PDA / Публичные Проявления Привязанности

Малевола

      Малевола знала. Конечно, она знала.       Она была тем человеком, с которым Виктор разговаривал, обсуждая свои странные чувства, связанные с новым диспетчером. Приписывая это ощущение старой школьной влюбленности. Она была там, когда после целого утра, проведенного в роли ходячего зомби, Виктор вернулся в их квартиру с таким самодовольным видом, что это было почти пугающе.       — Так, так, кто-то потерял свои стервозные штанишки, — поддразнила Малевола, — Это может быть как-то связано с тем, почему тебя сегодня вообще не было в патруле? Роберт нам ничего не сказал.       — Это имеет прямое отношение к тому, почему я не был в патруле, — прокомментировал Виктор в ответ. Присаживаясь на стул за их барной стойкой возле кухни и ухмыляясь демонице.       — …И ты, естественно, не собираешься мне рассказывать, верно?       — Неа.       — Чувак, я думаю, что больше ненавижу самодовольного Сонара, хранящего секреты, чем грустного Сонара.       — Эй, сучка.       — Эй, сучка, и тебе самому. Если ты не собираешься мне рассказывать, то заткнись и дай мне подумать. — Демоница отставила пиво в сторону и наклонилась ближе. Прищурившись, она оглядела друга с ног до головы. — Что ж, ты выглядишь отдохнувшим. Ты сегодня спал?       — Да, но это не та причина, по которой я счастлив.       — Действительно… твоя последняя работа с криптовалютой принесла успех?       — Неа.       — Дела в твоём портфолио идут лучше.       — Неверно.       — Блядь чувак, ты можешь хотя бы намекнуть мне?       — И облегчить тебе задачу? Ага, конечно.       — Ты такой засранец.       — Ладно, один намёк, и я гарантирую, что ты поймёшь. — Виктор поднял руки, молчаливо давая понять Малеволе, чтобы та подождала, и сделал драматическую паузу. — …Роберт.       Глаза демоницы расширились. — Ох, бля… Ты с ним трахался?       — Нет, но близко к тому. Я поцеловал его, — улыбка Виктора исчезла, когда Малевола начала смеяться, — Что? В это трудно поверить?       — Нет! — Прохрипела Малевола. — Но ты же гарцуешь здесь, как какой-нибудь выставочный пони, светясь от радости из-за поцелуя? Я никогда не видела тебя таким возбуждённым, если только ты не потрахался по дешёвке.       Виктор, надувшись от смущения и досады, скрестил руки на груди. — Я думал, моя подруга будет рада узнать, что я каким-то образом нашёл свою любовь.       — О, перестань дуться. Я начала дразнить тебя после того дерьмового шоу, в котором ты пытался загнать себя до смерти. Но, если серьёзно, я действительно горжусь тобой, чувак.       — Спасибо, Мэл.       — Итак, расскажи мне все подробности! Как это произошло? Он хорошо целуется? Пожалуйста, скажи мне, что тебе, по крайней мере, удалось потрогать его зад.       Остаток того вечера Виктор вспоминал каждое событие в мельчайших подробностях. То, что произошло в раздевалке, их разговор, их поцелуй, и всё остальное. Малевола не смогла сдержать тёплой улыбки, наблюдая, как её друг практически тает от своих же слов. Она не упускала из виду, как смягчались черты лица Виктора, когда он произносил имя Роберта, или как его уши подёргивались от едва сдерживаемого ликования. Гибрид был в восторге, и на это было восхитительно смотреть.       Прошло некоторое время, прежде чем Роберт начал появляться в их квартире. Малевола не уверена, было ли это из-за того, что он нервничал перед встречей с ней после их «дружеской беседы». Или он просто старался не торопиться, потому что Малевола приняла его за такого человека. Тот, кто анализирует ситуацию, чтобы подумать о наилучшем исходе, прежде чем действовать. Но вскоре диспетчер стал чаще появляться в общем пространстве.       — Я чувствую, что тебе стоит просто переехать к нам, — сказала однажды Малевола, когда Роберт достал из холодильника ещё два напитка.       — Что, и я потеряю чувство независимости, оказавшись в дерьмовой квартире без кровати?       — …Подожди, у тебя нет кровати?       — Я дешёвка.       — Ты - смертный приговор своей пояснице. — Крикнул Виктор с дивана.       — Я прихожу сюда только для того, чтобы поспать на твоей кровати, я хочу, чтобы ты это знал, — парировал Роберт.       — Я не жалуюсь.       — Снимите комнату, вы двое.       — Да, это его комната.       — Ага, это моя!       Дело в том, что Малевола очень часто встречалась с Робертом после работы. Даже дошло до того, что Биф стал претендовать на участок в этом доме как на свой собственный. Что, чёрт возьми, да, это потрясающая привилегия для Малеволы. Виктор может забрать свою игрушку, а демоница получит собаку. По её мнению, это беспроигрышный вариант.       Но по какой-то причине ей никогда не приходило в голову, что в любой момент отношения между ними могут стать более интимными. Или, по крайней мере, она надеялась, что более напряжённые моменты будут в спальне Виктора, а не на диване. Ключевое слово здесь - «надеялась».       Малевола возвращалась после похода по магазинам и ужина в городе с Элис. Широко зевая, она прошла через портал в гостиную, ожидая, что окажется в тихой квартире. Когда Виктор и Роберт уже удалятся в спальню первого, а Биф поприветствует её очаровательным вилянием хвоста.       Чего она никак не ожидала, так это того, что в комнате было настолько темно, что человек едва мог что-либо разглядеть. Слабый свет не был для неё помехой, так как Малевола без проблем могла полностью рассмотреть основное помещение. А также о шоу, которое ей представляли, сами того не ведая, те двое, что сидели на диване.       В какой-то момент того вечера Роберт обнаружил, что сидит верхом на Викторе, крепко вцепившись руками в шерсть гибрида. Виктор, со своей стороны, держал одну руку на заднице диспетчера, а другой водил по покрытой шрамами груди, которые были видны из-за расстёгнутой рубашки Роберта. Оба были полностью поглощены своим поцелуем, явно не замечая, что происходит вокруг, а Малевола просто стояла там. Демоница едва могла разобрать тихие вздохи и отчаянные стоны.       — Чёрт. — произнесла Малевола в наступившей тишине.       Это испортило момент. Движения Роберта были такими дикими, что он чуть не упал назад, если бы не рука Виктора, которая всё ещё лежала у него на спине. Бледная кожа стала тёмно-красной, а мех Виктора от смущения встал дыбом. Две пары широко раскрытых глаз смотрели на Малеволу, как два подростка, которых родители застукали за тем, чего им делать не следовало.       — Б-блядь, Малевола, — наконец заговорил Виктор, — я-я думал, тебя не будет всю ночь.       — Нам завтра на работу, и я не хочу работать с похмельем… это ужасно. И я действительно хотела бы знать, что вы двое будете здесь слюной обмениваться.       — Я бы посоветовал повесить носок на дверь. Но я не думаю, что это будет эффективно, если ты сможешь просто войти через портал, — добавил Роберт, снова усаживаясь на колени к Виктору.       — Или вы двое могли бы просто ограничить своё сексуальное влечение рамками спальни. Как нормальные влюблённые идиоты. — Малевола помахала рукой, направляясь в свою комнату. Широко зевнув, она продолжила. — Ладно увидимся завтра. Просто постарайтесь, чтобы крики удовольствия были не слишком громкими. Не хочу беспокоить соседей.       Пара наблюдала, как Малевола вошла в свою комнату и закрыла дверь. Ещё некоторое время они были неподвижны, пока Роберт не прочистил горло.       — Нам действительно завтра на работу.       — Ты просто хочешь целоваться в постели.       — Тебя это расстраивает?       — …Нет, ни в коем случае, пойдём.

***

Фламбе

      То, что он гей, никак не характеризует Фламбе.       Фламбе - это бесспорно идеальное визуальное определение того, что значит быть геем. Он устанавливает планку. А не наоборот.       Не надо всё искажать.       Он не скрывался много лет, прежде чем стал злодеем, а после присоединился к программе «Феникс». Это означает, что его поведение было абсолютно идеальным, как и его умения, когда дело доходило до определения того, кто «кем» является в отношениях. Для Фламбе не имело значения, в какой части спектра кто-то, считает, что находился. Он мог определить это с первого взгляда. Но с уважением относился к тому, что другие могли пройти свой путь к самопознанию. Он был исправившимся злодеем, а не козлом.       Когда он впервые встретился с другими членами Команды «Z», то вместо того, чтобы слушать дурацкое видео «Добро пожаловать в семью СДС!», которое крутили на большом экране, Фламбе нашёл время осмотреть комнату. Взгляд скользил по каждому из его новых «товарищей по команде», и он делал вывод, прежде чем перейти к следующему.       Жуткая демоница: Определенно бисексуалка.       Начинающая артистка, которая была на удивление уравновешенной: Натуралка, но любопытная и умела подстраиваться.       Чёртова ходячая, говорящая строительная площадка: Асексуальный и аромантичный.       Блядский коротышка: Натурал.       Отверженная эмо: Натуралка, почти не интересующаяся ничем другим.       Невидистерва: Могла двигаться в любом направлении или даже по грёбаному кругу. Чёрт возьми, она была в отчаянии.       Бэтмен: …Подожди.       Фламбе едва сдерживался, чтобы не рассмеяться, не желая лишний раз привлекать к себе внимание. Ошеломлённый взгляд сузился на гибриде, сидевшем на два ряда впереди него. Этот бедный идиот пытался изобразить из себя натурала. Абсолютный натурал, без малейшего намёка на что-то иное. Но, чёрт возьми, у него это плохо получалось. Может быть, другие идиоты здесь и не могли этого сказать, но Фламбе был не просто каким-то обычным идиотом…       …Подождите, он имел в виду, что он не был идиотом. Он просто не был… Знаете что, он не собирался доводить эту мысль до конца, так что давайте двигаться дальше.       Что он хотел сказать, так это то, что он мог видеть под всеми слоями имиджа шикарного юриста, взгляд которого постоянно скользил по какой-то части коллег-женщин в его команде. Этот чувак был би, и очень сильно тяготел к мужчинам. Использование женщин как средство скрыть это и, без сомнения, попытаться утолить зуд, который просто никогда не бывал удовлетворён.       Фламбе решил, что причиной сокрытия предпочтений было давление семьи, которая требовала соблюдать приличия, что заставило бы парня-летучую мышь так серьёзно отнестись к своему выбору. Чрезмерная компенсации. Как печально. В конечном счёте, это не его проблема. Если летучая мышь хочет верить, что он натурал, чтобы почувствовать себя лучше, пусть будет так.       Он просто хотел, чтобы Сонару не приходилось ежесекундно объявлять, какой он «натурал». Серьёзно, почему так много внимания уделяется груди на каждом шагу? Не то чтобы Фламбе выставлял напоказ своё сексуальное влечение к третьей ноге, чтобы показать, какой он гей. Но, с другой стороны, он не пытался быть тем, кем не был. Фламбе выпендривался не для того, чтобы спрятаться, он выпендривался, чтобы его заметили.       Тем не менее, когда комментарии Сонара об области груди у женщины стали редкими, а потом вообще перестали подниматься, Фламбе заподозрил неладное. Это произошло слишком быстро, чтобы не иметь причины. И всё же создатель огня не мог понять, что именно могло произойти, чтобы заставить Сонара замолчать.       Он понял это только через несколько дней после внезапной «перемены», когда Фламбе и Сонар оказались в раздевалке в одно и то же время. Он проводил дополнительное время перед зеркалом, чтобы убедиться, что его нарисованные брови выглядят как можно естественнее. Он услышал, как зазвонил телефон, за которым быстро последовало шарканье ног человека, который, без сомнения, спешил ответить.       — Привет.       А, это была летучая мышь. Фламбе раздражённо фыркнул, намереваясь не обращать внимания на собеседника, пока заканчивал приводить себя в порядок. В данный момент он не мог беспокоиться о жизнях других людей.       — Да, я сейчас переодеваюсь. …О, блядь, да, я хочу поесть в ресторане! Куда? …Это немного дороговато, но ты того стоишь.       Стоп. В голосе Сонара послышались ласковые нотки. Пользователь огня сосредоточился на этом, внезапно заинтересовавшись происходящим.       — Какого чёрта ты хочешь сказать, говоря что платишь? Детка, у тебя даже матраса нет, как, чёрт возьми, ты собираешься платить? …Оо, копишь деньги для особых случаев? Я и не знал, что ужин в ресторане в обычный четверг считается чем-то особенным.       Фламбе слегка нахмурился, когда его собеседник внезапно замолчал. Он осторожно, насколько мог, подвинул дверцу шкафчика, чтобы в зеркале было видно большую часть комнаты за его спиной. Обнаружив Сонара у его шкафчика, гибрид так сильно вздыбил шерсть, что Фламбе подумал, что он похож на одуванчик. Сонар был взволнован, и, без сомнения, из-за того, кто был на другом конце провода.       — Чёрт, если ты продолжишь так со мной разговаривать, мы не доберёмся до ужина. …Эй, сон может стать последней наградой, как только я закончу с тобой.       Ну, чёрт возьми, если это не доказывает то, что Фламбе предполагал на протяжении всего разговора. В какой-то момент Сонар нашёл себе партнёра. Очевидно, кто-то, кто сделал гибрида счастливым, если судить по этой глупой улыбке.       — Да, я сейчас в раздевалке. …Нет, не жди меня, я заскочу к тебе позже.       Кем бы ни был этот человек, он работал в этом здании. Что, по мнению Фламбе, делало всё это намного лучше. Ничто не делает работу менее скучной, чем служебный роман.       — Увидимся позже. — Сонар повесил трубку, и Фламбе быстро подвинул дверцу своего шкафчика обратно, чтобы снова оказаться перед своим отражением.       Он услышал, как летучая мышь быстро переоделся, и через несколько секунд покинул помещение. После чего Фламбе в шоке уставился на своё отражение. Он просто не мог поверить, что из всех людей именно Сонар, похоже, завёл отношения. Причём здоровые отношения. Не был ли Фламбе немного раздражён? Конечно, но в конечном счёте он был рад, что гибрид немного успокоился. Или, по крайней мере, до такой степени, что ему не нужно было переживать из-за своей ориентации и делать это проблемой всех остальных.       Теперь встал вопрос о том, чтобы попытаться выяснить, с кем у Сонара роман. Что оказалось сложнее, чем он предполагал, поскольку Фламбе не был до конца уверен, в каком направлении всё движется. Нашёл ли Сонар женщину, которая была бы такой же порочной, как и он сам? Или он признал и смирился с тем, что у него сильная тяга к мужчинам?       Фламбе мучился над этим несколько дней, посвятив Призму в ситуацию, не в силах больше держать это в себе. Пользователь огня дважды проверил всех сотрудников в том офисе и не смог найти ответа. Это оставило его в плохом настроении.       Как он мог не знать, в кого влюбилась эта летучая мышь? Это сводило его с ума! Фламбе был так сосредоточен на том, чтобы разобраться в этом, что начал игнорировать окружающий мир. Используя все свои мозговые способности, чтобы разгадать эту тайну. Он практически начал натыкаться на предметы и людей, потому что ему просто не хотелось уступать дорогу.       — Давай, всего один поцелуй. Этого мне хватит до конца смены.       — Сонар, мы на работе.       Никогда в жизни Фламбе не приходилось так быстро крутить шеей. Ноги каким-то образом сами понесли его на кухню в здании СДС. Стоя в дверном проёме, он сфокусировал зрение и быстро осмотрел помещение. Сонар находился на противоположной стороне, в углу, загоняя кого-то в ловушку своим телом. Упомянутого человека, казалось, не беспокоило, насколько близко находился гибрид, его руки обхватывали гибрида.       Руки, которые казались подозрительно знакомыми…       — Боб-Боб? — Потрясённый голос Фламбе заставил их разойтись. Подтверждая, что это действительно был мистер Роберт Робертсон блядь Третий, который был зажат в углу. — Вы, блядь, издеваетесь надо мной?       — П-Привет, Фламбе, не слышал, как ты вошёл! — Пропищал Сонар, явно смущённый тем, что их застукали.       — Я рад, что ты наконец-то осознал свою сексуальность, мышонок, но трахаться с Робертом?       Услышав это, Сонар надулся, нахмурив брови в явном гневе, но сдержался, когда Роберт обхватил гибрида своей рукой. — Только потому, что ты упустил всю эту сексуальную привлекательность, это не значит, что ты можешь обижаться на других людей, получающих это право.       Фламбе усмехнулся. — Я просто шокирован, что кто-то нашёл тебя интересным, Роберт. Ты не самый первый мой выбор в качестве романтического партнёра.       — И ты не мой, так что, думаю, нам просто придётся смириться с тем, что у нас есть сейчас, — улыбнулся диспетчер. — Я знаю, что это так.       — Бля, это было мило. — Пробормотал Сонар.       — Спасибо, именно поэтому я это сказал.       — Не мог бы ты хотя бы поработать над своим внешним видом, Боб-Боб, — проворчал Фламбе, — рядом с Сонаром ты выглядишь ещё более бездомным.       — Эй, мне нравится его суровый вид. — Огрызнулся Сонар.       Роберт пожал плечами. — Кроме того, у меня нет денег на новую одежду или дорогие аксессуары.       — Я мог бы купить тебе что-нибудь.       — Я думал, тебе понравился мой суровый, бездомный вид?       — Ну, да, но я вроде как хочу посмотреть, как ты выглядишь с зачёсанными назад волосами. Это просто пойдёт тебе. И…       — Продолжай в том же духе, и у нас скоро будет новая проблема.       Решив, что в его раздражённом присутствии больше нет необходимости, Фламбе повернулся и вышел из кухни. Кипя от злости, он направился по коридору. Не уверен, был ли он расстроен из-за того, что не смог разобраться в этом сам, или из-за того, что из всех людей грёбаный Боб-Боб был самым привлекательным.       — Тебе нужно сходить с Робертом по магазинам, — сказал Фламбе Призме, объявляя о своём прибытии.       — И зачем, блядь, мне это делать? — Парировала певица.       — Потому что он встречается с Сонаром, и вид того, каким унылым выглядит Роберт рядом с этим человеком-летучей мышью, повергает меня в депрессию.       — …Ну, теперь у меня есть вопросы.

***

Призма

      Если и было что-то, что поддерживало Призму на плаву, так это драма. Было ли это вызвано ею самой, чем-то скандальным, что вызвало огромное возмущение, или просто она узнала о секрете, о котором никто не должен был знать, но она узнала. Именно это заставляло её просыпаться по утрам, зная, что её ждёт что-то интересное.       Недостатком этого, однако, были паузы, которые возникали между каждой каплей сплетен. Не каждая новая информация была пикантной. Что просто заставило Призму ждать, когда ей в руки попадут новые и более интересные истории.       Честно говоря, она была избалована, когда присоединилась к Команде «Z». Ей пришлось столкнуться с несколькими злодеями с прошлым, которым они не хотели делиться, и у которых была скрытая мотивация, почему они вдруг выбрали этот путь? Идеальное место, чтобы начать копать. Она не торопилась, потому что знала, что любой из этих угрюмых ублюдков может попытаться подставить её, если она будет слишком сильно давить на них поначалу. Но именно это и делало игру такой интересной.       Было довольно приятно удивиться, обнаружив родственную душу в лице Фламбе, который всегда готов был пустить пыль в глаза, если это означало, что время пролетит быстрее. Они обмениваются услышанным во время небольших перерывов между миссиями и во время обеда. Никогда после работы, потому что для работы нужно было оставаться на работе, а после работы можно было поворчать по-другому. В любом случае, с дневным раздражением было гораздо легче справляться, когда рядом с тобой был надёжный партнёр.       — Эй, а вот и он! — Призма просияла, когда Фламбе, наконец, вернулся в СДС, — Что-то долго тебя не было. Я уже с ума сходила от того, как долго ты заставил меня ждать. Что у тебя за настроение? Лично я со вчерашнего дня мечтаю о бургере и…       — Сонар с кем-то встречается.       Призма опустила визор и посмотрела на него, приподняв бровь. — Ещё раз?       — Ты меня слышала. У грёбаной летучей мыши есть пара.       — И как ты пришёл к такому выводу?       — Я понял, что что-то не так, когда он перестал так много говорить о сиськах.       — Знаешь, я тоже это заметила.       — А потом, прошлой ночью, в раздевалке, ему позвонили. И, Элис, клянусь могилой моего покойного дедушки, тон, который я услышал, был таким соблазнительным.       — Этого недостаточно, чтобы сказать, что он с кем-то встречается. — Нахмурилась Призма.       Фламбе только усмехнулся и наклонился ближе. — Обычно я бы поспорил с тобой на этот счёт, учитывая, о ком мы говорим. Потому что мы оба знаем, что «Сонар» и «соблазнительный» не сочетаются. Но на самом деле не это меня зацепило, а то, на что он намекал впоследствии.       — Что бы это могло быть?       — В одном из его заявлений был какой-то сексуальный подтекст. Очень жёсткий, если ты понимаешь, о чём я.       — Ооо, в этом я тебе доверяю, — Призма придвинулась ближе, — Итак, есть какие-нибудь предположения?       — Единственная важная зацепка, которая у меня есть, это то, что он определённо с кем-то встречается здесь, в этом филиале СДС.       Певица нетерпеливо выдохнула: — Заткнись! Это, блядь, идеально! На служебные романы всегда интересно смотреть. До тех пор, пока они не взорвутся, и это не будет общей проблемой, и не в весёлом ключе.       — Проблема в том, что я не могу понять, кто бы это мог быть.       — Это на тебя не похоже. Обычно ты можешь их вынюхать это, как ищейка.       — Теперь ты можешь понять моё раздражение.       — Ты подумал о каждом сотруднике в этом офисе? Дважды? И ничего?       — Ничего, и это меня бесит.       — Хорошо, я буду держать ухо востро и дам тебе знать, если замечу что-нибудь странное.       — Я знал, что могу на тебя положиться. Так, что ты там говорила насчёт бургеров на обед?       Даже согласившись помочь, Призме не пришлось долго ждать, чтобы узнать, с кем начал встречаться гибрид. Менее чем через два дня Фламбе подошёл к ней с выражением отвращения и досады, которого Призма раньше не замечала. Она едва успела открыть рот, как огневик опередил её.       — Тебе нужно сходить с Робертом по магазинам.       Призма нахмурилась, поджав губы. — И зачем, блядь, мне это делать?       — Потому что он встречается с Сонаром, и вид того, каким унылым выглядит Роберт рядом с этим человеком-летучей мышью, повергает меня в депрессию.       — …Ну, теперь у меня есть вопросы.       — Я только что видел их на кухне в комнате отдыха, — продолжил Фламбе, — они были очень игривы.       — Ты, кажется, немного расстроен этим. Что, Сонар тебя опередил?       — Да пошла… ты тоже?! Что я такого делаю, из-за чего кажется, что я хочу быть с грёбаным Боб-Бобом?       — Потому что ты напоминаешь мне навязчивого, но ненавистного бывшего, который никак не может расстаться с прошлым.       — Не могла бы ты, пожалуйста, помочь Роберту привести себя в порядок или что-то в этом роде. Я действительно не могу вынести, как ужасно он выглядит.       — Понятненько! — Призма рассмеялась. — Я заеду за ним после работы и проверю, соответствует ли он стандартам Сонара.       Фламбе нахмурился. — А как же мои стандарты?       — Сучка, ты с ним не встречаешься! Будь честным, блядь. Ты злишься, когда я критикую твоё отношение, а потом говоришь такое дерьмо. Реально, что с тобой не так?       — Я должен был попросить кого-нибудь другого.       — Как будто кто-то стал бы мириться с твоим отношением. Скройся и дай мне разобраться с этим.       Во время дневной смены Призма почти не обращала внимания на происходящее. Её мысли были больше сосредоточены на том, куда она поведёт Роберта, а не на том, что она делает для своей работы. Двигаться в удобном темпе она могла только в паре с кем-то другим. Даже тогда ей было всё равно, кому бить зубы, заставляя сосредоточиться. Что привело к небольшой катастрофе, когда она и Сонар отправились на задание вместе.       — Итак, урок усвоен, — усталым голосом произнесла Призма, когда они вернулись в СДС. Певица выглядела гораздо лучше, чем потрёпанный гибрид. — Силы света и зеркала на самом деле плохо сочетаются, и их использование может навредить всем, кто находится поблизости.       — Хотел бы я, чтобы ты знала об этом до того, как я оказался заперт в маленьком вольере. У меня болят такие места, о которых я и не думал, что они могут болеть, — проворчал Сонар.       — По крайней мере, на этом смена закончилась! Прости, Сонар, правда, в следующий раз будет лучше. — Призма помахала собеседнику, когда Сонар направилась в медпункт, а сама направилась в диспетчерскую. Конечно, ей было плохо. Но она не была медсестрой, и, без сомнения, Сонар почувствует себя намного лучше после того, как она приведёт Роберта в порядок.       Этот план рухнул, когда Призма увидела, что Роберт уже ушёл. Или, по крайней мере, его стол был пуст, поскольку Чейз всё ещё играл с Бифом, а пёс уходил только тогда, когда это делал его хозяин.       — Где Робертсон? — Спросила Призма.       — А что? Ты собираешься попытаться ослепить и его тоже? — Фыркнул Чейз, не поднимая на неё глаз.       — Мне нужно поговорить с ним о чём-то важном, я не могу ждать. Так где он?       — Насколько я знаю, он направлялся в медицинское крыло. Поищи там, если тебе так уж не терпится с ним поговорить. У меня есть другие поводы для беспокойства.       — Неважно… — Призма немного почесала за ухом Бифа, прежде чем её шлёпнули по рукам. Уходя, певица послала воздушный поцелуй недовольному Чейзу.       Не имея никаких других зацепок, Призма направилась в медицинское крыло. Немного расстроенная из-за потерянного времени, так как она могла бы просто последовать за Сонаром, пока тот её пилит. Теперь она будет выглядеть как безразличная задница по отношению к своему товарищу по команде, позволив ему идти одному. Как бы то ни было, с этой проблемой нужно разобраться, если она действительно возникла.       Было довольно оживлённо, очевидно, она и Сонар не единственные кому не повезло с последней задачей. Призма проходила комнату за комнатой, в каждой из которых находилось по меньшей мере два человека. Но ни один из них не был тем, кого она на самом деле искала.       — Ой! Ты же сказал, что будешь считать!       — На самом деле, так даже хуже, поверь мне.       Призма замедлила шаг, услышав голоса Сонара и Роберта. Интересно было подглядывать, зная, что они находятся в комнате наедине. Пришло время проверить, прав ли был Фламбе. Не то чтобы она не доверяла собеседнику, но лучше увидеть всё своими глазами, чтобы убедиться в этом. Поэтому она спряталась за углом, как могла, и заглянула внутрь.       Сонар сидел на медицинской койке. Он был полностью раздет, демонстрируя все порезы и синяки, которые получил в своём отчаянном стремлении к свободе. Некоторые порезы уже были перевязаны, и Роберт промыл и перевязал каждый из них. Внимание Сонара было приковано к Роберту, в то время как диспетчер был необычайно сосредоточен на текущей задаче. Что-то, на что обратили внимание и Призма, и гибрид.       — Эй… ты в порядке? — Тихо спросил Сонар.       — И это говорит человек, похожий на помятый фрукт, — ответил Роберт. — Я в порядке. Я… просто хочу, чтобы ты привёл себя в порядок и как можно скорее вернулся домой.       — О каком доме мы говорим?       — …О твоём, я надеюсь.       — Ты же знаешь, что мы рады видеть тебя в любое время.       Роберт только кивнул, его брови нахмурились ещё больше, а руки начали дрожать. — Блядь, извини, я почти закончил.       — Серьёзно, что случилось? — Сонар нежно взял Роберта за руки и притянул к себе, диспетчер, не теряя времени, наклонился к нему.       — Это прозвучит глупо.       — Я в этом сомневаюсь. Но если это так, я посмеюсь над этим и скажу тебе, насколько глупо ты себя ведёшь.       — К сожалению, это не помогает.       — Извини, я просто пытаюсь поднять настроение. — Роберт вздохнул и, высвободив свои руки из рук Сонара, обнял гибрида. Сонар, следуя за ним, своими руками притянул диспетчера ближе, его уши слегка поникли, — Роберт…       — Я был чертовски напуган, — быстро сказал Роберт, — Это… совсем не так, как когда я в поле. Всё, что я могу сейчас сделать, это сидеть сложа руки, наблюдать и просто… надеяться, что всё будет хорошо. И это самое ужасное чувство в мире. Потому что, если что-то пойдёт не так, я не смогу быть рядом, чтобы помочь.       — Эй, я понимаю. Паршиво оказаться в таком положении. Но всё обошлось, я в порядке! По крайней мере, я вернулся целым и невредимым.       — Тебе так же повезёт в следующий раз?       — Да, я снова вернусь. Потому что я уверен, что Команда «Z» разнесёт всё на части, чтобы все были в безопасности. И у меня такое чувство, что ты сможешь пожать руку лучшим из них. — Сонар ухмыльнулся, услышав, как Роберт фыркнул. Призма видела, как он выпячивал грудь, когда драматично продолжил. — Ты представляешь, как было бы чертовски здорово это увидеть? Ты в одиночку избиваешь любого, кто осмелился встать у тебя на пути? Блядь… возможно, тебе придётся заняться чем-то ещё, прежде чем мы уйдём.       Роберт искренне рассмеялся. Он был негромким, Призма едва могла его расслышать, но она могла сказать, что диспетчер был счастлив. Роберт слегка откинулся назад, чтобы как следует рассмотреть Сонара, на его лице играла тёплая улыбка. — Думаешь, это было бы круто?       — Ты что, шутишь? Я прямо вижу, как ты валишь людей, залитых кровью, как идиоты бегут спасая свои шкуры от Большого Злого Боберта… Я только что придумал свою новую эротическую фантазию.       — Может, прекратишь нести подобную чушь?       — Ты продолжаешь смеяться, за что ты на меня злишься? — Сонар рассмеялся вместе с Робертом, прижавшись лбами друг к другу.       В конце концов Роберт успокоился настолько, что снова посмотрел Сонару в глаза, мягко улыбаясь. — Это прозвучит глупо… но возвращайся целым и невредимым. Хорошо?       — Да, никаких проблем.       — Хорошо. — С этими словами Роберт сократил дистанцию и крепко поцеловал Сонара, оба закрыли глаза и погрузились в тишину.       Восприняв это как намёк на то, что пора уходить, Призма тихо развернулась и пошла прочь. На её лице играла улыбка, когда она планировала на следующий день сходить с Робертом за покупками. Не то чтобы она думала, что ему что-то нужно. Этот диспетчер как-то нехорошо обвёл вокруг пальца эту летучую мышь. И это было так чертовски мило.

***

Чейз

      Он должен был догадаться о том, что что-то происходит, гораздо раньше. Честно говоря, Чейз не был рядом с ребёнком 15 лет. За это время характер и привычки Роберта могут кардинально измениться, а Роберт был вынужден повзрослеть слишком быстро. С такой травмой это коснулось бы любого.       Тем не менее, было нелегко узнать о таких больших переменах в Роберте. Чейз уже был впечатлён тем, как хорошо тот со всем справлялся. От необходимости возглавлять и контролировать группу «исправившихся» злодеев до увольнения одного из них, потому что начальство было такими грёбаными идиотами, до неудач при каждом испытании нового костюма. За последние несколько недель парню пришлось со многим столкнуться. Однако Роберта, похоже, это не слишком беспокоило, постоянные перемены, возможно, помогали ему сохранять хладнокровие. Это отвлекало его, пока он ждал возвращения к «нормальной жизни».       В то время Чейз наблюдал (довольно неохотно), как Команда «Z» начала сближаться с Робертом. Они всё ещё были мудаками, и Чейзу хотелось, чтобы они просто выполняли свою грёбаную работу. Он думал, что после ухода Купе они поймут, что им нужно держать себя в руках, но неважно. Суть в том, что между Командой «Z» и их диспетчером начали складываться какие-то реальные отношения. Чейзу не хотелось бы называть это какой-то семейной чепухой, но это довольно точно соответствовало тому, что он видел.       Роберт и Невидива всегда обменивались шутками, когда вместе входили в здание. Громила всё время вытаскивал бедного парня на ринг, чтобы посмотреть, из чего на самом деле сделан Роберт, как будто злодей знал, что за формой зубочистки что-то скрывается. Голем был тем, к кому Роберт мог обратиться, когда ему нужно было побыть в тишине, зная, что конструкт не из тех, с кем можно перекинуться парой слов без необходимости. Иногда к ним присоединялся Водобой, не забывая принести ведро, чтобы его вода и форма Голема случайно не смешались. Призма пригласила Роберта присоединиться к ней и Фламбе за ланчем, на что пользователь огня отреагировал несколько неохотно, но особо не сопротивлялся. Порталы Малеволы стали появляться чаще, а вместе с ними и маленькие угощения, которые появлялись на столе Роберта.       И Сонар…       Чейзу было труднее понять гибрида, чем он думал. Поначалу Сонара было легко разгадать. Наркоман, который использовал любую возможность поговорить о сиськах, упоминал употребление наркотиков или тот факт, что он учился и окончил Гарвард. Надоедливый придурок, чей монотонный голос вызывал у Чейза желание швырнуть наушники через всю комнату, чтобы больше никогда его не слышать. И вот настал день, когда Малевола практически потребовала, чтобы Роберт перестал отправлять Сонара на многочисленные задания. И Чейзу пришлось сказать этому грёбаному идиоту, что, как их боссу, ему нужно проверить свою команду.       Что бы ни произошло в той раздевалке, для Чейза это до сих пор остаётся загадкой. Сколько бы раз он ни спрашивал Роберта, что же на самом деле произошло, он просто отвечал: — Не могу сказать, это конфиденциальная информация. Просто знай, что всё получилось и… мы с Сонаром по-новому понимаем друг друга.       Глаза Чейза сузились, когда он заметил, что бледная кожа Роберта внезапно слегка покраснела. Что бы ни случилось, это кардинально изменило характер гибрида. Сонар по-прежнему мог разговаривать без умолку. Но теперь его разговоры сводились к тому, чтобы рассмешить Роберта или просто разговорить диспетчера. Если другие члены Команды «Z» и заметили это, они ничего не сказали. Каждый раз волосы на затылке Чейза вставали дыбом, когда он слышал, как эти двое общаются. Старая привычка из его героических дней, когда его тело пыталось предупредить его о чём-то.       Думал ли он, что Сонар попытается навредить Роберту? Нет, не совсем. Конечно, Сонар - злодей, пытающийся в какой-то степени обелить своё имя, и, похоже, Роберт ему понравился. В целом, попытка нападения стала бы огромным шагом назад для гибрида. Это всё равно не меняло того факта, что Чейз защищал Роберта. И прекрасно понимал, что если этот ублюдок-летучая мышь сделает что-нибудь, чтобы навредить Роберту, никто никогда не найдёт даже его тела. Всё просто.       День выдался неспешным, за что Чейз был благодарен судьбе, так как мог потратить время на бумажную работу и подарить Бифу столь необходимую любовь. Потому что собака не должна оставаться без внимания дольше 5 минут, и даже такой перерыв у домашнего животного давил на него. Несмотря на то, что Чейз был «занят», он всё равно находил время, чтобы поскучать. На улице шёл дождь, а это означало, что людям было не на что смотреть. В офисе было тихо, обед только что закончился, а это означало, что большая часть здания была пуста.       Чейзу казалось, что каждая секунда тянется медленнее, чем предыдущая, и это сводило его с ума.       — Может, ты перестанешь говорить такие вещи? Ты знаешь, что за нами всё ещё следят. …Нет, я не буду переключаться на свой телефон. Я не думаю, что это выглядело бы профессионально, если бы я должен был постоянно смотреть на экран. …Или ты мог бы следить за тем, что говоришь, мистер выпускник Гарварда.       Внимание Чейза было приковано к разговору Роберта о чём-то, что явно не было полностью связано с работой. Сразу же обратив внимание, что в его тоне не было раздражения или усталости. Но забота и мягкость. Переключившись на канал Роберта, бывший герой заметил, что это всего лишь канал связи между младшим героем и Сонаром. Любопытство взяло верх, и Чейз молча включил наушники, чтобы послушать, что происходит.       — …что мне действительно нужно больше времени проводить в постели. Особенно в такие дни, как этот. Ты знаешь, как прекрасно звучит шум дождя в моей спальне? Природа, несомненно, может создать симфонию, если предоставить ей пространство. — Раздался голос Сонара, и Чейз уловил знакомое самодовольство.       — Довольно поэтично. Несмотря на то, что ты так сильно хотел остаться дома, «только потому, что идёт дождь», это не очень хорошее оправдание, — возразил Роберт. — Я удивлён, что ты не хочешь выпить кофе прямо сейчас. Ты рядом с тем кафе, которое тебе нравится.       — Ох, чёрт, ты прав.       — Как ты мог этого не знать?       — Я уверен, ты знаешь, что смотреть вниз на городские улицы - это совсем не то же самое, что ходить по ним. Перспектива и то, чего нет, делает это совершенно другим.       — И всё же здания и достопримечательности никогда не меняются. Как странно.       — Если ты будешь продолжать в том же духе, я не куплю тебе пирожных.       — Ты намеренно отказываешь мне в ежедневной порции глазированных пирожных? Ты утверждал, что пирожные в кафе вкуснее, чем в «у бабушки», а я ещё ни одного не пробовал.       — Что ж, выкручивай мне руку, почему бы и нет. Я принесу тебе пирожное и кофе и вернусь раньше, чем ты успеешь оглянуться.       Чейз услышал, как они рассмеялись, прежде чем на линии воцарилась тишина. «Старший» диспетчер уже собирался что-то сказать, когда Сонар нарушил тишину.       — Я не шучу, когда говорю, что дождь в моей постели звучит потрясающе.       Стул Роберта заскрипел, Чейз не мог понять, означало ли это, что он наклонился вперед или откинулся назад. — Я полагаю, это было приглашение на сегодняшний вечер?       — Роберт, ты знаешь, что тебе всегда рады, я не знаю, сколько раз мне или Малеволе нужно это повторять. …Я начинаю немного прихварывать от этой идеи.       — От какой идеи?       — Сегодня пятница, дождь будет идти всю ночь… Я не знаю. Может быть, было бы неплохо, если бы мы просто легли в постель и… расслабились. Ты, я и Биф. Абсолютно ничего не делать, может быть, послушать музыку или шоу на заднем плане и просто расслабиться.       — …Мне бы этого хотелось.       — Да, чёрт возьми! Я возьму любую еду, какую ты захочешь, назови мне 10 своих любимых закусок.       — 10? Боже, ты что, собираешься держать меня взаперти в этой постели все выходные?       — Ух, да, если я смогу тебя убедить.       — Что ж, закуски - неплохое начало для моей выгодной сделки. Что ещё у тебя есть?       — Мне нужно что-то большее, чтобы убедить тебя провести со мной время?       — Нет, просто пытаюсь понять, что ещё я могу из тебя выжать.       — Охохо, мы пытаемся играть по системе, да? Мне нравится твой образ мыслей, ты ведёшь себя как настоящий выпускник Гарварда.       — Я очень сомневаюсь, что смог бы выжить в колледже. Но спасибо за слова поддержки.       — Не за что. А теперь перекусим? У меня есть кое-что на примете, много блюд с кремовой начинкой, если ты понимаешь, о чём я говорю…       — Эй, идиоты, — вмешался Чейз. Получая удовольствие от того, что услышал какой-то панический ответ от идиота рядом с ним и от идиота на экране. — Должен ли я напомнить вам, ублюдки, что эти обсуждения всегда записываются и отслеживаются. Держите свои дерьмовые любовные истории при себе и избавьте нас от этой херни.       — Верно, извини, верно. Боберт, босс, я буду… Я напишу тебе позже.       — Да, звучит неплохо. — Роберт слабо ответил, его голос звучал приглушённо.       Когда связь прервалась, Чейз отложил наушники в сторону и встал, чтобы выглянуть из-за стены. Роберт сидел в кресле, закрыв лицо руками, а его уши были густо-красными.       — Ты ходячий кошмар для отдела кадров, ты ведь знаешь это, верно? — Начал Чейз, стараясь не получать слишком большого удовольствия от того, что молодой человек корчится. — Серьёзно, о чём ты думал? Или это твоя вторая голова думала за тебя?       — Чейз! — Прошипел Роберт, вскидывая голову и свирепо глядя на собеседника.       — Не злись на меня, грёбаный идиот. Ты должен понимать, что играешь в опасную игру, к тому же с мошенником.       — Что ж, я стараюсь не судить по прошлым ошибкам, большое тебе спасибо.       — Послушай, парень, я всего лишь хочу сказать, что… Если этот трах с летучей мышью делает тебя счастливым, отлично. Тебе больше власти. Но не снимай штаны на работе. Продолжай вести подобные разговоры по телефону. И если он причинит тебе какую-либо боль, я заставлю его пожалеть об этом.       — …Спасибо, Чейз.       — Люблю тебя, малыш.       — Я тоже тебя люблю, дядя.       — И, пожалуйста, не забывай об этом на работе. Чем меньше колбасы я увижу, тем лучше.       — Блядь, Чейз!

***

Ройд

      От Ройда мало что ускользало. Это был обоюдоострый навык, его интеллект позволял ему наблюдать и получать много информации. В большинстве случаев эта информация была необходима для решения проблем и поиска пути к наилучшим результатам. Тем не менее, был тот небольшой процент, который был сосредоточен на… как это назвал Чейз? Мыльная опера, драматическая чепуха? Да, это было похоже на правду. На то, на что у Ройда на самом деле не было ни времени, ни сил обращать внимание.       Хотя новость о Мехамене была ошеломляющей во многих отношениях, Ройд был на седьмом небе от счастья, когда ему сказали, что он его починит. Костюм. Предмет, который он мечтал изучить с момента прибытия на материк. Вместе с этим появилась информация о том, кто был текущим владельцем и оператором.       Он знал, что Роберт Робертсон Третий некоторое время находился в коме. Но Ройд был более чем шокирован, увидев, каким тощим был его напарник. И маленьким. Ему казалось, что он может раздавить героя одной рукой, если не будет осторожен. Это не означало, что Роберт был для него помехой. Ройд мог это понять. Нельзя стать героем только потому, что у тебя шикарное снаряжение, в тебе должно быть что-то безумное. И Роберт обладал этим в полной мере. Всё это было спрятано и скрывалось за маской безразличия.       Независимо от его внешности, Ройд очень уважал Роберта. Нынешний Мехамен руководил этим шоу уже 15 лет. Сам по себе. Поддерживал костюм с помощью липкой ленты и молитвы, но у него всегда получалось. Заметьте, до тех пор, пока удача не отвернулась от него, но это не означало, что Роберт был некомпетентен. Даже если Ройд и был более опытным из них двоих, Роберт знал эту машину как свои пять пальцев. Он мог мгновенно указать на любое смещение и потерю детали.       Было ясно, что Роберт посвятил свою жизнь Мехамену и ничему другому.       И хотя это было достойно восхищения, в то же время это было немного… грустным.       В конце концов Ройд задумался, не связана ли скучающая и монотонная личность с сохранением хладнокровия. Но, лично ему казалось, что дело в том, чтобы держать людей на расстоянии. Ходить в одиночку - отстой, но это, возможно, было бы легче, чем знать, что люди с тревогой ждут твоего возвращения в целости и сохранности.       — Смерть отца ударила по нему больше, чем он хотел бы признать, — сказал Чейз Ройду однажды за чашкой кофе в офисе. — Группа героев распалась, потому что один из них стал слишком зацикленным на себе, и это стоило Роберту всего, в чём он находил безопасность. Больно думать, что он пришёл к выводу, что одиночество более безопасно… Я действительно жалею, что не приложил больше усилий.       — Ты сделал всё, что мог. — Попытался утешить его Ройд.       — Но этого было недостаточно… в конечном счёте, это ничего не значило. Мы действительно просто оставили ребёнка одного, потому что взрослые не смогли справиться со своими эмоциями.       Ройду никогда не нравились подобные разговоры. Потому что, в конечном счёте, это означало, что решения не было, и эти проблемы всегда занимали его мысли, что бы он ни делал. Он хорошо разбирался в машинах, а не в эмоциях. Он не был ослом. Если кому-то нужно было выплакаться в жилетку или выговориться кому-то, кому можно было бы просто доверять, Ройд с радостью согласился бы на эту роль. Но осознание того, что он ничем не может помочь, только усугубляло его отношение ко всему происходящему.       Какой от него был толк, если он не мог решить проблему?       …Возможно, это тема, которую он обсудит с психотерапевтом.       Ройд отвлёкся от своих воспоминаний, когда звякнул лифт, возвещая о прибытии в его мастерскую. Он тяжело вздохнул и повёл плечами, пытаясь сосредоточиться. Невозможно быть в плохом настроении, если пытаешься что-то решить. Он просматривал список на своём телефоне, когда услышал голоса, доносящиеся из комнаты. Ройд замер, прислушиваясь, на мгновение испугавшись, что кто-то взломал дверь.       — Ты олицетворяешь надежду. Ситуация, когда у тебя нет способностей, но ты знаешь, как надрать задницу - это одна из причин, по которой люди тебя обожают. Ты обычный человек, меняющий мир к лучшему. Нормальные люди общаются с нормальными, или что-то в этом роде.       — Я пытался добиться перемен… и это была Калифорния. Сомневаюсь, что люди из Японии знают, кто я такой.       — Точка зрения остается в силе, ты поднимаешь большую волну…       — В прошлом, может быть, я и создавал большую волну… больше нет.       Нахмурившись, Ройд подошёл поближе, заглядывая в просторную комнату через окно. Он обнаружил Роберта и Сонара, занимающих помещение. На витрине был представлен виртуальный чертёж, который он сделал для нового костюма Роберта. Тот, который всё ещё был в разобранном виде из-за неудачного последнего пробного запуска. Внимание Роберта было приковано к изображению, на его лице застыло выражение потери. Он совершенно не обращал внимания на то, что Сонар смотрит на него. Лицо гибрида исказилось от беспокойства.       — Роберт… ты всё ещё добиваешься больших успехов. Сомневаюсь, что Блонди Блейзер стала бы оспаривать этот факт. Ты очень помог Команде «Z», теперь мы скорее единое целое. Даже похожи на настоящую команду.       — Ты не понимаешь, так не должно быть.       Сонар нахмурился ещё сильнее, делая ещё один шаг к герою. — О чём ты говоришь?       — Костюм…       — …Развалился на части, и я знаю, что это не тот результат, с которым ты хотел бы работать прямо сейчас, но…       — Это то, что мне говорили делать всю мою жизнь… единственное, что я должен делать. Мехамен - это всё, что у меня было так долго, что я не знаю, как буду функционировать без него. Я… не должен. Если бы эта работа… если бы Блонди Блейзер не предложила… Не думаю, что я был бы сейчас здесь, и это немного пугает.       Сонар потянулся к Роберту и нежно взял его за руку, заставив героя, наконец, посмотреть на него. — Не говори такого дерьма. Это не смешно.       — Это не смешно, потому что это не шутка. Я… не должен был быть здесь, я должен был умереть в этом костюме. Это должно было случиться со мной…       — Прекрати, блядь, так говорить.       — Это моё наследие, Виктор. Я не спасаю людей, не делаю себе имя, даже не становлюсь самим собой, я продолжаю наследие, отдавая свою жизнь имени Мехамена.       — И что, раз у тебя нет костюма, значит, тебе наплевать на людей? Тебе плевать на Чейза, или на Блонди Блейзер, или на Бифа, или на Команду «Z»? …Тебе плевать на меня?       Это вернуло жизнь глазам Роберта, остекленелость исчезла, когда он моргнул. — Нет, я забочусь о тебе, я забочусь обо всех. Мне нравится быть героем и помогать людям. Но… Я не смогу им быть, если у меня не будет костюма, и если у меня не будет костюма… что я должен делать?       — Ты продолжишь быть нашим диспетчером и помогать нам становиться лучше. Гражданские лица - не единственные, кого нужно спасать.       — Всё не так просто.       — По-моему, это звучит блядски просто.       — Виктор…       — Что я могу сделать, чтобы убедить тебя в том, что тебе нужно быть здесь? Ты здесь так же важен, как и тогда, когда летал на этой груде металла. Я имею в виду, чёрт возьми, если хорошенько подумать, то это просто увеличенная версия тебя. Костюм не сделал тебя Мехаменом, это сделал ты сам. Ты всё ещё герой… просто герой с кабинетной работой.       — …Странно слышать от тебя мотивирующую речь.       — Я посмотрел несколько видео об этом, не буду врать.       Роберт фыркнул. Позволив заключить себя в мягкие объятия, он закрыл глаза и расслабился в объятиях гибрида. — Спасибо.       — В любое время… и я не сомневаюсь, что Ройд всё исправит в кратчайшие сроки. Он умён, ему попадалось куда более странное и сломанное, и это снова работало. Я верю в него.       — Я тоже верю.       — Хорошо… — Зная, что Роберт его не видит, Сонар перестал улыбаться. На его лице отразились страх и беспокойство, внезапно навалившиеся на него после этого разговора. — Эй, Роберт.       — Да?       — Я официально откажусь от всех известных человечеству психоактивных веществ… если ты пообещаешь, что всегда будешь обращаться ко мне, если снова почувствуешь подобное.       — …Да… я могу это сделать.       — Обещаешь?       — Обещаю.       Ройд отступил на несколько шагов от окна. Опираясь на стену позади себя, он уставился в потолок. Какого бы разговора он ни ожидал, но только не такого, и он не был уверен, что чувствует по этому поводу. Через несколько секунд Ройд покачал головой и направился обратно к лифту. Уже разрабатывая план разговора с Блонди Блейзер и Чейзом о нескольких вещах, связанных с новым диспетчером.       Может, он и не знает, как это исправить, но, по крайней мере, у Ройда были люди, на которых он мог положиться.       И Роберт тоже.

***

Громила

      Послушайте, на самом деле он не хотел этого говорить. Особенно после того, как Роберту пришла в голову блестящая идея исключить Купе из команды. Но Громила вынужден был признать, что новый диспетчер начал ему немного нравиться. В некотором раздражающем, но милом смысле. Что-то вроде привязанности, которую старший брат испытывает к младшему. Менталитет «я надеру задницу любому, кто будет к тебе приставать», который сочетается с «я превращу твою жизнь в ад, если будешь надоедать».       Честно говоря, это было довольно забавно.       Это не изменило того факта, что он всё ещё переживал из-за потери важного для него человека. Громила, которому удалось «отомстить» Роберту, теперь должен был найти другие способы выплеснуть своё разочарование. Что означало больше времени в спортзале, и он не собирался жаловаться на это. На бумаге это выглядело бы лучше, если бы Громила демонстрировал свою силу с помощью разрушенных тренажеров, а не изувеченных тел.       В те времена, когда он пользовался тренажерным залом СДС, Громила был удивлён и немного предвкушал встречу с Робертом там. Сначала его план действий состоял в том, чтобы придумать, как «любезно» пригласить соперника на матч в спарринг-зоне, чтобы «честно» надрать ему задницу. Ещё один план, как отомстить за Купе - выбить всё дерьмо из диспетчера под видом тренировки. Только для того, чтобы полностью забыть об этом, когда он увидел, как быстро тот движется возле боксёрской груши. Силачу пришлось нарушить молчание, когда он попросил Роберта провести спарринг. Не для того, чтобы унизить, а из чистого любопытства.       Громила никогда не был так рад видеть, насколько решительным был этот нормал. Роберт не просто принял удар на себя. Он принял его, накопил энергию и вернул её своим собственным ударом. То, чего ему не хватало в силе, он компенсировал упорством и скоростью. Он даже начал называть Роберта комаром из-за того, что нормал, дёргаясь туда-сюда, казалось, был везде. Роберт не был настоящим фанатом этого, но со временем привык к этому. Во всяком случае, он понимал, что манера Громилы быть милым сильно отличается от других.       Их спарринги стали проводиться еженедельно, в основном ближе к концу рабочего дня, что помогало поддерживать динамику. В конце концов, Роберт привёл Сонара с собой однажды вечером после работы и объяснил, что гибрид попросил помощи в «боевом» отделе.       — Я думал, ты просто мозг группы? — Заявил Громила после объяснения Роберта.       При этих словах мех Сонара слегка вздыбился, гибрид скрестил руки на груди. — Ну… да, я всё ещё собираюсь полагаться на то, что у меня между ушами. Но я не сторонник того, что по-настоящему «сражаться» я могу только в своей форме монстра.       — Ты сказал, что перестанешь её так называть. — Роберт нахмурился.       — Я не знаю, как ещё это назвать. — Пробормотал Сонар в ответ.       Громила переводил взгляд с одного на другого, пока они обменивались взглядами. Прищурив глаза, он пытался понять, что именно упускает. Но беспокойство по этому поводу быстро исчезло, когда Громила просто вернулся к тому факту, что у него будет два спарринг-партнёра. Один из них был довольно новым для них, и это делало всё ещё более захватывающим. — Рад, что ты у нас на борту, парень! Другой боец в команде - это именно то, что нам нужно!       — Я в этом не уверен, — слабо возразил Роберт, — Но я тоже не против этого. Если бы у тебя было больше способностей защитить себя, я бы чувствовал себя лучше.       С тех пор стало обычным делом видеть их троих в филиале СДС после работы. Они по очереди провели несколько раундов один на один, прежде чем закончить тренировку дракой «на полную катушку», в ходе которой все они изо всех сил старались остаться на ногах последними. Либо Громила побеждал благодаря своей силе, либо Роберт благодаря своей выносливости. Сонар воспринял всё это спокойно, устно признав, что ему ещё предстоит пройти долгий путь, прежде чем одержать победу над кем-либо из них. Это было то, чем Громила восхитился и о чём рассказал гибриду.       — Ты не выбираешь короткий путь, — сказал он Сонару однажды вечером, — это самое главное.       Гибрид только улыбнулся в ответ.       Рутина стала тем, что поддерживало мотивацию Громилы. До такой степени, что он решил, что ему нужно больше заниматься силовыми тренировками для себя. Чтобы убедиться, что его тело всё ещё может выдержать больше, чем у среднестатистического человека. Итак, в один из случайных вторников Громила вылез из постели, задаваясь вопросом, какого чёрта он это делает, и покинул свою маленькую квартирку. Добравшись до станции метро СДС после довольно спокойной поездки на работу. Когда он входил, то совершенно не заметил единственной машины на стоянке.       Громила, направляясь в спортзал, обдумывал, какой из подходов он хотел бы отработать в первую очередь, когда его размышления были прерваны неожиданным шумом. Но он был ему очень хорошо знаком. Кто-то уже был там и использовал боксёрскую грушу. Хотя он и не мог видеть, Громила мог сказать по случайным и довольно безумным звукам, что тот, кто был там, на самом деле не был техничным. Он просто атаковал так сильно и быстро, как только мог.       Обеспокоенный тем, что, кто бы это ни был, он мог причинить себе вред, Громила ускорил шаг. Войдя в спортзал, он услышал яростный крик, эхом разнёсшийся по залу. Это заставило силача остановиться, быстро решив, что ему нужно посмотреть, что происходит, прежде чем он действительно вмешается. Заглянув в комнату, он обнаружил Сонара. Одного. Руки были перевязаны, но на них виднелись явные повреждения, так как ткань медленно краснела. Фигура сгорбилась, когда гибрид уставился на боксёрскую грушу.       Громила собирался спросить, всё ли в порядке с Сонаром, когда гибрид издал ещё один крик. Который был полон гнева, боли и разочарования. Его форма изменилась, когда он снова атаковал боксёрскую грушу уже в форме летучей мыши. Больше не нанося ударов. Он просто бросался, рвал и кусал, пока от неё не остались только обрывки и кучка песка. Красные глаза уставились на разрушения, пока Сонар тяжело дышал.       Возможно, это было не лучшее время для его появления. Решив, что он не в состоянии справиться с такой ситуацией и что ему нужно уходить, пока не стало ещё хуже, он сделал шаг назад. Только для того, чтобы его план побега быстро провалился, когда Сонар внезапно повернул голову. Но не в сторону Громилы, а к другому входу. Они оба, затаив дыхание, наблюдали, как приближался звук шагов.       В следующий момент появился Биф, высунув язык и направляясь прямо к летучей мыши. Сонар тихонько заскулил и метнулся в самый дальний угол. Стараясь стать как можно меньше, что не помешало Бифу добраться до Сонара.       Как раз в тот момент, когда пёс плюхнулся на бок перед «гибридом», явно прося погладить его животик, вошёл Роберт. Он нёс еду на вынос и кофе. Внимание сразу же привлекло большое тело, зажатое в углу его собакой. Диспетчер слегка вздохнул, прежде чем положить вещи на ближайший стул, и подошёл к Сонару.       — Привет. — Сказал Роберт ровным голосом, стоя перед другом. — У меня такое чувство, что я знаю, о чём пойдёт речь. Но ты хочешь поговорить об этом?       Сонар фыркнул, слегка выпрямляясь и стараясь не встречаться взглядом с собеседником. — Ты видел статью.       — Да, я обычно слежу за всем, что связано с Командой «Z». Это было первое, что я увидел сегодня утром.       — Тогда нам не нужно об этом говорить.       — Нужда - это сильно сказано. Мы должны поговорить об этом, потому что очевидно, что тебе нужно избавиться от гнева. — Роберт сел, прислонившись спиной к стене, и похлопал себя по ногам. Многозначительно посмотрев на Сонара. Который возмущался, но не отказался использовал колени другого человека в качестве подушки. — Итак…       — Почему они просто не могут оставить меня в покое? — Резко начал Сонар. — Они уже отреклись от меня. Оставили меня одного. Едва растили меня. А теперь это?       — Это низко висящий фрукт, — ответил Роберт, проводя пальцами по вздыбленной шерсти. — Я предполагаю, что в их печальной части мира происходит что-то плохое. И чтобы чувствовать себя лучше, им нужно принизить кого-то другого.       — Таким образом, они принижают чудовище, которое произвели на свет.       — Я же говорил тебе, перестань так себя называть.       — А как бы ты ещё назвал меня?       — Ты Сонар. Ты Виктор. Ты не существо, не урод и не монстр. Ты просто пытаешься устроить себе хорошую жизнь, вот и всё. Если они этого не видят, то это их собственная вина. У тебя есть много людей, более важных людей, которые поддерживают тебя. Мне нужно, чтобы ты понял это, Виктор.       — Он прав, парень. — Громила не дрогнул, когда на него посмотрели. Даже когда Сонар издал низкое предупреждающее рычание. — Эй, прекрати эти разговоры. Я без проблем уложил мужчин в два раза крупнее тебя. Я могу сделать это снова.       — Что ты здесь делаешь так рано? — Спросил Сонар.       — Мне следовало бы спросить тебя о том же самом. Но… Я могу сложить это воедино. — Громила сел, несколько раз почесал Бифа, прежде чем продолжить. — Семья - это не дерьмо в стиле этих дурацких разговоров о «кровном родстве». Так друзья становятся лучшей половиной, на которую ты можешь положиться. Ты сам выбираешь, кто останется в этом круге доверия. Конечно, иногда это рискованно, но оно того стоит, когда всё получается.       — Как ты думаешь, Сонар - монстр? — Спросил Роберт.       — Не больше, чем я урод. А я не урод.       — Я бы, наверное, был самым уродливым в этой компании, честно говоря. Нормал, который стал героем, это должно быть странно.       — Я поддерживаю это. — Громила рассмеялся, когда Роберт толкнул его в плечо ногой. Силач подыграл ему и довольно драматично «упал». — Ладно, хватит об этом. Если мы собираемся быть здесь, то будем тренироваться. Давайте, поднимайтесь, вы двое. У нас есть несколько часов до работы, и я больше не позволю вам валяться без дела.

***

Водобой и Феномачо

      Водобой знал, что быть героем - нелёгкая работа. Судя по всему, что он когда-либо видел или читал, эта должность сопряжена с большим умственным, эмоциональным и физическим ущербом. Очень немногие люди добиваются успеха, и ещё меньше людей по-настоящему наслаждаются славой, которая приходит с ней. Но, даже зная все плюсы и минусы, Водобой был полон решимости довести начатое до конца.       Для него было большим ударом, когда его впервые наняли уборщиком в филиал СДС. Ему пришлось пережить несколько недель, когда люди говорили ему уйти, или он делал что-то неправильно, или…       Главный акцент был сделан на том, что Водобой попал в Команду «Z» только потому, что кто-то, наконец, поверил в него. Кто-то, кто не был его бабушкой. В мире никогда не найдётся столько пончиков, которые могли бы передать, как он был благодарен Роберту за то, что тот ему доверился. И да, несмотря на то, что первоначальные участники Команды «Z» были придурками в начале (и отчасти до сих пор), было гораздо полезнее завоевать их доверие, чем просто обладать им. Хотя без комментариев о нём в начале можно было обойтись. Это всё равно не меняло того факта, что он наконец-то почувствовал, что заслужил место в этой команде.       — Герм, ты почти готов?       — Просто… почти… Д-да! — В конце концов, Герм вышел. Испустив тихий вздох поражения, он оглядел себя в зеркале. Он уже видел, как на его гражданской одежде, даже несмотря на то, что под ней был костюм, образуются пятна воды. Но от этого было никуда не деться.       Вскоре он уже осторожно спускался по лестнице, избегая кошачьих хвостов и поскальзываясь на собственной воде. Обнаружив, что его бабушка сидит на диване, укрытая своими более привязчивыми кошками, и смотрит телевизор. Она обернулась, когда Герм подошёл к ней с тёплой улыбкой.       — Ты уверен, что с тобой всё будет в порядке?       — Я буду… всё в порядке, это не так… просто, но это б-будет лёгкое… путешествие. Не должно быть… всего несколько… Это ненадолго, — заверил Герман. — Феном-ма-мачо скоро будет здесь.       — Я так рада слышать, что ты заводишь друзей и помогаешь другим своим коллегам. Такой хороший мальчик. Не забудь список и открытку на комоде. Купи что-нибудь вкусненькое и для вас двоих.       Услышав это, Герман покраснел. — Б-бабушка, это… мы не… Это не с-свидание… Я… я буду… Спасибо, бабуля.       — Конечно, передай от меня привет своему другу.       — Д-да… справлюсь!       Собрав предложенные вещи и пройдя по опасному лабиринту из кошек к входной двери, Герман попрощался с ними в последний раз, прежде чем покинуть дом. Ещё раз глубоко вздохнув, он сел на крыльцо, устремив взгляд в небо.       Герм не был уверен, почему это произошло, но Феномачо недавно решил, что он внезапно привязался к пользователю воды. Конечно, новый герой наткнулся на другого, пока Феномачо смотрел свои старые бои с Блонди Блейзер. Герм почувствовал лёгкий укол завести, видя, насколько быстры и сильны эти двое, зная, что ему никогда не сравниться с ними. Но этот вопрос был быстро отодвинут в сторону, когда Феномачо заговорил с ним.       Обо всём на свете.       Радость от того, что он сражается бок о бок с Блонди Блейзер. Как она выглядела, разговаривала и смеялась. Её характер и то, что она всегда искала в людях лучшее. Что только заставило Феномачо забеспокоиться, потому что иначе зачем бы ей бросать его, если он не был самым совершенным существом? Был ли он ущербным без её помощи?       Герм не был уверен, что он сказал в ответ на всё это. Вероятно, из-за того, что его фанатская натура оказалась рядом с его героем, и из-за и без того измотанных нервов у него во время этой части случился сбой в памяти. Но сказанного было достаточно, чтобы Феномачо приободрился. Поблагодарив Герма, прежде чем он покинул комнату, оставив нового героя немного ошеломлённым тем, что он всё ещё стоит на ногах. И тем, что он смог помочь.       С этого момента Феномачо, казалось, поверил, что быть поближе к Герману - это его шанс избавиться от того настроения, в котором он пребывал. И хотя Герм был рад помочь, он не совсем понимал, что от него требуется. Поэтому он обратился за советом к единственному человеку, которому мог доверять.       — Похоже, этому мальчику нужен хороший друг, и он нашёл его в тебе, — предположила его бабушка. — А ещё похоже, что он не совсем уверен в наших обычаях. Может быть, если кто-нибудь покажет ему, как мы на Земле взаимодействуем, это поможет ему разобраться во всей этой путанице.       Этот совет каким-то образом превратился в совещание, которое проводилось раз в две недели. В будний день после работы и в выходные Герм в течение нескольких часов показывал Феномачо новый аспект «человеческой жизни» или находил время, чтобы пересмотреть ранее обсуждавшиеся вопросы. Особой темой этого дня был поход за продуктами. Обычно Феномачо поручал кому-то другому заняться этим или даже просто обедал вне дома. Но, начав традицию с Германом, он стал одной из наиболее востребованных тем для обсуждения.       — Привет, Водобой.       Герм поднял голову, услышав ставший уже знакомым голос Феномачо, когда супергерой спустился вниз. Новый герой встал и встретился со своим другом на нижней ступеньке крыльца. — Т-Ты не… Просто зови… Г-Герм, меня зовут Г-Герм. К-когда не… работаем.       — Да, я всё время забываю об этой опции. Приношу свои извинения за неправильное имя. — В этот момент Феномачо приземлился, и теперь у него была возможность получше рассмотреть его «гражданскую» одежду. По-видимому, цветовая гамма была ему не по душе. — Может, пойдём и примем участие в ритуале сбора урожая?       — Д-Да, да, мы можем… Давай сходим за покупками.       — Феноменально! Пожалуйста, показывай дорогу, Герм.       В продуктовом магазине рядом с домом Герма обычно видели, как в этот момент эти двое входили вместе. Владельцы магазинов сначала были поражены, когда Феномачо впервые зашёл в качестве сопровождающего. Как обычно, они просили автографы или фотографировались с известным героем. Но теперь, когда удивление от всего этого прошло, всё вошло в привычное русло.       Герм схватил тележку, не забыв обернуть ручку дополнительными бумажными полотенцами, чтобы остановить воду, и повернулся к своему спутнику.       — И-итак, есть какие-нибудь новые… И-интересные рецепты… которые… хочешь попробовать?       — Кое-что из того, что я смог сохранить на своём мобильном устройстве, очень интересное.       — К-круто! Какую область… что ты хочешь? Куда в первую очередь? — В то время как Герм был заинтересован в том, чтобы помочь Феномачо, ответ героя стал приглушённым, когда Герман краем глаза заметил движение. Его внимание привлекло знакомое лицо.       Роберт только что отошёл от прилавка, на сгибе его руки покоилась корзина для покупок, которая уже была доверху наполнена. В данный момент диспетчер разглядывал мясные вырезки, выставленные на витрине. Если точнее, то полностью нетронутые упаковки с изображениями лиц. Недоумение Герма уже перешло в вопрос «Почему именно Роберт смотрит на эти предметы?», который быстро сменился вопросом «Это Сонар?», когда появился гибрид. Он шёл по другому проходу, толкая перед собой тележку.       Роберт отвёл взгляд, только когда исправившийся злодей произнёс его имя. Нахмуренные брови разгладились, когда он повернулся к Сонару, и они оба начали перекладывать предметы из корзины в тележку. Закончив, Роберт повернулся обратно к ветрине и сказал что-то, что Герм совершенно не расслышал, он был слишком далеко, чтобы расслышать. Уши Сонара дёрнулись, а широко раскрытые глаза вскоре сузились в улыбке. Гибрид вышел из-за спины и обнял его за плечи.       Герму потребовалось всё его мужество, чтобы не вскрикнуть от потрясения, когда лицо Роберта вспыхнуло, а диспетчер внезапно смутился. Над чем Сонар рассмеялась, прежде чем поцеловать диспетчера в щёку и взять теперь уже пустую корзину. Прежде чем уйти, гибрид взял с полок несколько упаковок и положил их в тележку. Без сомнения, он намеревался вернуть корзину, прежде чем снова помочь Роберту.       Диспетчер что-то сказал, прежде чем схватился за ручку и посмотрел в сторону. Он замер, когда их с Гермом взгляды встретились. Диспетчер, несомненно, задавался вопросом, свидетелями чего все были, а новый герой был в шоке от того, что он только что обнаружил. Это продолжалось всего несколько секунд, прежде чем Роберт кивнул ему затем повернулся и направился по следующему проходу. Герм никак не среагировал, потому что в тот момент ему действительно было нечего предложить. Ещё больше его потрясло, что Роберт выбрал Сонара, а не Невидиву.       — Герм, можно мне задать вопрос? — Внезапно прозвучавший голос Феномачо, наконец, заставил Герма пискнуть от удивления.       — Д-да… да, конечно… Что… такое?       — Разрешены ли отношения между лицами одного пола?       — О, д-да! Да, это… всё в порядке. Не очень распространено… Некоторые люди до сих пор этого не понимают… Н-ненависть - мощная штука.       — Я понимаю, это ужасно - слышать о ненависти к такому делу. Но приятно видеть, что Робертсон Третий находит прочные дружеские отношения с гибридом.       — Да… Да, это так.

***

Голем

      Внутренний двор был лучшим местом в штаб-квартире СДС, если бы кто-нибудь поинтересовался мнением Голема. Чего хотели немногие. Но ему было всё равно, так как это означало, что ему придётся сражаться за место с меньшим количеством людей.       Закрытое пространство пропускало огромное количество солнечного света, что было замечательно, поскольку в самом здании было очень холодно. Голем действительно чувствовал, как его части тела высыхают до опасной степени, если он находился внутри слишком долго. Кроме того, здесь было очень уединённо, меньше людей пялились на него, проходя мимо, и он был не самым приветливым существом, на которое стоило обратить внимание, если вы пытаетесь найти помощь. В этом районе также часто встречались птицы - любимые животные Голема. Они не возражают против того, что он такой большой, и даже используют его в качестве насеста.       Окончательный вывод: Двор, 10/10, будет использован снова.       У Команды «Z» было время обеда, а это означало, что Голему было время посидеть в своём любимом месте и съесть все питательные вещества, которые он мог добыть из земли. Он не обращал внимания на людей, которые шарахались от него в стороны. Понимая, что это звучит как-то по-идиотски. Но людям меньшего роста легче обойти его, чем ждать, пока его фигура проползёт в сторону. Его ланч, который состоял из всего, что он находил по дороге на работу, упакованного в пластиковый пакет, был зажат у него на сгибе руки.       Он был готов отдохнуть в тишине. Вдали от всех, чтобы побыть наедине с собой и насладиться довольно хорошей погодой, которая установилась в городе на некоторое время. План, хотя и был простым, столкнулся с некоторыми трудностями, которых Голем не ожидал. И совсем не то, чего он на самом деле ожидал.       Во дворе уже были Роберт, Биф и (что больше всего шокировало Голема) Сонар. Биф осматривал местность, не забыв заглянуть к своим товарищам, отдыхавшим под деревом, и перекусить, прежде чем снова отправиться в путь. Сонар и Роберт сидели под большим деревом, причём первый подбирал себе еду, листая журнал. Роберт совершенно не стесняясь использовал гибрида в качестве подушки, и полностью отключился.       Голем был осторожен в своих движениях, когда входил. Первым делом он привлёк внимание Бифа, когда пёс оживился и подошёл к конструкту. Несколько раз обнюхал его, прежде чем плюхнуться на бок, готовый к поглаживанию живота. Что Голем был более чем счастлив предоставить. Завершив эту операцию, Биф снова отправился на поиски новых запахов.       В этот момент Сонар поднял глаза и медленно опустил журнал на колени, чтобы не слишком сильно толкать Роберта, пока гибрид наблюдал за Големом. Со своей стороны, Голем подошёл поближе к дуэту. Остановившись в нескольких футах впереди, он кивнул в знак молчаливой просьбы сесть. Сонар кивнул и с улыбкой похлопал по земле рядом с собой. Голем оценил этот жест, хотя и не мог сесть прямо рядом с гибридом.       Земля слегка задрожала, когда Голем сел. Этого было достаточно, чтобы потревожить Роберта, и он сморщил лицо, словно собираясь проснуться. Небольшая неприятность была предотвращена, когда Сонар уткнулся носом, по-настоящему уткнулся, в макушку Роберта, что немедленно успокоило диспетчера. Позволяя тому снова погрузиться в более глубокий сон.       Голем наблюдал за всем этим со спокойным интересом. Он с любопытством наклонил голову, когда Сонар оглянулся на него. — Как давно?       — Несколько недель. — Прошептал Сонар.       — Круто.       — Да.       — Симпатичная парочка.       — Спасибо.       — Кто-нибудь ещё знает?       — Несколько человек.       — Язык за зубами.       — Спасибо, большой парень.       И на этом всё закончилось.       Голем вернулся к своему ланчу и принялся за еду. Стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Роберта. Сонар вернулся к своему журналу и стал откусывать от еды маленькими кусочками, пока читал. В конце концов, он наклонился настолько, что положил голову на макушку Роберта. Который начал тихо похрапывать.       Биф продолжал бегать.

***

Купе

      Главное правило жизни: делай всё возможное, чтобы никогда не попасть в чёрный список. Это было то, чего СДС не учли, когда имели наглость положить карьеру Купе на плаху. Затем они фактически исключили её из Команды «Z». Её, настоящую грёбаную убийцу с многолетним опытом работы в сложных ситуациях. В соло, могла бы добавить она.       И кто, блядь, остался после всего этого? Сонар, наркоман, профессионал только в том чтобы, разговаривать с кем-то до тех пор, пока тот не станет молить о смерти, просто чтобы избавиться от него. Какая, блядь, шутка. Было ясно, что её таланты в этом заведении просто покрывались пылью… Но это не делало боль от отказа меньше.       Присоединение к «Красному Кольцу» на самом деле не было тем кораблём, на который Купе намеревалась запрыгнуть. Всё, что она когда-либо слышала о них, это то, что они были мелкими мошенниками и ворами, которые решили создать группу. Ничто из того, что её интересовало, так как Купе работала только на крупные выплаты, а с командами она не работала. Особенно учитывая то, что случилось в прошлый раз, когда её заставили работать в команде.       Однако её неприязнь быстро изменилась, когда её привели к Пологу. Очевидно, это был «лидер» этой группы. Который был не более чем человеком, предлагавшим блестящие игрушки в обмен на лояльность под видом погашения долгов. Умный. Что-то, чем Купе восхитилась и с чем немедленно согласился. Особенно когда Полог пообещал отомстить людям, которые причинили ей больше всего зла.       Ну, почти всем.       Полог ясно дала понять, что Купе не должна прикасаться к Роберту без соответствующего приказа. Что не понравилось убийце, но она знала, что ей нужно оставаться профессионалом. Поэтому она согласилась отступить. Сделав для себя вывод, что теперь её гнев может быть обращён на двух других, которые причинили ей зло.       Блонди Блейзер и Сонар.       Ненависть к Блонди Блейзер было легко понять. Она руководила СДС, она согласилась уволить кого-то из Команды «Z», но совсем не поддерживала их. Всё, что она говорила о поддержке программы «Феникс», было отброшено в сторону в тот момент, когда Блейзер согласилась кого-то подрезать. Купе имела полное право желать падения супер героини.       Технически, Купе не должна испытывать никакой ненависти к своему бывшему коллеге по Команде «Z». Они оба были в плохом положении, когда дело дошло до этого, и только удача позволила гибриду остаться. Но даже он должен был понимать, насколько глупой была идея отказаться от Купе. Он должен был что-то сказать, он должен был бороться, чтобы удержать её там. Сонар должен был уступить своё место Купе в тот момент, когда понял, что произошло.       У Купе были причины остаться в этой команде и навыки, необходимые для этого. Сонару нечего было предложить, и он должен был быть умнее. Это было самое малое, что он мог сделать, но он даже этого не сделал правильно.       Так что, пока Полог продолжал создавать свою армию и строить планы в тени, Купе присматривала за своей «старой командой». Её желудок скрутило от ярости, когда она увидела, насколько они сблизились. Казалось, они забыли о ней. Даже Кольм, казалось, пошёл дальше, и это задело её больше всего. Мужчина, которого она любила и всё ещё любит, покидал её.       Всё это время Сонар продолжал расти. Каким-то образом он научился лучше защищать команду и стал лучшим бойцом. Наладил отношения с участниками, которые раньше считали его отвратительным. Даже завёл роман с этим блядским диспетчером. Тот самый человек, который сказал Купе, что она недостаточно хороша, чтобы остаться с ними. А теперь неосознанно хвастается перед убийцей, как хорошо им жилось без неё. Роман, который был сильнее, чем она хотела бы признать. Всё горело в ней, приближаясь к точке кипения.       Было что-то приятное в том, чтобы приказать членам Красного Кольца уничтожить отказавшийся от неё город. Купе наблюдала за разворачивающимся хаосом, небрежно нависая над всеми этими разрушениями. На её лице появилась натянутая улыбка, когда она услышала, как напряглись герои, уже уверенные в том, что Полог легко победит. В конце концов, он предсказал свою победу, и у Купе не было причин сомневаться в этом.       Так что, пока «невинные» жители города бежали в страхе, Купе обратила своё внимание на небо. Оглядевшись в поисках знакомой фигуры. Не отворачиваясь, Купе активировала свой наушник, зная, что все в СДС смогут это услышать. — Выходи, Сонар. Нам с тобой нужно уладить кое-какие незаконченные дела.       — Я что, слышу вызов? — Сонар ответил, и в его голосе едва слышалось раздражение. — Эй, честный вопрос, это была твоя блядская идея посадить меня в клетку?       — Это лучшее место для таких уродов, как ты. Кроме того, у меня был заинтересованный покупатель, который является большим поклонником гибридов. У него есть забавная игра, в которую он играет с ними. Подумала, что ты захочешь поучаствовать.       — Ты, грёбаная сука.       — Сонар, держи себя в руках. — Роберт вступил в разговор, стараясь говорить ровным голосом. Но Купе услышала разочарование и панику в голосе нормала.       — Так приятно снова слышать твой голос, Роберт, — небрежно произнесла Купе, — Скажи мне, как ты думаешь, что причинило бы тебе больше всего боли? Если бы город узнал, кем ты был… или если бы они узнали, с кем ты сейчас?       — Купе, какую бы личную неприязнь ты ни питала ко мне, я понимаю. Но это не тот способ, чтобы…       — Ты, блядь, не имеешь права указывать мне, как поступать. Ты мне больше не начальник, я здесь всем командую. И прямо сейчас я зову Сонара. Давай посмотрим, не напрасно ли Роберт верил в тебя, крыса с крыльями.       — Когда я, блядь, доберусь туда…       — Сонар, не надо! По крайней мере, пусть Малевола пойдёт с тобой!       — Я сам разберусь с этим, Роберт.       — Да, Роберт, пусть идиот остаётся идиотом. Не волнуйся, я устрою для тебя хорошее шоу. Возможно, я даже дам ему попрощаться с тобой напоследок, прежде чем жизнь окончательно покинет Сонара.       — Сонар…       — Я вернусь, обещаю.       — Виктор, блядь, не смей!       Купе ухмыльнулась, заметив оплошность в имени. Она никогда раньше не слышала, чтобы диспетчер был таким раздражённым, и веселилась понимая, что это всё из-за неё.       Знакомый звук тяжёлых крыльев возвестил о прибытии Сонара. Купе едва успела разглядеть два красных светящихся глаза, смотревших на неё сверху вниз, когда гибрид приблизился. Но эта ярость только разожгла в ассасине желание расправиться с ним.       — Прощайтесь напоследок, джентльмены. Я позабочусь о том, чтобы вас, по крайней мере, похоронили вместе.

***

Блонди Блейзер

      Интуиция приходит вместе с работой героя. Независимо от того, вырос ли ты с этим, или это то, что ты приобрёл, находясь на поле боя. Героям нужна та часть мозга, которая улавливает странности и сохраняет их на потом. Это помогло Блонди Блейзер во многих делах, связанных с передачей украденных товаров или пропажей людей.       Однако проблема, возникшая в связи с этим, заключалась в том, что на самом деле не было способа отключить это понимание. Раздражало то, сколько раз её мозг цеплялся за запоминающийся рекламный слоган и не отпускал его ни при каких обстоятельствах. В промежутке между работой героя, управлением филиалом СДС и своего рода общественной жизнью, довольно бесполезная информация, циркулирующая в голове Блейзер, просто раздражала. Если не отвлекала, когда ей нужно было просмотреть так много тем, чтобы найти то, что ей действительно нужно в данный момент.       Она впервые увидела, что Роберт и Сонар сблизились, через несколько дней после того, как исправившийся злодей отправился вздремнуть. Как сказал Роберт. Блейзер нашла их в маленькой кухне, совмещённой с комнатой отдыха. Они стояли, прислонившись к стойке, и коротали время, пока разогревались их обеды. Без сомнения, они говорили на случайные темы. При этом Роберт, похоже, старался, насколько мог, не затрагивать не рабочие темы.       Блейзер не придала этому значения, с радостью предположив, что они сблизились только потому, что Роберт действительно дал другу отдохнуть. Супергероине понравилось, что «отставной» герой становится ближе к своей команде. Это укрепило её уверенность в том, что Роберт будет помогать ей.       Только для того, чтобы быть застигнутым врасплох, когда Сонар повернулся так, что Роберт оказался в ловушке, а ухмылка на лице гибрида стала немного хищной.       Инстинкт на мгновение взял верх, когда Блейзер начала приближаться к ним. Она знала, что Роберт сможет постоять за себя, никаких проблем не возникнет. Но ей не хотелось, чтобы Сонар выставил его в невыгодном свете, если всё быстро пойдёт наперекосяк. К тому же, чем меньше разрушений придётся убирать, тем лучше.       Это беспокойство было быстро забыто, когда Роберт небрежно вытащил галстук Сонара из-под пиджака, намотал на кулак и притянул гибрида к себе для поцелуя.       Блейзер чуть не упала вперёд от того, как резко она остановилась. Её глаза расширились, когда до неё дошло, на что она смотрит. Контакт между ними длился всего несколько секунд, прежде чем Роберт оттолкнул его. Бросив на Сонара неодобрительный взгляд, тот улыбнулся в ответ и поднял руки в знак защиты. Их внимание вернулось к микроволновке, которая в этот момент выключилась. Роберт достал тарелку с двумя буррито и передал её Сонару. Который поставил его на стол и плюхнулся в кресло, в то время как Роберт принёс два напитка и занял другое место.       Всего за минуту взгляд Блейзер на этот дуэт полностью изменился. То, что когда-то было концепцией создания лучшего наставничества, было выброшено в окно и заменено полноценным романом.       Что ж… хорошо, это хорошо. Если Роберт не мог найти утешения или партнёрства с ней, то Блейзер была благодарна, что герой в «отставке» мог положиться на кого-то, кому можно доверять. Даже если к ошеломляющим эмоциям примешивался укол ревности.       После этого Блейзер начал присматриваться к этим двоим. Ловила практически каждый мимолётный взгляд и прикосновение, которые происходили в офисе. С облегчением наблюдая, как Роберт начал больше расслабляться. Как Малевола сообщила о снижении зависимости Сонара от наркотиков. Мэнди заметила, что Команда «Z» начала лучше работать вместе, как будто все понимали, что в этой группе произошло что-то важное. Это было интересное и хорошо воспринятое изменение.       Когда Чейз впал в критическое состояние, Блейзер не смогла придумать никого лучше Сонара, чтобы помочь Роберту в этот трудный момент. Когда Купе вызвала Сонара на бой, Блейзер знала, что Роберт вернулся в СДС и сидит на краешке стула, ожидая, что с гибридом всё будет в порядке. Когда Полог атаковал здание СДС, Сонар первым понял, что что-то не так.       — Роберт не отвечает! — Крикнул гибрид, поворачиваясь к Блонди Блейзер с выражением паники в глазах.       — Что?       — Роберт, о нём ничего не слышно, и, учитывая, как проходит этот день, я ожидал бы от него чего-нибудь в этот момент. Но… он молчит!       Блейзер впервые слышал, чтобы в голосе Сонара звучала такая паника. Ни намёка на спокойный, монотонный, саркастичный тон, к которому привыкла супергероиня. Гибрид впал в панику, осознав, что Роберту угрожает серьёзная опасность.       — Возвращайся в СДС, — сказала Блонди Блейзер, — и возьми с собой как можно больше людей из Команды «Z». Я соберу всех, кого смогу, и встретимся там.       — Верно.       — Сонар.       Гибрид, слегка споткнувшись, когда ему пришлось остановиться, оглянулся. — Да?       — …Береги его…       — Я так и планировал.       Блейзер кивнула в последний раз, наблюдая за взлётом Сонара. Гибрид быстро превратился в свою полную форму летучей мыши и поднялся в небо. Супергероиня понаблюдала за происходящим всего секунду, чтобы убедиться, что никто из Красного Кольца не напал, прежде чем выйти к Команде «Z».       Это был их последний бой… и она понятия не имела, чем всё закончится.

***

Невидива

      Кортни с самого раннего возраста усвоила, что если тебе что-то нужно, ты просто берёшь это. Особенно, если нет денег. Ты голодна? Просто укради что-нибудь на заправке, пока никто не видит. Нужно куда-то далеко? Зайди в автобус и встаньте сзади, чтобы тебя было плохо видно. Возникли проблемы с оплатой аренды? Просто укради какую-нибудь безделушку и быстро продай её в самом дешевом ломбарде, который только сможешь найти.       Конечно, это была не самая лучшая жизнь. Но когда твоё выживание зависит от такого мышления, то это всё, чем ты являешься. Тебе нет дела ни до кого другого, потому что твой мозг запрограммирован думать только о тебе. Кроме того, если мир не собирается помогать тебе, почему бы просто самому не помочь себе?       Это мировоззрение сильно изменилось в ту ночь, когда Невидива присоединилась к команде Полога. Предполагалось, что эта ночь определит её дальнейшую жизнь. Выбраться из долгов с помощью усиления, которое позволило бы ей воровать так, как никогда раньше. Способ получить гораздо больше, чем бесплатный сеанс в кинотеатре.       Предполагалось, что всё будет просто. Прикрепить бомбу к спине Мехамена и уйти незамеченной. Легко. Это должно было быть проще простого. Ситуация осложнилась, когда Невидива начала подниматься обратно после того, как её непреднамеренно сбросили со своего насеста. Ей пришлось ухватиться за прожжённую дыру, которую Токсик проделал в броне, чтобы подняться на ноги. Что позволило ей хорошенько рассмотреть внутреннюю сторону машины.       И, что более важно, увидеть человека, который её пилотировал.       Она не была уверена в том, что произошло. У Невидивы было достаточно людей, которые смотрели на неё и сквозь неё, и это никогда не вызывало такого расстройства, как сейчас. Возможно, дело было в том, что она видела не только сильную ярость, но и крайнюю печаль, смешанные в измученных глазах, которые смотрели на неё. Возможно, дело было в том, что было ясно, что Мехамен борется за свою жизнь, но в то же время у него был такой вид, будто он понимает, что это может быть концом. Может быть… она всегда чувствовала, что даже герои могут выглядеть так, будто полностью покончили с миром.       Какой бы ни была причина, это сильно задело Невидиву. Достаточно сильно, чтобы уйти из того здания ещё до того, как начался фейерверк. Чувствуя, что её аугментация отключается, она села в машину, чтобы обдумать свой следующий шаг.       На следующий день она присоединилась к программе «Феникс». Она уже некоторое время слышала разговоры об этом. Глупый план, как превратить злодеев в хороших людей. Сначала она смеялась над этим. Сомневаясь, что состоятельные люди в мире верят, что при правильной мотивации любой может стать хорошим. Похоже, она забыла, что злодеи чаще рождаются из-за конфликтов, а не «просто так». Но то, что произошло прошлой ночью, заставило её решить, что это именно то, что ей нужно. Может быть, эта ответственность наставит её на путь истинный.       Таким образом, Невидива стала одной из многих участников Команды «Z». Название подходящее, поскольку команда состоит исключительно из злодеев, то есть из тех, кого меньше всего хотелось бы видеть в ситуации, когда речь идёт о жизни или смерти. Это уже была неприятная ситуация, поскольку было ясно, что никто из присутствующих на самом деле не понимал, что делает. Вероятно, все хватались за соломинку, как и она, в попытке почувствовать себя лучше в своей испорченной жизни.       Ещё хуже было, когда их действительно отправляли на задания. Каждый диспетчер был либо каким-то придурком, либо просто не умел обращаться с людьми в команде. Неспособным по-настоящему помочь команде. Что приводило к большему количеству провалов в командной части, чем в злодейской. Все это становилось вишенкой на и без того дерьмовом мороженом, которое составляло жизнь Невидивы.       Новый диспетчер просто обязан был быть Мехаменом, не так ли? Потому что было достаточно тяжело осознавать, что она старалась исправиться, чтобы загладить то дерьмо, которое она ему причинила. Но чтобы после этого он возглавил команду, частью которой она была? Должно быть, Невидива действительно кого-то разозлила, раз она попала в такую ситуацию.       Сначала она не обращала на это внимания. Она уже шла к провалу, когда появился Роберт, и её кислое отношение явно не помогло. Не то чтобы её это волновало. Но чем больше она сопротивлялась, тем больше Роберт, казалось, давил в ответ. Наступил момент, когда Невидива поняла, что так сильно отличало этого диспетчера от других.       Ему было не всё равно.       Роберт заботился о том, чтобы его команда, Невидива, работали лучше. Стали лучше. Это не было песней или танцем, придуманными для того, чтобы убедить начальство в том, что это хорошая идея. Роберт хотел, чтобы всё получилось, хотел, чтобы Команда «Z» преуспела. Все присутствующие в зале заседаний почувствовали это, даже несмотря на то, что речь Роберта была немного слащавой. Но никто не мог отрицать решимость, исходящую от их руководителя, и было бы довольно дерьмово, если бы эта речь пропала даром.       Конечно, после этого Невидива нуждалась в дополнительной мотивации. По крайней мере, Роберт сделал её интересной, предложив «ещё один заход», прежде чем лишиться звания героя. Потому что она никак не могла заработать достаточно очков, чтобы остаться. Но она это сделала. Она расправилась с каким-то придурковатым парнем и доставила его в СДС для транспортировки. Она видела, как её имя поднималось в таблице лидеров. Пришлось остаться подольше, чтобы доказать, что это не единичный случай.       Восхищение сменилось чем-то более глубоким после этого момента. Невидива обратила своё желание искупить вину в желание завладеть вниманием Роберта. Чтобы он смотрел на неё так, как смотрел бы на любого героя. Просто смотрел на неё так, словно она не была какой-то ошибкой, что она что-то значила для него, что угодно. Она хотела, чтобы он узнал её как Кортни, а не как абсолютную лажу, которой была Невидива. Она хотела его, Кортни хотела Роберта.       Но этого так и не произошло.       Роберт решил позволить Невидиве посмотреть фильм в одиночестве.       Роберт решил помочь Невидиве стать героем.       Роберт… выбрал Сонара. Выбрал Виктора.       Она даже не была уверена, как и почему это произошло. Всё, что знала Невидива, это то, что в какой-то момент всё было нормально, и она была полна решимости заставить Роберта по-настоящему взглянуть на неё. Затем она обнаружила Роберта и Сонара целующимися. В туалете. В баре, где тусовалась вся Команда «Z». И в этот момент Кортни полностью растворилась. Оставив после себя только беспорядок, который был незаметен, потому что это всё, что Роберт когда-либо видел в ней.       Это была горькая пилюля, которую пришлось проглотить, и она почувствовала себя ещё хуже, чем раньше. Потому что она вернулась к исходной точке. Просто искала искупления в том, что она сделала Мехамену. Что привело её к ещё большей ошибке. Из-за того, что Роберт потерял Астральный Пульс и чуть не потерял Чейза. В результате её выгнали из команды, что было заслуженным поступком, из-за которого Невидива осталась гнить на дне. Даже если Роберт вступился за неё. Что только усложнило для неё всё это.       В последней попытке почувствовать что-то хорошее, Невидива рассказала Роберту всё. О своей роли в его коме и потере костюма. Что он оказался в таком положении только потому, что она поставила его в такое положение.       И этот грёбанный идиот простил её. Потому что, конечно, он бы простил.       Но у Роберта была Блонди Блейзер и остальная Команда «Z», на которую он мог положиться в поисках настоящих героев. У него был Сонар, который заботился о его сердце. Роберт не нуждался в ней, ему больше не нужно было присматривать за Невидивой. Потому что она подвела его во всех отношениях и не собиралась становиться причиной его падения.       Это была серия довольно забавных моментов, которые привели Невидиву к Пологу. Рассказывая неудавшейся героине, в чём заключался план по уничтожению СДС. По уничтожению Мехамена. По уничтожению Роберта. Пока Невидива слушала Полога, всё это казалось неправильным. И когда лидер подошёл к концу своей речи, чтобы рассказать о том, почему он заслужил эту победу, Невидиву осенило. Чего не ей хватало раньше.       Она делала всё по совершенно неправильным причинам. Будучи героиней, изменившей свою жизнь, она делала это не для себя. Она делала это для Роберта. Для Мехамена. Чтобы получить прощение за дерьмовый поступок, который едва не стоил кому-то жизни. Ей нужно было стать героем, потому что она хотела быть героиней. Она хотела оставить эту жизнь позади, и этого не произошло бы, если бы она сосредоточилась только на прошлом.       Невидива облажалась, вопросов нет. Но изменение должно было быть чем-то большим, чем просто внезапное решение стать частью какой-то программы. Или стать частью команды. Или отчаянно пытаться привлечь внимание кого-то, кто никогда бы так на неё не посмотрел. Она должна была сделать это для себя, вот что она упустила в выступлении Роберта. Речь не о нём. Речь о ней.       Речь о Кортни.       И Кортни хотела закончить выступление на высокой ноте.       — Не знала, что пулевое ранение может быть таким болезненным. — Прокомментировала Невидива, укладываясь на носилки. С ухмылкой посмотрев на Роберта. Диспетчер, похоже, был немного менее доволен этим комментарием.       — Хотелось бы, чтобы ты до сих пор не знала.       — Заткнись, я спасла тебе жизнь. Что ты должен был сказать мне, так это вежливое «спасибо». Я могу это услышать? Это слово?       — Ты идиотка.       — Вау, даже близко не похоже. — Смех Невидивы быстро перешёл в шипение от боли, когда она пошевелила плечом. Тёплая рука быстро накрыла её руку, чтобы успокоить.       — Успокойся, никаких резких движений. — Сказал Роберт.       — Расслабься, мам, я в порядке. Я уверена, что я в самых надёжных руках.       — Просто не делай себе хуже.       — Не мог бы ты перестать со мной нянчиться и пойти проверить, как там остальная команда?       Роберт приподнял бровь. — В остальных членов команды никто не стрелял.       — Технически, в меня тоже, но всё равно хочу поблагодарить тебя. — Невидива слегка отвернулась, услышав, что парамедики возвращаются. Вздохнув, она оглянулась на Роберта. — Меня отправят через несколько секунд. Иди, проверь, как там все остальные… Убедись, что с твоим парнем-летучей мышью, всё в порядке.       Невидива не смогла удержаться от смеха, увидев совершенно ошеломлённое лицо Роберта, которое полностью оправдывало ещё несколько секунд боли в плече. — Боже мой, твоё лицо! Бля, хотела бы я это сфотографировать.       — Кортни…       — Я не шучу, иди. Поцелуй его за меня крепко-крепко.       — Не говори такого дерьма.       — Только если ты уйдёшь. — Кортни не сопротивлялась, когда её увозили. Кивнув Роберту, она легла. Наблюдая, как диспетчер сделал то, что она просила. Практически мгновенно нашёл гибрида и неожиданно для себя поцеловал его. Сонар и не думал сопротивляться.       Кортни тихо рассмеялась, услышав очень громкую реакцию остальной команды. Она слегка улыбнулась Голему, когда он посмотрел в её сторону, и между ними возникло молчаливое взаимопонимание. Несколько десятков камер начали снимать, когда Сонар слишком увлёкся поцелуем. Тогда Мэнди пришлось примчаться, чтобы попытаться взять ситуацию под контроль.       Последнее, что она увидела, были полные обожания взгляды Роберта и Виктора. В следующую секунду двери скорой закрылись, и Кортни осталась наедине со своими мыслями, пока её накачивали обезболивающими. Осознание того, что она упустила свой шанс, всё ещё причиняло боль. Но если эта дурацкая программа и научила её чему-то, то впереди её ждало нечто большее.       Ей просто нужно было решить, чем она хочет заниматься.