burnin' until the end

***

Хёнджин нервно набирал знакомый номер и быстро шагал по прямой, не обращая никакого внимания на дорогу. Он пытался дозвониться до Чонина уже который раз, но, как итог, его раз за разом посылал автоответчик. От дрожи в пальцах парень несколько раз чуть не выронил телефон. Тут Хвана грубо кто-то схватил за рукав ветровки, оттягивая в сторону, избегая столкновения с фонарным столбом, который был уже в нескольких сантиметрах от лица Хёнджина. Это было слишком неожиданно. Настолько, что ещё немного, и парень свалился бы на асфальт. Он хотел уже возмутиться, но успокоился, когда увидел рядом Феликса, про которого уже успел забыть. Очень раздражённого Феликса. – Ты, можешь, сука, смотреть, куда идёшь!? – орал Ли, сложив руки на гуди. – Я заебался постоянно вытаскивать тебя из какой-то хуйни! Ты за последние полчаса уже сто раз чуть не проезжую часть не вылез! – Я пытаюсь хоть что-то сделать! – Хван подскочил на ноги и ткнул друга в лоб. – А ты мог бы помочь вместо того, чтобы орать на меня! – Я тебя от нескольких переломов спас, мразь неблагодарная! – всё это конкретно выводило из себя, парень отпихнул от себя чужую руку, забывая о том. Что они в общественном месте и надо держать себя в руках. – А если бы ты думал головой, помнил бы, что у Чонина телефон разъёбан, и хуй он тебе ответит! Хёнджин замер и отвернулся от Ли, на них уже начинали смотреть люди. Многие были с детьми и спешили как можно быстрее закрыть им уши. Хван отвернулся от друга, они часто ссорились, и хорошо было бы уже запомнить, насколько парень ранимый. Это всегда вымораживало до мозга костей, но долго обижаться на Хёнджина было просто невозможно. Парень глубоко вздохнул, поправляя волосы, а взгляд забегал по асфальту, словно там была инструкция, как правильно поступить в этой ситуации. такой Хёнджин, сжимающий края ветровки и намеренно его игнорирующий, чуть ли не единственное, что могло разбудить совесть Феликса. Он подошёл к другу и осторожно обнял, прижимая к себе. Знает же, откуда у парня такая ранимость. Хван не подавал никаких признаков жизни ещё немного, а потом не выдержал и крепко прижался к Ликсу в ответ. Они не знали, как долго стояли так в абсолютной тишине под яркими неоновыми вывесками магазинов, но времени у них явно оставалось мало. – Извини, хён, я не это имел в виду... – голос парня дрожал, ему было безумно стыдно перед другом, но вот, что говорить в таких случаях, не знал. – Понимаешь, я ведь… – Замолчи. – Процедил Хёнджин сквозь зубы, обрывая Феликса на полуслове, но не спеша отстраняться. – Ты прекрасно знал, что делаешь. Повисло недолгое молчание. За эти несколько секунд в тишине мыслей пронеслось слишком много. Прислушиваться к ним не хотелось, поэтому парни наконец вернулись к дороге. Чонин ушёл ещё вечером, но так и не вернулся, хотя дело уже шло к ночи. Коллективно было принято решение разделиться по двое и найти Яна как можно скорее, пока это не сделал кто-нибудь ещё. Разумеется, заранее они раз 10 позвонили Лин, чтобы убедиться, что у Чонина точно сейчас проблемы и его нужно найти, как можно скорее. Девушку эта информация напугала не меньше остальных, но Чан настоятельно попросил её остаться дома, на случай, если Ян всё-таки забредёт к ней. Они успели обойти уже пару районов, но пропажи нигде не было. Феликс продолжал проклинать всё и всех, а Хёнджин всё ещё упорно пытался отыскать что-то в телефоне, врезаясь во всё подряд. Ли не рискнул снова вступать с ним в диалог, поэтому просто продолжил спасать друга от путешествия в канализационные люки. Гораздо эффективнее было бы просто забрать его телефон, но скорее всего, это привело бы к очередной ссоре. Парни осмотрели уже все самые тёмные переулки и подворотни, отчаянно надеясь найти хотя бы малейший намёк на Чонина. А спустя ещё минут 30 поисков, Хван со вздохом открыл групповой чат, чтобы сообщить ситуацию остальным. Парень нервно сковыривал с ногтей дешёвый чёрный лак, кусал пухлые губы и пытался попадать пальцами по буквам на клавиатуре. Не надо было его отпускать. Ли заметил начинающийся нервный тик друга, поэтому осторожно положил руку ему на плечо, обнимая и помогая держать связь с реальным миром. – Он как будто сквозь землю провалился. Мы так скоро весь Сеул обойдём. – размышлял Ликс, уже прикидывая, как сообщить об этом родителям Чонина. – Не может же быть, чтобы его вообще нигде не было. Хёнджин ненадолго задумался, нахмурив брови и собирался что-то ответить, как они услышали резкий грохот от падения чего-то тяжёлого, звон бьющихся бутылок и волну десятиэтажного мата, да так, что даже Феликс приоткрыл рот от удивления. Источник звука находился где-то через пару улиц. Парни быстро кинули туда взгляд и поняли. Что вот там они как раз таки и не смотрели. И, наверное, теперь желание не особо возникало, но, что тут сделаешь… Чонин, обкуренный и походу не особо вменяемый, лежал в окружении битых бутылок, которые чудом только в него не попали, а вокруг валялись ящики с чем-то тяжёлым и, по видимому, хрупким. На парня было направлено шесть пар глаз, и их обладатели уж точно не были настроены дружелюбно. И это ещё мягко сказано. На Яна смотрели шесть кочков с татуировками, в кожанках и с сигаретами в зубах, а у некоторых можно было заметить кастеты. Картина маслом Феликс с Хёнджином замерли и старались не дышать. Надо было просто забрать Чонина и валить к чёртовой матери. Когда молчание сильно затянулось, Ли сделал несколько осторожных шагов вперёд, осторожно приближаясь к другу, и схватил его за предплчье. Он резко откинул парня назад к Хёнджину. Хван чуть не упал от прилетевшего в него Яна, который всё ещё не до конца соображал. Парень еле удержался от визга, когда заметил, как один из мужиков начал двигаться прямо на них, замахиваясь для удар. Феликс быстро отшатнулся назад, пытаясь загородить собой Хёнджина с Чонином, и уже приготовился к худшему. Но в этот кулак остановил другой громила, сидевший до этого поодаль от всех остальных. Он встал напротив Яна, отпихивая Феликса в сторону. – Ты понимаешь, что только что испортил нам весь товар? – говорил он спокойно. Даже слишком спокойно. Но несмотря на всё происходящее, Чонин не выглядел напуганным от слова совсем. Чёрные очки сползли на переносицу, демонстрируя нездорово расширенные зрачки. Парень смерил громилу взглядом, как будто у него всё было под контролем. Что ж, не контролировал он сейчас ровным счётом ничего. – Я что виноват, что вы ящики криво поставили? Может если бы у вас руки росли из нужного места, ничего бы этого не было. Феликс, подбежавший обратно, чтобы загородить парней, застыл на месте и натурально побледнел от услышанного. Они с Хёнджином пересеклись взглядами и в этот момент они оба поняли: им пизда. Чонин медленно повернул голову и расплылся в улыбке, глядя на Хвана. – Хё-ё-ён! – протянул Ян, взъерошивая другу волосы, – что ты здесь делаешь? Хёнджин замер и старался не дышать. В этот момент остальные мужики резко направились в их сторону со вполне очевидными намерениями. А тот, что стоял напротив парней молча подал знак остальным, чтобы удерживали их на одном месте, а сам отошёл за стоящей неподалёку битой. Хван инстинктивно придвинулся ближе к Феликсу и притянул Яна к себе. Их начали окружать и в любую секунду могли заломить руки за спину. Холодный рассудок вернулся к Ли в последний момент. Он схватил друзей за одежду, утягивая за собой и рванул, что было силы в неизвестном направлении. Громилы в кожанках не стали долго ждать, и несколько из них ринулись за парнями. Чонин не мог нормально бежать. По большому счёту он даже не понимал, что сейчас произошло. Феликс понимал, что из-за Яна они бегут намного медленнее, чем могли бы. Но оставить друга умирать, он себе позволить не мог, поэтому уже на ближайшем повороте взвалил его к себе на спину и заодно схватил Хёнджина за руку, чтобы не потерять. – У тебя же спина больная! – крикнул Хван, пытаясь бежать как можно быстрее. – ХЁНДЖИН, БЛЯТЬ, ЗАВАЛИ ЕБАЛО! Если бы не обстоятельства, Феликсу бы уже прилетело за такие слова, но сейчас времени думать об этом не было. Времени в принципе не было Чья-то забитая наколками рука уже была в сантиметре от них. Ли мысленно поклялся никогда больше не материться, если они выживут, но подсознательно готовился к худшему. Чонин болтался на спине мёртвым грузом и прибывал где-то в своём мире, очень далеко. Хван бежал с закрытыми глазами, ориентируясь разве что на ладонь Феликса, крепко сжимающую его собственную и помогающую оставаться в реальности. Сердце колотилось, как сумасшедшее, а мозг подкидывал самые худшие варианты развития событий. Они выбежали прямо к пешеходному переходу на оживлённой трассе. Остановиться сейчас означало самолично закончить жизнь самоубийством, но и продолжать бег было слишком рискованно. Феликс коротко обернулся через плечо. Надо было предпринимать что-то немедленно. И времени всё обдумывать попросту не было. Феликс сильнее сжал чужую ладонь, и они побежали прямо по переходу, не дожидаясь зедёного света. – ФЕЛИКС! В глазах всё поплыло, а тело бросило в холод, когда Хван заметил летящую на них легковушку. В глазах потемнело, а в ушах зазвенел гудок машины. Хёнджин зажмурился, набрав в грудь побольше воздуха, и задержал дыхание. Переход не был длинным, но показалось, что здесь было километров 20, не меньше. Когда они добежали до тратуара, Феликс уже готов был покаяться за все свои грехи. Они остановились, чтобы отдышаться, и Ли обернулся, чтобы убедиться, что от них отстали. На светофоре всё ещё горел красный, но мужики в косухах стояли там и смотрели прямо на них. У них оставалось 70 секунд до зелёного. Ли опёрся о фонарный столб, а сь спины свалился Чонин, про которого Феликс уже успел забыть. Он поднял друга с асфальта, пытаясь сообразить, что именно собирается сделать: убить его или разрыдаться от радости, что он ещё жив. – Феликс... – протянул Хван, еле держась на ногах. Он попытался сделать шаг к другу, но запнулся о собственную ногу. Хёнджина всё ещё не отпустило, он приставил руку ко рту. Его рвало и выворачивало наизнанку. Парень укусил ребро ладони, чуть ли не до крови, согнулся пополам и начал в попыхах хвататься за горло. Ли побледнел от увиденного и отпихнул от себя Чонина, который только сейчас начал приходить в себя. Феликс наклонился к другу, придерживая его за плечи, и свободной рукой пытался открыть что-то в карманах. Только этого не хватало. Ян наблюдал за всем этим со стороны. Он словно очнулся от глубокого сна, дбудто раньше всё было в тумане, а он сам находился где-то очень далеко. – Что с тобой? – осторожно протянул он, делая шаг на встречу. – Как будто ты не знаешь! – огрызнулся Феликс, у которого уже начиналась истерика, – Сука, только не сейчас! Чуть ли не плача, Ли наконец-то отвечал в одном из карманов Хвана ингалятор и протянул ему, оглядываясь через плечо на светофор. 30 секунд. У Чонина в голове что-то щёлкнуло. Он с ужосом посмотрел на Хёнджина с ингалятором в руках и Феликса со слезинками в уголках глаз. От осознания стало плохо, всё это может закончиться для них в лучшем случае клиникой, а в худшем даже представить страшно. И всё это по его вине. – Живой? – вернул его в реальность голос Ли. Хван пару раз коротко кивнул, поднимаясь на ноги. Феликс с облегчением выдохнул и развернулся к Чонину. – Бежать сможешь? – Не уверен – протянул Ян, отходя от увиденного. – А придётся. Нехуй траву курить. Он подошёл к Хёнджину и собирался взять его на руки, потому что убегать от каких-то бандитов после резкого приступа астмы – так себе идея. Но Хван не позволил даже прикоснуться к себе. Он отшатнулся и посмотрел на друга таким строгим, холодным взглядом, что Ли на секунду даже забыл про светофор. – У тебя больная спина, и если ещё хоть раз ты попробуешь кого-то понести, я удалю все игры с твоего компьютера. – Но... – Заткнись, – оборвал его Хёнджин на полуслове, притягивая за руку Чонина и готовясь убегать, – Я всё сказал. Как бы Феликс не хотел возразить, времени уже не было, пришлось снова бежать, хотя бы до ближайшей автобусной остановки. Ещё немного и весь это кошмар наконец закончится! Они не оборачивались, но прекрасно знали, что их в любой момент могли догнать. И легче от этого знания не становилось. Грудь Хёнджина вскоре снова начало сдавливать грудь, бросало в дрожь от понимания того, до остановки он может не дотянуть. Феликс боялся. Боялся не столько за себя, сколько за парней, он был готов продать все свои аккаунты в играх, лишь бы они оказались в безопасности. А потом задушить обоих на ровном месте. А Чонин... Снова поплыл: всё перед глазами искажалось, а к горлу подступал ком. Мысли смешивались и превращались во что-то неразборчивое и ужасно капающее на мозги. Вокруг проносились дома, улицы, люди. Откуда-то доносился лай собак, сквозь который было слышно крики и угрозы гонящихся за ними мужиков. Слышен он был отдалённо. Им всё-таки получилось немного оторваться, но это не меняло того, что каждая секунда была на счету. Остался один поворот. Парни забежали за очередной дом, ещё совсем чуть-чуть. Но тут Феликс в кого-то врезался, инстинктивно хватаясь за друзей, но это не помогло, и в следующую секунду все трое кубарем полетели на асфальт. Ли тут же схватился за ногу. – БЛЯТЬ, ДА ЧТО ЗА ДЕНЬ СЕГОДНЯ ТАКОЙ!? – он держался за больную лодыжку, скрючившись прямо на дороге, и не торопился вставать, – Сука! Хёнджин с Чонином лежали поодаль от Феликса. Им явно повезло больше, потому что кроме лёгких саден ничего обнаружено не было. Хван поднял глаза и поперхнулся, узнав в фигуре незнакомца Ким Сынмина, который сейчас смотрел на них глазами по пять копеек и с открытым от шока ртом. – Какого... – Сынмин, блять! – крикнул Феликс, отрывая парня на полуслове, – Смотри куда идёшь, сучка! Он кое-как поднялся, но не успел пройти и двух шагах, как чуть не свалился обратно. Ногу пронзила жгучая боль, стоило только на неё наступить. Вывих, как минимум. – Мини! – Хёнджин на радостях подскочил к Киму, принимаясь обнимать его, – Я так рад тебя видеть! – Не хотите объяснить? Спросил он, поглядывая то на Феликс, то на Хвана, пока не заметил Чонина, валяющегося земле и не желающего принимать происходящее. Ким улыбнулся, отпихивая от себя Хёнджина. Парень подошёл к Яну и опустился на корточки рядом с ним. – Привет, Чонин-а, как твоё здоровье? – спросил он, как всегда, уже привычным наигранно милым голосом. Ян медленно повернул на него голову. Он обкурился травой, чуть не сдох сам и подверг опасности своих друзей. Парень лежал на асфальте и понимал, что причина его расширенных зрачков сейчас стоит прямо перед ним. Будь у Чонина силы, Сынмин бы уже валялся здесь с кучей переломов. – Заткнись, паскуда ёбанная, – выдавил он из себя, из последних сил стараясь приподнятся, но безуспешно. Сынмин ядовито усмехнулся и сфотографировал его, предварительно стягивая с парня очки. – Не ругайся, Чонин-а! Это так невежливо с твоей стороны. Кто знает, чем бы это закончилось, если бы не хромающий Феликс, который подбежал к ним и, отдёрнув Сынмина, отвесил ему пощёчину. Ким не ожидал такого развития событий, поэтому просто ошеломлённо посмотрел на друга, придерживаясь рукой за больную щёку. – Это за ногу, – пояснил он и уже замахнулся для нового удара, – А это за то, что мы его два часа по всему Сеулу искали, пока ты хуи пинал. Сынмин уже готов был уворачиваться, но его спас кашель Хвана неподалеку. Феликс сразу забыл про Кима и подбежал Хёнджину чуть ли не прыгая на одной ноге. Как раз вовремя, потому что парень уже готов был обессиленно свалиться. Он начал хвататься за Ли, чтобы удержаться в вертикальном положении, и вновь потянулся за ингалятором, который почти сразу выронил. Хёнджин тут же зашёлся кашлем, хватаясь за горло дрожащими руками. Ким наконец очнулся и подбежал к парням, поднимая ингалятор. – Что случилось? – А ты как думаешь? – спросил Феликс, балансируя на одной ноге, – Мы проебали Чонина и пошли его искать, а когда наши, увидели, что этот сучёнышь разъебал товар каких-то уёбков, поэтому теперь они гонятся за нами и собираются отправить в мир иной. – Ты прям одной фразой всю мою жизнь описал... – нервно усмехнулся Сынмин, осознавая масштаб проблемы. В этот момент парни услышали знакомые крики. Повисла гробовая тишина. Они были совсем рядом. Кажется, на соседней улице. И нужный автобус уже подъезжал, его было уже видно за поворотом. У них не было времени. И эти отморозки доберутся до них раньше, чем приедет автобус. Это конечная. Чонин поднялся на ноги и подошёл к хёнам. Ему было безумно стыдно смотреть в глаза друзьям после всего случившегося. И та часть его мозга, которая ещё относительно соображала, сжирала парня изнутри, а чувство вины давило на плечи не хуже гидравлического пресса. Ким, в свою очередь, просто смотрел на Феликса и Хёнджина, которые стояли с бледными лицами и судя по всему обдумывали прощальный монолог. – Ждите автобус и ничего не бойтесь, – хладнокровно сказал Сынмин, спустя несколько секунд молчания. Он развернулся и, ничего не объясняя, направился в сторону звуков. Парни опешили. Ким сейчас был не похож сам на себя, видеть его таким в подобных обстоятельствах, как минимум очень сильно напрягло. – Ты куда? – осторожно спросил Хёнджин, переглядываясь с Феликсом. – Картошку выращивать, – ядовито кинул парень, со вздохом поворачиваясь к друзьям, – Задержу их, чтобы вы свою жопу унесли. И тут он пересёкся взглядом с Чонином. И снова стало тихо. Каждый из них задумался о своём. Сынмин не хотел помогать Чонину. Кому угодно, только не этому безответственному наркоману. Ким помнил всё: все вспышки агрессии, зачастую выбивающиеся на него, всё осуждение и презрение, взятое из неоткуда, все драки, походы в травмпункт и сплошная животная ненависть. И Ян последний человек, которому Сынмин протянет руку помощи, даже под дулом пистолета он не собирался ему помогать. А Чонин... Просто не мог сообразить, как это аморальное существо с отсутствием каких-либо моральных установок может кому-нибудь помогать. Ким Сынмином, и идёт сейчас рисковать своим здоровьем, только чтобы его друзья раздолбаи вышли сухими из воды. В голове не укладывалось. Ян знал Сынмина достаточно, чтобы понимать, что в их вселенной такого попросту не могло произойти. Ну или думал, что знал Да Ким и не говорел желанием вытаскивать из проблем Чонина. Ни в этой жизни. Но предпринять что-то в любом случае нужно. Киму не хотелось это признавать, но на произвол судьбы они Яна точно не оставят, как бы Сынмин не попросил. Он набрал в грудь побольше воздуха, как будто решаясь на самый ужасный поступок в своей жизни. – Но с вас ящики безалкогольного пива раз в месяц до конца года, – должна же быть хоть какая-то компенсация. Парни всё ещё прибывали в культурном шоке, и Киму не особо хотелось дожидаться, когда они отойдут. – Будем считать, что мы договорились, – Сынмин развернулся и побежал вдоль улицы, чтобы больше не терять время, – Только не просрите автобус! Кинул он прежде чем исчезнуть за поворотом, оставляя друзей в шоковом состоянии. Что ж, это даже сыграло Киму на руку. Если бы парни соображали быстрее, уже приснились бы отговаривать Кима и удержать его на месте всеми правдами и неправдами. Видите ли переживают. А собственно зачем? Сынмину не привыкать.

***

Время уже близилось к утру, а Кима всё ещё не было. Все собрались в их с Феликсом комнате и уже второй час сидели в полной тишине. Чан и Джисон упорно смотрели в экран телефона, отслеживая геолокацию Сынмина. Чанбин пытался убедить всех, что нужно ехать искать Кима с собаками по всему городу, и уже на полном серьёзе собирался звонить в полицию. Эти мысли сейчас посещали каждого, останавливало одно. Ким попадал в такие передряги достаточно часто, иногда казалось, что у него где-то был встроенный магнит для неприятностей. За всю дружбу с Сынмином было много моментов, когда приходилось вытаскивать его из всякого дерьма, но про один такой случай особенно не любили вспоминать. Ничего сверхъестественного на первый взгляд не произошло: Джисон тогда затащил Кима в аниме магазин после месяца уговоров в попытке убедить его посмотреть хоть что-нибудь. Понятное дело смотреть Сынмин ничего не собирался и согласился на эту авантюру только, чтобы Хан наконец успокоился. Джисон скупил тогда кучу статуэток, манги и всякого мерча, что не обошло внимание каких-то отморозков с улицы, которые решили предъявить парню за значки на рюкзаке. Доверять разборки Хану было сомнительно, и Ким с самого начала отправил друга в общагу с огромной просьбой не вмешиваться. Ясное дело Джисон его не послушал и влетел в общагу с крикамии просьбами о помощи. В итоге попытка приехать и помочь закончилась до крови избитым лицом Сынмина. После того случая он не разговаривал с ними около недели, а потом попросил никогда в жизни не вмешиваться, когда он пытается помочь. Именно поэтому сейчас парни сидели в комнате и ждали хоть возвращения друга. За исключением, разве что Хёнджина и Чонина, которые уснули в обнимку с Феликсом. Минхо купил возле окна и молча наблюдал за Чанбином, нервно мереящим шагами комнату. На это было сложно смотреть. Ли кинул быстрый взгляд на настенные часы и затушил сигарету. – Я заведу машину, – коротко сказал он, направляясь к выходу. – Думаешь это хорошая идея? – спросил Чан, не отрываясь от телефона. – А ты предлагаешь просто сидеть без дела? Их прервал звон ключей в замочной скважине, через пару секунд дверь открылась и в комнату заводился хромающий Сынмин с огромным количеством ссадин и порванной кофтой. У парню тут же подскочили Джисон и Чанбин, подхватывая его под руки. На Кима сразу посыпался шквал вопросов, которые он пропускал мимо ушей. Сынмина трясло, он беспорядочно хватался за всё подряд, лишь бы не грохнуться на пол. Его затуманенный взгляд метался по комнате, пока не зацепился за Чонина, мирно спящего у Феликса на плече. Ли машинально прижал друга ближе к себе, замечая сузившиеся зрачки парня. Сынмин выпрямился, делая шаг в их сторону, но оступился из-за звонка в ушах и проезжающей головной боли. – Я убью его, – покряхтел он, принимая бутылку с водой от Минхо. После ещё несколько попыток врезать Яну, Ким обессиленно рухнул на свою кровать. Видимо не сегодня. На все вопросы про скорую и таблетки парень отмахивался, не впервой, а когда к нему полезли с перекисью, наконец не вытерпел и молча вышел из комнаты и направился к пожарной лестнице. Благо идти недалеко. Он знал, что кто-нибудь точно пойдёт за ним, но пока радовался возможности хоть немного насладиться одиночеством и спокойствием. Парень нервно усмехнулся, оценивая взглядом свою одежду. Жалко, это была любимая кофта Джея. Он подарил её Сынмину перед отъездом в другой город. Джея тогда не было всего несколько недель, но кофту эту Ким носил, не снимая. Парня вообще не волновало, что он вернулся под утро избитый, единственное, что его сейчас действительно напрягало – так вещь, которая всегда могла подарить тепло любимого человека. Обычная прокуренная серая кофта далеко не самого лучшего качества с надписями на спине. Но именно в ней Сынмин чувствовал полное спокойствие и умиротворение, вспоминал, что ему всегда есть куда идти и что в кой то веки его где-то ждут. Парень опёрся на перила и окинул взгляд город. Яркие огни, граффити, оживлённые улицы.. совсем не похоже на район, в котором он вырос. Ким невольно начал вспоминать разные эпизоды из своего детства. Сколько было ситуаций, похожих на сегодняшнюю и не сосчитать. А по-другому словно и быть не могло: человек, который прожил почти всю свою жизнь в криминальном районе по умолчанию был богат плохими воспоминаниями и сомнительными историями. Чего чего, а вот этого у Сынмина хоть отбавляй. Вспомнить только, сколько раз он оставался ночевать с едва знакомыми компаниями, а просыпался где-то под мостом на улице. Иногда он под этим самым мостом и ночевал. От неприятных воспоминаний парня аж передёрнуло. Не любил он такие моменты, всегда мысли откидывали в прошлое. И Ким искренне надеялся, что всё, пережитое им когда-то в детстве, навсегда в детстве и останется. Исключением был разве что Джисон, с которым они тогда ещё учились в параллельных классах. Что ж, Ким простоял бы так ещё очень долго, если бы не скрип открывающийся двери и аромат среднего такого мужского парфюма. Минхо опёрся спиной на перила рядом с Сынмином и молча протянул ему бутылку пива. Парень сделал несколько глотков, не проронив ни слова. Рядом с Ли всегда было так, и Киму это очень нравилось. Можно было просто прийти и помолчать, изредка кидаясь друг в друга оскорблениями. Своеобразно, но, как ни странно, всегда помогало. Но уже скоро Сынмину надоело просто смотреть вдаль. Он достал из кармана телефон и начал разглядывать сделанную недавно фотографию Чонина, на которой отчётливо было видно расширенные зрачки. – Если тебе нужна помощь, ты всегда можешь попросить любого из нас, – кинул Ли, нарушая безмятежную тишину. Киму не было, что ответить на это: он не привык просить помощи у кого-то, когда дело доходило вот до таких моментов. Даже Джея старался лишний раз не тревожить, если понимал, что может разобраться сам, хоть и хотелось. Всегда хотелось, чтобы появился кто-то, кто сможет помочь, подставить плечо в нужный момент. Но чтобы просить об этом... – И тебе не обязательно быть сильным в одиночку, – Минхо словно читал его мысли, видимо в тишине они были слишком громкими, – Не пытайся оградиться от людей, которые пытаются тебе помочь. – У меня есть Джей, – почти на автопилоте кинул Сынмин, продолжая рассматривать фотографию, – Он мне всегда поможет. Ли тяжело вздохнул, не доверял он этому Джею и на то были свои причины. В любом случае, Минхо понимал, что сейчас пытаться убедить в чём-то Кима, всё равно что разговаривать со стенкой. Он слишком замкнулся в себе, поэтому оставалось только пить пиво и любоваться видом пока ещё ночного Сеула.

***

С того дня прошло уже две недели. С началом учебного года и жизнь начала потихоньку налаживаться. Появилась какая никакая стабильность, но вместе с ней пришла ещё и куча новых проблем. И одна из них уже стучалась в дверь. В 5 утра. За 3 часа до начала пар. Чонин потёр сонные глаза и приподнялся на локтях. Вокруг всё было размыто. Ян мог различить разве что силуэт, предположительно, Хёнджина, который разговаривал с кем-то в дверях. Спросонья попытаться понять чью-то речь было чем-то из разряда фантастики, поэтому парень просто рухнул обратно в кровать, пытаясь смириться с мыслью, что нормально поспать сегодня уже не получится. Когда дверь наконец-то захлопнулась, Чонин прследил взглядом за раздражённым Хёнджином, продолжающим ходить из стороны в сторону, спотыкаясь о раскиданные на полу вещи. Видеть его таким ни то чтобы было редкостью, но, тем не менее, напрягало. – Что на этот раз? – кинул Ян, потягиваясь на кровати. Хван ничего не сказал, только закатил глаза, цокнул языком и прршёл к холодильнику вглубь комнаты. Хёнджин достал оттуда чипсы и захлопнул дверцу с такой силой, что затряслись стены. И вот это уже начинало не на шутку тревожить, но Чонин продолжал смотреть на друга, надеясь услышать наконец хоть какое-то объяснение. – Наш старый знакомый из отпуска вернулся. Чего ему на своём больничном не сиделось!? – возмущался парень, размахивая руками во все стороны, – Я ему открываю, а он с порога такой: «Если вы с Феликсом опять будете распивать пиво на пожарной лестнице по ночам, я на вас коменде пожалуюсь!» Тут уже у Чонина закатилось глаза, и он с измученным стоном скатился на пол прямо в гору немытой одежды. Одной этой реплики вполне хватало, чтобы понять, о ком идёт речь. Бён-Хо. Чуть ли не единственный человек, который мог сравниться с Сынмином в умении выбесить. Его ненавидело всё общежитие, потому что этот парень никому не давал нормально жить: устраивал концерт перед комендой и преподавателями, чтобы лишний раз засветиться и показать, какой он хороший, примерный ученик на фоне остальных. Он постоянно всех сдавал при первой же возможности и не упускал ни одну сплетню, собирая компромат на всех жителей общежитя. Задумываясь об этом, Ян понимал, что Бён-Хо – самая настоящая копия Сынмина. Единственное только, что Ким никогда не пытался строить из себя примерного отличника. В остальном они были, как две капли воды. Два сплетника, раздражающие всех одним только своим поведением и готовые на всё, чтобы выбить себе место под солнцем. Через пару секунд дверь распахнулась да так, что чуть не слетела с петель, а в комнату ввалились Феликс и Джисон, крича в процессе благим матом. Уже за ними зашли Чанбин и Сынмин. Вспомнишь солнце – вот и лучик. Услышав такой поток брани, Хёнджин тут же оживился и поспешил треснуть обоим по губам и в итоге свалился к ним. – У вас всегда так... – Ким с отвращением осмотрел помещение: горы грязной одежды гладильная доска, на которой тухнул вчерашний чай и остатки бутербродов, непомытая посуда рядом с игровым компьютером и куча коробок от пиццы, чипсов и газировки, – Кристально чисто?.. – Что-то не нравится – проваливай отсюда, – огрызнулся Чонин. Будет он тут ещё придираться. Можно подумать у них с Феликсом получше. Ян правда не знает, он из принципа никогда не заходил в их комнату, но что-то подсказывало, что там ну просто логически не могло быть чисто и опрятно. – Да я бы здесь по своей воле и на секунду не задержался, а как вы тут живёте, мне даже представить страшно. – К вам тоже уже этот жополиз заходил? – вклинился в разговор Чанбин, надеясь избежать намечающуюся ссору. – Если бы не уборщица, я бы ему въебал, – протянул Феликс, получая новый удар ладонью по губам. Хёнджин, пожалуй, единственный человек, который мог так сделать, не получив в ответ. – Да вообще! – Джисон махнул руками так, что прилетело одновременно и Феликсу, и Хёнджину, – Он сказал, что моя дакимакура пошлятина, а аниме смотрят только озабоченные дегенераты! – Этого бы не случилось, если бы ты не пустил его в комнату! – Чанбин закатил глаза, разваливаясь на кровати Хвана, – Он же учится на вашем факультете, какого хрена он припёрся в наше крыло? – Как здесь только тараканы не завелись? – Ким продолжал оглядывать помещение, не вникая в суть разговора от слова совсем, – Или и они у вас уже все подохли? – Сынмин, ты вообще с нами? – окликнул его Феликс с другого конца комнаты. Парень переаёл на друга взгляд, безучастно пожимая плечами. – Мне то что? Я не прячу траву под матрасом. – А я не изменяю своему ёбырю со всем университетом. От такого заявления Ким воздухом подавился. Никогда он налево не ходил и спал только с Джеем с того самого момента, когда тот предложил встречаться. – С чего ты вообще взял!? Я в жизни бы ему не изменил! – это не на шутку разозлило Сынмина, не то чтобы ему когда-то было дело до мнения окружающих, но и терпеть такое в свой адрес он не собирался. – А что? – Чонин вскинул бровями, а на его лице появилась мерзкая ухмылка и наигранное удивление, – Я ни за что не поверю, что такая шлюха, как ты, знает, что такое преданность. Или может я ошибаюсь и это не ты всем подряд глазки строишь? В комнате воцарилась тишина. Ким смотрел на Яна с такой ненавистью в глазах, что, кажется, готов был взорваться прямо сейчас. Парня уже начинаю трясти. Чтобы успокоиться, он сжал края абы как зашитой кофты. Как ему в голову вообще могло прийти такое!? Чонмна такая реакция вполне устраивала, он довольно смотрел на Сынмина, с вызовом вскидывая брови. Будет знать. – Ну ты ещё в трусы ко мне залезь. Если бы так продолжалось и дальше, они бы наверняка в какой-то момент просто бросились друг на друга с кулаками. Но ситуацию спас, как бы странно это не прозвучало, Джисон, буквально завалившийся на Сынмина. Это произошло слишком резко, и Ким даже не успел возмутиться. – Сынмин! – выдал он настолько драматичным и громким голосом, что наверняка проснулась добрая половина общаги, – Знаешь, ты у нас такой умный, а я там как раз ни одну тему по программированию не понимаю. Это на удивление сработало и парень посмотрел на друга с видом задолбанного взрослого, который уже десятый раз объясняет ребёнку что-то элементарное. – Как ты вообще поступил на айтишника, если не знаешь самую базу информатики? – А ты помнишь, какие компы у нас в школе были? Чудо, что я вообще их тогда не угробил. И вообще, я хотел быть диджеем! Ким треснул себя ладонью по лицу, представляю эту картину. Как бы то ни было, приём Хана отлично сработал. Чанбин наблюдал за этим со стороны и в итоге подошёл к Чонину, чтобы тоже отвлечь его каким-нибудь вопросом по учёбе. Феликс с Хёнджином вскоре присоединились к остальным, и ситуация начала налаживаться. Через какое-то время парни полностью ушли в обсуждение всех предстоящих важных событий и последних новостей, переодически названия Минхо и Чану, готовых спросонья обматерить их всех вместе взятых с головы до ног. Было огромное преимущество иметь друзей, которые уже получили образование и могли делать за них всю работу, вот только как правило, что Крис, что Минхо с порога посылали их с такими просьбами. Но потом всё равно шли всё объяснять.

***

Чонин сидел на третьей паре где-то в конце аудитории и пытался вникать в слова предподавателя. Слушать этот бубнёшь уже второй час и не улетать в свои мысли было ну очень сложно, и в какой-то момент Ян начал цепляться взглядом за всё подряд, лишь бы зацепиться хоть за что-то. Перегоревшие лампочки на потолке, плакаты с разными учёными на стенах, окно, через которое чётко было видно Феликса и Хёнджина, обсуждающих своих одногруппников со скамейки. Хорошо им, у них физкультура, могут спокойно хренью маяться. Аж выбесили, парень отвернулся от них, и его взгляд упал на Бён-Хо, активно запирающий что-то предподавателю, который наверняка даже имени его не помнит. Легче от этого зрелища не стало, и Ян снова закатил глаза, поворачивая голову в другую сторону. Сынмин. Ещё лучше. Чонин хотел просто встать и выйти прямо сейчас. Взгляд Яна задержался на парне. На удивление, Ким не просто дурью маялся, а мы пытался что-то конспектировать и даже не выглядел при этом умирающим от скуки. И как давно он решил за голову взяться? Бомбер, из которого торчали нитки, теперь висел на нем как половая тряпка. Он вообще снимает его? Или даже в душ так же ходит, наяривая на своего тюбика? Чонин на секунду задумался, было странно, что после того случая Сынмин не упрекнул его за это. Но видимо Ким вообще не горел желанием с кем-то обсуждать эту тему, не то, что с Яном. Парень сидел через несколько рядов от него самого и через какое-то время почувствовал на себе взгляд. Он обернулся и заметил Чонина, который смотрел на него с таким раздражением, что его можно было потрогать руками. И заметили это явно не только они двое: многие одногркпники уже косо поглядывали на них. Ощутив на себе такое внимание, Киму в голову пришла прекрасная идея. Чонин считает его шлюхой, которая любит плести интриги со всеми подряд? Тогда пусть так и будет. Парень потратил всю свою силу воли, чтобы сдержать рвотный позыв, и улыбнулся настолько мило, насколько вообще мог, показывая сердечки. Ян от такого зрелища аж поперхнулся и уставился на Сынмина так, словно призрака увидел. Ким на это только усмехнулся, не так как обычно: не саркастично, не надменно, а застенчиво и как-то по-детски. Шок Чонина уже достиг своего апогея, и парень беспорядочно забегал глазами по аудитории. Как и ожидалось, удивило это не его одного. Все знали, что эти двое друг друга на дух не переносили: весь прошлый год весь университет только и слышал, как их постоянно отчитывали и даже грозились отчислением. А тут такое зрелище. Все вокруг начали перешёптываться и в тихую их фотографировать. У Яна началась паника, всё тело затрясло от ярости, он прекрасно понимал, чем всё это может закончиться. Парень не знал, куда себя деть, пока Сынмин продолжал посылать ему воздушные поцелуйчики и подмигивать. А когда Ким понял, что на них смотрят абсолютно все, несколько раз оглянулся, делая вид, что не замечает всеобщего внимания, скинул с себя кофту и осторожно стянул с плеча футболку, отводя взгляд куда-то в сторону, а когда «случайно» заметил, что на них смотрят, поспешил натянуть кофту обратно, застенчиво хихикая. У Чонина уже начиналась истерика. Он понимал о чём все сейчас подумали. Длилось всё не больше минуты, но по ощущениям, на это ушла целая вечность. В классе поднялся такой шум, что предподавателю, который обычно говорил чуть ли не шёпотом, пришлось повысить голос и хорошо так прикрикнуть на всех. Сынмин был доволен собой. Давно он так не делал. Кажется эти шоу парень перестал закатывать, когда начал встречаться с Джеем: его парня такое, мягко говоря, не устраивало, и было приятно осознавать, что навыки ещё не потеряны. Ян в свою очередь уже хватался за шею и собственные руки, в панике оставляя на них мелкие царапины, чтобы успокоиться. Что это вообще было!? На него продолжали смотреть, и эти взгляды придавливали его к полу. Резко стало сложно дышать, всё произошло слишком быстро и откинуло в школьные годы, на несколько лет назад. Он, как сейчас помнил те ощущения. Помнил и узнавал. Пытаясь контролировать дрожь в теле, он поднял руку и попросился выйти. Общежитие здесь в пяти минутах. Ну что ему стоит быстро сбегать за сигаретами, которые он, как на зло, забыл именно сегодня. И вот уже в скором времени он стоял возле открытого окна в своей комнате и курил. Руки чесались, чтобы прямо сейчас вернуться туда и хорошенько треснуть Сынмина за эту выходку. Что было у него в голове!? Хотя лучше бы конечно у него её не было. Чонин вздохнул смиряясь с тем, что ближайшие пару часов отомстить Киму не получится. Взгляд упал на его кровать. А может... Рука сама потянулась к матрасу. А этот момент Ян услышал телефонный звонок. Мелодия била по мозгам и с каждой секундной становилась всё громче. В последний момент, Чонина как водой окатило. Он резко отдёрнул руку. Нет, сейчас нельзя. Парень тряхнул головой и не глядя ответил на звонок, чтобы отвлечься. – Ты какого хуя на мои сообщения не отвечаешь? Услышать родной голос было облегчением. – Извини, дорогая, я был... занят. Не хочешь сегодня сходить куда-нибудь вечером? – Если ты опять потащишь меня в мак под предлогом дорогого ресторана, я с тобой в принципе никуда больше не пойду. Парень рассмеялся и улыбка сама расплылась на лице. Всё стало ему безразлично, кроме любимой девушки. Она всегда была тем, кто мог успокоить его в любой ситуации. Лин всегда была рядом с ним, её прикосновения, её голос, улыбка, смех – всё это заставляло почувствовать себя живым и успокаивало лучше любой травы. Проще говоря, весь хаос, который наводил в его жизни Сынмин, ничего не стоил, когда Лин была рядом. Сынмин От одной только мысли о нём Яна переклинило. Та ситуация уж точно не останется без последствий. Не нужно быть гением, чтобы это понимать. И Чонин сделает всё, чтобы эти последствия превратили жизнь Кима в ночной кошмар. Он за это ответит.

***

Сынмин сидел на кровати Джисона и даже не пытался скрыть, что сейчас уснёт. Парень слипающимися глазами наблюдал за Хёнджином, который ходил из стороны в сторону, что-то обдумывая. Ким не спал уже два дня, и как бы ему не хотелось сказать, что это из-за ахуенного секса или очередных гонок, но трахала его последнее время только учёба. Он безучастно достал телефон, проверяя пропущенные от Джея, 15 звонков и бесчисленное количество сообщений. Сынмин вздохнул. Из-за плохой успеваемости и далеко не самого лучшего поведения всякие важные шишки следят за ним особенно внимательно, вот и приходилось пахать как ни в себя. Прекрасно ведь знал, что в случае чего возвращаться некуда. Сейчас хотелось только одного: оказаться рядом с любимым человеком. А не слушать за стенкой возмущённые крики Хана, которого выгнали из его же комнаты, и трёхэтажный мат Феликса. – Хёнджин, ты выдернул меня прямо со смены, можешь объяснить, что происходит? – устало спросил Чан, ковыряясь палочками в тарелке с лапшой. Не хотелось пропускать обеденный перерыв. – Если я не верну клиенту машину через три часа, мне голову открутят, поэтому поторопись, – кинул Минхо, рассматривая постеры с аниме и фигурки на полках. Мысли такого характера посещали сейчас и остальных, потому что Хвану все потребовались слишком резко и объяснять что-то в другое время он наотрез отказался. Но больше остальных, наверняка, злились Лин с Чонином, которых притащили сюда прямо со свидания. Сынмина это радовало. Не ему одному приходится страдать. Пусть помучатся – не помешает. – Итак! – начал Хван, разбудив Чанбина, видимо тоже не спавшего несколько ночей, – У Джисона и Феликса скоро дни рождения, поэтому на правах их лучшего друга, я предлагаю что-нибудь им организовать. – Я думал - я лучший друг Джисона, – Чан даже отложил тарелку с лапшой, продолжая смотреть в одну точку. – Нет, – Хёнджин прищурился, складывая руки на груди. – Допустим, – Сынмин напечатал быстрые ответы Джею и переключил внимание на друга, – И что ты предлагаешь? Хван задумался, а вместе с ним и все остальные. За последние недели было так много суматохи, что дни рождения парней просто вылетели из головы. Никто особо не задумался что им дарить. Забавно получилось, что Джисон был старше Феликса всего-лишь на какой-то один день, но при этом Ли учился на третьем курсе, а Хан на втором. Так уж вышло, что ему пришлось пойти в школу на год позже из-за проблем с переездом. И Ликс никогда не упускал возможности подколоть друга на этот счёт. – Можно просто устроить им тусовку в квартире Чана, – сонно предложил Чанбин, оценивая примерный бюджет. Все согласились с идеей, сейчас это выглядело, как самый оптимальный вариант: несильно затратно и самое главное – не нужно будет постоянно стоять на шухере, опасаясь того же Бён-Хо. Только Хёнджин сразу отмахнулся от этого варианта. – Ну нет! Это слишком скучно. – Предлагаешь им стриптиз заказать? – усмехнулся Ким, представляя себе ошарашенные лица парней. Джисон точно не отрывал бы глаз, а Феликс от шока вспомнил все существующие и нет молитвы. – Ещё чего! – крикнул Хван, размахивая руками, – Обойдутся, не заслужили. – А что? – Чанбин заваливался на Минхо и уже еле сдерживал смех. – Ревнуешь? – Ли закончил мысль друга, уже во всю ржущего в его плечо. – ДА КАК ВЫ... – Хёнджин вскипел, обрываясь на полуслове и пытаясь успокоиться, – Нет, и точка! Это даже не обсуждается. – Боишься, что всё внимание мальчиков будет приковано не к тебе, Хён-и? – кинул Сынмин своим уже фирменным детским тоном. Тут уже прорвало всех, а Хван обиженно сложил руки на груди, глядя в пол. – Да ну вас. – Не обращай на него внимание, хён, – откликнулся Чонин, придерживая за талию Лин, засыпающую у него на плече, – Он только об одном думает. Сынмин цокнул языком и закатил глаза. Душнила! И как можно было так испортить хороший момент? Почему нельзя было просто держать свой поганый рот на замке? – Мне хотя бы есть чем. – Хорошо, и о чём таком важном ты сейчас думаешь? С кем бы сегодня по-быстрому перепехнуться? Ким, как ошпаренный, подскочил с кровати и широкими шагами подошёл к Яну. Внутри всё закипало от ярости. Парень смотрел на Чонина так, словно готов был убить на месте. Ладони медленно сжались в кулаки, а ногти впились в кожу. Между ними оставались какие-то жалкие несколько сантиметров, и удар не заставил бы себя долго ждать. Но эта ненависть, застывшая в каждой клетке, не давала парню даже замахнуться. Чонин смотрел холодно, с отвращением. За год его это всё конкретно выбесило. Яна безумно раздражало всё, что делал Сынмин, как будто целенаправленно доводил его до белого каления. И от этого невозможно было не вскипеть. Сначала выводит из себя, а потом строит из себя чистого и невинного. Обиднее было только то, что остальных парней этот образ ангела во плоти чем-то зацепил. Хотелось просто по-человечески свернуть Киму шею, лишь бы больше не слышать этот противный голос каждый чёртов день. Все в комнате застыли и молча смотрели на них. Опасно было предпринимать какие-либо действия, когда всё что угодно могло спровоцировать очередной поход в больницу. Кажется даже время остановилось на эти жалкие несколько секунд, и так бы продолжалось дальше, если бы не Лин. Девушка сонно протёрла глаза, восстанавливая в памяти последние события и, сообразив, что она сейчас рядом с Чонином, потянулась за поцелуем. Началось все довольно смазано. Чужие мягкие, нежные губы ощущались слишком эфимерно, но когда Лин уложила руки на шею и волосы парня напряжение Чонина сошло на нет. Нежная рука его любимой сжимала волосы, а теплая ладонь ласкала шею. Ян готов был раствориться в этих прикосновениях, запускающих табуны мурашек по всему телу. Что ж, потом наверняка придётся вытирать следы тёмно-красной помады, но парень никогда не был против. Под чарами Лин вся злость и ярость сошла на нет, уступая место покою и умиротворению. В этом поцелуе не было ничего страстного или особо интимного, но именно в этот момент Ян забыл о существовании Сынмина, полностью погружаясь в их с Лин любовь с головой. Ким же цокнул языком, закатив глаза и отошёл обратно на своё место. Бесят. Всегда бесили этой их слащавостью. Ну неужели их самих не тошнит от всей этой приторности!? Остальные наконец выдохнули с облегчением. В кой-то веки получилось отделаться лёгким испугом. – Может сходим выпить? – всё ещё сонно протянула Лин, отрываясь от Чонина и обращаясь скорее исключительно к нему. – О, точняк, – Чанбин резко оживился, услышав это предложение, – Неподалеку недавно открылся новый бар, можем их дни рождения там отметить. – Я только за! Не придётся потом квартиру три недели отмывать, – усмехнулся Чан, откладывая на стол пустую тарелку из-под лапши. – Тогда с этим решили! – озвучил свой вердикт Хёнджин, – Что им подарим? – Мы с Чаном думали скинуться Феликсу на новую клавиатуру, – ответил Чанбин, слегка задумавшись, – А Джисону книгу цитат его любимых персонажей, а то он мне уже все мозги выел. – Хану мангу «Истребитель демонов», – добавил Чан. – Феликсу модифицирую двигатель, а то задрал уже ныть, что у него машина еле тащится, – Ли закатил глаза, стоило только вспомнить все жалобы брата на медленную скорость, – А Джисону... понятия не имею. Мы даже толком не общаемся. Возможно это и покажется странным, но по большому счёту они действительно редко пересекались. У Ли долгий период времени было куча забот из-за квартиры и подработок, а Хана стабильно раз в несколько месяцев накрывало вдохновение. Достучаться до него в такие моменты было достаточно сложно, а всё свободное время парень уделял музыке и просмотрам аниме, до тех пор, пока Чан не устроил его своим помощником в компьютерный клуб. Да и в этой комнате Минхо был впервые. Он слышал раньше, что Джисон любит аниме, но не думал, что настолько. Это приятно удивило Ли, ведь первое, что он сделал, заехав в новую квартиру – заставил все книжные полки иссекаем. – Все эти постеры не мои, – пожал плечами Чанбин, – Вот и думай. Смотрит он почти всё, но особенно любит «великую классику». Со изобразил кавычки, пародируя голос Хана. – На самом деле, – начал Ким, отрываясь от телефона, – С вашей любовью ко всему этому бреду, странно, что вы ещё не лучшие друзья. – Никакой это не бред! – в один голос крикнули Чан, Минхо и Хёнджин. Сынмин закатил глаза, снова утыкаясь в экран. Он никогда не понимал интерес Хана ко всему этому, да и в целом большой любовью к Японии никогда не страдал, что тут сделаешь? Ему всегда больше нравились американские комедии и ситкомы. – А ты видимо только порно смотришь. – А для тебя это видимо больная тема, – парень устало перевёл взгляд на парочку у окна, – Кстати, Лин, не боишься сдохнуть девственницей? Знаешь, я бы на твоём месте... Ким усмехнулся, облизывая губы, и посмотрел на них сверху вниз. Прежде, чем кто-то успел среагировать, девушка быстро подошла к Сынмину, замахнулась и со всей силы треснула его по щеке. Это произошло слишком резко, парень сразу отшатнулся, зажмуриваясь и закрывая ладонью ушибленное место. Чан придвинулся к Киму, разворачивая его к себе и осматривая щёку. Чонин сразу подскочил к Лин, пытаясь поскорее её оттащить, но она только отошла на несколько шагов в сторону, отряхиваясь и с отвращением вытирая руки об одежду. Ян смотрел на неё влюблёнными глазами и даже не знал, что сказать. Крис пытался посмотреть всё ли в порядке, но Сынмин отмахивался и толком не давал к себе прикоснуться, потом к ним подошли Чанбин с какой-то мазью из аптечки и Хёнджин, только мешавший своими криками. В итоге уже через несколько секунд его настоятельно отослали в другой конец комнаты. – Не перебор? – Ли медленно поднялся и встал между ними, зпгораживая собой Кима, на всякий пожарный. – Ничего, ему полезно, – Лин подошла обратно к Чонину, приобнимая его за плечи. – А что, я не прав? На правду не обижаются, – невозмутимо отозвался Сынмин, будто ничего и не произошло. – Замолчи, – кинул Минхо через плечо, – поговорим? – парень кивнул на дверь. – Мы вроде не дети, – буркнул Ян себе под нос. – Вот и не ведите себя так, как будто вам вчера только по 13 исполнилось! Было очень сложно держать себя в руках. Как же ему уже всё это надоело. Мало у Ли с братом проблем, так ещё и с этими разбираться. – Минхо, – поспешил остановить его Чан. – Раз уж такие взрослые, научитесь думать головой. Ян задумался на секунду. Всё же слова Ли имели на него какое-никакое влияние. Он понял, что выходит из-под контроля. Опять. А всё из-за этой сволочи Сынмина! А вот Лин это выбесило знатно. Она больше не могла всё это терпеть. Какого хрена Минхо разговаривал с ней, как с каким-то проблемным подростком? Она не Феликс, чтоб нотации выслушивать. Девушка подошла накинула короткую бордовую кожанку и отошла к двери. – Я буду на улице, – кинула она Чонину напоследок, громко хлопнув дверью. Стало тихо. Ян готов был убить Кима прям так, но строгий взгляд Ли позволил только кинуть пару матов и отойти обратно к окошку. Тишина затянулась. – Хёнджин, – неуверенно начал Чанбин, пытаясь как-то переключить тему, – Ты сам-то парням что подаришь? – А это секрет! – Хван оживился и благодаря его бодрому тону остальные тоже пришли в себя. – А ты не обнаглел? – усмехнулся Минхо. – Мы тебе рассказали! – поддержал Чан, продолжая придерживать Сынмина и осторожно поглаживать его по плечу, словно он был его ребёнком. – Скоро сами увидите, – Хван подмигнул, давая понять, что ничего рассказывать не собирается. У Чана и Минхо оставалось не так много времени, ведь работа сама себя не сделает, поэтому все начали потихоньку собираться. Парни накинули лёгкие куртки, Чанбин убрал мазь обратно в аптечку и попытался навести хоть какой-то порядок перед уходом: остаток дня он планировал провести с Крисом в компьютерном клубе. Хёнджин проверял сумку на наличие фотоаппарата, красок, и всяких безделушек, которые непонятно зачем носил с собой. Ян переписывался с Лин, чтобы договориться о встрече в кафе через несколько часов: у девушки резко возникли проблемы с младшим братом. Чан собирался убегать, но его взгляд задержался на Сынмине. С одной стороны в нём особо ничего не изменилось, но с другой что-то сильно отличалось. Оставалось понять, что именно. Он положил руку на плечо Кима, но тот отшатнулся. – Не хочешь посидеть с нами сегодня? Я могу тебе пиво достать. – Чан, я не стеклянный, если ты думаешь, что я развалюсь на части из-за обычной пощёчины, видимо ты не так хорошо меня знаешь. Слышать такое было очень больно. Да, они знакомы только год, но сложно сосчитать, сколько раз парни гуляли по пустым улицам ночного города и беседовали обо всём подряд. Сынмин тогда открылся Чану полностью, и он был почти уверен, что знает про Кима вообще всё. Сколько песен они написали вместе, сколько раз смеялись всей компанией, где-то на окраине города после очередных догонялок с ментами, а потом делились чем-то, что унесут с собой в могилу. И Чан готов был поспорить, что за этот год узнал Кима лучше, чем родной отец за всю жизнь, поэтому слышать сейчас такое было, как минимум, оскорбительно. – Извини, – Сынмин заметил разочарованный взгляд друга, – Я очень устал, не спал несколько дней. Джей хочет, чтобы я приехал. Крис вздохнул, он очень плохо знал парня Кима, и не то чтобы тот вызывал у него доверие. – Если что-нибудь надумаешь, я буду тебя ждать. Сынмин кивнул и поспешил выйти из комнаты, чтобы там спокойно нажаловаться на весь мир. В коридоре было достойно тихо, и почему-то спокойнее от этого не становилось. Парень сунул руки в карманы, не замечая, как косо на него смотрят. Людей сейчас было не так много, но все они при виде Кима начинали хихикать и перешёптываться. И сдержать улыбку, наблюдая за всем этим, было просто невозможно. От его недавнего «шоу» во время пары ещё не успели отойти. Эту тему обсуждали уже во всех общих чертах, а одногрупники любезно делились сделанными фото и видео. И Сынмину очень хотелось проверить, что будет, если он на этом не остановится, но, к сожалению, от идеи пришлось отказаться по нескольким причинам. Во-первых, Кима в конце достали расспросы от Феликса и Хёнджина, которые не пропускали ни одной сплетни и 2 часа к ряду расспрашивали парня о произошедшем. Во-вторых, если слухи дойдут до Джея, вряд-ли это хорошо закончится. Сынмин и так уже мониторил сообщение на его телефоне, пока тот не видел, и блокировал всех, кто присылал «компромат» с левых аккаунтов. Но определённо были и плюсы. Весь поток сплетен, смешков в коридорах и косых взглядов посыпался и на Чонина. И нужно признать, что ничего приятнее он ещё не испытывал. Реакция Яна бала бесценна, то, как он постоянно сбегал с пар, несколько часов истерично доказывал Феликсу с Хёнджином, что все эти сплетни полный бред, а самое главное, за эти несколько дней он выкурил столько травы, сколько обычно ему хватало на 2 недели. Сынмин прекрасно понимал, что он мудак, но ради такого не жалко было и шлюхой побыть. В конце концов, Чонин сам его так назвал, пусть теперь отдувается. От мыслей об этом даже настроение поднялось. Прежде, чем поехать к Джею, надо было заскочить к себе в комнату, забрать наушники и зарядку для телефона. Спускаясь на несколько этажей ниже, парень начал чувствовать, что что-то не так, сложно было сказать, что именно, но странная тревога не оставляла его. И лучше бы он не знал причину и дальше. – Сынмин-и!! – послышался за спиной до боли знакомый голос. И уже в следующую секунду на Ким кто-то налетел со спины, и парню потребовалось ещё время, чтобы понять, что его обнимают, а не душат. Кое-как вырвавшись из хватки, Сынмин развернулся и опознал в шатающейся фигуре пьяного Джисона и Феликса, стоящего рядом с бутылкой в руке. От увиденного у Кима челюсть отвисла. Как им вообще такое могло в голову прийти!? Ну почему нельзя было, как нормальные люди пойти в бар или хотя бы закрыться в комнате!? А самое главное, почему они свалились именно на него? Хотя с другой стороны эти раздолбаи могли наткнуться и на кого-то похуже. – Вы нас бросили! – заявил Феликс, шатаясь из стороны в сторону, – Мудаки. – И поэтому вы решили набухаться в хлам!? – Да мы немножко! – Хан постарался изобразить пальцами это немножко, но чуть не свалился с ног. – Я вижу, – Ким полез в телефон и понял, что к Джею он сегодня вряд-ли попадёт, – Ладно, алкаши недобитые, пойдёмте. – Никуда мы с тобой не пойдём, предатель, – Феликс явно пытался изобразить что-то, размахивая руками, но, как итог, просто зарядил Джисону по носу. – Мы теперь сами по себе! Мы эти... Как их там? Ошейники! – Отшельники, – поправил его Ли. – Долбоёбы вы, а не отшельники! Сынмин постарался подхватить их под руки, чтобы отвести к себе, но сделать это оказалось сложно, потому что эти двое постоянно вырывались. – Что происходит? Послышалось откуда-то сверху, и Ким неохотно поднял голову. Ну его здесь только не хватало. – Нас в сизо забирают, вот идём вещи собирать, – невозмутимо ответил парень. До Чонина не сразу дошло, и он просто продолжал с непониманием смотреть на парней. – Набухались они, не видно что ли? Или ты настолько в глаза долбишься? Ян уже собирался ему предъевить, но Хан его опередил. – О, ещё один предатель! – И что с ними делать? – Чонин спустился к ним, оценивая состояние парней. – Да блять, за новыми бутылками отправить! Прекращай тупые вопросы задавать, и помоги дотащить до комнаты. – А ты не ахуел? Тебя нормально разговаривать никто не учил? – Тогда перестань ебать мозги и помоги! Сынмин скинул на него Феликса и пошёл вниз, до его комнаты оставалось совсем немного. Помощник из Чонина конечно так себе, но выбирать особо не пришлось. Всю дорогу они огрызались и изредка прикрикивали на Феликса и Джисона, которые несли какую-то чушь. И вот они уже 5 минут стояли у двери и ждали, когда Сынмин разберётся с замком. – Ты можешь быстрее? – Яна это уже начинало раздражать. – А ты у нас пиздец какой занятой? Дай угадаю, торопишься на свидание с Лин? – Ким усмехнулся. Терпеть это становилось всё сложнее и сложнее, нервы готовы были закончится в любой момент, и парень уже готов был врезать ему. – Если ты ещё раз, что-то про неё скажешь, клянусь, я... Чонин уже собирался пригрозить Сынмину долгой и мучительной смертью, как его резко оборвали на полуслове. – Эй, вы! – прозвучал голос, который сейчас хотелось услышать меньше всего. Бён-Хо. – Сука, – выдали Ким с Яном в один голос. Сынмин пытался как можно быстрее открыть дверь, но она всё никак не поддавалась. Чонин обернулся и понял, что времени до того, как здесь прозвучит первосортный поток мата оставалось критически мало. Парень отпихнул Кима в сторону, проворачивая ключи, и как можно быстрее открыл дверь, закидывая туда Феликса и Джисона под их возмущённые крики. Как раз вовремя – Что это сейчас было? – спросил Бён-Хо, в ожидании складывая руки на груди. – Тебе какое... – начал было Ян, но ему снова не дали договорить. – Понимаешь, тут такое дело, – тон Сынмина резко сменился с резкого и саркастичного на мягкий и радушный, – Мальчикам стало плохо, и мы отвели их сюда, чтобы они отдохнули. – Почему тогда вы так резко их туда толкнули? Разве им не станет хуже от этого? – Там просто аптечка со всеми нужными лекарствами, мы просто хотели, чтобы им как можно скорее стало легче. Ким мило улыбнулся, а Ян только и думал о том, как бы скрыть своё удивлённое лицо. Как можно так быстро переключаться!? – Вы до этого были на улице? – Бён-Хо прищурился. Сынмин коротко кивнул, не переставая улыбаться. – Почему вы тогда не зашли в аптеку? И почему вы не зашли в комнату вместе с ними, а остались стоять здесь? – Потому что таблетки очень дорогие, а у нас нет денежек, чтобы их купить. А здесь мы остались, потому что услышали, что ты нас звал, уйти было бы невежливо! – парень сложил руки на груди и топнул ногой, он смотрел в пол с видом обиженного ребёнка, которому не верят родители. Бён-Хо отнёсся к этому скептически, звучало довольно сомнительно, поэтому он просто молча перевёл взгляд на Чонина. Ян не сразу понял, что от него хотят, он просто продолжал смотреть на Кима. Повисла давящая тишина, и прошло секунд 5 прежде, чем он сообразил, что происходит. – Ты не расслышал? Мне повторить? – Ладно, – всё ещё с небольшим недоверием протянул парень, – Допустим верю, но я слежу за вами. – Ага, очень боимся, – кинул Ян, пытаясь скрыть неуверенность в голосе. А Ким в свою очередь снова улыбнулся и даже напоследок помахал ему. Бён-Хо окинул их осуждающим взглядом и всё-таки медленно удалился, иногда оборачиваясь, словно что-то могло измениться. – Вот он мразь конечно, – выдохнул Сынмин, когда тот скрылся за поворотом, – С вопросами этими сильнее тебя заёбывает. Ким усмехнулся и перевёл взгляд на Чонина, который продолжал смотреть на него с отвиснутой челюсть, пробегаясь взглядом по лицу напротив, будто пытаясь найти там ответы на все свои вопросы. Сынмин закатил глаза и лёгким движением руки закрыл Яну рот. – Годы тренировок, – коротко ответил он, догадываясь о чём сейчас думал Чонин. – И часто ты... так делаешь? – А ты не заметил? Ян задумался, и коридор снова погрузился в тишину, которую прерывали только новые уведомления на телефоне. Джей. Сынмин вздохнул. У них снова не получится провести время вместе, как, минимум, потому что оставлять этих алкашей на ещё большего алкаша, идея откровенно так себе. А у остальных итак дел полно. – Ключи верни. – Знаешь, теперь я понимаю, почему на тебя Джей повёлся, – начал Чонин, протягивая Сынмину ключи, – Так прогибаться это надо ещё уметь. Ким уже собирался зайти в комнату, но эта фраза заставила его застыть на месте. – Ты это серьёзно сейчас? Я только что буквально твою задницу спас. Но на Яна эта речь не повлияла никак. Надо было просто подставить его! Сынмин в два шага сократил расстояние между ними. – И ещё кое-что. Он замахнулся и, пока Чонин не понял, что происходит, со всей силы ударил. Это произошло слишком быстро, по крайней мере, Ян этого не ожидал. Жгучая боль расползалась не только по щеке, но и по всему лицу. – Возвращаю, – холодно прокомментировал Ким, заходя в комнату, – Это тебе за Джея. – Подстилка ёбаная! Это было последнее, что услышал Сынмин, громко хлопнув дверью. Его трясло от злости. Этой ненависти хватило бы, чтобы кого-нибудь убить. Феликс с Джисоном с непониманием смотрели на него. Ким тяжело дышал, сжимая дверную ручку так, что казалось, она вот-вот сломается. Он подошёл к окну, с силой распахивая его настеж. Чтоб ещё раз он помог этой мрази. Да никогда в жизни! Свежий воздух помог немного успокоиться. Ровно настолько, чтобы достать из кармана телефон и отыскать в галерее ту самую фотографию, на которой отчётливо видно непозволительно широкие зрачки Чонина. Что ж, он столько всего мог с этим сделать, надо только выбрать, в общие чаты или сразу кому-нибудь из педагогов? Отличный способ избавиться от него навсегда. – Сынмин-и-и!! – протянул Джисон, но ничего разборчивого больше выдать не смог. – Ты в порядке? – закончил его мысли Феликс. Ким выдохнул и закрыл глаза. Нет, не сейчас. Он ещё найдёт более подходящий момент. И тогда Чонину будет ещё больнее. Парень выключил телефон и досчитал до трёх, стараясь наконец-то успокоится, и повернулся к парням. – В полном, – бодро ответил он с широкой улыбкой на лице. И мысль о том, что у него есть компромат на Яна, которым он сможет распорядиться, как захочет, делала его настроение ещё лучше.