Кинцуги

Мир любил своего Бога. Теперь маленького и беззащитного в человеческом теле. Небо и земля, вода и воздух, каждое растение и животное знали, кто перед ними. Это было заложено глубоко внутри, нечто древнее инстинктов, то, что заставляло замирать и при этом тянутся ближе в желании быть увиденными. Люди и разумные демоны этого не знали, их сознание отрицало очевидное. И Бог их прощал, улыбался устало и шёл выполнять совершенно неподходящую для него работу. Если бы Мир мог, он бы заставил их всех пожалеть. Каждая пролитая Богом слеза, каждый удар, что он сносил, то пренебрежение к нему — заставляло что-то в его сути ломаться. Трещины шли, казалось, от самого центра, от «сердца», что могло быть и настоящим сердцем их Бога. В конце концов, он создал его. Когда разочарование достигнет своего пика, будет ли он уничтожен? Если это принесёт хоть каплю радости Богу — он сам сотрёт себя. Но Бог милостив. Он любит Мир в ответ. И Мир чувствует, как между трещин льётся золото. Исцеляя, освобождая от гнева. Он позволит солнцу взойти сегодня. Ради своего Бога, ради его любви и всепрощения.