Эпизод 2
3 января 2026 г., 19:06
- Давно вы так прячетесь?
- Разве прятки с самой собой могут быть игрой?
Девушка слегка улыбнулась, сжав платье руками.
- Почему вы прячете глаза?
- Прячу?
Девушка, мешкаясь, посмотрела на камеру.
- Мы же играем в прятки.
Рассмеявшись, она хлопнула в ладоши.
- Вы играете не со мной.
- Да? Но для чего тогда ведется запись?
- Я вам уже говорила. Ведется видео съемка для фиксации вашего состояния.
- Фиксация.… Есть успехи?
- Не уходите от темы.
Я перелистнула лист блокнота.
- Напомните, когда был последний сеанс?
- Разве не вы должны за этим следить? Почему спрашиваете меня?
«Уходит от ответа»
- Мар…
- Мина. Зовите меня Мина.
- Но ваше настоящее…
Девушка резко закрыла уши ладонями, будто звук можно было остановить физически. Едва разборчиво она что-то прошептала:
- Не надо… Вы постоянно туда лезете.
- Мария. Вам настолько противно его слышать?
Она склонила голову, расширив зрачки. Губы едва заметно шевелятся.
- Я читаю по губам, мне этого достаточно. Прекратите говорить. Меня тошнит от любого звука, что вы произносите.
«Отказывается слушать»
- Чего же вы боитесь?
- Ничего.
- Вы лжете.
- Я сказала - не лезть к ней.
Я задерживаю взгляд.
- К кому, Мария?
Она вздрагивает. Лицо искажается, будто имя прошло по коже ожогом.
- Закрой свою пасть. С каждым разом меня все больше выворачивает от этого имени. Прекрати меня так называть!
- Но…
- Я сказала, хватит! Иначе я вернусь обратно!
«Тишина становится вязкой».
- Мария, но Мина это я – иллюзия или вторая личность одного ребенка, которая скрывает правду и добивается всего сама. Открывая одну дверь, я закрываю сотни других. Показывая лишь то, что хотят другие. Я игрушка в сознании одного ребенка, то есть тебя. И в то же время барьер твоих эмоций – я не могу насытить чувства и эмоции. Я хищник, который разрывает это тело, на кусочки, удовлетворяя свое превосходство.
- Мое имя?.. Но существует только Мина, а Мина это я. Я не та за кого вы хотите меня принимать. Я умерла – лежу на больничной койке в сотнях присосках пытаясь выжить, я создала Мину. Я живой мертвец нет чувств, не имею эмоций и будущего.
- А я?.. Кто же я?
- Мина... Пак Мина. Моя сестра, моя любовь - она помогает нашему телу, что не может справиться с нами двумя.
- Выходит и я Мина?
- Она переняла мою роль и движется дальше.
- А ты?..
- Я?..
«Медленно спустила руки с головы и посмотрела на меня».
- Но разве такая как я имеет право на счастье?
- Что же ты с собой сделала?..
«Сложив руки на колени, Мария подняла взгляд»
- Ты ведь знаешь, как «ты» меня разорвала? Зачем спрашивать?
- Разве это была «я»?
«Мои слова задели ее, зрачки сузились как у кошки, видя опасность».
- Ты много на себя берешь…
- Нет! Я лишь марионетка в ваших руках!
- Но кто сделал тебя марионеткой? Не ты ли сама?
«Сжимает губы».
- Да, я вторая личность. Но это не значит, что я тебя уничтожила. Люди, что были рядом с тобой… разве, это сделали не они? Почему же ты винишь меня?
- Ты захватила…
- Не обманывай себя. Ты отдала мне все лишь бы выбраться из того кошмара.
- Отдала…
- Именно так. Те люди и ты сама стала терзать свою кожу, спихивая все на приступ. Это ведь и перешло на физическое тело и лишь, потом ты взялась за разум.
Я медленно протянула руку в сторону, указывая вперёд.
- Посмотри.
Тело лежало неподвижно. Кожа была тёмной от запёкшихся следов, словно её долго и методично стирали до основания, не заботясь о том, что останется под ней. Линии повреждений тянулись беспорядочно: от спины вверх, к затылку, дальше - по шее, к груди, и ниже, к животу. Не единый удар, не случайность - следы повторялись, накладывались друг на друга, будто кто-то возвращался снова и снова, не в силах остановиться.
Кровь не текла - она была везде. Впитавшаяся, потемневшая, ставшая частью этого тела. Как если бы боль длилась слишком долго и утратила право на звук.
- Видишь? Эти все органы, что находятся поверх - вырвала «Ты». Ни я.
Это было не изувечивание. Это было стирание. Попытка добраться до чего-то внутри, вскрывая слой за слоем, в надежде, что под кожей найдётся объяснение. Или конец.
Руки были напряжены, пальцы судорожно сжаты, словно даже после всего тело всё ещё пыталось удержать себя целым. Грудная клетка поднималась неровно, с усилием, будто каждый вдох требовал разрешения.
- Это иллюзия.
- Иллюзия? Ты убиваешь саму себя, почему же не хочешь принять правду? Если ты хотела создать меня как наложение на загрязненный черновик, почему же и обвиняешь меня, не себя?
Она сжалась, будто от удара.
- Лучше бы… ты убила меня. Раз так хочешь занять мое место.
- Лжешь сама себе. Не важно, какая сторона реальнее. Я ведь создана для того чтобы скрывать правду, какой бы она не была. Боль или отчаяние я все то, что существует в твоем разуме. Оболочка, которая преграждает твоему разуму, скрывая настоящие эмоции. Я не создаю, лишь мешаю. А ты? Создала, приняла меня и желаешь, чтобы я развивалась.
- Иллюзия... иллюзия... иллюзия! Противоречишь мне! Из раза в раз мы возвращаемся к одному и тому же разговору! Брось и уходи! Запри в этой проклятой клетке и дай же мне восполнить себя!
Я невольно подскочила из-за стола и вновь указала в сторону тела.
- Восполнить себя?! Как? Вновь вернешься к ней? Так нравиться возвращаться к этой бедолаге, что при смерти старается дышать? К той, что лежит на грани, цепляясь за каждый вдох? Тебе ее не жаль? Что ты пытаешься найти внутри нее? То, что оправдало бы тебя и мое существование?
Я выдохнула, медленно, тяжело.
- Или ты просто боишься признать, что даже там ничего больше не осталось?
- Люди всегда будут искать, кого обвинить. Для них не имеет значения, окажется это правдой или нет.
- Сеанс окончен.
