Рождественское волшебство

Жизнь Маомао в один момент превратилась в самую настоящую катастрофу. — Что я СДЕЛАЛА?! Что потрогала?! Боже! Что только на меня нашло! — воскликнула она, забежав в свою квартиру и громко захлопнув дверь. Она встала напротив зеркала, посмотрела на своё краснющее лицо и побагровела, кажется, ещё сильнее, потому что воспоминания не переставая возникали в её голове. Маомао взвизгнула, зарывшись пальцами в волосы. — Да ты свихнулась… реально… совсем сошла с ума, — проговорила она и взвыла. — Как ты теперь ему в глаза посмотришь после такого? А во всём виновато… Она вспомнила, как Джинши сказал, что легко может превратить её «недо» в «до» и захныкала. Он всё понял. Абсолютно всё. Он понял то, что она сексуально озабоченная. И почему-то отнёсся к этому спокойно и даже предложил помощь… Если его предложение про «до» можно было назвать помощью. Возможно, не следует бояться раньше времени. Будет работать в компании, как и раньше. Босс ничего ей не сделает. — А что он может сделать? Я сбежала, а он хотел... а может и не хотел. И всё-таки у меня из головы не выходит хитрая улыбка этого засранца Башаня. Он точно договорился с Джинши о чём-то! Так, Маомао, приди в себя. Ты уже сама с собой болтаешь. Она похлопала себя по щекам. Ничего плохого не случилось. Ничего… И она опять взвыла и затопала ногами. — Нужно принять душ, смыть с себя этот ужасный день, — пробормотала Маомао и поплелась в ванную. — Что же ты натворила, дурочка… Нужно поменьше смотреть всякие видео… И поменьше разглядывать в соцсетях фотки босса… И вообще... Он что, тебе нравится? Он даже пиццу заказал… А я её не поела... Блин. Опять сама с собой разговариваю. Нет, Джинши мне не нравится. Пусть катится к своим… рыжеволосым грудастым девкам! Вот! — она тыкнула пальцем в воздух. — А я хочу жить спокойно, и мне не важно, что они там с Башанем задумали про меня. Не важно. А моясь в душе, Маомао убедилась в том, что ей важно. Она хотела бы узнать, о чём был разговор этих двух загадочных парней. Про Джинши она знала только, что он «холодный босс», а про Башаня, что она вроде как ему нравится или нравилась. Она даже пригласила его на Рождество в родительский дом. Пригласила, как друга. Башань в отличие от Джинши был для неё загадочным, но менее. Она видела в нём простого парня, с которым можно поболтать, рассказать, что лежит на сердце, если прям очень плохо. Правда, она о таком с ним ни разу не болтала. А вот Джинши… человек совершенно ей непонятный. «Он такой же, как и я, развратник? Тогда мы могли бы подружиться… Не-е-ет. Не могли бы. Я же пообещала себе, что останусь для него просто секретаршей, а про массаж мы забудем. Ну и что с того, что я его член ногой облапала? Кстати, надо эту ногу помыть тщательно». Пока Маомао безрезультатно пыталась забыть о том, что произошло в доме её босса, Джинши в это время уплетал за обе щеки тёплую пиццу и смотрел романтический фильм. Ну, как смотрел, на самом деле он тоже вспоминал всё, что случилось, и чуть-чуть жалел о том, что разрешил Маомао сбежать. Он хотел, чтобы она осталась. Не для секса. А просто так. Вместе поели бы пиццу, поболтали и чёрт с ним, что она сделала своей ногой. — Блин, мне ещё правда такой массаж никто не делал. Она первая, — протянул Джинши, жуя кусок пиццы. — Интересно, о чём она думала в тот момент. О том, что я сексуальный, и поэтому не стерпела? А, точно, она же одинокая девушка, которой не хватает секса. Тогда всё более чем понятно. Она захотела меня. Подумав так, Джинши захихикал. — Так вот какая у меня секретарша. Надо бы узнать о ней получше. Хочу знать о Маомао как можно больше. Больше… — он растянул губы в улыбке. — Если ей нравится делать массаж, может и ещё что-то нравится. Когда на следующее утро Джинши по телефону попросил принести ему чашечку кофе, Маомао пошла в его кабинет, опасаясь, что там может что-то случиться. Например, она опять опрокинет на его рубашку кофе… или Джинши начнёт приставать, расспрашивать что-нибудь такое, о чём она не хотела бы говорить. — Маомао, здравствуйте! — сказал Джинши, не отрываясь от чтения деловых бумаг. — Как вам спалось? — Отлично, — сказала она и быстренько поставила чашку на его стол. — Что-то ещё нужно? — М-м, ничего. Я тут подумал, может, хватит вам быть моей секретаршей. Я видел, как вы здорово рисуете. Может, хотите быть помощником дизайнера? — Вы сейчас шутите? — Вовсе нет. — Шутите. Точно так и есть, — сказала она. — Не-а. Вот завтра можете и приступать к новым обязанностям. Нам как раз брошюру нужно разработать. У Маомао глаза на лоб полезли. — Да-да. С завтрашнего дня вы не мой секретарь, а помощник дизайнера, — сказал Джинши, довольный своей идеей. — А новый секретарь... — Найду, об этом не беспокойтесь. Маомао удивилась: вот он даёт! Правда на неё глаз положил, раз так расщедрился? Но она обрадовалась не на шутку и вышла из его кабинета с улыбкой до ушей. А Башань, узнав о том, что сказал Джинши, удивился ещё сильнее и подумал: «А он вцепился в это дело мёртвой хваткой». И загадочно улыбнулся. *** После работы Маомао опять столкнулась со своим боссом. Он поджидал возле входа в здание компании. Маомао, увидев Джинши, захотела стать невидимкой. Однако всё, что она смогла сделать, — втянуть голову в плечи. Невидимкой это не помогло стать. Джинши её окликнул, догнал и… Маомао вцепилась в его руку, завидев Башаня, который зачем-то возвращался в компанию. О нет! Только не Башань! Она почему-то не хотела показываться ему на глаза, стоя вместе с боссом. Не к добру это — так она чувствовала. И мысленно попросила, чтобы Башань поскорее прошёл мимо. — Серьёзно думаете, что он вас не заметит? — Джинши чуть со смеху не прыснул, когда она забежала к нему за спину и притаилась. Он кивнул Башаню. Тот и правда не остановился — спешил в здание, наверное забыл что-то на рабочем месте. Поведение Маомао показалось Джинши милым. — Думаю, что хотя бы есть вероятность того, что не заметит. Джинши улыбнулся, перекатываясь с пятки на носок. Эта девушка ему определённо чем-то нравилась. Но вот чем? Своим милым поведением? Возможно. Например, когда она говорила с ним, слегка морщила нос и надувала губы. Раньше Джинши не замечал за ней этой особенности, но сейчас заметил, потому что аккуратно, так, чтобы Маомао не заподозрила, всматривался в её лицо. Джинши было бы на руку, если бы Башань увидел его и Маомао вместе — так бы друг понял, что план претворяется в жизнь. Пока не совсем успешно, но претворяется. Джинши почувствовал гордость. Она приятным теплом разлилась по телу. Ах, какой же он молодец, что такое пари придумал! Только пока не понятно, какие будут последствия «молодца». Возможно, после всей этой истории, чем бы она не закончилась, Маомао возненавидит его, как человека. И уволится из компании. Не хотел бы он подобного. — Вы не замёрзли? — спросил он. — Башань ушёл. Маомао? — Нет, не замёрзла. Она вообще о Башане позабыла. Стоя за спиной Джинши, она разглядывала его длинные темновато-сиреневые волосы, выглядывающие из-под шапки. Эти волосы Маомао с удовольствием бы расчесала пальцами. «Чёрт, опять мысли откуда ни возьмись». — Ладно, мне домой надо, — сказала она. — Подвезти? — Нет. — А может да? — Я же сказала: нет, — ответила она как можно более спокойно. Неизвестно, что будет, если подвезёт. Сможет ли она держать себя в руках, когда они останутся наедине? Джинши только плечами пожал: нет так нет. — Может, на свидание сходим? Ещё раз. Прошлый получился не очень хорошим. Я правда хотел с вами фильм посмотреть в спокойной обстановке. А пришлось одному жевать пиццу. Хотя она была вкусной, — сказал Джинши, почесав затылок. Маомао хихикнула: смущённый Джинши ей определённо нравился. Был бы он таким почаще. А то она видела в нём напыщенного придурка, с которым дел иметь не хотела. А он вот каким мог быть — милым и улыбчивым. Может, боссы специально строят из себя невесть кого, чтобы держать дисциплину в компании? Или у Джинши воспитание такое: при чужих людях быть строгим и невыносимым, а при знакомых — ласковым и нежным? — Я подумаю, — сказала она. — Опять это «подумаю». Давайте спокойно поговорим о том, что случилось. — Не хочу. Было и было. Всё. Если я доставила вам своим поведением неудобства — простите. Она отвернулась и зашагала по заснеженной дорожке. Джинши, конечно же, догнал её. Куда он мог деться? Маомао зря понадеялась, что он оставит всё, как есть, и не будет допытываться до ещё чего-нибудь. Но как есть он не оставил. — И всё-таки поговорим. — Нет. — Я не хочу, чтобы между нами была такая атмосфера! — Какая? — Напряжённая. — А раньше устраивала. — Это раньше… когда я вас не знал… не знал, какая вы. — А сейчас, значит, знаете? — М-м, немного, — сказал он, остановившись. Маомао прошла чуть вперёд и тоже остановилась. Ну что он за человек такой?! Она обернулась и увидела его виноватую улыбку. И эти дурацкие волосы, торчащие из-под шапки. Она вздохнула и потопала к боссу. — Ладно, поговорим. — Ура! То есть… мне не то, чтобы не понравилось то, что вы сделали… просто, это было странным. Внезапным. Я к такому не привык. Обычно я знаю, что пересплю с девушкой, потому что мы с ней заранее об этом договорились, а тут что-то пошло не по плану, потому что с тобой… ой… с вами, мы просто хотели фильм посмотреть. — А если коротко? — Не знаю. То, что я сказал только что, бред, да? — Ну-у… отчасти, — сказала Маомао и рассмеялась. — Значит, я вас не обидела своим поведением? — Нет. А я вас? Она отрицательно покачала головой. — Тогда может попробуем ещё одно свидание, м? — Попробуем, — с натяжкой согласилась она. — Я постараюсь, чтобы подобного не повторилось. — Не нужно стараться. Просто будьте собой. Если у вас проблема с этим, то можете поделиться, я выслушаю. — С этим?.. Джинши сделал к ней шаг, взял её за концы пальцев и дёрнул на себя. Он чуть нагнулся и сказал: — Какая недогадливая. Я про секс говорю. Маомао сглотнула. Вырвать руку из его руки? Сбежать? Что сделать? Дать ему пощёчину? Отказаться от свидания? Прекратить всякое общение? Уволиться? А-а-а-а-а-а! СКОЛЬКО МЫСЛЕЙ! — Вы соврали, — сказал Джинши, достав из кармана пальто чёрную перчатку, отороченную серебристым мехом. — Руки холодные, как лёд. И он медленно надел свою перчатку ей на правую руку, а затем вторую перчатку на левую. Большие — но ей стало теплее. А Джинши поднял голову к небу и сказал с удивлением: — О, снежок пошёл. И улыбнулся по-детски задорно.