Chapter 1.
20 декабря 2025 г., 08:14
Примечания:
~ Не бечено.
Царапая ладони в кровь, разрывая в лоскуты дорогую церемониальную одежду, Ся Фей, подгоняемый безудержным страхом, бегом пробирался вперёд. Сквозь терновые колючие ветви, куда-то глубже в непроглядную, окружающую его повсюду, тьму леса.
Юноше часто снились кошмары. Каждую ночь просыпаясь в полумраке собственной комнаты, он первым же делом, обливаясь после жуткого сна холодным потом, осматривался по сторонам. С затаенным дыханием и вмиг подскочившим пульсом, боясь в темном углу даже при свете луны сквозь приоткрытое сёдзи, обнаружить кого-то нового. Так было и сегодня.
Вернувшись поздно ночью после очередного праздника в храм, где он с самого рождения проживал, Ся Фей, не потрудившись снять с себя церемониальные одежды, в которых юноша по традиции, являясь служащим храма, выступал, завалился на не расправленную циновку. Почти моментально, успев подумать лишь о том, что на утро он обязательно об этом пожалеет, уснув.
Но, как и всегда, доспать до рассвета ему не удалось. Резко проснувшись от охватившего сознание кошмара, Фей слишком уж сильно перепугавшись, дернулся в сторону. Очень неуклюже из-за многослойных одежд вскакивая на колени. И уже по устоявшийся привычке осматриваясь вокруг себя. Все было как обычно.
Тяжело выдохнув, уже более спокойно юноша поднялся на ноги, впопыхах расстегивая верхние слои одежды. Луна, сегодня не омраченная ничем, гордо восседала на потемневшем после заката небосводе. Ярким белым светом проникая в комнату и освещая напряженное лицо раздевающегося юноши.
Сегодня во сне он снова слышал голос. Ся Фей не помнит, что ему говорили, чаще всего он даже не запоминает преследующие его кошмары. Однако он точно знает, что каждый такой раз в подступающей к нему со всех сторон пустоте находился кто-то еще. Кто-то, кто, прячась за тонким слоем чужого страха, скаля губы в кровавой улыбке, намеревался его поглотить. И не важно, что именно снилось Фею. Его всегда пугал не столько сон, сколько монстр, прячущийся во мгле и охотившийся за ним. И каждый раз, с неподдельным испугом на красивом, благословенном самим Богом солнца — как любили говорить люди в храме — лице. И превышающим больше ста ударов в минуту сердцем, просыпаясь от окутывающих кошмаров, Ся Фей боялся, что он больше не один.
Расправившись с первым слоем праздничного ханьфу, солнечный мальчик, без зазрения совести скинул верхнюю рубаху на пол, рядом с циновкой. Обещая себе и поклоняющимся храмом богам этим утром встать пораньше и прибраться в комнате. Избавившись от сковывающего движения элемента, Фей чуточку проснувшись, только сейчас, почувствовав прохладный ночной ветер на своих разгоряченных после небольшой активности щеках, обнаружил странность в окружающем его пространстве. В первые минуты показавшейся ему весьма обыденной.
Замерев от вновь нахлынувшего в его душу страха, на подобии испуганного кролика. Юноша, до побеления костяшек сжав тонкую ткань развязанного на груди ханьфу, не отрываясь смотрел на возвышающуюся в небе Луну. Забыв, как правильно нужно дышать. В то время как белый свет, напоминающий теперь подглядывающего хищника, не скрываясь, просачивался внутрь. Освещая не только блуждающую этой ночью душу, но и половину его комнаты. Дело было не в том, что сегодня небесное светило по-особенному ярко светит, освещая потерявшимся дорогу, а в том, что сёдзи в комнату Фея было насквозь открыто.
Сглотнув подступивший ком к горлу, юноша, кусая розовые губы, еще раз осмотрелся вокруг. К своему счастью, не находя ничего нового. — «Может быть у меня просто разыгралось воображение?»
Иногда Ся Фей намеренно, в самые жаркие летние ночи чуть приоткрывал сёдзи в комнату, впуская прохладный ночной ветерок. Но никогда раньше он не открывал его на полную, в целях собственной безопасности. Мало ли какому лесному животному взбредет ночью прогуляться по территории храма?
«Может, забывшись после долгого гуляния, я попросту не заметил, как это сделал?» — успокаивая себя этой мыслью, Ся Фей, расслабив хватку пальцев на поясе, принялся дальше, немного настороженно, раздеваться. Все же кошмары слишком сильно влияли на его сознание. Заставляя даже в простых совпадениях непременно видеть опасность. — «Да, вероятно, я устал гораздо сильнее, чем думал. К тому же в этих одеждах так жарко. Наверняка мне просто захотелось побольше свежего воздуха. Ничего особенного.»
Не поддаваясь панике, юноша избавился от последнего слоя верхних одежд. С облегчением выдыхая от скользившего по его коже, между тканевых складок, прохладного ветра. Дышать стало намного легче. Отодвинув ножкой валяющуюся на полу ткань подальше от циновки, любимчик Бога Солнца собирался в таком виде снова лечь спать. Намереваясь в этот раз действительно отдохнуть до рассвета. Однако внезапный раздавшийся неподалеку шум привлек его внимание. И самым страшным оказалось то, что шумели в его комнате.
Лихорадочно взглянув в самый дальний неосвещенный даже лунным светом угол, Ся Фей, издав короткий крик, чуть не запутавшись в собственных ногах, бросился к выходу. Сердце вновь стучало как заведенное, разгоняя поднявшийся адреналин по всему телу. Благодаря которому он мог двигаться дальше, не оцепенев от страха.
«Нужно бежать! Быстрее! Куда-нибудь!» — переставляя босые ножки по холодному полу, юноша, сломя голову несясь по пустым безжизненным коридорам, боялся даже оборачиваться. Погрузившись в свой оживший кошмар на столько, что даже не замечал изменившейся вокруг обстановки, — «Он меня съест! Я не хочу! Я должен бежать быстрее! Подальше!»
Дело было в том, что, когда Фей повернул голову на шум, он неожиданным образом встретился с парой недобрых, пялящихся на него из темноты глаз. Налитые кроваво-красным оттенком белки, с тонким, прорезающим всю ось вертикальным черным зрачком, смотрели на него будто скалясь из самого угла комнаты. И, недолго думая, пока голодный забредший к нему хищник, точно из собственных кошмаров, медленно приближаясь, не кинулся к нему на встречу, намереваясь сожрать, Ся Фей принялся бежать.
В очередной раз упав на колени и содрав ладони в кровь, запыхавшись так, что невозможно было отдышаться, юноша, сдерживая срывающийся с бледных губ всхлип, грязными руками потянулся к красивому обескровленному лицу, вытирая выступившие от боли слезы. Грязь, прилипшая к рукам, раздражала слизистую оболочку, заставляя и без того покрасневшие глаза еще больше заливаться слезами. А тонкие нижние одеяния, даже после продолжительного бега, никак не спасали от пробирающего до костей холода. Исходящего от кромки леса, застывшего перед ним в ожидании.
Глубоко дыша через нос, Ся Фей пытался успокоиться. Голые израненные ступни, от острых камней и торчащих из-под земли веток, нещадно жгло. А тело, мелко потряхивая после пережитого страха, отказывалось нормально слушаться. Но даже так, он, превозмогая окутывающую при каждом его движении агонию, предпринимал первую попытку подняться на ноги. Но, не удержав равновесия от полоснувшей, словно огнём боли, повалился обратно наземь, чуть не пропахав своим милым, покрасневшим носиком камни.
«Нет!» — схватившись дрожащей рукой за волосы и сжав их со всей силы, любимец Солнца отчаянно затряс головой. В попытках отогнать накатившую слабость, — «Я должен двигаться. Нельзя останавливаться.» — страх и беспомощность тугой веревкой стягивали горло, а дрожащее и уставшее тело тянуло в сон. Но Ся Фей не собирался им поддаваться.
«Может мне просто показалось? Если так подумать, странно, что, пробравшись в комнату, тварь не прикончила меня сразу, пока я спал. Да и на мой крик после этого никто не вышел.» — перестав выдирать собственные волосы, юноша, оторвав замыленный взгляд от земли, с тревогой в сердце взглянув на представший перед ним лес, — «Неужели я сошел с ума и действительно перепугавшись после кошмара, не сумев отличить сон от реальности, рванул сюда?»
Вокруг стояла оглушительная для ночи тишина. Мягкая прохлада летнего вечера неожиданным образом сменилась на жуткий, чуть ли не могильный холод. С редким дуновением ветра, приходящим из затихшего леса. Словно страшный зверь, приоткрыв пасть, неспешно ждал, когда его нерасторопная добыча сама зайдет внутрь. И в этот момент, замерев под пронзительным светом луны, стоя на коленях пред бескрайним, пережившим многих людей зеленым монстром, Ся Фей четко ощутил посетившее его до этого чувство дежавю. Кажется, подобное он уже видел в своих забытых снах. Но времени обдумывать это не было.
Заслышав посторонний, пробирающий душу, лязг. Точно царапающие камни когти. Раздающийся где-то неподалеку, аккурат за его спиной. Юноша, недолго думая, вскочил на ноги. В этот раз стерпев обжигающий приступ боли и удержав равновесие, не оборачиваясь, бросился в единственный служащий сейчас ему укрытием лес.
Пробираясь средь колючих кустарников и поросшей мхов древесины, Фей спустя только третий десяток минут, упав в заросшую грибную яму, при этом чуть не сломав себе шею, решил остановиться. Вспотевшими руками хватаясь за живот и жадно глотая воздух. Обжигая, накатывающим в больших объемах кислородом, легкие. И стараясь быть потише.
Насекомые, обитающие на дне ямы, потревоженные таким наглым образом, в панике разбежались по сторонам. Прячась средь травы и неглубоких норок. Явно затаив обиду на помешавшего их отдыху парня. Однако доброму и любящему всю живность Ся Фею, который и мухи не сможет обидеть, сейчас на них было все равно. С трудом отдышавшись и запоздало подумав о падении, он аккуратно, трясущимися и перепачканными в земле руками, прощупал, сквозь когда-то белые ткани, все тело. И не обнаружив каких-либо серьезных повреждений, облегченно выдохнул. Наконец-то обращая внимание на то, где он все-таки оказался.
Если бы не эта яма, неизвестно, сколько бы еще времени он, стирая ноги в кровь, бежал. Пока бы не потерял сознание. И кто знал, что в таком бы случае могло с ним случиться?
Настороженно прислушиваясь, после звенящей в ушах от бега тишины, к обилию окружающих его звуков, Фей не мог успокоиться. Ему все казалось, что он слышал чужое голодное рычание. Направленное в свою сторону. Где бы он ни находился. Которого на самом деле и в помине не было. И каждый раз, словно тетива, натягиваясь от напряжения при раздающихся со всех сторон глухих шорохов, он неминуемо покрывался мурашками. С паникой в глазах начинал осматриваться по сторонам.
Букашки, ранее покинувшие свои места, медленно, пока никто не обращал на них внимания, подбирались ближе. Наглым образом забираясь повыше и мелкой россыпью располагаясь на одеждах парня. При этом громко жужжа и больно кусая обнаженные места. Перепуганный от внезапных, весьма болезненных ощущений, Ся Фей, крупно вздрогнув, подскочил с места. В первую очередь хватаясь за уязвимые и растерзанные пятки. Мягко поглаживая пострадавшую и ноющую кожу.
Липкий ужас вместе с холодным, прокатывающимся по всему телу потом, мягко окутывал его с ног до головы. Оседая где-то на подкорке сознания и медленно пуская оттуда корни. Недосып после преследующего его кошмара, сильно сказался на не только физическом, но и психологическом состоянии юноши. Заставляя его нервно оборачиваться на каждый шорох, постоянно покрываться нервными мурашками и зажимать себе рот при очередном испуге. Чтобы не привлечь чужое, голодное внимание в этом темном и непременно опасном лесу к своей персоне. Но вероятно не настолько опасном как-то, что охотится сейчас за ним.
Он едва ли сдержал крик от испуга, когда эти маленькие обиженные создания напали на него. Но не смог удержатся, спустя мгновение заслышав душераздирающий, пробирающий до самых костей стон. Резко дернувшись в сторону и зажав рот ладонями, Фей как можно быстрее обернулся. С ужасом в застекленевших дрожащих глазах ища источник такого страшного звука. И с неподдельным облегчением выдыхая, отыскав его. Большая, притаившаяся на ветви сова, расправив массивные крылья, громко ухала. Издавая ужасные стоны, похожие на восставших из могил мертвецов. До пробирающего паутинкой удушающего страха напугав и так держащегося из последних сил юношу.
— Всего лишь сова, — утерев выступивший со лба пот, Ся Фей аккуратно, стараясь больше не тревожить образовавшиеся по всему телу мелкие ссадины, медленно выглянул из своего укрытия. Пару долгих минут тщательно осматриваясь по сторонам.
Ночная птица, замолчав на какое-то время, чуть позже издав последний жуткий скрип, взволнованно взлетела в воздух. Скрываясь где-то в глубине массивных крон. Будто прячась от чего-то напугавшего ее, затаившегося среди теней.
Лес, не обращая внимания на незваного гостя, жил своей обычной жизнью. Удивительным образом тихий и страшный снаружи, внутри он оказался наполнен различными, тревожащими из-за окутывающего мрака, но вполне естественными, звуками. И соответствующими этим звукам обитателями. Ни один из которых не был похож на преследующего Фея монстра. Трава, покрытая приятной влагой, после осевшего здесь вечернего тумана, смягчала пульсирующую на стопах боль. Расслабляя уставшее тело. И чтобы случайно, после вышедшего вместо со страхом адреналина, от усталости не заснуть, тем самым подвергнув себя еще большей опасности, Ся Фей долго успокаиваясь и уговаривая себя, очень осторожно двинулся дальше. Справедливо решив, что долго оставаться на одном месте было бы ему хуже.
Проходя сквозь густые заросли, там, где похоже уже давно не ступала нога человека, Фей, отряхивая волосы от запутавшейся паутины, пессимистично размышлял. Он не терял бдительности. Напротив, постоянно вздрагивал от каждого нового шороха, постоянно оборачиваясь. Но еще ни разу, с момента как он попал в лес, больше не услышав отвратительного звука скребущихся по земле когтей, чуть подрасслабился. Уже спокойнее двигаясь дальше и думая о том, как ему выбираться. Поворачивать назад не имеет смысла. Мало того, что он сломя голову бежал так, что даже не помнил, с какой стороны по итогу пришел. Так еще существовала большая вероятность того, что на обратном пути он мог столкнуться с поджидающем его монстром. Который и вовсе мог не заходить в лес, тихо дожидаясь перепуганного юношу у входа.
Единственный вариант, который Ся Фей сейчас рассматривал — это двигаться вперед. Может ему повезет, и он счастливым образом сделает дугу, вернувшись с другой стороны обратно к храму. Или же случайно выйдет из леса к другому ближайшему поселению, в котором уже попросит кого-нибудь о помощи. В любом случае, так у него было больше шансов на выживание, нежели просто возвращаться назад.
Переступив через вытянутую из-под землю корягу Фей не заметил за ней вторую. Об которую с удивленным возгласом споткнувшись, размахивая руками, он пролетел немного вперед чудом удержав равновесие. Однако это не спасло его от следующего удара. Наклоненная, от этого же дерева, к земле ветвь, больно столкнула наскочившего на нее юношу по лбу. От чего тот с тихим воем приземлившись на корточки, схватил голову, холодными ладонями потирая ушибленную часть.
— Почему мне так не везет? — с обидой в глазах взглянув на виновницу его новых страданий Фей тяжело выдохнув, собирался подняться на ноги. Но тут же замер, весь обратившись в слух.
В ушах от поглощающего, пробежавшегося вдоль позвоночника страха, зазвенело. Перебивая стук нервно рвущегося из груди сердца, готового в любой момент своим отчаянным ритмом, пробить кости и вывалиться наружу. Тело чуть больше осунувшееся к земле, мелко потряхивало от накатывающего волнами волнения. Но Ся Фей упорно продолжая сидеть на месте, замерев как кролик, сквозь нарастающий в опухшей от пережитых потрясений голове, слушал.
И странный шум, который он услышал до этого, повторился. Маленькая любопытная лягушка, выглянувшая посмотреть на происходящую в такое время суток суеты, своим неожиданным кваканьем бесцеремонно заставила Ся Фея посидеть на еще один десяток волос. И с облегчением схватиться за грудь.
— Черт, ты меня напугала, — пригнувшись по ниже к земле, чтобы получше рассмотреть свою ночную спутницу, юноша по доброму протянул правую руку вперед. Желая коснуться. Но в последний момент, передумав, обхватил собственные колени руками, чуть наклонив и удобно устроив на них голову. — И как такая маленькая ничего не боится? Здесь же так опасно. И страшно.
Немногословная собеседница, пару секунд посмотрев на разместившегося возле ее дерева великана. Даже не шелохнувшись от потянувшейся к ней ладони. Не найдя ничего интересного, с продолжительным при передвижение хлюпаньем, вернулась обратно в укрытие. Снова оставив уставшего и оголодавшего Ся Фея одного. Посреди темного ждущего каждую его ошибку, леса.
Устало выдохнув и потерев ладонью лицо, на некоторое время пряча закрывающиеся глаза за обтянутой кожей костями, Фей не надолго завис. Неудобно сидя на корточках, рвано выдыхая и прикрывая лицо руками, он тщетно пытался взять себя в руки.
— Похоже я точно сошел с ума, — оторвав ладони от щек и устроив их на коленях, сверху положив голову, он невидящим взглядом уставился вперед. Куда-то за окружающие его деревья. Теряясь средь охватывающей со всех сторон темноты. — Но он был таким реальным. Даже, если это просто кошмар, я видел его там. Он был в моей комнате. Шел за мной.
Особо не задумываясь о производимом шуме, Ся Фей все-таки поднялся на ноги. По привычке, все еще витая в мыслях, отряхиваясь и поправляя изорванные одежды.
— Это все неважно. — тряхнув головой и сжав пальцы в кулак, он вслух, для большей убедительности, продолжил:
— Не имеет значение было это галлюцинацией или действительно ко мне пробрался монстр. Об этом я могу подумать и позже. Сейчас проблема в том, что я не знаю где нахожусь. И мне нужно ка-то отсюда выбираться. Все остальное на потом.
Сглатывая вставший поперек горла, от отчаяния, ком и облизывая пересохшие губы он пару глубоко вздохнул, прогоняя скопившиеся в груди отчаяние. Любые чувства и эмоции испытываемые в данным момент, рвали душу. Некрасивыми кусками разбрасывая ее по всем уголкам уставшего тела. Обеззараживая и покрывая склизкой грязью. После которой на нее, как и на преследующего его монстра, страшно будет смотреть. Не то что собрать воедино. Хотелось громко выть от несправедливость. Хотелось кричать во все горло от случившегося. Плакать и просить о помощи. Но ему, как и всегда в этом жестоком мире, никто кроме самого себя не поможет. Проще сразу вырыть себе яму и лечь туда мешком закопав сверху, чем ждать откуда-то мистического спасения. Именно поэтому он, последними крупицами ясного сознание хватался за свою жизнь. Продолжая упрямо двигаться.
Стараясь не задумываться об последствиях, и не поддаваться накатывающей периодически паники. Ся Фей набравшись решимости, после небольшой но такой необходимой как оказалось передышки. Робко двинулся вперед, по детски хмурясь от тянущей в ногах боли, но быстро свыкаясь с ощущениями. Пока два гранатовых, отблескивающих при свете луны глаза, тихо наблюдали за ним со спины.
Минуты превратились в часы. А долгая ночь все никак не заканчивалась. Осторожно убрав острую ветку подальше от глаз, убедившись что она не прилетит к нему рикошетом. Хватит на сегодня ранений. Юноша аккуратно, постоянно смотря себе под ноги, ступил на покрытую густым мхом землю. Невесело ловя себя на мысли о том, что он похоже бродит кругами.
Зарывшись обнаженной ступней в прохладный мягкий покров и прикусив, итак искушенную до мелких кровоточащих ранок, губу Фей взволнованно осмотрелся. На подобии милого песика мотая головой из стороны в сторону. Пробивающийся сквозь крону деревьев ветер, мягко ласкал светлые, словно пшено, волосы. Игриво запутываясь между непослушными прядями и слегка успокаивая.
— Я уже был здесь? — внимательно присматриваясь к торчащим повсюду сучкам и травинка. Обводя по контору все лежащие камни, Ся Фей пытался найти хоть одно доказательство того, что он уже бывал здесь. Но это, особенно в его состояние, оказалось не так просто. — Не понимаю. Все такое одинаковое.
Потерев слезящиеся, от усталости и недосыпа, глаза он в поисках подходящего решения взглянул на собственную опустившуюся на шершавую поверхность коры, руку. Без задней мысли, спокойно игнорируя раздавшийся со стороны шорох. За столько времени проведенного здесь Ся Фей уже привыкнув и перестав, а может просто устав, всего бояться давно не обращал на них внимание.
— Наверное мне стоит как-то помечать местность, чтобы не ходить кругами. Хотя в такой обстановке, даже если я попаду сюда снова, вряд ли без проблем смогу найти ориентир. Но наверное попытаться стоит? — переведя туманный, двоившийся взгляд вниз. С руки на испачканные одежды. Он снова задумался, стараясь как можно больше, чтобы сбавить напряжение, говорить вслух, — Может, если мне не удастся до утра выбраться отсюда, кто-нибудь из храма, отправившись на мои поиске, по следам сможет найти меня? Вот только, чтобы мне оставить?
Много времени на принятие такого простого решения Ся Фею не потребовалось. Совершенно не заботясь о своем внешнем виде, он без тени сожаления на лице потянулся к и так уже изорванным храмовым одеждам. Без задней мысли, о священности надетого им наряда, испортив его окончательно. Почитаемым храмом богам, такое неуважение вряд ли бы могло понравиться.
Оторвав длинный край штанины и поежившись от вмиг пробежавшейся по всей голени прохлады, юноша болезненно пристав на носочки, неаккуратно потянулся к дереву. С большим усилием дотянувшись до ближайшей ветки и обвязав ее тканью.
— Вот так? — закончив с узлом и чуть не рухнув обратно на землю, Фей тяжело выдохнул. Устало задрав голову и посмотрев обратно на массивное дерево. — Да.
Убедившись в точной реализации своей отчаянной и весьма глупой идеи, юноша слегка покачиваясь на дрожащих ногах, хватаясь за грубый ствол, обошел его по периметру. Оказываясь с другой стороны. И нервно, прилагая массу усилий, оторвал от шершавой коры руку, наугад шагая вперед.
Сознание медленно уплывало, оставляя бредущего во тьме юношу один на один с пожирающими изнутри кошмарами и беспощадными притаившимися наяву тварями. Организм изрядно вымотавшийся за эту ночь, давал очевидный сбой. Сильно ослабнув. Вынуждая потрепанного юношу бороться не только с преследующем его по пятам монстром, но и с внешними физиологическими факторами.
В груди, от усталости и постоянно напряжения неприятно тяжело. Холодный уже к этому моменту воздух, вырывался из легких с протяжным хрипом, ни капли не согревая промерзшие ладони. Вместе с не на шутку разбушевавшимся ветром, проникающему сквозь рваные одежды, ледяным потоком обжигая хрупкое, пробирая до самых костей, тело. Кажется у него начинался жар.
Ся Фей, будто не замечая своего пред болезненного состояния, упрямо двигался вперед. Не спеша минуя заросшую дикими побегами траву, и особо тернистые разраставшиеся на каждом шагу корни. Действительно мало думая об охватывающем его все больше с каждой новой секундой дискомфорте. В голове за эту ночь, было непривычно пусто. Ступни, окутанные будто ядовитым плющом больно жгло, сполна отдавая в коленки. И ноги простреливаемые этим мучительным ощущениям плохо слушались, подкашиваясь буквально на каждом движение. Заставляя и так медленно передвигающегося в лесной глуши юношу, делать остановки.
Пара неприятных мыслей, при очередном небольшом отдыхе — когда Ся Фей опять чуть не навернутся лицом в яму — все же мелком, но иногда проскальзывали в голове. Своим удушающем страхом подставляя только успокоившейся душе, подножки. Жгучем уколом всколыхнув и так напуганное до смерти сердце. И так же быстро исчезали в абсолютной пустоте, оставляя после себе лишь мерзкие, оседающее на самой коже, паутинки пожирающего опустошения. Перебиваясь в замысловатых тонких сплетениях вместе с дышащим ему в затылок зверем. От которого юноша, даже в приходящем бреду, не мог отделаться.
Удаляясь все дальше, глубже в неизвестность, Ся Фей сомневаясь уже даже в своем здравомыслии, очень надеялся что по случайности не перепутал стороны, направившись туда откуда он пришел. Практически сразу же забыв обо всем. Недолго передохнув юноша неуверенно поднялся на ноги плавно покачиваясь на манер матрешки при первом шаг и что-то очень тихо весьма неразборчиво бормоча себе под нос. Утешая изредка просыпающийся разум и ненадолго успокаивая самооценку себя. Чтобы не было так страшно одному посреди леса в кромешной темноте.
Ся Фей уже окончательно устал от всего этого. Пряча лицо в районе шеи, юноша опухшими руками в сторону отодвигал кусающие его за локти ветки и разбежавшиеся крупными побегами кусты. Подальше от обнаженных участков тела. С нескрываемым блаженством ступая горящими ступнями по холодной остывшей земле. Периодически приостанавливаясь и задерживаясь на месте от пробирающего его будто разрядом тока, облегчения.
Преодолев самого себя, а вместе с этим и тяжелый путь Ся Фей в последние минуты смотря только под ноги, чтобы не зацепить очередную корягу и в этот раз точно не поцеловать землю носом, смаргивал накатывающийся сон. В какой-то степени отключившись от обволакивающей его реальности и приглушив все чувства. Уходя в приятный и так необходимый ему, чтобы не сойти с ума вакуум. Потому, что если он начинал хоть немного о чем-то задумываться или сильно концентрироваться на внутренних переживаниях, сердце незамедлительно обливалось кровью трепеща как птица в клетке от ужаса. Вместе с впадающем в панику сознанием погружаясь в льющуюся через край тревогу. Заставляя снова и снова плохо слушавшие Ся от усталости тело оборачиваться и дрожать от постоянно испуга. Настолько, что юноша уже не мог этого вынести постоянно, до поселения пальцев, хватаясь за одежду и сжимая зубы. Чтобы не сорваться. Не начать рвать на себе волосы и не грызть ногти в кровь. Не завалиться на землю и не начать кричать от боли заливаясь горькими горячими слезами. Ему ведь все еще нужно выбраться отсюда, а не осев на землю от безысходности ждать смерти.
Выдохнув задержавшийся в легких воздух вместе с очередным болезненным стоном, юноша поднял набитую ватой голову, мутным взглядом осматриваясь вокруг. Занимая себя хоть какими-то действиями, чтобы снова по глупости не начать думать. Местность которую он до этого пометил осталась далеко за спиной, по крайней мере он больше к ней так и не возвращался. Часами как ему казалось не сворачивая продвигаясь вперед. Вот только куда именно, он по прежнему не знал.
Минута сменялась секундой, а может и наоборот. Пригладив торчащие запутавшиеся между собой волосы, избавляя их от некоторых опавших туда листьев, Ся Фей этой же грязной рукой с усилием провёл по лицу. Растирая прикрывающиеся глаза. Неосторожным движением задевая неизвестно когда появившуюся на бледной коже царапинку и неконтролируемо шипя от боли. В панике отдергивая руку. Он всего лишь хотел хотя бы ненадолго прогнав атакующую сонливость, проснуться, а в итоге по собственной неаккуратности пострадал еще больше. Будто происходящего и так было мало. Однако, как бы неприятно и обидно после такого ему не было, спать сейчас действительно перехотелось.
Обведя глазами все ту же окружающую его зелень, уже не видя особой разницы между деревьями и высокими явно не имеющими твердого ствола кустами, Ся Фей еще недолго постояв на месте почти двинулся вперед. Провожая все растительность потухшим незаинтересованным взглядом. И только в последний момент выцепив непонятный притаившийся в глубине силуэт неуверенно замерев на месте. С нарастающем сердцебиением во все глаза уставившись на непонятный объект.
«Мне ведь это не кажется?» — мелкая привыкшая к ночной тьме радужка глаза, от выброса в кровь адреналина медленно расширилась. Затопляя своей чернотой золотистые, а так же медовые при лунном свете, края удивленных, очаровательно напуганных, глаз. Доводя запуганного уже до смерти парня до легкого головокружения. — «Может это опять всего лишь дерево?»
Обхватив себя озябшими руками, юноша медленно провел ими вдоль плеч, растирая замерзшую от постоянно дующего ветра кожу и успокаивая натянутые, как струна нервы.
«Это всего лишь дерево, точно.» — не отводя от неподвижного объекта размытого взгляда, Ся Фей внимательно вглядывался в темну. Туда где скопление лунного света достигало минимальных значений, а набежавшие особо густые тени развлекались вовсю.
Проведя некоторое время в молчаливом сосредоточенным на собственном дыхание состояние, юноша немного взял себя руки. Через силу успокаиваясь и не делая поспешных движений только благодаря неподвижности представшего перед ним силуэта. Который так любяще, словно оберегая, скрывала от него сгущавшаяся тьма и вставшая поверх уставших глаз мутная пелена. Размывавшая все детали и сильно мешающая при осмотреть так похожего на человека объекта. Однако паниковать было пока рано.
Чтобы такого впереди перед ним не было, оно не двигалось, подтверждая первую мысль юноши об очередном аспекте буйной здесь природы. Мало ли какие формы бывают у деревьев? В начале он ведь тоже испугался такого же дерева. И если еще немного тщательно, заставив себя подумать, Ся Фей наверняка вспомнит о том что до этого уже не раз натыкался на что-то подобное. Пока бегал по лесу или плутал здесь опустив голову. Он просто не обращал на это внимания. Так и сейчас может наверное не стоит?
Развернув голову в другую сторону, солнечный мальчик затаив сбившиеся дыхание, все равно краем глаза посматривал на непонятный, тревожащий его на самом краю сознания, силуэт. Глотая вставший поперек горла ком и подавляя в себе всплывающие ужасными сценариями мысли. Понимать головой это одно дело, но сердцу трепыхающемуся в страхе пред чей-то неизвестным, увы не прикажешь. Особенно после такой насыщенной для него событиями ночи, по окончанию которой, если он все же выживет, Ся Фей был фактически уверен, что на всю жизнь останется параноиком. Заперевшись где-нибудь в безопасности.
Вытер об давно уже непригодную одежду вспотевший ладони, юноша каким-то чудом все же смог оторвать так и цепляющийся за непонятно что взгляд. Но с собственным страхом ничего поделать не мог, внимательно прислушиваясь ко всем раздающему с той стороны звукам и при любом движение ветра, дергаясь на месте, возвращая обратно запуганный оживший от простреливающего страха взгляд. Сразу же после этого облегченно выдыхая, и хватаясь за вырывающиеся наружу сердце. Мотая головой то взад то вперед на подобии своеобразного болванчика. И внутренне убеждая себя, что здесь никого кроме него нет и быть не может. — «В самом деле, не будет же какая-либо тварь просто стоять и смотреть на меня с одного места, совершенно не нападая? Какой в этом смысл?»
Горько усмехнувшись этим мыслям, до чертиков запуганный юноша, с явной обидой в последний раз взглянул на точно — иначе и быть не может — деревянного монстра. Будто именно он являлся причиной всех страданий невинного робкого юноши. И до боли закусив губу, поддаваясь накатывающей обреченности, сжав ладони в кулак, почувствовал соленые капельки влаги на собственных щеках. Задыхаясь в тихом, дошедшем будто бы со стороны, всхлипе. Отчаянно подавляя вырывающиеся наружу слезы, покрепче сжимая пальцы на онемевших ладонях, оставляя маленькие краснеющие полумесяцы на собственной коже, Ся Фей грязными кулачками вытирал их с щек. Размазывая все по своему лицу. В попытках успокоиться снова хватаясь за одежду и волосы. Возводя покрасневшие и опухшие глаза к темному безжизненному небу. Но любые старания были тщетны и уже заранее обречены на всевозможный провал.
Слезы мелким градом продолжали течь по налившемся розовым румянцем щеках, забирая и так недостающий в легких воздух. А задушенные рыдания, который он так старался в себе подавить, с силой пережимали уже саднящие к этому моменту горло. Заставляя горевать утопающего в собственной беспомощности мальчишку еще больше.
«Ну почему?! Почему это происходит?!» — шмыгая сопливым носом, даже ударив себе ослабевшей рукой по многострадальной коленки, юноша уже не обращая внимание на пугающий его ранее силуэт провалился к камню. Задерживая очередной вырывающийся с новыми слезами горестный стон наружу. Утопая в своем отчаяние и впервые за эту ночь поддаваясь удушающей накатившей внезапно истерики. Которую, будто насмехаясь над ним, прокатившийся внезапно по округе рокот грома, не дал нормально пережить. Заставив подпрыгнувшего на месте Ся Фея от оглушающего звука собрать нюни в кулак и взять себя в руки. А после нервно рассмеявшись, сквозь стиснутые зубы выпустить все накопившиеся в единый тикающий коктейль эмоции.
Ему было настолько плохо, что стало даже смешно от собственной боли.
Успокоив биение сердца, погладив себе в районе груди, как бы мать успокаивала собственного ребенка, юноша еще раз заслышав звук грома, быстро, будто бы только что-то вспомнив, оглянулся по сторонам. Нервно ища хоть какой-нибудь подобие укрытия от начинающегося сейчас дождя. Да так и не с двинувшись с места во второй раз, все еще прибывая в непонятном состояние, напряженно замер. Вытаращив свои прекрасные глаза.
Он неожиданно понял что именно было здесь не так и почему ему стало вдруг так страшно. Пропитанная липким мерзким ощущениям место, в котором он находился пугало его гораздо больше правившегося здесь силуэта. Наводившего ужас исключительно из-за обстановки в которой он находился. И как Ся Фей только до этого не обращал на все внимание?
В данной части леса, везде, куда бы он сейчас не взглянул, словно маленькие маяки, стояли красные давно истлевшие свечи. Мгновенно ассоциирующиеся одним только своим пребыванием здесь у него с чем-то ужасным. Которые не заметить с первого взгляда было весьма сложно. Но и с этим, умница Ся Фей хорошо справился, изначально может и увидев их но совершенно не придав им значения.
Отражаясь в лунном свете, теперь напоминающем злой прожектор сцены, свечи забрызганные черной краской будто бы смеялись над ним. Тихо сквозь шелест встревоженных погодой деревьев шепча ему на ушко красивую сказку: про лес оголенных подвешенных на деревьях трупах, ходячих ищущих живой плоти мертвецов с вываливающимися кишками наружу и милых голодных зверях желающих перегрызть его сладкую глотку.
Вскрикнув будто бы чужим голосом, Ся Фей прогнав навеянное ведение плотно зажал ушки. Выкидывая из головы образ собственного окровавленного тела лежащего под массивной броней корней и кормящего своими внутренностями заплутавшего зверя. Как мантру, среди окружающего его безумия, повторяя громко вслух всего лишь два слова: «Я в порядке.» Усиленно стараясь перестать так сильно, словно лист не ветру, дрожать. Но в итоге, прерываемый зарождающейся в лесу бурей, давящей своей безжалостно силой на ослабевшей разум, еще больше сходя с ума.
Ему отчаянно хотелось верить, что все происходящее ему лишь сниться. Что черная застывшая тяжелым гнетом жидкость на обгоревших свечах — это действительно всего лишь краска. И что при таком освещение она по-настоящему черная, а не красная как текущая по венам кровь. Всего этого было уже слишком для него. Но это было только начало. Расставленные по всему периметру, не только на земле, но и на камнях вместе с деревьями, буквально везде куда бы Ся Фей не глянул, свечи мирно поблескивая тянулись к наблюдающему за происходящем силуэту в темноте. Что все так же не с двинувшись со своего места, будто бы тянулся к ним в ответ. Очень сильно сейчас напоминая теряющему сознание парню об постоянно проводящихся в его храме ритуалах жертвоприношениях.
Зажав себе покрепче рот ладонью, чтобы не издавать больше привлекающих к нему внимание звуков. Ся Фей осторожно опустился на колени, не давая себе упасть и разбить голову. И сам не зная чего от себя ожидать, с четким пониманием произходящего рассматривал расписанные белилам камни. Расположенные в самом центре, адской мозаики из свеч и — Боже какой ужас — тушек мертвых наполовину обглоданных животных. Ели сдерживая повторный вырывающийся, словно склизкий червь, из недр глотки крик. Краем сознание отмечая насколько же ему сейчас повезло с обрушившимся крупными каплями дождем. Благодаря которому он не чувствует расползающихся от трупов смердящих запахов.
Не в силах оторваться от представшего перед ним ужаса, Ся Фей до крови прикусывая нижнюю трясущуюся в истерики губу, слезящимися глазами метался среди исписанных непонятными символами камней и установленными в виде тотемов над ними старыми черепами. При взгляде на которых его снова бросало в холодный пот, а мозг грозился отключить сознание. Перед ним, будто самая страшная тайна, предстало дьявольское искусство, которое хрупкий и наивно воспитанный юноша, не мог вынести.
Разбитые и расположенные на открытом мести камни, покрытые содержащими несильственный смысл иероглифами создавали образ опасного мерзкого змея. Свернувшегося пугающим кругом вокруг выпотрошенных в неком ритуале зверей и кусающего самого себя за хвост. Будто бы принимая даруемую ему кем-то неизвестным жертву. Под пристально следящими за всей процессией алтарями, возвышающимися над землей, на вершине которых так угрожающе сидели идолы. Покрытые чем-то странным, они все время наблюдая своей жуткой формой напоминали исчадьев вылезших из ада. С щупальцами вместо рук, когтями и клыками на ногах, с головами и телами животных и хвостами будто умеющих ходить рыб, они окончательно сводили с ума и без того потерявшего уже всякий рассудок парня. Зловеще поблескивая своими крошечными глазами в собравшемся повсюду мраке, из-за отсутствующей на натянутом грозовыми тучами ночном небе Луны.
Ся Фей, под спадающие на него тяжелые капли воды, медленно поднялся на ноги. Старательно, чтобы не споткнуться отступая назад. Взгляд его метнувшись в сторону все еще прибывающего в этой нечеловеческой процессии силуэта, не найдя там ничего нового, снова вернулся назад. Неизвестно для чего повторно всматриваясь в жуткие окружающие его тени. Путаясь в собственных ногах, шаг за шагом, не смея поворачиваться к этому спиной уходил все дальше. Неизвестно куда он потом пойдет, главное что подальше отсюда. Лес по сравнению с этим местом казался ему теперь не таким уж и страшным.
Дернувшись словно от пощечины при ударе последовавшей за молнией грома, Ся Фей будто опомнившись рванул с места. Хватаясь за все руками, чтобы не упасть, и больше не медля и секунду, даже не оборачиваясь, бежал вперед не разбирая дороги. Это место было вторым самым страшным открытием для него за сегодняшнюю ночь. О котором он бы навсегда хотел позабыть.
Дождь как назло усилился застилая путь. Гроза продолжала оглушать его своим громом, а силуэт притаившийся на самом краю жуткой картины, все это время неподвижно наблюдающий за Ся Феем со стороны, при раскате ослепляющей молнии — исчез.
👹
Грудь сжимало ноющей нарастающей болью, с каждом новым вдохом ломая хрупкие кости и разрывая вторящие сердцу в такт беспомощные сосуды. Кажется Ся Фей больше этого не выдержит. Ноги подкашиваясь от усталости, вели его в разные стороны, путаясь и спотыкаясь даже друг об друга. Прикладывая своего изнеможённого и израненного владельца к земле, заставляя его из раза в раз сдирать нежную юношескую плоть и пускать священную любимую богами, словно запретную сладость, кровь. Орошая ей всю, застывшую будто пасть голодного монстра, поверхность под своими ногами. С каждой секундой, легким головокружением и вырывающимся из-за рта вместе с легким облачком пара, кашлем, этот лес внушал страх. Заставляя, продрогшего до глубины души юношу, забыть об своем прошлом и поверить в несуществующее дарующее еще больший ужас будущее. Вынуждая его думать о том, что не кровожадный желающей его плоти и крови голодный монстр где-то там, далеко оттсюда сейчас гонится за ним. А что сам темный, затаившийся в притворном молчание, на самой грани цивилизации огромный поросший лес, и является этим изголодавшимся по человеческому теплу и затаенному дыханию зверем. Крепко сжимающем свою когтистую с добычей ладонь и облизывая окровавленные острые зубы. Собирающийся поглотить его, разорвав на множество мелких частей тело, в два жестоких хрустящих укуса. Больно приложившись обнаженными коленками, сдирая с них почти что остаток кожи, Ся Фей не понимая что он делает и где находится, пустым взглядом уставился вперед. Будто с удивлением, спустя несколько секунд после падения, обнаруживая себя сидящем на твердой, будто покрытой жесткими пульсирующими мышцами, земле. Его сознание, плавающее на грани сна и безумства, смешиваясь с жестокой но кажущейся такой ненастоящей реальностью, потерявшись между двумя одинаковыми и непохожими мирами, уже не позволяло отличить происходящее от настойчивых галлюцинаций. Наоборот, отчаявшись, лишь потакало им. Сводя обессиленного и уставшего парня с ума. Настолько, что ненадолго прислушавшись, он с ужасом замечает тихое раздающиеся со спины, откуда он недавно пришел, монотонное пение. Большее похожее на нарастающий и приближающийся хор. Заставляющий подскакивать его с места, и не разбирая дороги двигаться дальше. Не задумываясь о причинах слышащих им звуков, как и том настоящие ли они. Безудержно, как загнанный зверь продвигаясь вперед, лишь бы не встретиться с их обладателями. И в конце концов находя свое неожиданное спасение. Лес, настороженно смолкнув, изредка шевеля кронами испуганных деревьев, наблюдал за выкатывающимся на одинокую небольшую поляну Ся Феем. Что в самом конце, на кромки густых кустов и массивных стволов потеряв равновесие, неуклюже перекатившись через голову вниз по неровному склону, устало полз на открытую, манящую своей высокой аккуратной травой и небывалым спокойствием, поляну. Луна, давно скрывшаяся за темными дождливыми тучами, уже не освещало его одинокий находящийся на самом краю этого места, силуэт. И все же, запыхавшемуся и отчаянно верящему в реальность происходящего Ся Фею, казалось будто это место светилось. Мягким, почти что фарфоровым цветом, окутывая поросшую но совсем не дикую траву, лаская его ноги и руки, окутывая словно мать ребенка не только тело, но и вмиг успокоившуюся душу. В одно лишь маленькое мгновение, словно по щелчку невидимых пальцев, ему стало так легко и свободно. Даже всепоглощающий страх, вместе с хором при следующих его голосов, отступил. Спрятавшись где-то там, в глубине молчавшего леса. Ся Фей еще немного прошерстив вперед, подальше от окружающих его со всех сторон деревьев, тихо выдохнув присел на землю. Дрожащими руками поправляя свои взлохмаченные и испорченные волосы, приглаживая их под каплями усилившегося почти что до ливня дождя, и настороженно смотря вперед. Туда, где в самом центре будто не принадлежащей этому лесу и самому миру, поляне стоял не высокий деревянный заброшенный дом. Почерневший покосившийся от времени, взирающий на него в ответ. Трава под дуновением холодного ветра, быстро зашевелилась создавая легкий, переливающийся будто смех ребенка звон, заставляя насквозь промокшего юношу поторопиться. Но любимец Солнца, немного успокоившись, отойдя от охватившей его в том дремучем и давящем со всех сторон лесу панике, замерев и подрагивая на месте, никуда не спешил. С опаской, после всего пережитого взирая на такое же одинокое как и он сам, заброшенном здание где-то в глубине поросшего непроходимого леса. «Почему он здесь?» — ответом на этот не заданный даже в слух вопрос, послужил очередной раздавшийся прям у него над головой раскат грома. Заставив немного рассеянного юношу от неожиданности вздрогнуть. Одежда, или то что от нее еще осталось, насквозь промокнув неприятно прилипала к коже, тяжелыми тряпками повиснув на ослабевшем теле и придавливая его еще большего к промерзлой земле. Всячески вынуждая его двигаться, искать укрытие и тепло, чтобы не умереть от обморожения. Но Ся Фей, обхватив себя уставшими израненными руками, пытаясь таким образом хоть немного согреться, будто бы не замечал своего состояния. Завороженно, не отрывая взгляда, наблюдая за покосившемся и трещавшим от стука тяжелых капель об сгнившую древесину, домом. Внутреннее вздрагивая от жутких, пустых темных окон, облезшей зеленной краски по краям и исцарапанных, вероятно бродившими здесь животными, досок. Что вонзив свои острые когти в порог этого дома, четкими полосами ободрали все крыльцо и чудом уцелевшую, выглядевшую удивительно прочной, дверь. От такой, словно из страшных легенд, картины, у парня бежали мурашки по коже, заставляет чего содрогаться больше от ужаса недели от холода. «Вероятно я снова накручиваю себя. Это просто старый, никому не нужный дом.» — и как бы Ся Фей не пытался себя этим успокоить, воспоминания о недавней погони и монстра что охотился за ним были слишком свежи и реальны. Заставляя его верить больше в плохое и мистическое, нежели хорошее и здравый рассудок. — «Может где-то поблизости находится посёлок и я на самом краю леса? А этот домик всего лишь старое жилье лесничего или еще кого-нибудь? Да, это нормально, я просто уже у выхода из этого леса, и нет ничего странного в небольшом заброшенным домике где-то рядом с поселком.» Пару раз выдохнув, любимец Солнца аккуратно поднявшись на ослабевших ногах, сделал неуверенный шаг вперед, громко сглатывая вставший посреди горла напряженный ком. Который, потонув в очередном раскате безжалостного грома, даже не дошел до его слуха потерявшись вместе с остальными издаваемые им и окружающим миром звуками. Даже дремучий не утихающий всю ночь лес, плотным кольцом сейчас окружающий его и всю светящуюся от оседающих на длинную траву капель дождя поляну со всех сторон, окончательно стихнув обреченно наблюдал за потугами несчастного юноши. Будто за границей невидимого купола, оторванный от реальности, укрыв всех зверей и птиц, не пропуская и единого звука, лес ожидающее смотрел на него, а вместе с ним и спрятанные в излюбленной тьме налитые ярким красным глаза. Ся Фей из-за стоящего шума в ушах, даже не обратил внимания на странности происходящее вокруг него, полностью сконцентрировавшись на своих движения. Будь его воля, он бы никогда не сунулся в этот заброшенный со временем прогнившей дом, но выбора не было. Ему предстояло или зайти внутрь, или промерзнуть насмерть. Перспективы никакой, ответ по его неровным хромым движениям в сторону изодранного когтями крыльца, уже очевиден. Это здания, не смотря на весь его устрашающий вид, единственный путь к выживанию. И как бы Ся Фей не боялся, как бы он не устал и не хотел сдаться упав мертвым грузом прямо в мокрую холодную траву, он хотел, до отчаяния и слез перед глазами хотел жить. И он должен был двигаться. Старые половицы неприятно заскрипели под его ногами перебивая даже звук стучавшего по накрытой сверху, местами уцелевшей крыши, веранды и особенно сильно прогибаясь к пяткам голой стопы. Ся Фей, неловко, поскальзываясь на каждом шаге, опираясь на такие же покосившиеся как и сам дом перила, поднялся по трем мокрым проломленным чей-то грубой силой, ступенькам. Чудом не угодив в зияющую посреди них дыру. И рвано переводя сбившиеся дыхание, вступив на встречающееся его громким завыванием крыльцо, под раскат сверкнувшей за спиной молнии, прошел дальше. Непоколебимо уставившись на зловещую, исписанную чужими когтями, дверь. С каждым кривым шагом продвигаясь к ней с горьким плескавшемся на самой глубине его глаз сожалением и отчаянным спасением. Занеся ладонь перед отвалившиеся ручкой, замешкавшись всего на долю секунды, юноша толкнул скрипнувшую и приросшую к полу дверь. С определенным усилием совершенно не замечая посыпавшейся сверху штукатурки, грозящейся обвалить весь второй этаж здания ему на голову, прочерчивая старым косяком белые полосы по разросшейся внутри плесени и приоткрывая небольшую, отдающую смердящем зловонием, щель внутрь. Неловко переступив с одной ноги на другую, входя внутрь. С нижнего этажа сразу же повеяло холодом и сыростью, накрывая неподготовленного к такому юношу своим не первой свежестью ароматом и пылью. И все же, не смотря на кромешную тьму внутри, плесень, паутину и толстый слой въевшейся в сам каркас этого здания пыли, сейчас по ту сторону ржавой двери для него было гораздо лучше неужели снаружи. Ся Фей с громким скрипом прикрыв за собой единственный отделяющей его от разбушевавшийся погоды оплот, чувствую себя крайне неуютно неловко осмотрелся. Скованно, не отходя далеко от двери приземлившись у более менее ровной, не грозившей в любую секунду обвалиться на него, стены, предварительно стянув с себя часть мокрой одежды, хоть как-то вытерев под собой пол. Ранее осевшие на его побледневшие лицо и волосы капли холодного дождя с громким стуком, разбавляя застывшую в этом мертвом месте тишину падали вниз. Стекая с юноши кривой темной дорожкой, от двери к его уголку отдыха, добавляя еще больше влаги и поднимая многовековую пыль в воздух. Дышать в таком месте становилось сложнее. Задыхаясь от переполняющей ноздри неприятные тяжелые запахи, Ся Фей закрыв лицо руками и поджав обмерзшие ноги, пытался согреться обнаженной единственной не сильно пострадавшей за весь ночной побег спиной прижавшись к деревянной впитывающей тепло стенки. Отчаянно дрожа и стуча зубами растирая огрубевшими ладонями кожу, и полностью, за исключением такого же промокшего нижнего белья, раздеваясь. Отбросив вымокнуть одежду подальше от себя, любимец Солнца изредка вздрагивая от каждого доносящегося до его слуха скрипа, но пугаясь не так сильно как громких неизвестных звуков в лесу, наконец-то привыкнув к царившей здесь темноте, решил немного осмотреться. В первую очередь подмечая длинную, всю покрытую паутиной, ведущую на второй этаж лестницу. А прямо над ней небольшое, закрытое ставнями европейского стиля старое окно, которое продуваемое снаружи сильным ветром постоянно трещало. По углам, как и на самом полу был раскидан непонятный, утративший со временем свою форму мусор, неприятно трещащий и ломающийся по его ногами. Из-за чего передвигаться здесь тихо было практические невозможно и даже противно. По всюду витала пыль и оседала паутина, все стены давно уже покрылись мягкой прилипающей к коже плесенью источая ужасающий гниющий аромат и самым удивительным было то, что за все свое недолго пребывание здесь юноша так и не столкнулся с мелкой проживающей в подобных местах склизкой живностью. Мысленно передёргиваясь только от одного существования их. Налюбовавшись всей красотой одинокого сгнившего здания, юноша уткнувшись лицом в колени, ненадолго прикрыл закрывающиеся с самого начала глаза. Перед тем как все это началось, он ведь даже не выспался, а длительный побег и холод весьма сильно измотали неподготовленное к таким условием тело, в результате чего сейчас сидя на холодном слегка мокром полу у такой же холодной пропахшей гнилью стене, он неуклонно засыпал отчаянно борясь с накатывающем сном и неустанно проигрывая ему. Прекрасно осознавая, что если он сейчас заснется, то окончательно замерзнув больше не проснется и несмотря на это, он не мог даже встать и пошевелиться, полностью обессилив. Однако долго бороться со сном ему не пришлось, так как из почти что желанного забытья его неожиданно вырвал громким, будто раздающийся поблизости волчий вой. Напугав и так запуганного парня еще больше. Дернувшись сначала от звука, спиной неприятно врезавшись в неровную стену, а после покрывшись мурашками от осознания того кто мог бы издать подобный вой Ся Фей, подорвавшись со своего места неловко и настороженно замер в углу, тщательно прислушиваясь. Может ему просто показалось? Изначально, когда он только входил в это дом, юноша окинув быстрым взглядом всю исцарапанную когтями и даже где-то клыками поверхность, особо не обратил на это внимание. Приняв подобные украшения к старому зданию как данность. Однако сейчас в более спокойной обстановке, решив проблему с дождем и одеждой, он смутно подумал о том, что в их прилегающем к храму лесу, в котором он сейчас оказался никогда не обитали волки и похожее на них койоты. Которые могли бы служить источником подобных многообразных отметин на крыльце и являться автором многочисленного скулежа по ту сторону хлипкой двери. Но больше всего его волновало далеко не это, а то что не глушимый даже разыгравшейся бурей вой, никак не смолкал блуждая будто по самой кромки леса, там где некоторые время назад находится и сам Ся Фей. «Как же мне повезло, что я не встретился с этим. Кто бы там не бродил, мне точно был бы конец.» — содрогнувшись от этой мысли он невольно вспомнил как именно и по чей вине тут оказался, дрожа уже больше от накатывающего ужаса своего положения, нежели пробирающего его до костей холода. Снова хотелось зарыдать во всех голос, чтобы его кто-нибудь успокоил и предложил помощь, но он один, в кромешной тьме, посреди чертового леса, ночью в каком-то давно заброшенном доме и никто ему сейчас не поможет. Все что Ся Фей мог, это лишь спрятаться беззвучно сотрясаясь в своем углу, зажав себе рот рукой, чтобы ни издать и звука привлекая к себе нежелательное внимание. И пока он внимательно, сосредоточившись на непрекращающемся то лае то вои, вслушивался сквозь дождь и гром звуки за стеной, он совершенно не обратил внимания на то, что находился здесь больше не один. Стройная тонкая тень, скользнувшая за его спиной, с легким шорохом подкралась к ведущей вниз лестницы. Безмолвно пару мгновенной голодным взглядом наблюдая за юношам со второго этажа дома, с отчаянным удовольствием вдыхая запах свежей манящей крови. Его пустой уже многие столетия желудок, при виде вытекающей, будто в приглашение, из открытых ран крови нежно трепыхал сокращаясь в быстрых конвульсиях и давя на сгнившие внутри органы. Выделяя желтую пропахшую гнилью, как и все уже давно нечеловеческое тело, слюну и разгоняя зверский аппетит. Тварь жившая в этом старом поломанной доме веками, уже давно не вкушающая свежую мягкую плоть, притаившись в так хорошо знакомой ей тьме медленно, не издавая громких звуков, подбиралась к Ся Фею со спины. Ее изломанные руки, грубо в рваном неровном движение опускаясь на сгнившей пол, грязными поломанными ногтями цеплялись за истертые в труху доски, обдирая с них застоявшуюся поросшую плесень и царапая исписанный многообразными отметинами пол. Путаясь даже в собственных засаленных волосах и с каждым своеобразным шагом вырывая их клочьями. Непонятное своеобразное существо, потерявшее свой первоначальный облик, на четвереньках двигалось весьма медленно, будто бы притаившийся в кустах хищник наблюдающий за своей ничего не подозревающей антилопой, отчего заметить и обнаружить его место положение, особенно перепуганному и не внимательному человеку было еще сложнее. Ся Фей сосредоточившись исключительно на доносящимся откуда до из леса до него вот, прижимая холодные руки к бьющейся в панике груди при каждом звуке оглушительного грома, абсолютно не замечал того, что твориться у него за спиной. Обнаженный, дрожащий остающийся у голодной подкрадывающейся твари как на ладони. Сильно перепуганный, он настороженно с дурным предчувствием слушавший продолжительный и не замолкающий марш грома, будто в дурном предзнаменование так сильно напоминающий ему такт страшной детской песенки — которой пугали его перед сном — про барабан из человеческой кожи, глотал вставший поперек горла ком, покрываясь холодным стекающим потом. И не видящим взглядом уставившись куда-то в хлипкую явно не укроющую его от поджидающей опасности стену, до боли и звезд перед глазами кусал свои и так уже испорченные кровоточащие губки. Не смея даже всхлипывать. Световая вспышка, с последующем после нее грозовым ударом, неожиданно и очень громко своим острым концом пронзила мягкую покладистую землю возле здания, вызывая легкое землетрясение внутри и вместе с завывающем проникшем через, с силой распахнутое окно, ветром привлекая внимания всех обитателей. Старые потертые ставни, резко отворившиеся внутрь дома под воздействием мощной ударной волны, с пронзительным кричащим скрипом ударились об его стены, моментально впуская холодный стонущий ветер и периодически, под его напором угрожающее покачиваясь из стороны в сторону. Создавая в совокупности с бьющемся об его каркас дождем, неприятные потусторонние звуки которые Ся Фею даже в кошмарах раньше и не снились. Вынуждая стрессовая и хвататься за сердце его еще больше. Привлеченный этой ситуаций парень, громко вскрикнув, развернувшись к окну с лестнице и отскочив в сторону, подальше от источника происходящего, от испуга округлив своим милые заплаканные глазки, тяжело дышал смотрея на то как поскрипывающая с каждым порывом ветра оконная створка, готовилась с секунды на минуту упасть. Проломив под собой и так хлипкую выглядящую весьма ненадежно лестницу, оставив в ней зияющую пустую дыру откуда — в чем Ся Фей не сомневался — повеяло бы еще большей грязью и гнилью. Смотря на все с широко распахнутыми глазами, нынче уставший и далеко уже не жизнерадостный мальчишка, случайно не совсем даже для него самого понятно в какой момент, ухватил легкое доносящиеся со второго этажа здания движение. Немного заторможено переводя свой взгляд на первую, самую верхнюю ступеньку лестницы туда где вылезший будто из болота труп уже опустив свои изломанные руки от такой же неожиданности неподвижно застыв на четвереньках до самого конца оставался незамеченным. Лишь поток быстро двигающегося и отражающего от стен воздуха, проникающего из находящегося рядом с этой тварью окна, задевая и трепая ее раскиданные по лицу волосы, как старую занавеску, выделял ее из общей массы статической темноты и тем самым выдавая ее местоположение. И Ся Фей случайно столкнувшись с таким неприкрытым голодным желанием, так же замерев на месте от ужаса наконец-то понял, что где бы он не находился, куда бы и от кого не бежал, конец у него был только один. Он ни за что не переживет сегодняшнюю ночь. Тварь оказавшись замеченной кажется даже не поняла этого, некоторое время продолжая неподвижно стоять на одном месте, а после не взирая на испуганного повернутого к ней лицом мальчишки, медленно перебирая конечностями продолжило спускаться на следующую ступень. Вызвав не только своим безумным одичавшим видом, но и поломанными нечеловеческими движениями, величайшие когда-либо испытываемое Ся Феем отвращение. От которого, помимо подступающей тошноты вместе с роковым ужасом, у него кружилась голова и от бессилия подкашивались ноги. «Неужели я вот так умру? Нет, я не хочу. Хотя бы не в этом ужасном месте. Где угодно, но только не здесь. Лучше бы я остался в храме и меня сожрал бы тот красноглазый монстр. Так я хотя бы умер во сне ничего не подозревая и не переживая весь этот кошмар. Это абсолютно не честно! Я приложил столько усилий и все равно умру! Почему?! Почему это вообще все происходит?» — задыхаясь от обиды, страха и холода, Ся Фей стараясь снова зарыдать от безысходности и подступившего ужаса — слезы ему сейчас ничем не помогут — отмерев от осознания того, что умереть он все еще не готов, сделал небольшой неровный шаг назад. Чуть левее того место где он стоял, совершенно не смотря под ноги, чтобы не выпустить из поля зрения все так же медленно крадущуюся почти у самой стенки тварь. Своим неосторожным действиям совершив большую стоящую ему жизни, ошибку. Ступив босой ногой на хрупкие, потертые — Ся Фей уже абсолютно уверен, что за мусор находится на полу — кости он в, прерываемой глухими ветром но в тоже время звенящей, тишине издал ломкий хрустящий звук. Тем самым привлекая особое внимание охотившихся на него твари. Мерзкий изуродованный ходячий труп, до последнего прятавшийся во тьме, заслышав посторонний исходящий от его жертвы звук, не раздумывая кинулся вперед, не давая бедному, явно лишенного удачи, парню и шанса сбежать. Сразу же с молниеносной скоростью, лома и дальше свои обрубленные ноги, приближаясь по выпирающем костям, кусках чужой прошлых жертв одежды, чьим-то волосам и черепам, к юноше и метясь одним точным движением ему в голову. Настолько быстро и умело, что Ся Фей никак не успевая даже сообразить, видит лишь бледный мелькающий рядом силуэт, чувствует гораздо сильнее, нежели от самого дома, исходящее от трупа зловоние, и ощущает неровные касающиеся его уха холодные грязные пальцы. А затем громкий бум, похожий на глухой удар, доносится до его слуха вместе с порывом ветра и упавшем перед ним трупом. Монстр секундой ранее готовившийся впить свои когти и клыки юноши в кожу, за одно мгновение оказался обездвижен и прибит у его ног к полу. Безумно скалясь, шипя и корчившись, высовывая свой омерзительно длинный язык, под чужим придавившем его сверху и удерживающем в горизонтальна положение ботинком. Стараясь, но весьма безуспешно, выбраться из захвата, и накинуться на того, кто сейчас так беззаботно стоя на спине монстре спас едва не оборвавшуюся жизнь Ся Фея. Ничего не понимая и абсолютно не зная как на это реагировать, спасенный юноша едва осознав что вот только что так глупо нее лишился жизни, по инерции затаив дыхание смотря на корчащееся тело перед собой, медленно будто в одно мгновение лишившись всех сил, поднял голову. Все еще не дыша, скользя взглядом снизу вверх по своему спасителю, отмечая легкую совершенно не свойственную Китаю ботинки и одежду на чужом теле, обнаженные тонкие но жилистые щиколотки и несколько ярких красных с розовым отливом на концах длинных пышных хвостов, которым изначально даже не придал значения. А после поднявшись до самого лица своего Спасителя сталкиваясь с довольной скалящийся улыбкой и смотрящих на него алых сияющих глаз. Хуже уже и быть не могло. Это походило на злую не смешную шутку судьбы, для только, что получившего второй шанс на жизнь Ся Фея и тот час же лишившись его. Демон, а точнее ёкай преследовавший его всю ночь, сейчас спас парня от возомнившей себя хищником и нацелившийся на его добычу твари. Лишь для того, чтобы потом самому его не спеша сожрать. Вырвать бьющиеся в клетке сердце и окропить свои органы невинной сладкой кровью, а затем нежной мальчишеской плотью, единолично упиваясь им без остатка. Вейн, расслаблено обмахивая возле себя веером, чтобы не так сильно ощущать протухший стоячий здесь аромат, не прилагая особых усилий, стопой одной ноги, удерживал противную дрянь на земле. Вдавливая ее в половицы, когда та особенно сильно извивалась, и высокомерно улыбался одной своей аурой и пронзающем на сквозь взглядом, демонстрируя свое превосходство над ними. Его красивейшее, манящее и притягивающее взгляд все шесть хвостов, мягко покачиваясь в такт каждому движению, добавляли легкую грацию и шарм всему, что ёкай делал без исключения. Создавая поистине восхитительно и такую опасную для посторонних глаз картину. И в то время пока Ся Фей, глотая вязкую густую слюну, открыто рассматривал Вейна, ёкай в свою очередь будто не замечая чужого любопытного взгляда — прекрасно зная о том какое впечатление и как он производит — продолжал мучительно медленно, словно насмехаясь над валяющимся под его ногами монстром, издеваться. Концом небольшого каблука, надавливая на подвижный хребет твари, благодаря которому она и смогла так быстро передвигаться, и весьма бесшумно в раскате очередного грома ломая изнутри ее кости. Ся Фей, сглотнув густую слюну, не в силах спокойно вынести подобного, — даже не смотря на то, что его чуть не убил этот монстр, — с отвращением и ужасом от происходящего поморщился. Из последних сил удерживая себя на месте, чтобы просто не потерять слетевшее за эту ночь сознание — прекрасно понимая, что как и в случае побега это никак ему не поможет. Достаточно часто моргая, чтобы не видеть ничего за собравшимися в глазах слезами, Ся Фей не выдержав очередного, отдающего животным холодом в низу живота, хруста он быстренько прикрыл свои уши руками. Хоть как-то, под веселый не сводившийся с него взгляд демона лиса, прячась от жестокой и происходящей с ним реальности. Желая не только не слышать доносящийся с низу и отражающейся от глухих стен, стенания и промозглый еле живой шепот, но и не видеть как из чужой переломанной в процессе глотки, вытекает черная как сама душа ёкай скалящегося перед ним, кровь. Холодная и застилающая собой все доступное ей пространства, отвратительно мягко и бережно окутывая босые ноги парня, не давая ему даже на секунду отвлечься и забыть своего плачевного положения. Не смея отвести поплывший взгляд, Ся Фей внимательно продолжал рассматривать выбивающегося своей яркостью из этого места Вейна. Понимая, что несмотря на то что именно этот демон и являлся причиной всего происходящего здесь, он оставался единственным оплотом не ассоциирующимся с этим тухлым прогнившим местом. Помогая одним своим присутствием, забывшему как дышать юноше, задержать дыхание и еще немного дольше остаться на плову своих желаний и чувств. Абсолютно никак не меняясь в лице, лишь поудобнее перехватив свой черный, с маленьким блестящим украшением на конце, веер Вейн подавшись корпусом немного вперед, ближе наклонившись к боящемуся сейчас пошевелиться Ся Фею, одним быстрым ударом переломал твари под собой почти все позвоночные и тазовые кости. Не брезгуя разбрызгиваемой во все стороны крови, он свободно вдавливая их внутрь, в самую глубинную податливого растекшегося по поверхности тела, постепенно с громких хлюпаньем пронзал омертвевшие органы. Острыми отломанными кусочками, протыкая внутренности и добираясь до остановившегося еще столетия назад черного сердца. Вейн, прекрасно знал что затихшего под ним монстра подобное никак не убьет. Нельзя убить то, что уже мертво. Но он с улыбкой на губах, осознавал какую адскую и мучительную боль должно быть причинял другому. Упиваясь исходившим от твари страхом, властью и насилием. А так же с рьяным удовольствием наблюдая, не смея так же как и юноша перед ним отвести взгляд, за живым и таким желанным ему человеком. Улавливая и прислушиваясь, сквозь ветер и гром, к его бьющемуся и трепыхающемуся сердцебиению. Посильнее вжав голову в плечи, Ся Фей на несколько долгих секунд глазами задержавшись на так неподходящем сюда и выбивающемся из общей картины красивом как и его обладатель веере, невидяще взглядом весьма неуверенно вцепился в длинные окровавленные на самых концах когти ёкая. Непроизвольно проследив за тем как бордовая еще свежая жидкость, медленно стекая вдоль пальцев, беззастенчиво скользя по гладкой бледной ладони, тонкой россыпью падала вниз. Приземляясь на голову голодного трупа и смешиваясь с его черной кровью. Дразня животный аппетит монстра, который задергавшись в очередной конвульсиях, учуяв свежую кровь, и высунув свой длинный изуродованный язык все равно не в силах был достать до нее. Ся Фей окончательно абстрагировавшись от ситуации, таким образом наивно защищая свое травмированное сознание, сосредоточился на своих испытываемых чувствах. А именно на самой яркой и помогающей ему выжить, злости. Он, стараясь больше не смотреть в красные гипнотизирующие саму его суть, глаза ёкая, неловко будто тот может прочитать все его мысли, отведя взгляд на рассыпание, словно у божества, по плечам длинные напоминавшие всю ту же кровь на руках кицуне, волосы. Ся Фей думал, что он ненавидеть этого монстра. Ведь именно из-за него он оказался в такой ситуации. Именно из-за него каждую ночь просыпался изнеможенный и перепуганный. Именно из-за того, что тот охотился за ним юноша оказался уставший и беззащитный в лесу, и чуть не был убит непонятной тварью спрятавшейся в этом доме. И все же на краткий и такой ничтожный миг, Ся Фей иррационально испытал благодарность за свою спасённую жизнь. И к сожалению он не мог ничего с собой поделать, даже понимая что не будь этого демона лиса, его спокойной жизни ничего не угрожало бы. Ся Фей всегда был очень добрым и наивным ребенком, за что его многие любили, особенно боги. Он всегда старался во всем видеть только хорошее и не отпускать руки, какой бы плохой и тяжелой не была ситуация. Но сейчас боги отвернувшись покинули его, а демон стоящий перед ним, убивший кого-то по пути за ним, спас Ся Фею жизнь. И тот через силу воли, поджав в тонкую линию свои милые и всегда привлекающие внимание губы, тихо почти что надрывно произнес: — Спасибо. Теперь он ненавидел себя за это. Ведь кто еще в здравом уме будет благодарить сошедшего с истории и сказок монстра? А главное за то, в чем этот монстр и виноват. Вейн не ожидавший подобного, четко уловив тихие мальчишеские слова благодарности, даже слегка растерялся, замедлив движение обмахивающей его веером руки. С любопытством взирая на робкого, как ему в тот момент показалось парня. Забыв о том, что под его ногами вообще-то находится опасный для этого же мальчишки монстр, полностью сосредоточившись на заплаканном и таком утонченном лице. Находя в этом особенную поистине живую красоту. Наклонившись к Ся Фею еще ближе, ёкай в этом: ужасе, подавляемым перед ним страхом, мерзком зловоние и смерти; чувствуя себя вполне неплохо, властвуя над самой ситуацией громко, по сравнение со всем происходящем, заливисто рассмеялся. Наблюдая как от его смеха, лицо запуганного и дрожащего парнишки медленно удивленно вытягивается, а вся голая кожа покрывается гусиными мурашками. Делая этого и так уязвимого человека, более забавным в глазах Вейна. Тот, не смотря на всю свою пугливость и страх, поблагодарил его? Это было настолько странно, — учитывая что мальчишка изначально являлся его жертвой и Вейн никому другому не позволил бы к нему прикоснуться, — и смешно, что кицунэ, скучающему в однообразии долгих дней, стало чуточку любопытно. Не церемонившись в своих действиях, Вейн под не успевший сорваться с чужих губ отчаянный стон, схватил дернувшегося в сторону Ся Фея за подбородок. Недолго размышляя над тем, что ему больше хотелось сделать. Голод, спустя столько столетий не так сильно мучал его, как азарт охоты. Ему всегда нравилось смотреть на то как люди потихоньку, под воздействием его рук словно пластилин всегда ломались. Падая на колени и умоляя его сохранить им жизнь, порой предлагая своих жен и детей в качестве замены. Это забавляло его, но и так же быстро из-за постоянных повторений стало наскучат. А уже после шести сто лет его жизни и вовсе надоело, из-за чего ёкай практически перестал охотится предпочитая проводить все свое время в хижине с новой книгой в руке либо гулять по освещенному вечерами городу скрываясь среди таких беспечных всегда людей. Где и отыскал тогда, смеющегося громче всех и выделяющегося из толпы Ся Фея. Который с первого взгляда настолько заинтересовал его, что Вейн оставив свою рутину снова вышел охотится. И сейчас этот самый мальчишка так понравившийся ему, желанный всеми животными инстинктами, снова зацепил его. Привлекая и пробуждая ту самую, отчаянно желающую обладать им часть. Пожалуй для него это могло стать весьма интересно. Проведя большим пальцем холодной руки по щеке юноши, доводя его до самого уголка заплаканных глаз, Вейн весьма аккуратно для кровожадного по его статусу демона, оттянул нижнее веко. Выпуская небольшую дорожку собравшихся там слёз наружу, и сразу абсолютно никак не задевая нежную кожу Ся Фея когтями, вытирая ее, под рваное сбившиеся дыхание парня, костяшками пальцев. Слегка умываясь перепачканное грязью и пылью лицо. — Мальчишка, хочешь пойти со мной? Я могу забрать тебя из этого места и спасти от возжелавшего твое тело мертвеца. Ты же хочешь жить верно? — обманчиво ласково протянул кицунэ все еще не выпуская дрожащего и полуобнажённого юношу из рук. Его длинные волосы, вместе с наклоном тела, устремились вперед. Мягко выпадая из-за плеч и касаясь холодных замерзших рук Ся Фея, непривычно и легко щекоча их. Но он даже не обратил на это внимания, расширенными от страха глазами уставившись на слишком близко находящегося к нему демона. Ожидая, что тот сейчас непременно набросится на него как и тот мертвец ранее и вспорет ему своими острыми когтями горло. Перепугавшись от этой мысли и чужих движений настолько, что сразу даже замечая, что тот что-то ему сейчас говорит. — С в.вами? — весьма очевидно и очаровательно заикаясь перед Вейном, Ся Фей очень быстро — он всегда был умным мальчиком — поняв что это его единственный пусть и призрачный шанс на выживание, согласится на сделку с демоном, взял себя в руки. Судорожно, в пару быстрых вдохов, под хитрые глаза напротив переводя дыхание и уже более уверенно продолжил: — Почему вы хотите забрать меня? Разве вы так же не хотите убить меня? Тогда зачем спрашивать меня о том, хочу ли я жить и забирать отсюда? — и пусть его слова звучали сейчас как призыв к действию — ёкай ведь мог действительно задуматься об этом и передумать — Ся Фею очень необходимо было понять, что именно двигало этим демоном. Что бы в процессе их существования и дальнейших переговоров не допустить ошибку и еще дольше сохранить свою жизнь. До тех пор пока он не выберется из лап этого хищника и не вернется в город. А о том, что для этого могут понадобиться месяцы и недели он старалась даже не думать. Сейчас нужно было решать насущную, в виде пойти куда-то с демоном, проблему. — Мне действительно хочется твоего сердца, — ощутимо скользнув ладонью ниже, Вейн кончиками пальцев ненадолго задерживаясь на чужой шее, нежно поглаживая выступающие кости, он опустил руку ниже. Укладывая свою слегка теплую ладонь на вздымающуюся в истерики грудную клетку. Если Ся Фея переживет эту ночь и у него не будет проблем с сердцем, значит боги все еще милостивы к нему. — Но сейчас мне гораздо интересней ты сам, нежели то что может дать твое тело. Ты мне нравишься. Так позабавь меня. Пойдем со мной и я спас тебя от жестокой недостойной смерти, а взамен через некоторое время я подарю тебе быстрый и безболезненный сон. Юркий розовый язык в этот момент очертил линию острых животных клыков. Почему-то немного завораживая Ся Фея. Было весьма несчастно, что демон питающийся людьми выглядел на подобии божества, своей красотой развращая чужие души. И все же чтобы не думал Ся Фей по этому поводу, у некого никогда не было выбора. Судьба сыграла с ним злую и жестокою шутку, но в данный момент у него есть возможность избежать чего-то хуже чем легкая и спокойная смерть. И он будет развлекать этого демона хоть несколько лет, чтобы прожить как можно дольше. Пока в конце концов он не сбежит. — Я хочу жить. — его взгляд стал чуть более осознанным, а тело недолго сопротивляясь своему владельцу, двинулось вперед, ближе, навстречу желающему его демону. — Пожалуйста помоги мне и забери меня с собой. И как бы сейчас внутренне Ся Фей не противился бы самому себе, желая оказаться как можно подальше отсюда. От чужих таких наглых прикосновений на своей талии и загребастых рук, он пересиливая отвращение и тошноту к происходящему, отдал единственное ценное, что у него есть — свою жизнь — наглому демону. Вейн совершенно не скрывая своей радости, мягко обнял такого беззащитно прижимающегося к нему юношу за талию. Некоторое время успокаивающе поглаживая того по спине, пока Ся Фей доверительно пряча свое лицо на чужой груди в поисках хоть капельки тепла наконец-то отпустил контроль. Расслабившись и потеряв сознание. Наивно веря в то, что кицунэ сдержит свое слово. Подхватив мальчишку под ноги и удобней устроив того на своих руках, Вейн бережно будто сокровище прижимая того покрепче к себе, окутывая и согревая юношу, двинулся из этого уже надоевшего ему места к выходу. Попутно вспоминая о твари прикидывающей мертвой под его ногами, но не желая даже тратить на нее свое время. Его ждут гораздо более интересные дела. Весьма резко ступив пяткой ботинка на голову мертвеца, он одним грубым движением раздавил тому голову, слегка лишь самой подошвой пачкаясь в его черной крови. Пожалуй первое, что он должен сделает когда вернется в свою хижину, это сменить одежду и искупать испачканного в лесу Ся Фея. Хоть запах свежей росы и еловых шишек на чужой коже ему и нравился куда больше тех сладких духов, которыми тот постоянно пользовался. Но он обязательно что-нибудь придумает. Дверь с громким скрипом закрылась за его спиной, запечатав внутри еще одну последнюю историю этого места. Вместе с окончившейся в эту минуту грозой.👹
Спустя полгода. Ся Фей под закат дня расположившись на зеленой летней травки неподалеку от хижины в которой он теперь живет, с счастливой улыбкой грелся в лучах уходящего солнца. Подставляясь под его незамысловатые прикосновения и изредка щуря глазки. Купаясь в нежности и тепле. А так же доносящимся до него от собственной одежды, легким запахом ель и сосновый шишек. Непроизвольно утыкаясь носом в воротник легкого кимоно, утопая в его мягкости и полностью разнеживаясь на ухоженной им же травке. День пролетел весьма незаметно, пока он помогал Вейну под дому. На сегодня у них была запланирована генеральная уборка всей хижины, даже на чердак в котором Ся Фей отродясь здесь не был пришлось лезть, чтобы перебрать и выкинуть весь скопившийся там мусор, а заодно и проветрить давно застоявшуюся помещение. Которым по итогу он так увлекся, что совершенно потерял счет времени, перебирая старые ящике с привлекшими его внимание фотографиями, и еще кучу других давно не используемых в их время предметами. Оказывается раньше Вейн долгое время жил среди людей и у него даже был своей бизнес связанный со съемкой и картинами. — Интересно, что потом произошло? — Весьма много вещей. Распахнув закрывшиеся непонятно в какой момент веке, Ся Фей после легкой дома немного неуклюже приподняв голову с травы, откинув ее назад с удовольствием, верх тормашками, взглянул на выходящего с книгой в руке на крыльцо Вейна. Который периодически выходил сюда почитать до наступления сумерек. Перевернувшись со спины на бок и подперев рукой голову, Ся Фей встретившись с ним и его насмешливых взглядом глазами счастливо улыбнулся, чуть ли прыгая не начиная прыгать от радости. Они не виделись буквально сорок минут с того момента пока оба по отдельности принимали ванную, а он уже успел соскучится по этому ёкаю. Будь у Ся Фея такое же красивые хвосты, он непременно бы вилял ими, как щенок, при каждой встрече. Вейн всегда словно зная о чем юноша думает, не стал прятать хитрую улыбку наблюдая за его уютным и таким домашнем поведением. Спокойно проследовав по крыльцу к своему излюбленному для чтения места — твердый изысканный в европейском стиле стул устеленный мягкими подушками — и открывая последнюю недочитанную главу приобретенной недавно в городе книги. Ся Фей молча наблюдал за ним, ощущая разливающийся каждый такой раз в груди комфорт и пряча в изгибе локтя свою довольную улыбку. — «Вейн всегда такой грациозный и красивый. Как же там говорят в Америке? Джентльмен?» Подумав об этом, юноша украдкой посмотрел на такой изысканный в лучах закатного солнца на фоне лес и гор силуэт демона, любуясь им несколько долгих минут. Пока тот делая вид, что не замечает этого, пролистывал одну страницу за другой. Очертив подтянутое и украшенное обтягивающей рубашкой и свободными брюками, тело ёкая Ся Фей как и всегда больше всего залип на его длинный распущенных красных волосах. Которые как он уже знал были очень нежными на ощупь и пахли полевыми цветами. А еще являлись любимым аспектом внешности самого Вейна. За которыми он следил намного тщательнее чем за своими же прекрасными и чувствительными хвостами. Тихо хихикнув про себя, привлекая небольшое внимание обладателя всех его мыслей юноша лениво потянувшись поднялся с травы на ноги. Чуть отряхиваясь и игриво заводя руки за спину. — Тебе уже говорили, что твои волосы прекрасны? Не спеша ступив на ступеньки крыльца возле которого он и отдыхал, Ся Фей как и Вейн не сводя друг с друга взгляд — к их чести они всегда так делали, — легкой походкой поднялся по ним направляясь к отдыхающему и ненадолго позабывшему о книге ёкаю. — Подлизываешься? — А это работает? — Еще как. — Тогда да. — Наглый мальчишка. Отложив открытым разворотом книгу на колени, Вейн любопытно зашевелив хвостами, смотрел прямо на подкрадывающегося к нему и явно что-то задумавшего Ся Фея. Вполне спокойно, с интересом, ожидая его дальнейших действий. Чувствуя как тот неудержимо улыбается вставая у него за спиной и дотрагиваясь до его распущенных и разметавшихся по всей спине волос. — Тебе удобно ходить с ними так? Почему ты их никогда не завязываешь? — бережно пропустив одну прядь среди пальцев, юноша аккуратно, словно поглаживая их, провёл по всей длине. Приходят в восторг от вида того, как замирает Вейн под его прикосновениями. — Я не задумывался об этом, мне гораздо привычней просто не обращать на них внимания. Но если ты хочешь, можешь попробовать, — наклонившись немного вперед, давая Ся Фею больше доступа к своей голове и места для работы — отчего тот прикрыв лицо одной рукой даже слегка покраснел — Вейн закрыл глаза слушая чужое спокойное сердце биении и со временем даже слегка засыпая от нежного поглаживания чужих рук. С того дня теперь каждое их утро начиналось с незамысловатой и удобной прически для явно вошедшего во вкус демона. Что в будущем всегда появлялся на людях с длинной, ухоженной и аккуратно заплетенной косой на голове. Пять лет спустя. Вейн расположившись посреди гостиной на удобном излишне роскошным для маленькой хижины в лесу диване, беззаботно отдыхал. За стенами его дома, на улице уже стояла ранняя весна, в обеденный как например сейчас час радуя его сожителя первыми показавшимися среди таявшего повсюду снега полевыми цветами и повылезавшими из зимней спячке мелкими грызунами. От которых, сколько бы времени уже не прошло, у Ся Фея всегда загорались глаза, а в словах то и дела заедала пластинка, о том что они обязательно в этот раз должны кого-нибудь себе забрать. Поудобней устроившись на боку, Вейн устроившись между пары подушек ненадолго прикрыл глаза, давая им слегка отдохнуть. Сегодня у них не было никаких планов на день и потому, он с легкой подачей самого Ся Фея, который достаточно часто — кицунэ давно это заметил, но предпочитал делать вид что не знает, — строя свои невинные глазки манипулировал им как захочет, решили устроить небольшое домашнее чаепитие. Желая опробовать тот новый вид чая с манго, который Ся Фей принес в дом на прошлой неделе. Вернувшись счастливый с ярмарки и тараторя занятому тогда Вейну о том, что он купил это для него и тот обязан его попробовать, а не пить свой ужасно горький кофе. — Пф, — воспоминания об этом вызывали на лице Вейна улыбку, но он как и всегда предпочитал делать вид что ничего существенного не происходит, равномерно проживая день за днем и под не стихающей смех мальчишки наслаждаясь ими. Сейчас Ся Фея, судя по доносившимся к ёкаю звукам, копошился где-то на кухни. И по легкому стуку незаменимого в этом деле фарфора, скорее всего сервировал поднос, который намеревался принести сюда с минуты на минуту. Его бесконечный энтузиазм в любом деле, особенно если оно как-то было связано с Вейном, всегда забавлял кицунэ даже не смотря на то, что чаще всего ему в такие моменты тщательней приходилось следить за мальчишкой. Чтобы тот по неосторожности не натворил каких-либо бед или сам в неё не попал. Пригревшись на мягком диване, под лучами пока еще не греющего своим теплом солнца, ёкай почти не двигаясь, лишь равномерно вздыхая, спокойно, слушая композицию из разных издаваемых юношей звуков, ожидал его. Параллельно лениво отдыхая. Ся Фей в это время, закончив со всей посудой, аккуратно пробирался по коридору с небольшой кухни, минуя сёдзи в их спальни, до уютной гостиной в которой сейчас находился Вейн. Удерживая на руках небольшой поднос с заваренным и пышущем приятным ароматным запахом чай, которым он всю неделю уже пытался напоить демона. Тихо войдя в комнату, неустанно улыбаясь юноша прежде чем что-то сказать, поднял от сервированных и позвякивающих чашек взгляд, приоткрывая свои пухленьких розовые губки и наткнувшись глазами на Вейна по итогу глупо замирая с подносом в руках у входа в комнату так и не издав и звука. Он был очарован. Вейн улегшись на свой любимый диван, похоже спал, устроив голову и руку на ближайшей к нему подушке. Когда другую использовал для хвостов. Его длинная заплетенная коса, проходя через плечо, слегка сползала с дивана, большей частью устроившись у его мирно вздымающейся груди. Пока яркие лучи солнца освещали всю комнату, подсвечивая его дремлющий силуэт. От подобного вида у Ся Фея перехватило дыхание, а ноги слегка покалывало. Он всегда считал Вейна безумно красивых, но сейчас его красота в такой домашней обстановке выходила на божественный уровень. С шумом втянув больше воздуха в легкие, юноша не сводя свой взгляд с белоснежного лица, медленно прошествовал в комнату. Стараясь при этом не сильно шуметь, особенно когда дело дошло до приземления подноса на кофейный расположенный между креслами и диваном столик. Его руки не известно по какой причине, мелко дрожали, а дыхание до и дело покидало легкие срываясь на рваные вздохи. Грудную клетку переполняло приятное тепло из которого ускорившие свой ритм сердце, пыталось выкачать всю имеющуюся в ее расположение кровь. Доводя притихшего и любующегося чужим силуэтом Ся Фея до потери сознания. Он отставив поднос в сторону, опустившись на колени напротив чужого лица, совсем близко, будто совершая какое-то преступление, стараясь оставаться незамеченным, любовался красотой его лично демона. Глотая встающей, с каждой новой мыслью, комок в горле и закрывая нос рукой, чтобы громко не дышать. И сколько бы времени он так не просидел, вытирая потеющие ладошки о ткань нового ханьфу, которому ему в прошлом месяце подарил Вейн, тот на любые его действия даже не шелохнулся, убеждая таящегося Ся Фея в своем сне. Еще раз пройдясь взглядом по милым — как он любил про себя думать — заострённым ушкам демона, вдоль его подтянутого тела, огибая талию и останавливаясь на пышных хвостах, юноша слабо сжимая свои кулаки от трусости, боясь передумать, быстро подался вперед. Легким прикосновением своих мягких губ касаясь сладких, таких запретных и манящих губ напротив, в быстром и совсем уж детском поцелуе. Его бедное сердце, забившись после осознания произошедшего в истерике, стучало громче колокола, пугая покрасневшего юношу еще больше. А дурное тело и вовсе отказывало в работе, все потрясываясь и никак не желая слушаться паникующего от своих же действия хозяина. Ся Фей не понимал как вообще смог решиться на такое, и сейчас больше всего боялся того что о его поступке узнает сам Вейн. Не представляя даже как тот может отреагировать на подобное. Подскочив с пола, боясь быть застуканным мальчишка прикрыв покрасневшее лицо руками, быстро покинул гостиную, удаляясь в свою комнату для того, чтобы еще не раз вспомнить все произошедшие, касаясь своих губ, и решить как ему жить с этим воспоминанием дальше. Когда при каждом взгляде на ёкая у него всегда замирает сердце, а щеки краснеют. Когда кружится голова от его запаха рядом и во всех вещах. Когда тот покупает ему новые вещи и балует подарками, а после по вечерам готовит ужин или читает ему книги. Когда они вместе выбираются в город на какой-нибудь праздник и развлекаются там до утра. Как Ся Фею теперь жить дальше, когда при каждом столкновение с Вейном он обязательно будет думать об этом невинном и легком прикосновение их губ? Скрывшись за сёдзе своей комнаты, Ся Фей еще долго метался по ней в разные стороны, пока хитрый демон, приоткрыв свои глаза задумчиво, уставившись тому в макушку, провожал его из гостиной. Под яркими лучами солнце и запах остывающего мангового чая.
