Maller's Shop

— Блестяще! Блестяще, уникальное воспроизведение информации. Мисс Грейнджер, принимая во внимание ваше сегодняшнее выступление с докладом, стопроцентную посещаемость и сданные в срок работы... хм, поздравляю, у вас есть тридцать дополнительных баллов, — щёки Гермионы заалели. Она ни один час потратила на подготовку к психологии, и этот предмет цеплял шатенку не просто так. Забраться поглубже в душе тем, кто был ей интересен, стало своеобразным хобби. И пока Гермиона скромно улыбалась профессору Кёрту, её фигуру буравил глазами старый знакомый. Драко Люциус Малфой не понимал, откуда у Грейнджер столько свободного время. Он только вчера видел её в книжном магазине Маллерса за кассой, а уже сегодня у неё сданный на «отлично» доклад по не такой лёгкой теме. — Уважаемые студенты, напоминаю, что для допуска к экзамену по моему предмету каждому необходимо набрать не менее семидесяти процентов посещаемости и тысячу баллов в совокупности. Желаю удачи! Пара закончилась, однокурсники начали расходиться, шумно переговариваясь и обмениваясь грубыми высказываниями о методах профессора о предмете не прямого профиля (и Драко и Гермиона обучались на лингвистическом факультете), пока Грейнджер схватила сумку, перекинула через плечо, и, игнорируя восклицания лучшей подруги Джиневры Уизли, покинула аудиторию. Драко проводил зануду взглядом, поправляя зализанные волосы. Новая причёска была оценена только Панс, при условии, что после одного комплимента девушка переключилась на Блейза. Забини расплывался в ухмылке, опуская руки на талию подруги, а Малфоя закатывал глаза. «Снимите номер». И ведь ему самому это не помешало бы. Отвратно, что из мыслей не выходила полуголая зануда-отличница, прикрывающая свою грудь маленьким полотенцем. Неудачный выдался день для шатенки на позапрошлой неделе. Драко поддался на предложение, которое податливый разум подкидывал блондину, и, проигнорировав встречу с двумя друзьями и вечер в кафе, отправился в магазин Маллерса. Грейнджер не должна наслаждаться рабочим днём в одиночестве.

***

Колокольчик над дверью книжного магазина «Маллерс» прозвенел с такой агрессивной резкостью, что Гермиона вздрогнула, отрываясь от расстановки новой партии «Оксфордской истории английского языка». Шатенка машинально поправила белую блузку и натянула на лицо профессиональную улыбку. Улыбка застыла, едва не треснув. Малфой. Драко Малфой стоял в проёме, залитый желтоватым светом лондонского вечера. На парне было тёмно-серое пальто, расстёгнутое на молнии, под которым виднелся безупречный темно-синий джемпер. Светлые волосы, обычно уложенные с безупречной, почти болезненной точностью, были непривычно растрёпаны. Будто бы он спешил. Зачем ему здесь быть? — Малфой, — произнесла Гермиона, и ее голос прозвучал ровнее, чем она ожидала. — Чем я могу вам помочь? Ищете что-то конкретное или просто решили оценить ассортимент, не дожидаясь смерти родственника-библиофила? Уголок его рта дрогнул. Он медленно прошел между стеллажами, скользнув пальцами по корешкам. Грейнджер не позволяла себе такие дерзости ранее. Что ж, интересно. На неё так повлиял его чуть внимательный взгляд, когда она, глупая и беспечная не потрудилась переодеться после душа сразу. Пара физической культуры принесла Драко не только усталость и злость на идиотского учителя, но и кое-что получше. Интерес. К тому, что зануда была недоступной обычно, тогда же позволила увидеть чуть больше. — Остро, Грейнджер. Но нет. Мне нужна книга. По… германской филологии для реферата. Она прищурилась. Они проходили это на прошлой неделе, и темы для рефератов были распределены. Его тема касалась скандинавских заимствований в среднеанглийском, а не германской филологии в целом. Блондин врал, буравя своими стальными глазами нарочито-спокойную сокурсницу. — Раздел «Лингвистика», — сказала она, указывая на дальний угол магазина. — Второй стеллаж слева. Алфавитный порядок. Думаю, справитесь. Девушка обращалась к нему на «вы», подчёркивая профессионализм. А ещё то, что её не смущал его прожигающий взгляд. И всё из-за одного раза, когда он видел её полуголой. Гадство.

***

Гермиона повернулась к Малфою спиной, демонстративно возвращаясь к своим коробкам. Но спиной девушку чувствовала его взгляд. Долгий и оценивающий, преследующий шатенку несколько дней подряд. Блондин не пошел к стеллажу. Шаги его каблуков по старому деревянному полу приблизились. — Ты здесь каждый день? — спросил он, остановившись в метре от нее. — Почти. График висит на двери. — Не надоедает? Пахнет плесенью и старыми пергаментами. — Мне нравится этот запах. Он пахнет знаниями. А не лаком для волос и высокомерием, — она повернулась, встретившись с ним взглядом. Он был ближе, чем она думала. Серые глаза впились в шоколадно-тянучие с холодным, аналитическим интересом. Как насекомое под микроскопом. Грейнджер вздрогнула, будто бы снова оказавшись перед ним без верха. Он, что, пытается её загипнотизировать? Ради чего? — Знаниями, — повторил он без интонации. — Это то, чем ты затыкаешь дыры в своем расписании? Учеба, работа, еще какая-нибудь благотворительность для спасения бездомных кошек? Когда ты живешь, Грейнджер? — растягивая слова, Драко будто бы ещё больше приблизился к ней. Щёки Гермионы мгновенно заалели от гнева. — Моя жизнь меня полностью устраивает. И она явно продуктивнее, чем твои похождения по клубам с Забини и твоей… Панси. — Она почти что фыркнула, выговаривая это имя. На его лице промелькнуло что-то — не укол, а скорее удовлетворение от того, что она клюнула. Кошка играла с мышкой. А может, серая, вредная и чересчур большая мышь засматривались на кошку. На ту, с которой их могло объединять три объективно великолепные вещи: интеллект, желание развиваться и свобода. Драко открыто не встречался ни с кем, да и не был так наделён способностью влюбляться только из-за хорошего секса. Чёртова Грейнджер зацепила ещё на втором курсе, когда начала буквально пробивать себе дорогу к лучшим оценкам своим трудом. Это не могло не раздражать порой (а глубокого в душе Драко испытывал восхищение). Так глубоко, что факт не сыграл на руку, когда он рассмотрел в кудреволосой нечто большее, чем гору ходячих учебников, трансформировавшихся в девушку с его курса. Всего-то Гермионе стоило замешкаться, и Драко увидел, что захотел получить. Коснуться. — Ах, так ты еще и следишь за моей общественной жизнью. Понятно. Завидное внимание к деталям. Гермиона наблюдала за ним. За тем, как он стал медленнее отвечать на её выпады, как проходился по её лицу, бесстыдно изучая каждую деталь. Как забарабанил пальцами по столешнице, и приподнял уголки губ. Не знай, что это Драко Люциус Малфой собственной персоной посетил её скромное место работы, шатенка сочла бы его приятным парнем. Молодым человеком с хорошим вкусом и невероятно привлекательной внешностью. — Ты невозможно заметен, Малфой. Как громкий, но очень банальный рекламный щит. Он сделал еще шаг вперед. Теперь между ними было не более двадцати сантиметров. Гермиона не отступила, упираясь взглядом в его... галстук (темно-зеленый и, естественно, шелковый.). — Мне нужна конкретная книга, — сказал он тихо, почти интимно. — «Диалектные границы в северо-западной Германии». Автор — Йоханн Флемминг. Ее нет в библиотеке университета. Мадам Пинс порекомендовала обратиться сюда. Она знала эту книгу. Узкоспециализированная, дорогая как крыло от самолета, купленная по заказу одного чудаковатого профессора, который так и не пришел ее забрать. — Она в задней комнате, — машинально ответила Гермиона. — Не выставлена. Как ты о ней узнал? — Мадам Пинс, — повторил Драко, в открытую ухмыляясь и не спеша разрывать их зрительный контакт, — Я спрашиваю, ты сможешь принести мне её? Это было вызовом. Простым исполнением служебных обязанностей, но вызовом. Шатенка колебалась секунду, затем резко кивнула и направилась к двери за прилавком, ведущей в подсобку, чувствуя, как он следует за ней. Подсобка была тесной, заваленной коробками и стопками непрочитанных издательских образцов. Воздух был густым от бумажной пыли. Гермиона полезла на небольшую стремянку к верхней полке, где хранились редкие экземпляры. — Прошу, — девушка протянула Драко вещь, снимая с полки тяжелый том в темно-синей обложке. Развернулась на ступеньке и… замерла. Он стоял прямо у подножия лестницы, смотря на неё. В тусклом свете единственной лампочки черты лица Малфоя казались резче, почти жестокими. И снова, как наваждение, перед ее внутренним взором всплыло то воспоминание: университетский бассейн две недели назад, она, выскочившая из воды в забытом полотенце, и он, стоящий в дверях раздевалки с бутылкой воды в руке. Их взгляды встретились. Он не отвёл глаз. И она, оцепенев от неожиданности и странного стыда, тоже. Это длилось всего несколько секунд, но казалось вечностью. Потом она рванулась прочь, а он даже не пошевелился. Теперь, в этой тесной комнате, это молчаливое воспоминание висело между ними, заставляя кожу Гермионы покрыться мурашками. — Держи, — прохрипела она, протягивая книгу, чтобы разбавить напряжение. Драко взял книгу. Его пальцы едва не коснулись ее. Открыл книгу, пролистав несколько страниц. — Триста двадцать фунтов, — пробормотал он, глядя на ценник. — Дороговато для реферата. — Можешь не брать. Закажи через межбиблиотечный абонемент. Ждать всего месяц. — Я не люблю ждать, — отрезал он, все еще листая. — Я беру её. И, еще кое-что. Он поднял на нее взгляд. В его глазах горел холодный, расчетливый огонь. — Я хочу, чтобы ты мне помогала. — Что? — Гермиона удивлённо уставилась на «покупателя». — С рефератом. И не только. Ты лучшая на курсе. У тебя идеальные конспекты, доступ к книгам здесь, которых больше нигде нет. Ты... эффективна. Я хочу эту эффективность. Простите, что?! Какая к чёрту эффективность, может он что-то принимает или действительно позволил себе выпить, чтобы наедине надавить на неё из-за одной ошибки? Всего-то увидел её грудь. И проводил одобрительным взглядом, о чёрт! Она спустилась на одну ступеньку, чтобы их лица были почти на одном уровне. — Ты с ума сошел. Почему я вообще должна… — Потому что я заплачу, — мягко прервал он. — Вдвое больше, чем тебе платят здесь за смену. За каждую консультацию и наличными. Ты говорила Рональду Уизли, что копишь на стажировку в Оксфорде на лето. Это дорого, особенно если твои гордые родителя-стоматологи хотят, чтобы ты была самостоятельной. Он знал всё. Собрал информацию, наблюдал и думал. Слишком много, если учесть, он хотел поближе узнать эту «зануду» курса. Красивую, талантливую и имеющую определённо чертовски хорошие шансы на отличное будущее. — Я не продаю свои знания, Малфой. — Все продается, — парировал он. — Просто у некоторых завышена цена. У тебя она высока, а я готов предложить тебе бо́льше. Думай об этом как о… частных уроках для нерадивого ученика. — Ты не нерадивый. Ты ленивый и избалованный. И я не хочу иметь с тобой ничего общего. Он наклонился чуть ближе. От него пахло дорогим одеколоном, кожей и чем-то металлическим, холодным. — Но ты уже имеешь, Грейнджер. Ты не можешь перестать наблюдать за мной. Так же, как и я за тобой. Это взаимно. Так почему бы не сделать это… продуктивным? Я получаю нужные баллы. Ты получаешь деньги на свою стажировку. Все в выигрыше. Ленивый. Она нарочно подчеркнуло то, что он был был первым на курсе, не обойди она его. А затем, когда он немного расслабился, в сентябре этого года стал вторым после Дафны Гринграсс. Ему захотелось вернуть себе пьедестал второго после первого октября. Сделка с Грейнджер. Её шокированные, запоминающиеся карие глаза. Слегка мокрые волосы, голая и прекрасная грудь. Её очаровательная улыбка, которую Грейнджер нравилось дарить тому же Рону, когда глупышка не замечала, что Рональд увлечён Лавандой Браун. Её горящие от правоты глаза, едва получалось превратить банальные задания или доклады в полноценные рассказы, которыми начинали заслушиваются преподаватели, некоторые студенты... и теперь он. — А если я откажусь? — подумав, выдала Гермиона. Драко пожал плечами. Он не хотел выдавать спектр эмоций, от которого она бы дала задний ход чересчур быстро. Никогда ещё у него не выходило врать так блестяще. — Тогда я буду приходить сюда каждый день. Буду задавать вопросы о книгах. Буду мешать тебе работать, пока ты не скажешь «да». Или пока мистер Маллерс не пожалуется, что из-за назойливого клиента его лучшая сотрудница стала менее работоспособна. Это был шантаж. Голый и циничный. Гермиона сошла со стремянки, выпрямилась во весь свой невысокий рост. Ярость кипела в ней, скрытая под ледяной струйкой любопытства. А что, если? Что, если она сможет доказать ему, что деньги не решают все? Что, если она сможет вытянуть из него что-то, кроме высокомерия? Раскусить его, как сложный, но интересный текст. Забраться поглубже в душу этого невыносимого, красивого, загадочного человека, который вдруг решил, что она ему нужна поможет. Это было опасно. Глупо. Саморазрушительно. И чертовски интересно. — Сто фунтов в час, — сказала она неожиданно для себя. — Минимум два часа в неделю. Места занятий выбираю я. И мы не встречаемся наедине, только в публичных местах: библиотека, читальный зал, кафе. Его губы растянулись в медленной, настоящей улыбке. В ней не было насмешки. Было торжество и что-то еще… одобрение? Ему же не показалось? — Договорились, — протянул он. Затем вытащил из внутреннего кармана пальто конверт. Толстый. — За первый месяц. Восемьсот фунтов. Он знал. Он был уверен в ее согласии еще до того, как вошёл в магазин. Гермиона взяла конверт в руки. Он был тяжелым, осязаемым. Необходимым для исполнения будущей мечты. — Твоя первая консультация — в субботу, в десять утра, в университетской библиотеке, — отчеканила она. — Принеси все материалы, которые уже нашел, и конкретные вопросы. Я не буду делать твою работу за тебя. — О, я и не ожидал, — он взял книгу Флемминга под мышку. — До субботы, Грейнджер. Не перетруждайся. Он развернулся и вышел из подсобки. Колокольчик над дверью прозвенел уже мягче, провожая его. Гермиона стояла, сжимая в руке конверт с деньгами. Она только что заключила сделку с дьяволом. Или, по крайней мере, с его бледным, высокомерным отпрыском. Она должна была чувствовать отвращение. Панику. Но вместо этого по ее спине пробежал странный, нервный трепет. Как перед началом сложного, опасного, но захватывающего эксперимента. Эксперимента, объектом которого теперь был Драко Малфой. А она… она была тем, кто держал пробирки. По крайней мере, пока. Она сунула конверт в карман своего простого кардигана. Его вес казался невероятно реальным на фоне абстрактных понятий вроде «принципы» и «гордость». Завтра она откроет новый счет в банке и положит эти деньги туда. На стажировку. А в субботу она начнёт рассматривать, что же на самом деле скрывается за маской снобизма и лени Драко Малфоя. Наблюдать, анализировать, подмечать. И, возможно, в процессе поймет, почему мысль об этом заставляет ее сердце биться чуть чаще, чем должно.