Contr-act

Глава 1

«Награждение»

      Был приятный ясный день. Погода, несмотря на время года, стояла тёплая. Фанаты, папарацци и журналисты уже собрались вдоль ограждений у Залы Славы Пекина — массивного здания в стиле ар-деко с примесью традиционных китайских элементов, где проходило награждение значимых лиц китайского кинематографа премией китайской акадеемии кинематографиических искуусств и наук. Горячие поклоники стояли и даже сидели вдоль изгороди со стороны дороги, а журналисты, репортёры и папарацци пока гуляли внутри ограждения — все были в ожидании прибытия звёзд.       Постепенно звёзды начали прибывать. Фанаты кричали им, надеясь получить внимание айдолов и актёров, журналисты задавали вопросы. Площадь у здания наполнилась шумом.

***

      На улице у элитного комплекса жилья было очень даже тихо. Ибо закончил убирать со стола и зашёл в спальную, где с ног до головы осмотрел Джаня. Он был в черном смокинге, прекрасно сидящем на его фигуре. Пока Сяо был занят завязыванием галстука, Ибо подкрасна к нему и нежно, но крепко обнял за талию. — Может ещё перекусишь? — простонал он, — Ты всегда такой худой…       Джань быстро отцепил руки товарища и повернулся к нему со строгим выражением лица, Ибо выпрямился и посуровел в лице — не потому что разозлился, просто его обычное выражение лица было и так довольно прямым, когда же он становился серьёзным, они приобретало немного грубый вид. Он знал об этой особенности своей физиономии, поэтому со всеми, кроме самых близких ему людей, контролировал свою мимику. — Ты помнишь, о чём мы говорили? — голос Сяо был строг. — Да. — Да? О чём? — Я приеду на час позже чем ты. Мы будем стоять по разные стороны… — Ибо виновато начал перечислять их правила совместного посещения мероприятий. — Я не об этом, — лицо Сяо расплылось в нежной заботливой улыбку, — Ты, мой львёнок, должен не забывать о том, что я легко возбуждаюсь, когда ты так делаешь. Джань взял руку «львёнка» и легонько шлёпнул по ней ладонью. Ибо покраснел и выдернул свою руку. — Прости… — он вальяжно разлёгся на кровать позади зеркала и задрал футболку, удерживая её край в зубах. — Мне надо встретится с менеджером через час, — Сяо наконец начал преуспевать в завязывании галстука, — Он и так негодует, что мы встретились. Что ты думаешь, он сделает, если узнает, что я испортил мой рекламный костюм, пока наказывал моего нанасытного парня… — взгляд Джаня замер в отражении, он громко тсыкнул.       Ибо отпустил край футбоки и рассмеялся. Его смех затих, когда он увидел, с каким выражением лица, на него обернулся Сяо. Костюму точно был конец…       Сяо быстро набросился объект своего обожания. Ибо нехотя, думая исключительно о будущем костюма и опоздание геге на встречу с менеджером, начал сопротивлятся. — Дал задний ход? Имей честь! Я уже на пределе из-за тебя! — Сяо совершил удачную попытку лишить своего бойфренда нижней одежды. — У тебя встреча же… — Ибо опрыгнул и завернул себя в одеяло. — И что ты мне предлагаешь? Сделать это тогда с моим менеджером? — Сяо знал, что именно надо говорить, чтобы Ибо забыл о всех вокруг.       Ибо большего ничего не сказал. Сяо навис над ним и стянул футболку. — Прости, но могу я быть быстрым? — спросил он скорее из вежливости, зная, что младший ему не откажет.       Ибо нехотя кивнул. Он подождал, пока Джань обустроит свой пах между его ног, и впился в простыню, ожидая, что вход будет более болезненным чем обычно. Сяо заметил это, как и то, как быстро у Вана изменился настрой, когда он понял, что в него будут входить без подготовки. — Ладно, я не хочу этого делать, если ты будешь страдать, — он натянул на себя брюки.       Ибо выдохнул и отпустил простыню. — Зачем ты согласился, если это так ужасно? — спросил он, успокаивая своего парня укутыванием его в одеяло. — Я могу сделать это ртом, — виновато сказал Ибо. — Ты не ответил на мой вопрос, Ибо, — Сяо старался не звучать строгим, — В прошлый раз всё же было вроде нормально, — Сяо вспомнил последний раз, когда он просил Ибо дать его возможность делать это без подготовки, но тогда Ибо был повёрнут к нему спиной, поэтому, видимо, Джань и не заметил дискомфорта, — или нет? — Тогда я не хотел тебе отказывать, — Ибо взял Сяо за руку, чтобы это не звучало как обвинение, — Мы и так редко видимся. Просто, если бы у нас было больше времени, как вчера вечером, то всё было бы окей. Прости. Я всё ещё готов, если ты хочешь. Могу и ртом, и рукой… — Нет, уже не надо, — чувство вины, внезапно накатившее на Сяо, подавило его возбуждение…       Он часто вспоминал то утро, и тот вечер…       Сейчас Сяо Джань сидел в машине, припаркованной у здания отеля, где он остановился в Пекине — одинокий, но не свободный. Вместе с ним был его менеджер, Вушу. Дружеских отношений с ним у Сяо не было. Вушу должен был преимущественно следить за тем, чтобы Сяо не забывал о своём статусе суперзвезды. Сейчас он с беспокойством поглядывал на Джаня, уговорившего его не торопится и подождать, пока появятся другие знаменитости.       Сяо планировал слиться в толпе, хотя это и было предположительно невозможно, учитывая популярность его последнего проекта. От промо-тура и продвижения уже ощущалась жуткая усталость, желание взяться за что-то новое. «Открываем новое с Ван Ибо…» — промелькнуло название у него в голове. Шел второй год этой передачи, Ибо явно чувствовал себя комфортно в его собственном шоу. Сяо вспомнил, каким активным Ван всегда был, он был «неукротимым» среди них двоих. Награждение стало ощущаться ещё более давяще… — Не переживай, вы не будете пересекаться, — сказал менеджер, словно прочитав мысли Сяо. Последний открыл глаза и посмотрел в упор на ВуШу. — Комитет сказал мне, что награду будет передавать ведущий… И Ибо подъедет позже.       Сяо почувствовал ещё большее разочарование. В прошлом году статуэтку «Лучшая мужская роль первого плана» забрал Ибо, сыграв офицера в трагедии о Второй Мировой. Сяо фильм очень понравится, а образ жесткого Ибо ещё сильнее. Джань же в том году в большом кино не засветился, но теперь был его черёд. Если бы он победил, статуэтку ему должен был бы передать Ван Ибо. Многие фанаты ожидали этого воссоединения, но, видимо, не суждено… Терпение кончилось. Ему хотелось поскорее со всем покончить. — Поехали…       Они отправились на место сбора. Стоило только Джаню покинуть машину, как он оказался в центре внимания. Он не стал отходить от традиций: черный элегантный костюм, приятная улыбка, смех и игра....       От папарацци, журналистов, репортёров, фанатов и хейтеров, а таже общего напряжения, у Сяо быстро заболела голова и ощутил, как она кружится, поэтому с ковровой дорожки он своевольно ушел раньше положенного времени. Точнее так ему сказал менеджер, указав на тот факт, что большая звезда должна обходить весь ряд, чтобы не сорвать контракт с рекламным агенством: «Как уже было…». Сяо нахмурился: он не был уверен, говорил ли Вушу о том случае с костюмом или же о тех разорванных из-за скандала отношениях. Так или иначе, ему показалось, что Вушу перегибает палку. В уборной ему и так пришлось переклянятся перед чуть ли не каждым входящим, хотя он просто хотел расслабленн омочить руки в воде: «Раньше надо было приезжать…». Когда же у входа Джань заметил, как парковщик садился на зеленый, до боли знакомый мотоцикл, ему стало хуже: «Может я заболеваю от переутомления?»       Ибо ощущал себя не в своей тарелке, с того момента как комитет премии вчера вечером написал ему, что он не будет передавать награду «Лучшая мужская роль первого плана». А ведь ему показалось, что весь этот цирк закончится, если дать людям время - но их союза продолжали боятся. Значит, и ехать у него мотивации не было. Только рекламу надо отработать: постоять на дорожке в одежде от бренда <...>, пофоткаться и можно будет уехать, и забыть эту дату к чёртовой матери.       По согласованному с компанией Сяо Джаня расписанию, он уже был на ковровой дорожке. Ибо постоял перед камерами, помахал фанатам, потом прошёлся по дорожке до зала, пожал чьи-то руки, свернул и шмыгнул за лестницу. Среди полупустых коридоров он в тишине сел на место у балкона, откуда можно было разглядеть сцену. Этаж пустовал, потому что многие, кто хотел засветится на телевиденье или на стриме, занимали место внизу, где была больше вероятность столкнутся с кем-то влиятельным. Сяо и Ван же имели договор находится друг от друга на максимальном расстоянии на любым мероприятиях, и, так как это был день Сяо Джаня, Ибо просто решил дождаться окончания награждения, чтобы соблюсти приличия и уехать. С его менеджером он это уже обговорил.       В зале было очень шумно. Знаменитости, элита, журналисты и остальная светская тусовка в перемешку с творческой коллегией режиссеров, сценаристов и прочих — все беззаботно наслаждались торжеством. Сяо несколько раз окинул взглядом зал, останавливаясь на заметивших его известных лицах и посылая им легкий кивок, но так и не нашел того, кого искал: «Неужели ТЫ не пришёл? А я ведь был на прологоднем вручении…» Столкнувшись взглядом с прочитавшим его эмоции менеджером, он почувствовал нарастающее разражение. Менеджер направился к нему, явно с желанием «влепить штрафной». — Сяо, мы кого-то ищем? — спросил Вушу, стараясь соблюсти тон так, чтобы явно не выдать намёк на того, кого Сяо искал. Он ненароком обвёл взглядом зал, словно впоминал, не надо ли им было с кем-нибудь встретиться — пускай они держались в стороне, но толпа всё ещё окружала их со всех сторон. Сяо улыбнулся, повторив его игру. В голове пронеслась мысль, которую ему пытались внушить ещё тогда: «Никому из тут присутствующий не выгодна новая китайская супер-звезда… И Ибо тоже…»       Он не сдержал выражения лица, и оно заметно порустнело — хотя Джань и был уверен в его коллеге, он был тяжело ранен тем, как нагло жестоко с ними поступили, и как жестоко они поступили друг с другом. «А почему Ибо так не пострадал как ты?» — слова директора в тот вечер шесть лет назад Джань использовал как повод, чтобы позже отшить Ибо. Ему не хотелось этого вспоминать.       Сяо столкнулся взглядом с какой-то женщиной, по виду его возраста, но, зная распространенные сейчас способы сохранения молодости, скорей всего старше его, она игриво ему услынулась. Он вспомнил тот нежный образ, явно подобранный самим Ибо, чтобы не допустить насмешки в интернете по поводу миловидности Джаня — ведь именно из-за этого над ним многие издевались. Сяо этого не ожидал: группа подобрала для него максимально строгий, «традиционный» костюм, ожидая, что на сцене придётся конкурировать в мужественности с Ибо. Но тот, словно предвидя, даже не посмел дать повода. «И я всё-равно так с тобой…» — Сяо теперь заметно погрустнел, поэтому его менеджер вынужден был принять какие-то меры. — Мы может обсудить новый фильм с продюссером <…>, говорят, в его планы в этом году входит минимум <…> проектов. Он очень хочет с тобой поработать! — новости пробудили Сяо Джаня, и он посмотрел в сторону, куда кивнул дяденька-менеджер. — Да, конечно, — он улыбнулся и пошёл устанавливать новые связи. Через полчаса дело было улажено, Сяо стоял, окружённый толпой, под руку его держала его будущая коллега, которую тоже уже пригласили сниматься в проект. Джань смущенно засмеялся, услышав от новой коллеги гору комлиментов и отвёл взгляд.       Момент словил его с наживца. Сердце ёкнуло. Зал заглох. В противоположном углу зала стоял Ван Ибо. На секунду их взгляды встретились. Ибо выглядел подавленным. Уже мнгновение спустя они оба опустили глаза. В голове застыл образ мужественного парня в таком же черном костюме, с приятальным взглядом....       Сяо Джань улыбнулся, словно продолжая смеятся над шуткой. Собравшиеся рядом с ним, к счастью, ничего не заметили, но он, на всякий случай, ещё раз обвёл их внимательным взглядом. Пошёл разговор о месте съемок — Пекине — Сяо сконцентировался на работе, но как-только дело сменилось шутками и лестью, как он поднял глаза: Ван Ибо уже на месте не было. С этого момента вечер начал казаться бесконечным: он то и дело бросал взгляды во все стороны, чтобы найти его, но лишь упускать части диалога со своими коллегами.       Наконец, награждение началось. Ван Ибо, уже успевший отчитать себя за неосмотрительность — он спустился, чтобы пожать руку паре знакомых, а в итоге едва не словил паничку от встречи с бывшим, особо не следил за речами, но, когда начали называть имя актера, получившего награду «Лучшая мужская роль первого плана», замер и посмотрел на сцену. — Сяо Джань! — ведущий начал аплодировать вместе с залом.       Ибо посмотрел в зал и начал искать в толпе Джаня: тот сидел среди его коллег по нынешнему проекту. «Как мы когда-то…» — Ван Ибо понял, что, возможно, приходить было плохой идеей. Он всегда старался держаться стороной от Сяо, это было взаимно. Из неприязнь не росла, но и не исчезала. Каждый считал другого предателем. Сяо встал. Ибо захотел закрыть глаза, отвернутся и уйти: это уже не его дело — поддерживать этого человека.       Он заметил, как быстро Сяо шёл, что он выглядел усталым, что его руки слегка дрожали, пока ведущий передавал ему награду. «Он никогда хорошо не следил за питанием…» — первое, что пришло в голову Ибо, от наблюдения за тем, как Джань притворно услыбался со сцены, хотя и притворство это было заметно только Вану. Ибо встал — его настроение в конец упало — и пошёл к лестнице, чтобы спуститься на первый этаж, а потом выйти на парковку, забрать свой мотоцикл и уехать.       Сяо же в этот момент ненавил себя: он получил одну из самых значимых наград в индустрии, но чувствовал себя при этом как ходячий труп. И, как на зло, статуэтка была очень тяжелая. После вручения он поспешно ушёл, ссылаясь на здоровья, уговорив своего менеджера оставить его в покое до следующего утра.       В коридоре было довольно тихо, Сяо наконец почувствовал лёгкое успокоение. Только у лифта его ждал сюрприз.       Ибо заметил его ещё из далека и надеялся, что, заметив Вана, Сяо остановится, но состояние последнего оставляло желать лучшего — он бы и не понял, рядом с кем стоит, если бы Ибо всё же не решился с ним поздороваться. — Добрый вечер, господин Сяо…       Знакомый голосы вывед Джаня из колеи. Он широко раскрыл глаза, увидел приятные знакомые очертания и замер, в глазах потемнело. Не прошло и минуты, как он оказался в себя в номере, рядом с метающим искры менеджером и обеспокоенным врачём…