийся. Эдвард бросил Беллу, и та впала в депрессию.
Маргарет осталась с Диланом, младшем сыном, а Кетрин поехала на несколько недель в Форкс. Беллу удалось вытащить из Форкса в Нью-Йорк, и та стала приходить в себя, а потом сбежала к Чарли. Возвращать Беллу в Нью-Йорк не стали, а Кетрин не видела смысла ехать за ней в Форкс, если в итоге та всё равно побежит к Эдварду.
Всё вошло в колею. Кетрин и её семья жили дальше своей жизнью, Каллены вернулись в Форкс. Всё шло своим чередом, пока Кетрин с семьёй не попали в аварию. Колесо взорвалось на дороге за городом. Выжила только она.
И вот она едет за рулем в Форкс, чтобы доучиться там несколько месяцев до окончания школы. Домашнее обучение — всё, что она смогла выторговать себе. Остаться в Нью-Йорке одной не получилось. Известная фамилия в адвокатских кругах только уменьшила шансы на послабления.
Она четко решила сократить общение с Калленами до минимума. Сыграть интроверта и затворницу было не проблемой, всё должно было пройти относительно хорошо, но у Кетрин было предчувствие, что всё пойдёт по одному месту. Она приехала сюда в самое плохое время. Сейчас, кажется, шла третья часть. Каллены вернулись, но о свадьбе пока не было ни слова, значит, армия новорождённых шастает где-то не далеко. Ещё один повод сидеть дома.
Кетрин выдохнула, напрягая и расслабляя пальцы на руле, полностью концентрируясь на дороге. Как бы она ни хотела быстрее проехать участок леса, она не разгонялась. И возможно, это спасло ей жизнь, когда на дорогу перед машиной выскочил олень.
Громкий визг тормозов длился несколько секунд, следом оглушающая тишина. Только не для Кетрин. Она вцепилась в руль, расширенными зрачками смотря вперёд. Сердце разгоняло по телу адреналин, который перебивал дозу антидепрессантов и транквилизаторов.
Олень скрылся на другой стороне леса. Следом за страхом пришла злость, как выработанная реакция. Кети резким движением выключила музыку, двумя движениями достала из бардачка пистолет и положила в карман, заранее отстегнув крепление на чехле, чтобы в случае чего не терять на это время. Быстро осмотрелась впереди, в зеркало заднего вида, боковые. Ей нужно осмотреть машину сразу. Хоть и выходить было плохой идеей, тем более против вампиров пули не сработают.
Кетрин выдохнула, вытащила ключи из замка зажигания и положила в другой карман куртки. Дверца водительского сиденья бесшумно открылась, и она тихо выбралась из машины.
Кругом стояла тишина, относительная. Как и полагается лесной местности, разная живность создавала свою песню жизни. Кэти оставила дверцу приоткрытой, достаточно, чтобы она смогла быстро вернуться в машину.
Она осмотрела лесополосу с той стороны, откуда вылетел олень. И не заметила, что шесть вампиров затерялись в кронах деревьев.
— Джаспер, как она? — спросил Карлайл так, чтобы человеческий слух не уловил малейшего звука. Они напряжённо застыли, наблюдая за рыжей девушкой.
— Не знаю, — сдержанно ответил Уитлок. — Я её не чувствую, — добавил, не сводя с неизвестной острого взгляда.
Кетрин, обойдя машину спереди, быстро осмотрела боковую часть. По спине пробежали мурашки, а внутри всё напряглось в ожидании угрозы, хоть вокруг и было тихо.
— Как Беллу что ли? — фыркнул Эмметт, но никто не обратил на него внимания.
— Элис? — голос Карлайла оставался спокойным.
— Ничего, — мгновенно ответила ясновидящая.
— Думаю, она проверит машину и поедет дальше, — предположил врач, пока Кети заканчивала осмотр машины, её сердцебиение пришло в норму.
— Может, это та кузина Беллы? — Эмметт наклонился чуть вперёд, надеясь уловить её запах, но ветка под его рукой громко хрустнула.
Кетрин среагировала мгновенно. Пистолет в её вытянутых руках не дрожал, ноги стояли твердо, а взгляд рыскал по пролеску.
— Не двигаться, — едва слышно процедил Джаспер, начиная испытывать раздражение. Он начал транслировать спокойствие на всех вокруг. Возможно, так получится задеть девушку, но та словно ничего не ощущала. Около пятнадцати секунд она стояла не шевелясь, только глаза не останавливались ни на секунду.
Кетрин медленно опустила пистолет, не рискуя выпускать его из рук, и двинулась к машине.
— Грёбаный Форкс, — одними губами произнесла Кети на русском, чтобы не нарушать тишину, которая служила ориентиром, и немного выпустить напряжение.
Хлопок двери, ключ в зажигании, и меньше чем через минуту машина двинулась по дороге прочь.
Вампиры расслабились только через минуту, когда убедились, что девушка возвращаться не планирует.
— Если это кузина Беллы, то с ней будет весело, — легкомысленно пробасил Эмметт, спрыгивая на землю. — Эдварду повезло, что у Беллы другой характер. Откуда у неё пистолет? Мы с ней подружимся!
***
Кетрин медленно катила по полу загруженную тележку между стеллажей с продуктами. В прошлый раз, когда она приехала, то тоже первым делом затарила холодильник тем, из чего можно было что-то приготовить. Этот раз не стал исключением. Вчера после неожиданной встречи с оленем она не захотела куда-либо ещё ехать. Но сегодня, на свежую голову, поняла, что это первое, чем стоит заняться. А потом можно и полностью разобрать вещи. В местном и единственном гипермаркете было пустынно, но продукты были свежие, и выбор хоть не был широким, но и скудным его не назовёшь. Кетрин скользила взглядом по полкам, в руке неустанно вибрировал телефон, но его игнорировали. Она уже привыкла жить в режиме многозадачности и всегда быть на связи. Она остановилась около отдела с разными чаями. Чарли и Белла чай не пили, в Америке в принципе больше любили кофе, но для Кети это было частичкой прошлого, напоминанием, кем она является. — Ты, должно быть, Кетрин? — мягко спросил голос позади. Ланкастер внутренне скривилась, недовольная, что кто-то всё-таки осмелился проявить стереотипное дружелюбие маленьких городов. Внешне она осталась спокойной, когда обернулась к говорившей. Кети даже не удивилась, когда узнала Эсми Каллен, что стояла с мягкой, самой доброжелательной улыбкой, что возможна. За её спиной стояли Эмметт, Розали и Джаспер. Кетрин обвела их быстрым взглядом и вернула внимание к Эсми. — Верно, — ровным тоном ответила. — А вы миссис Каллен, — это прозвучало уверенно, без тени сомнения. Эсми удивилась, но не потеряла улыбку. — Белла рассказывала? — сделала логичное предположение вампирша, и любезная улыбка появилась на лице Кетрин. — Видела фотографии, — более теплым тоном сказала она, пряча под теплотой клинок. Единственные фотографии, которые существовали, были сделаны на восемнадцатое день рождения Беллы, которое закончилось катастрофой. Улыбка Эсми дрогнула, и Кетрин почувствовала удовлетворение. Она относилась к семейству вампиров ровно, пока ей не пришлось вытаскивать Беллу из депрессии. — Белла предупреждала, что вы разные, — Эсми словно сама себе объясняла. Кетрин не стала уточнять о внешности она или о характере. Рыжая среди брюнетов, конечно, выделялась, но по характеру она отличалась только от Чарли и Беллы. С циничной Маргарет она быстро нашла общий язык. — Выиграла в генетическую лотерею, — намеренно делая акцент на внешности, усмехнулась Ланкастер. Конечно, она не могла конкурировать с вампирами по красоте, но вежливость не позволит им это сказать. — Хочу, чтобы ты знала, что двери нашего дома всегда открыты для тебя, — мягко сказала мать вампирского семейства, возвращая себе обладание. — Не будем тебе мешать. — Буду иметь в виду. Всего доброго, — ровно ответила Кети с максимальной вежливостью, показывая, что не принимает всерьёз предложение. Как только вампиры двинулись в сторону, она вернула свое внимание к пачкам чая, не дожидаясь, пока они отойдут. Кетрин хотела сразу показать, что не намерена общаться с ними больше необходимой вежливости. Ланкастер не позволила себе расслабиться, но не стала торопиться в покупках, это только бы привлекло внимание. К счастью, Кети и Каллены выбрали разные кассы и не пересеклись еще раз. Она не бросала на них взгляды, но чувствовала их внимание, поэтому когда вышла из магазина, испытала некоторое облегчение. С темно-серого неба медленно падал снег. Кети улыбнулась уголками губ. Напряжение постепенно отпускало. — Нравится снегопад? — глубокий бархатный голос со стороны даже не напугал. Кетрин повернула голову, натыкаясь на золотой взгляд Джаспера. — Умиротворяет, — через секунду ответила низким тоном с едва заметной хрипотцой. — А тебе? Блондин повернулся к небу, взглядываясь в него, пока Кетрин смотрела на него. Он был красивым, в её вкусе. Она любила милых блондинов. Но в этом мужчине проглядывалась жёсткость. Хоть он и пытался выглядеть безобидным. Кети задумалась: это из-за того, что он вампир, или он сам по себе такой? — Напоминает пепел, — она чуть не пропустила его слова. Удивленно выгнула бровь. Не из-за ответа, а из-за откровенности. Он правда это сказал? Кетрин тоже посмотрела на снегопад. — Большой, наверное, пожар был, — задумчиво протянула. — После таких пожаров тоже можно найти умиротворение, — на секунду замолчала, а потом все равно добавила. — Мёртвое, правда. Она почувствовала его острый, тяжёлый взгляд, но несколько секунд игнорировала, позволяя атмосфере накалиться. Кетрин было интересно, скажет ли он что, но тот молчал. Она обернулась к нему. Его острый, хищный взгляд должен был пронзить её, но ничего такого. Она испытала легкий азарт и намек на дозу адреналина, словно собиралась потянуть за усы тигра. Завораживало. Заставила себя сдержаться и не провоцировать его. Рациональная часть победила. — В пепелище есть один плюс, — продолжила, как ни в чем не бывало. — Там можно что-то построить. — Дала вампиру несколько секунд на осознание, что опасности нет, и понять её слова. Губы сложились в лёгкую улыбку, которая не скрывала боли. — Терять-то больше нечего. Кетрин не стала дожидаться ответа от него и пошла к своей машине. Настроение немного приподнялось, видимо, реакция организма на близость опасности. Она не ожидала, что через несколько метров Джаспер догонит её и заберёт сумки с продуктами. — Помогу донести. — Джентльмен что ли проснулся? — насмешливо фыркнула, с удивлением наблюдая за ним, но не делая попыток забрать сумки обратно. — Прошу прощения за задержку, мэм, — тягучим, лукавым тоном протянул вампир, на секунду оборачиваясь к ней и демонстрируя ухмылку. Она в очередной раз отметила его красоту. — Мэм? — с деланным негодованием переспросила. — Какая наглость! — Всего лишь вежливость, — вежливый тон мужчины не скрывал насмешки. Катя открыла багажник, позволяя Джасперу сложить туда сумки. — Спасибо за помощь, сэр, — благодарность была искренней, а вот обращение насквозь пропитано ехидством и желанием вернуть должок. По довольному лицу вампира было понятно, что это не сработало. — Всегда обращайтесь, — буквально отрапортовал бывший майор, провожая Кетрин к водительскому сиденью и открывая перед ней дверь. — Мои соболезнования. Это прозвучало тихо и проникновенно, когда она уже собиралась сесть в машину. Кети обернулась к нему. Джаспер был серьёзным и смотрел так, словно пытался заглянуть в глубь. Кетрин понимала, что должна ответить обыденно и фальшиво, но решила сделать по-другому. — Взаимно, — спокойным тоном, в котором не было безразличия или холода. После она села в машину и уехала. Она видела, что он растерялся, и не хотела ждать ответа, который обязан быть фальшивым. Потому что это правила их миров.***
Стук в дверь стал неожиданностью. Чарли был на работе, Белла после школы должна была быть с Эдвардом, а Кетрин не ждала гостей. — Принесла нелёгкая, — едва слышно пробурчала на русском, направляясь к двери. На пороге стоял Джаспер. Кетрин на несколько секунд растерялась. Он был один, и это не внушало доверия. — Джаспер? — Прости, что без приглашения, — тон вампира был мягким и тягучим, как патока. Он немного наклонил голову, смотря на неё из-под ресниц, улыбался, не показывая зубов, с явным желанием расположить к себе. — Что ты здесь делаешь? — не купилась Ланкастер, больше напрягаясь. Она как-то прокололась, и они поняли, что она знает о вампирах, и он пришёл убить её? Другой причины она придумать не может. Белле же можно сказать, что произошёл несчастный случай. Джаспер тяжело вздохнул, и Кети удержала себя от порыва захлопнуть дверь, чтобы мужчина не почувствовал её запах. Он опустил глаза в пол, стирая улыбку. Кетрин ясно осознала, что ничего не может противопоставить вампиру. Совершенно ничего. — Мы можем… поговорить? — несмело спросил Джаспер, поднимая на неё потерянный взгляд. Кетрин не могла найти доказательств его неискренности, но все равно не могла поверить ему. — О чём? «Он один — это хорошо. Я одна — это плохо». Джаспер делает один шаг вперёд и оказывается в пределах личного пространства. Слишком близко. Она поднимает голову, чтобы смотреть ему в лицо. Его приятный запах окутывает её. Ладонь крепче сжимает ручку двери в попытке заземления. — Как… — его хриплый голос обрывается, словно он не знает, как подобрать слова. — Как что-то построить, если ничего нет? Кетрин смотрит ему в глаза и пытается понять, что происходит. Возможно, они её только подозревают, поэтому прислали эмпата? После встречи с Эдвардом Кети была уверена в своем блоке. Рискованный эксперимент подтвердил, что он не слышит её мысли. Если у них только подозрение, то ей нужно их развеять и всё. Она сможет это сделать. — Ладно, малыш, — на русском протянула Кетрин, испытывая что-то среднее между азартом и игривостью, называя вампира, которому несколько веков, малышом. Она заставила себя расслабиться и почувствовала, как напряженные плечи опустились. По крайней мере, он на неё не воздействовал. Значит, хочет понять по настоящей реакции. — Проходи, — продолжила на английском, разворачиваясь вглубь дома. — Чай или кофе? — Кофе, — кратко ответил Джаспер. Кетрин слышала, как дверь закрылась, но не стала оборачиваться, намеренно открывая спину. — Чёрный, без сахара. — Добавь ещё что-нибудь в стиле «как моя душа», и я из вредности налью тебе молоко. — Кетрин понимала, что немного рискованно так шутить, но не смогла сдержаться. Ей начинала нравиться эта игра. — Это слишком драматично, — издевка отчетливо прозвучала в его голосе, и Ланкастер послала ему весёлую улыбку. — Так у тебя проблема со стройматериалами? — спокойно спросила, когда кружки чая и кофе стояли на столе, а Джаспер и Кетрин расположились за столом. — Довольно точно подмечено, — усмехнулся вампир, наблюдая за ней. — Если к философии добавлять немного практичности, но многое становится проще, — отметила Кети. — Если на пепелище не из чего строить, то выйди за его пределы, может, там что найдёшь. — Имеешь ввиду за зону комфорта? — Ну если ты в зоне комфорта, но что-то я сомневаюсь, что в зоне комфорта вместо снега пепел падает с неба. Кетрин старалась держать свои эмоции в рамках нормы и чтобы они не наводили подозрений. Это не составило особого труда, она просто сосредоточилась на разговоре. Сам разговор оставался в рамках философии, потом поверхностно затронул психологию и социологию, но ни один не рисковал углубляться в какую-либо тему. Примерно через час Джаспер ушёл, и они расстались на спокойной ноте. Только где-то через час после его ухода Кетрин смогла выдохнуть и решить, что справилась, и больше вопросов к ней не будет. Она точно не ожидала, что через несколько дней Джаспер снова постучится в дверь. Он возвращался. Всегда, когда в доме была только она. И Кетрин не могла найти причины, по которой никому не говорила, что он приходит в гости. Эдвард в доме больше не появлялся, предпочитая забирать Беллу к себе, поэтому дом большую часть времени принадлежал только ей. У Ланкастер ни разу не возникло мысли прекратить эти посещения. Нет, мысль была, но она её быстро отбросила. Ей нравилось балансировать на грани. — Ты не спрашиваешь, почему я прихожу. — А ты хочешь рассказать? Со временем рамки общения расширились. Они могли о чем-то говорить, а могли каждый заниматься своим делом. Они не обменивались номерами телефонов, и кажется всех это устраивало. Поэтому если Джаспер приходил, когда она была занята, то просто что-то читал, не мешая. Кетрин перестала понимать его мотивацию, но с интересом наблюдала за ним, как и он за ней. — Ты веришь, что человек может измениться? — он не скрывал интереса в голосе. Сидел на противоположном конце дивана, полностью развернув корпус в её сторону. — Человеческий мозг устроен сложно, и в таких вопросах я предпочитаю ориентироваться на биологию, а не философию, — Кетрин нравилось, что она могла с ним говорить предельно откровенно. После смерти Маргарет ей не с кем было поговорить. — Если быть достаточно упорным, то мозг построит новые нейронные связи, и появится новая привычка. Чем тебе не изменение? Человеческая воля способна на многое, другой вопрос, что наш мозг не любит работать и сделает всё, что бы мы деградировали. В этом есть свой смысл. — Какой же? — Ты заметил, что идиоты более счастливы, чем умники? — она с улыбкой наблюдала, как он перебирает воспоминания. — Горе от ума. Может, поэтому наш мозг такой ленивый? Он просто хочет более лёгким путем давать нам дофамин. — Интересная теория, — его золотые глаза слегка прищурились, рассматривая её. В такие моменты его взгляд становился более глубоким, острым. — На истину не претендую. Затем начались прикосновения. Случайные, короткие. Когда Кетрин в первый раз ощутила его холод, то ради приличия спросила, стоит ли ей дать ему плед. Тот отказался, и она больше не задавала вопросов. К тому времени Джаспер уже перестал пить кофе для маскировки. И по этому поводу она тоже ничего не сказала. — Ты довольно лояльно относишься к моим странностям, — заметил Джаспер, как-то бросая на неё взгляд из-под ресниц. Кетрин уже знала, что ответит. — Я разговариваю сама с собой на русском, не могу сидеть на пассажирском сиденье в машине, не ем в гостях и имею пониженную эмпатию. Не мне судить о странностях. Да и вообще, в Нью-Йорке и не такое встретишь. Джаспер никогда не приезжал на машине. По крайней мере, она никогда её не видела. Поэтому задавалась вопросом, в курсе ли его семья, что он тут бывает. Вслух она не спрашивала, не хотела спровоцировать волну вопросов в свой адрес. Они всё еще держали друг друга на расстоянии. Кетрин привыкала к нему, привыкала к легкому чувству опасности рядом с ним. Оно держало её в тонусе, не давало тонуть в депрессии и хорошо отвлекало. — Не смотри так, словно тебе сотня лет, — рассмеялась Кети, ладонью взъерошивая его волосы. — У тебя нет авторитета. Её сердце сбилось от такого манёвра, а Джаспер с ухмылкой рукой зачесал волосы назад, приводя хоть в какое-то подобие порядка. Выброс адреналина в кровь поднял ей настроение. Ради этого она его впускала каждый раз. Свою мотивацию она знала. Его так и оставалась тайной. Он всегда уходил быстро. Не задерживался на пороге, не заполнял тишину пустыми словами. Без суматохи, без медлительности. Она всегда шла за его спиной, чтобы проводить. Никогда не смотрела вслед. Закрывала дверь, как только он доходил до последней ступеньки крыльца. В тот день было по-другому. Нельзя было сказать «всё изменилось», нет. Кетрин не назвала бы это изменением, скорее расширением. Усложнением. Они всё усложнили. Джаспер резко развернулся, не дойдя до двери метр. Кетрин успела резко затормозить перед ним и не врезаться. Она даже не пыталась скрыть удивление от его действий. Вампир внимательно её рассматривал несколько секунд, а потом начал движение. К ней. Его рука мягко легла на талию, обнимая и удерживая. Вторая нежно заправила прядь за ухо и так там и осталась. Кетрин не противилась прикосновениям, ожидая, что будет дальше. Она чувствовала его холод, запах, твердость и могла честно признаться, что новизна ощущений привлекала её. И все же она была больше спокойна, чем взволнована. — Не влюбляйся в меня, — тихо предостерег Джаспер, испытующе смотря на неё. Кетрин не сдержала нежной улыбки. Он боялся, что она влюбится? Это даже смешно немного. Она и любовь. Она приподнялась на носочки, и его рука автоматически прижала её к его телу. Её руки медленно поднялись. Одна легла на плечо, другая на затылок. Она не отводила взгляда от его глаз и не боялась, что он что-то увидит. Любви там точно не было. Она остановилась в сантиметре от его губ. — Что такое любовь? — тон был игривым, провокационным. Джаспер замер, не торопился отстраняться, и Кетрин решила дать ему мотивацию. Возможно, после этого он перестанет приходить, но она хочет попробовать. Когда ещё у неё будет шанс? Кети преодолевает оставшееся расстояние и мягко целует его губы. Замирает так на несколько секунд, дает ему осознать, себе прочувствовать. Но он не отстраняется, всё ещё держит её в объятиях, и она заходит дальше. Медленно, мягко целует то нижнюю губу, то верхнюю. Они холодные, застывшие, твердые. Пока его губы постепенно становятся теплее, её остывают, легкое покалывание от холода добавляет изюминку. И в один момент Джаспер отвечает. Его губы осторожно движутся навстречу. Кетрин ощущает, как он планирует каждое движение, контролирует силу, сдерживает. Это возбуждает. Знание, что любое его неосторожное движение может травмировать её, выбрасывает в кровь адреналин. Когда Джаспер отстраняется, его глаза — чёрные провалы, на дне которых пылает огонь. Он молча, быстро уходит, закрывая дверь за собой. Кетрин остаётся стоять, смотрит на закрытую дверь, пытается отдышаться и задаётся вопросом, вернётся ли он. Возвращается. Ждала ли она его? Ждала. Говорили ли они о том, что произошло? Нет. Кетрин не собиралась начинать разговор, а Джаспер и слова не сказал. Она думала, что теперь он будет держать дистанцию. И оказалась не права. Он мог прижаться к ней сзади, уткнуться в шею, глубоко дыша, и в такие моменты у неё слабели ноги. От возбуждения, от флёра страха. Его зубы так близко к вене. Его губы иногда оставляли поцелуи на шее. Руки крепко удерживали тело. Она, как наркоманка, подсаживалась, не планируя слезать. Позволяла ли она себе вольности? Позволяла. Провоцировала, ходила по грани и упивалась этим. Ей нужен был его внимательный острый взгляд с другого конца комнаты. Его бесшумные шаги за спиной. Его холодные пальцы на коже и теле сквозь одежду. Он читает очередную книгу на диване, когда она подходит сзади, кладет ладони на плечи и медленно ведёт вниз по груди. Наклоняется к нему. — Что читаешь? — бросает быстрый взгляд на книгу, не интересно. В данный момент точно. Жмётся лицом к его шее. — Фрейд, — кратко отвечает Джаспер. Кетрин задумчиво мычит, делает вдох и целует твердую кожу, ощущая неровности на ней. — И что дедушка Фрейд говорит о влечении к опасному сексу? — мурлычет, продолжая выцеловывать его кожу. Он напрягается, перестает дышать, а она делает вид, что не замечает этого. — Он ничего, — немного хрипло отвечает. — Другие считают это последствиями травмы, воспитания или поиском острых ощущений. Способом заземления и концентрации на реальности. — Катарсис? — предлагает, поднимаясь губами к линии челюсти. — Как вариант. — Не буду отвлекать, — игриво шепчет в губы и резко отстраняется, возвращаясь к своим заданиям. Она получила свою дозу. Забыла ли она, что он должен быть женат? Нет. Но она считала, что это не её зона ответственности. Это не она изменяет. И она не хочет с этим разбираться. Когда Кетрин интересуется у Джаспера, где поблизости можно отдохнуть на природе, не нарвавшись на неприятности, он предлагает свою кандидатуру в качестве сопровождающего. И она соглашается. Потом она решит, что у неё мозги совсем сплавились, раз она так подставилась, а пока она подобрала его на машине за городом. Джаспер привел её к озеру, что находилось в лесу. Чистая вода и чистый берег навели на мысль, что люди, если тут и бывают, то очень редко. — Ты ведь знаешь? — спокойно спросил Джаспер. — О чём? — легко среагировала Кетрин, удерживая лицо. Хорошая мина при плохой игре. Она не планировала так просто сдаваться. Убить её тут будет легко. Джаспер приближается к ней, вынуждая посмотреть на него. — Что я не человек, — он пальцами гладит её по щеке, она растеряно смотрит на него, хлопает ресницами. — Я не понимаю… — Ты пытаешься соврать? — с нотками недоверия усмехается и делает акцент. — Мне? И это уже не смешно. Сердце набирает обороты, становится страшно. — Убьёшь меня? — шепчет, стараясь сохранить спокойствие. Маски сняты, и Кетрин понимает, что в случае её убийства на него не подумают. Может, так и лучше? Чарли будет держаться от этого подальше, Белла не испытает очередное предательство со стороны вампиров. — Нет, — нежно отвечает Джаспер и целует её. Там, прижав её к дереву, он довел её до первого оргазма пальцами. Чуть позже, в машине, на заднем сиденье, она сидела верхом на нём, уже обнажённая и возбуждённая. — Ты же понимаешь, что я чист? — насмешка и недовольство смешались в его голосе. — Без презерватива никакого секса, — выставила ультиматум Кетрин, раскатывая латекс по каменному члену. Она заняла позицию сверху, и Джаспер не препятствовал, видимо до конца не доверяя своему контролю, хотя за время общения она не заметила, чтобы у него были проблемы. Она медленно опустилась на него, глубоко дыша и привыкая к новым ощущениям. Он не был большим, но был твердым и холодным. — В следующий раз сначала тебя в горячий душ закину, — прошептала, облизывая пересохшие губы. — Ты будешь там со мной, — его хриплый тон прошёлся мурашками по её коже. Он не прикасался к ней руками, держась за сидение. Она уперлась ладонями в его грудь и начала медленно двигаться, постепенно ускоряясь. Член внутри быстро согревался, и дискомфорт исчезал. Её стоны, его вздохи, иногда рычание наполняли пространство машины. Когда она кончила, он ловко перевернул их. Она не успела отдышаться, когда он продолжил движение в ней. Медленней, чем она, адаптируясь к новым условиям. Она не жаловалась, обняла, когда его тело накрыло её. Кетрин успела еще раз испытать оргазм, прежде чем Джаспер получил свой. Оказалось не так просто удовлетворить вампира, но ощущения того стоили. Когда через пару часов она вернулась домой, то сразу приняла душ, чувствуя приятную истому. С этого момента их отношения больше занимал секс, чем что-то другое. Горячий душ и презерватив были неизменным атрибутом. Если Джаспер приходил днем, то, как и обещал, забирал Кетрин с собой в душ, начиная прелюдию там. Для неё это никогда не заканчивалось одним оргазмом, и она всегда была обессиленная после него, но именно за этим чувством она и гналась. Джаспер постепенно привыкал к особенностям её тела и пускал в дело руки. На ней оставались синяки, каждый раз новые. Из-за чего она стала носить более закрытую одежду, а вампир просто принес мазь от синяков, которой она постоянно пользовалась. — Ты ничего не говоришь по этому поводу. — Если бы мне это не нравилось, ты бы узнал первым. Разве нет? — Да, ты бы сказала. — А твой дар не в счёт? — Я тебя не чувствую. — Что? — Кетрин замерла, непонимающе на него смотря. — Так я могла не напрягаться? — с нотками негодования выдохнула. Но следующая мысль лампочкой загорелась в голове. — Погоди. То есть в лесу ты блефовал? — Джаспер в ответ только широко ухмыльнулся, и Кетрин взорвалась негодованием от того, что её просто надули. — Ах ты засранец! Манипулятор! — вампир только рассмеялся, довольный собой. Однажды он пришел поздно вечером через окно. Кети глушила стоны его губами. Это добавляло остроты, а Джаспер с тех пор мог остаться на полночи. Потеря сна не беспокоила её, пока он двигался в ней, отчего она забыла об остальном мире. — Только… — шёпотом выдохнула и прервалась из-за очередного толчка. Уже обессиленная после второго оргазма, она уткнулась лицом в простынь, пока он ровным, не быстрым ритмом входил в неё сзади. Её выносливость была на грани, и он предложил закончить на этом. — Только не останавливайся. Ответом ей послужило тихое рычание и очередной толчок. Большего и не надо. И всё же, как бы ни был хорош секс, она не могла не задаваться вопросом, знают ли о его похождениях остальные. Спрашивать прямо она не хотела, просто не доверяла. Поэтому, когда Джаспер ушел в душ, по привычке оставив вещи в спальне, она аккуратно достала его телефон из джинсов. Кетрин надеялась, что шум душа сможет скрыть часть звуков. На её счастье, телефон оказался не запаролен. Она быстро зашла в сообщения, проигнорировала новые смс — их нельзя прочитать, не спалившись. Новые смс висели в диалогах с Питером, Эсми и Эмметтом. Катю заинтересовал диалог с Элис. Последнее сообщение от Элис пришло незадолго до того, как Джаспер появился у неё. «Хорошей охоты. Жду дома, не задерживайся». Этого было достаточно, Кетрин не стала читать дальше, закрыла вкладку и положила телефон на место. Значит, никто не знал, где он, и что она знает о вампирах. Бесспорно, это плюс. Она расслабилась на кровати, прикрывая глаза. Одной проблемой меньше. Только от реальности не убежишь, как бы ни хотелось. Это Кетрин поняла, увидев на пороге дома Элис Каллен. — Беллы нет, — сразу сказала, не желая долго расшаркиваться. Оказалось, видеть жену парня, с которым спишь, не особо приятно. — Я к тебе, — голос вампирши не звучал агрессивно, но был твердым. Она вошла в дом, не дожидаясь приглашения. Кетрин на это только скривилась, но пошла за ней в гостиную. — Я всё знаю. Конечно, я не вижу твоего будущего, а следовательно, и его, когда он рядом с тобой. Он хорошо умеет скрываться, но я вижу, когда он хочет что-то скрыть. Ланкастер даже удивления не испытала. Это должно было произойти, и вот, пожалуйста. Вопрос в том, что теперь нужно Элис. Она не выглядит злой, обиженной, так зачем она здесь? — И? — коротко подтолкнула Кетрин, скрещивая руки на груди. Она быстро отругала себя за защитный жест, но менять позу не стала. — Я понимаю, почему он привлёк тебя. Кетрин на это вздёрнула бровь. Естественно Элис знает, что Джаспер привлекателен. — И понимаю, почему ты привлекла его, — убежденно продолжила Элис, и тут Кетрин заинтересовалась. — Он ведь не чувствует тебя. Наверное, ему с тобой спокойно, он может ощущать только себя. Конечно, он не устоял. У него всегда были проблемы с контролем, но пойми меня правильно. Вы не можете быть вместе. Вы оба сломаны и не сможете помочь друг другу. Только сделаете хуже и в итоге разойдетесь. Я не хочу, чтобы он через это проходил. У него есть семья, мы любим его и примем, но это больше не может продолжаться. — Какая потрясающая речь, — насмешливо фыркнула Кетрин. — Сломаны? Серьёзно? Знаешь, в чем проблема таких, как ты? В том, что вы считаете, что нас надо починить, вылечить, исправить, подогнать под ваши стандарты. Но мы не сломаны. Нас не надо исправлять. Мы выжили и изменились, и все, что вам нужно, это принять нас такими, какими мы стали. Но вы не можете. У вас не хватает сил, и вы называете нас сломанными, чтобы оправдать себя, свою несостоятельность. Вы — такие хорошие, правильные — взяли к себе сломанную игрушку и заботитесь о ней. Какие же вы жертвы приносите каждый раз! Как вам тяжело! Прощаете срывы, ошибки, что угодно, только бы не признаться, что вы не можете помочь, не способны на это. И признаться себе в этом и отпустить тоже не можете. — Ты не понимаешь! — уязвлённо воскликнула Элис, делая шаг вперёд. — Элис, — твёрдый голос Джаспера привлек внимание обеих. Кетрин нахмурилась, а Элис выглядела растерянной. — Поехали домой. Это была не просьба. Элис молча направилась к двери, за ней через несколько секунд последовал Джаспер, бросив последний взгляд на Кети. После хлопка входной двери она ещё какое-то время стояла неподвижно, а потом заставила себя заняться делами. Но её мысли занимал произошедший разговор, и она ждала, когда вернётся Джаспер, но он не приходил. «Естественно, он останется с женой. Интрижка раскрыта и закончена. Мужья не уходят от жен к любовницам. Тем более между нами даже не любовь, — просто секс. Он не станет терять семью ради ещё пары недель удовольствия». Как бы она себя ни успокаивала, Кетрин нужно было поставить точку, а без Джаспера это было невозможно. Но когда вечером он пробрался через окно, она меньше всего хотела вести с ним разговор. — Я уезжаю, — первое, что сказал вампир, смотря прямо ей в глаза. Сердце Кетрин пропустило удар, но она заставила себя спокойно стоять. — Один, без Элис. Не могу обещать, что мы еще когда-нибудь встретимся, но благодарен тебе за время, что мы вместе провели. Проблем с моей семьёй не будет, можешь об этом не переживать. Она заставила себя дышать ровно, не обращать внимание на сердце, которое билось в горле. Ей нужно было что-то сказать. Она не может просто молча стоять. — Хорошо, — немного хрипло ответила, радуясь, что её глаза сухие. — Тогда желаю счастливого пути. Слова пеплом осели на языке. Она сжала зубы, чтобы больше ничего не сказать. Она не может просить его остаться. Не имеет права. Она должна держаться. — Береги себя, — тихо произносит Джаспер, и через секунду его нет в комнате. Она смотрит на место, где только что он стоял, и не может пошевелиться. Он ушёл. Он попрощался. Конец. Мозг начинает осознавать, а тело начинает сотрясать дрожь. Она медленно опускается на пол, старается контролировать дыхание, но оно срывается, и она задыхается. Она остаётся на полу какое-то время, уговаривая себя пережить это. Просто переждать. Просто подождать, пока ночь закончится. Она обязательно справиться, ведь она не любила его. Не любила же?
