Ровно в двенадцать

Новый год стукнет прямо через час, они сидели около искусственного камина и смотрели какие-то новогодние мультики. Точнее нуб смотрел, как бы трайп не старался вникнуть в происходящее по телевизору, у ничего не получалось. Уж слишком скучно это, на его взгляд разумеется. Нуб же был под впечатлением и вообще не обращал внимание на старшего, чему тот был крайне недоволен. Ничего лучше кроме тыканья в надежде хоть на каплю внимания, в голову не приходило. Но этого оказалось мало, младший отодвинулся и продолжил просмотр. Такую наглость к нему проявлял только он, но трайп и не против, ему нравится все в нубе. Его гиперактивность, голос, черезмерная забота, внешность, то как он с трепетом относится ко всему, и конечно же его огромная любовь к трайпу. Даже эта кличка была его идеей. Именно младший был инициатором их прогулок, посиделок где либо, целовашки всегда начинал первым, обнимал в абсолютно любой ситуации. В этот раз будет по-другому. Он первым проявил интерес к партнеру, взяв его лицо в свои руки, — мы поцелуемся ровно в бой курантов — четко и спокойно, смотря глаза в глаза проговорил он. Услышал ли его нуб, конечно, понял ли он и принял ли такие условия Нет. Конечно нет. Его мысли были забиты резким, нестандартным поведение старшего. Неужели трайп сам захотел его внимания, поднёс так близко, что чувствуется дыхание друг друга. Нубик расплылся в довольной моське, не смея игнорировать свои чувства и желания, лезит целоваться. Получилось криво, но зато так нежно, как всегда, с настоящей любовью. Трайп как ошпаренный током отдернулся, это было мило, ему нравится. И возможно он хочет повторить, но черт возьми он единственный раз придумал что-то романтичное, а нуб взял и испортил этот момент. *** По телику шел новостной канал, там поздравляли всех с праздником. Трайп чистил мандарины и хрумкал их без мучения совести, да камин не настоящий, но в доме теплее чем на улице. Пусть нубик померзнет, внезапно тот чихнул, видно кто-то вспоминает. Уж нуб точно проклинал трайпа, а потом себя и свое умение слушать. Оставалось лишь смотреть как тот, лежа под теплым пледом уминал сочные мандарины. Нуба же вышвырнули на улицу. Смотря на него через окно, казалось что это выброшенный котенок, который мечтает попасть в тепло и кушать фрукт всмете с ним. Рева корова. Нубик грелся, полностью обвившись вокруг тела трайпа, а тот пытается выбрать из своеобразных объятий, но сдался и обнял в ответ. Нубик уже не рыдал, он пристально смотрел за действиями старшего и медленно засыпал, прямо на нем. Трайпа это не смутило, он дотянулся до пульта и выключил этот надоедливый экран, укрыл обоих пледом и тоже начал засыпать. В доме горели пару гирлянд, пахло ароматизатором со вкусом печенья, все это создавало атмосферу праздника, Но не пышного, домашнего, где любят, заботятся, шутят. Чмокнув нуба в лоб, он остановил свой взгляд на его лике, — с новым годом, пусть эта зима будет теплой — и прильнул к нему, также погружаясь в царство Морфея.