Genshin Impact: Архизлодей, Мудрец из Сумеру.

-В Сумеру — кто решил заточить тебя в темницу? На обычно спокойном лице Чжун Ли промелькнула тень гнева. Нахида, облаченная в тело Катерины, почувствовала странное тепло. Как будто старший, с которым она никогда не встречалась, внезапно решил заступиться за нее. Заметив его недовольство — и вспомнив, что этот джентльмен когда-то был непобедим на поле боя, — она поспешила уточнить: -Н-нет, это… сложно. Нынешний Великий Мудрец действительно продолжает мое заточение, но… хотя он и проявляет ко мне неуважение, я больше не уверена, что он неправ. -О? Это заставило Чжун Ли задуматься. В стране мудрости свое заключение оценивает сама Бог Мудрости… и не уверена в том, что это ошибка? На мгновение он подумал, не налил ли ей Великий Мудрец чашку очень убедительного чая. -Моракс… нет, господин Чжун Ли, — тихо спросила она, — неужели управлять государством так сложно? Она пересказала то, что Идрис рассказал ей наедине, — пункт за пунктом. Чжун Ли замолчал. Даже ария Юнь Цзинь на сцене затихла, пока он размышлял. Наконец, он покачал головой. -Я не должен судить о Великом Мудреце, о котором вы говорите, — прав он или нет, — не встретившись с ним. У каждой нации свои особенности. Он может быть разумным; кое-что из того, что вы цитируете, звучит правдоподобно. Но это также может быть потому, что ты, Владычица Дендро,… еще не опытна. Пока я не увижу этого человека, я не смогу сказать больше. Глаза Нахиды загорелись: -Тогда, господин Чжун Ли, могу я пригласить вас в Сумеру, чтобы вы вместе со мной встретились с Мудрецом Идрисом? Если бы она снова встретилась с Идрисом наедине, то, скорее всего, расплакалась бы, не успев договорить и первого предложения. С Чжун Ли на её стороне она, по крайней мере, нашла бы в себе смелость стоять там и говорить. Чжун Ли колебался. У него действительно не было никаких неотложных дел — и ему было любопытно. Какой человек мог бы поставить в тупик даже Бога Мудрости? С другой стороны… если бы он исчез в Сумеру на несколько дней, Ху Тао непременно повесил бы его на дверном косяке гостиной. Почувствовав его неуверенность, Нахида поставила на стол небольшой контейнер и пару подходящих наушников. -Я… взяла это в кабинете Мудреца Идриса, — сказала она немного смущенно. -Его изобретение — музыкальный плеер Walkman. В нем записана песня, которую он сочинил. Думаю, после того, как вы послушаете, вы заинтересуетесь им еще больше. Интрига взяла верх. Чжун Ли надел наушники. Зазвучала волнующая музыка — «Спроси Богов». Три минуты спустя он отложил набор и выдохнул: -Прекрасное произведение. Благоговение перед божественным, но в то же время — твердо человеческое в своих вопросах. Трудно представить, что оно было написано в Сумеру. Возможно, именно потому, что он восхищается Ли Юэ со стороны, — размышлял он, — он смог написать такую песню, - он встал. - Хорошо. Если у вас мало времени, давайте отправимся. Любопытство к Идрису разгорелось с новой силой. Человек, способный поставить в тупик даже Бога Мудрости и написать песню вроде «Спроси Богов», открыто признается в зависти к Ли Юэ, — с таким человеком стоило встретиться… даже если Ху Тао потом повесит его на уличном фонаре. И кроме того, это было бы одолжением этому младшему по духу. Нахида слегка поклонилась. -Спасибо, господин Чжун Ли. Да, ей не хватало опыта понимания людей как божеству. Правление — это не сказка на ночь; возможно, Чжун Ли мог бы научить её чему-то необходимому. Тогда, в следующий раз, когда она столкнётся с Идрисом, она не растеряется. Они уже собирались уходить, когда Юнь Цзинь, улыбаясь, окликнул их со сцены: -Господин Чжун Ли, минутку — независимо от того, назначена вам встреча или нет, вам все равно нужно заплатить за место. Чжун Ли смущенно взглянул на Нахиду. -Кхм… Мисс Кэтрин, у вас есть с собой мора? Нахида: -? Что не так с богом Ли Юэ?! После того, как он написал тебе песню, ты так ему отплачиваешь?