Искустный—Манипулятор

Идя домой по лужам в мокрых форсах, не доходя до поворота, через который придётся идти, вдруг зазвенел телефон. Достав руку из кармана с вибрирующим телефоном, высвечивается имя Эмилия. — Ты дома? — спросила Эмилия. — Нет ещё, но на пути к нему. — Может, у меня переночуешь? — спросила Эмилия. — Просто к вам приехал мой дядя, и ты понимаешь, то что там сейчас буквально все далеко с нетрезвой головой, — сказала она в трубку. — Блять, — подумал я про себя. Кивая и соглашаясь на её предложение, хоть она и не видела этого жеста, я разворачиваюсь и иду прямиком обратно. Эмилия была моей подругой детства, не та, что клеилась к парням, вела себя как стервозная сука. Она была обычной собой, и мне это нравилось в ней. Для меня она была чем-то более адекватным в жизни. Подходя к зданию, где живет Эмилия, у меня зажужжал телефон. Доставая из кармана, на экране мобильника высветилось СМС от неизвестного номера: — Привет, это я. Ен, ты добрался домой? Затормаживая около подъезда Эмилии, я отвечаю ему на СМС: — Нет, решил к подруге на ночёвку сходить. Спустя пару секунд приходит ещё СМС: — А, хорошо, сходим завтра погулять? Прикидывая варианты в голове и решив, что это будет самым наилучшим вариантом — сходить с ними опять погулять, — я отвечаю: — Да, хорошо. Ответив, я положил телефон обратно в карман. Поднимаясь по ступенькам к её подъезду, холодными пальцами набираю номер квартиры 58. Здание, в котором жила Эмилия, было десятиэтажным и весьма неплохим. Спустя меньше минуты она отвечает в домофон: — Кто? — Я, — ответил, смотря изо рта, выходящий пар от холода. Ей было нетрудно по голосу меня распознать. Запиликая зелёной лампочкой, и я как можно быстрее вхожу в подъезд, так как там тепло. Поднимаясь по лестницам, я успел проклинать всё, что можно, потому что ноги после очередного дня побаливали, а чёртов лифт был на ремонте. Стучась к Эмми в дверь, делая отдышку после подъёма по гребной лестнице, она открывает дверь и встречает меня с её одобрительной улыбкой. Она протягивается ко мне, чтобы приобнять, я её приподнимаю в ответ, и она махает головой, чтобы я зашёл. Заходя к ней в коридор, я разуваюсь, прислушиваюсь и не слышу её родителей. Решив спросить, спрашиваю: — А где родители? — Уехали опять. — Опять командировка? — спрашиваю я. Она кивает. Для её родителей это обычное дело — оставаться частенько дома одной. Она пошла в гостиную, я за ней хвостиком пошёл. Я заваливаюсь на диван. Её квартиру я знал как свою собственную, но только я в собственной хотел быть меньше. Выдернув меня из мыслей, она спрашивает, что будем делать. Я, пораскинув мозгами, предлагаю: — Может, посмотрим что-то? — Хорошо, — говорит Эмми. — Я тогда пойду сделаю нам покушать, бутеры с чаем. — Хорошо, — киваю я, взяв в руки пульт. Я на плазме начинаю вбивать в поиск Яндекса фильмы. Мне выдает ряд фильмов. Я выбрал рандомный фильм, почитав его характеристику. Тут уже приходит Эмми с полной тарелкой еды и двумя кружками чая. Усаживаясь поудобнее возле меня, она ставит на полупрозрачный столик, который находится справа от её стороны, тарелку и протягивает мне чашку чая с горячим паром, исходящим из неё. Пар был сладковатым, я предположил, что чай из фруктового набора. Эмми устроилась поближе ко мне и сказала, чтобы я завел за её плечи руку, чтобы было удобно. Я немного замявшись, но сделал то, что она попросила. Я включил фильм, и мы начали смотреть. Начало было весьма однообразным. Сидя, не изображая никаких эмоций, я почувствовал, как Эмми всё сильнее ко мне прижимается. Я не подал виду, думая, что ей так просто удобнее. Но тут она поставила кружку на столик, кинув на меня быстрый взгляд. Она берёт из моей тёплой руки, которую нагрела чашка, чашку и ставит её туда же, куда и свою. Я ничего не понимал, но наблюдал за её движениями. Тут, как только она поворачивается ко мне, её лицо оказывается слишком близко с моим. Я слышу, я чувствую её горячее дыхание. Её губы оказываются чересчур близко к моим. Она не смотрит мне в глаза, она шепчет мне в губы слова, от которых у меня пошли мурашки по коже. Хочешь? — спрашивает Эмми с тяжёлым дыханием. Я, вдыхая сквозь зубы воздух, но кислород будто бы закончился в этой чертовой комнате, представляю, до чего это может всё довести. Нежно касаюсь её губ — она отвечает мне взаимностью. Нежный, изящный поцелуй, казалось мне, пока он не перешёл во французский с языком. Её руки с торса переходили выше, изучая моё тело. Вот её руки оказываются на моих немного нервных плечах, и она садится мне на колени. Её ноги по обе стороны моих ног, будто бы змея, обхватывает свою добычу. Мои руки инстинктивно перебираются по её футболке и оказываются на её талии. Спустя минут десять с половиной этого занятия, при том, что она шептала мне на ухо всякие порочные вещи, и своими руками, беря мои руки, позволила мне коснуться её груди. У меня ниже торса ничего не пульсировало. Я немного нервничал, потому что был девственником, но быстро осознал, что на неё у меня не встаёт. Понимаю ситуацию, приостанавливаю наш поцелуй, произнося слова: — Стой, подожди. Она в недопонимании немного отстраняется, смотря на меня своими привлекательными глазами. Мои слова будто бы её расстраивают или даже обижают. — Мы не должны заходить дальше, — произношу я с немного виноватым голосом. Она отводит взгляд и немного твёрдым голосом произносит: — Мы же оба этого хотим, разве нет? — Дело не в этом, — говорю я, обдумывая, что дальше сказать. Она слезает с моих колен, уходя в сторону комнаты, где мы спали обычно вдвоём, как... как друзья, но не сегодня. Немного приостановившись перед дверью, она, немного повернув голову, вздыхая, произносит слова, на которые мне будто безразлично: — Спи сегодня на диване, а завтра иди домой, там ждут тебя. Закончив это предложение, она уходит в спальню, закрывая дверь. Я вздыхаю, перебираю своей рукой волосы, падаю на подушку, лежавшую на диване, не желая думать ни о чём, и особенно о произошедшем. Я просто засыпаю.