Осколки павших душ том 1

      Я выдохнула и спустилась по лестнице вниз, решительно настроившись узнать всю правду. Часы показывали пять утра, только хотела подойти к матери, которая придирчиво осматривала макияж, как в окне промелькнул знакомый силуэт. Грейем стоял снаружи, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Пришлось отложить разговор на потом и подойти к нему. Как только он увидел меня, его выражение лица потеплело, но, когда парень подошел ближе, явно забеспокоился.       — Здравствуй, все в порядке? Ты очень бледная. Что-то случилось?       Я вкратце рассказала ему о происшествии ранним утром и обо всем, что успела узнать.       — Так тот убийца твой помощник и он все рассказал тебе о твоем прошлом?       — Не спрашивай у меня, сама ничего не понимаю. Это сложно описать, но в какой-то степени я ему верю, и между нами есть какая-то связь, которую невозможно игнорировать. И нет, у него не получилось поведать о моем прошлом, на мне какое-то заклинание, которое не дает получить информацию от тех, кто знает обо мне. Еще он сказал, что знает, кто это сделал и зачем.       — Вот как? И где он сейчас? — Грейем огляделся по сторонам и затем вернул взгляд на меня.       — Я здесь, к твоему сожалению, — Дегейр появился так внезапно, что я вздрогнула от его голоса. Казалось, что намечается скандал, уж слишком тяжелой стала атмосфера вокруг.       Впервые увидев его, Грейем выглядел удивленным, но затем он явно напрягся. Когда я перевела взгляд на ярко-красные глаза, то увидела в них раздражение и неприязнь, как будто парень видел перед собой заклятого врага. Они стояли друг напротив друга, не прерывая зрительного контакта, напряжение словно превратило воздух в газ, одного резкого слова хватило бы, чтобы все взорвалось.       — Отойди от него, Элинор, — серьезность тона Дегейра немного пугала, он сделал решительный шаг в нашу сторону. Грейем же выглядел спокойным, но его слегка поджатые губы выдавали факт того, что столкновение и для него явно не было приятным. И почему они невзлюбили друг друга с первого взгляда? Грейема можно было понять, ведь Дегейр по сути убийца, я бы тоже не доверила своего друга кому-то подобному. Но Дегейр? Почему он так взъелся?       — Скорее это от тебя ей следует держаться подальше, — отстраненный тон Грейема был очень холодным и резким. Кому больше из них доверять, сказать очень сложно. С одной стороны, есть некая связь, которую я действительно ощущала, а с другой – парень, который очень помог мне после нападения. Возможно, у обоих есть скрытые мотивы, с этим мне еще предстоит разобраться.       — У нее не получится держаться от меня подальше, я ее часть, — Дегейр явно гордился этим фактом, как будто хотел сделать оппоненту больнее, и у него получилось. Грейем сжал челюсти, не отрывая взгляда от соперника.       Странно то, что Дегейр не кинулся с кинжалом при первой возможности, как он делал это раньше. Они точно не знакомы? Ведут себя так, словно знают друг друга всю жизнь и столько же друг друга ненавидят. Еще не хватало, чтобы они действительно драку затеяли, мать ведь снова вызовет полицию, а еще одной поездки с ней в одной машине я не перенесу. Пришлось встать между ними, чтобы прекратить перепалку.       — Послушайте, я запуталась во всем этом, а вы определенно знаете обо мне гораздо больше, чем я. Так что мне нужна помощь. Обоих.       Прежде чем они успели ответить, послышался звук открывающейся двери.       — Ты что на улице делаешь одна в такую рань? Совсем спятила? Думаешь, мне проблем мало? Быстро в дом зашла! — недовольства матери быстро достигли моих ушей. Снова началось. Но погодите, что? Я оглянулась по сторонам, и со мной действительно никого не было. Как они успели скрыться буквально за доли секунды? Это что-то вроде их магии? Сами мысли казались абсурдными. Какая еще магия? Голова заболела и с моих губ сорвался обреченный вздох.       — Вот почему ты родилась такой? У соседки такая дочь прелестная, идет впереди учебной программы, участвует в различных научных проектах, а моя шляется ночью по лесам не пойми с кем и мне еще приходится забирать ее из полиции. Мне людям стыдно в глаза смотреть, не позорься еще больше и зайди в дом.       Жгучая злость плотным комком появилась в груди от ее слов. Как она вообще смеет такое говорить после всего, что я пережила?       Я шагнула с твердым намерением высказать все, что о ней думаю, меня трясло от гнева. Больше не было грусти, не было надежды, она оставила меня одну в самый трудный момент моей жизни, умея лишь обвинять в своей нереализованности. Я помнила о том, что сказал мне Дегейр по поводу нее, и решила проверить это.       — Почему я такой родилась? А тебе откуда это знать? Ведь ты меня и не рожала.       Выстроила фальшивую семью для удовлетворения своего эго, лучше бы потратила это время на психолога, так бы хоть от тебя не было столько вреда. Или тебе так нравится чувство власти надо мной? Нравится, что я все время бегаю за твоим одобрением и любовью, которых не существует? Вот только проблема в том, что мне теперь плевать на тебя и твои угрозы, — что-то внутри меня словно клокотало, как будто нечто сидело в клетке и рвалось наружу.       Лицо моей «матери» вытянулось от удивления на несколько секунд, а потом она явно разозлилась.       — Прикуси свой грязный язык, соплячка, еще одно словцо, и ты пожалеешь об этом. Мелкая неблагодарная мерзавка. Я сжалилась и подобрала тебя, когда… — она замолчала, раздраженно поджав губы и пытаясь сдержать свой гнев. Каждое ее слово било больнее, чем я ожидала, Дегейр был прав, она не моя мать, вся эта жизнь пустышка. От осознания стало плохо, я не ощущала утреннего холода, как будто кровь закипела.       — «Сжалилась и подобрала»? Тогда бы и бросила меня там, я бы лучше умерла, чем стала бы находиться с тобой рядом хоть еще одну минуту. Развела браваду, только вот зрителей нет, которые бы это оценили. Никто тебя за это не похвалит. Зачем кого-то спасать, если всю жизнь потом ни во что его не ставишь? Добрый поступок не будет добрым, если ты ждешь чего-то взамен. Я не знаю, кому и что ты хотела доказать. Может, думала, что, если вырастишь ребенка, то он останется с тобой и заставит тебя чувствовать себя хоть немного значимым? Играй и дальше для своих соседей в идеальную мать и жену, и пусть они и дальше пускают слюни на твою ложь. Мне плевать, с тобой я больше оставаться не намерена, — мое сердце неистово стучало в груди, я хотела уйти отсюда как можно дальше, лишь бы больше не участвовать в ее игре.       — Не смей. Рушить. Мою. Жизнь. Ты этого не сделаешь. Не после того, что мне пришлось пережить! Я заслужила все это, ясно?! Заслужила! И ты никуда не пойдешь. Попробуешь сбежать, я воспользуюсь своими связями в полиции.       Я застыла как вкопанная на месте, не понимая, что она имела ввиду. Даже если мне приходилось жить с ней не значило, что теперь я ее ручной песик, и со мной можно обращаться, как заблагорассудится. Ее взгляд в несколько мгновений стал каким-то другим, более диким, даже безумным. Мне совсем не хотелось оставаться с ней, она начала пугать меня.       — Не знаю, с чего ты решила, что я не смогу уйти, когда захочу, но теперь время примириться с реальностью.       Она в два шага подошла ко мне и ударила наотмашь по лицу, моя голова по инерции повернулась в сторону, тогда она хлестнула снова уже по другой стороне, обе щеки неприятно зажгло. Пока я была в состоянии шока, ее рука крепко схватила меня за запястье и с силой дернула на себя. Я хотела начать кричать, плакать, ударить ее в ответ, эмоции переполняли, ища выход. Совершенно чужой человек тащил меня в свой дом, пока я брыкалась, пытаясь вырваться.       В тот же миг появился Дегейр, его сильные руки перехватили тонкое женское запястье, он возвышался над ней и сжал так сильно, что ей пришлось отпустить меня. Он с силой дернул женщину на себя, отчего она взвизгнула.       — Снова ты! Немедленно отпусти меня!       — Значит, бьешь своих «детей», м? Мне кажется, что ты не до конца осознаешь, какого это. Давай-ка покажу, — сильный удар в скулу стал наглядным примером, отчего слабое тело упало на пол. Я вздрогнула от неожиданности, прикрыв рот рукой, не подумала бы, что он сделает что-то подобное. Это, естественно, было в разы сильнее, чем то, что досталось мне. Внутри был порыв подбежать и помочь ей, но все противилось этой мысли, и я так и осталась стоять на месте, наблюдая за тем, как она чувствует себя униженной.       — Что тут происходит? — мягкий голос заставил все мое тело подскочить на месте, Грейем с недоумением наблюдал за этой сценой.       Внезапно я словно очнулась от наваждения. Боже мой, что я натворила? Сильное чувство стыда и вины сжигало все в груди. Мне не было оправдания, я поступила необдуманно, поддавшись эмоциям.       — Правосудие, — немного хриплый голос Дегейра приобрел оттенки раздражения, когда он снова начал шагать в сторону Мадлен, которая в испуге пятилась назад, но ему преградили путь.       — Это бездумное насилие, немедленно прекрати это.       — Или что?       — Хватит, пожалуйста, я просто хочу уйти отсюда, — оба перевели свой взгляд на меня, в то время как я поспешно зашагала прочь, им ничего не оставалось, кроме как последовать за мной.       Грейем не злился на меня и не стал ни в чем обвинять, как я боялась. Мне казалось, что в его глазах стала ужасным человеком и он разочаровался во мне, как это уже сделала я. Он лишь тихо вздохнул и спокойно спросил, пока мы втроем куда-то шли.       — Полагаю, у нас сейчас большие проблемы, тебе же больше некуда пойти, Клара? Можем отправиться ко мне домой, буду рад, кхм… — он мельком взглянул на Дегейра и продолжил, — гостям.        Имя, которым он назвал меня, был как удар плетью, они все зовут меня Элинор, так, может, пускай так и будет? То имя дала мне Мадлен, я не хочу иметь с ней ничего общего.       — Прошу, зовите меня, как привыкли. И да, ты прав, мне некуда пойти, я буду рада, если ты поможешь мне и… прости за то, что ты увидел, я…       — Эй, почему ты извиняешься? За что? — Дегейр не мог молчать, он обошел меня с другой стороны, видимо, чтобы не идти рядом с Грейемом, который возразил ему спокойно, но в то же время с ноткой раздражения.       — Приемная мать Элинор не могла тебе ответить, пока ты избивал ее, это даже не противник.       — Мне – нет, не могла, в этом и был смысл! Посмотри на ее лицо, — он указал на мои щеки, которые все еще были красными от ударов, — а она могла по-твоему? Была бы моя воля…       — Избавь меня от подробностей, это просто отвратительно. Если продолжать в таком же духе, этот порочный круг насилия и боли никогда не закончится.       — О, хватит нудеть, я сделал всю грязную работу и выполнил свой долг, защитил Элинор, когда она нуждалась во мне. А вот куда пропал ты, м? Мог бы сразу заболтать до смерти своими переговорами ту жалкую дрянь и тогда мне не пришлось бы делать то, что я сделал. Но тебя не было, так что ты лишаешься права открывать свой рот.       Я больше не могла это слушать, мне и так было паршиво, а от их споров о моих ошибках, становилось еще хуже. Я машинально схватилась за голову, остановившись, они сразу же перестали спорить и обеспокоенно подошли ближе.       — Что случилось? Тебе плохо?       Когда вялое кивание послужило ответом на вопрос Грейема, он продолжил.       — Прости, Элинор, меня действительно не было рядом и тебе пришлось обратиться за помощью к нему. Мне жаль, что я это допустил. Но сейчас мы не будем обсуждать это, тебе нужно отдохнуть, — он с сожалением посмотрел на меня, взяв меня за руку, затем его пальцы осторожно, едва касаясь моей кожи на щеках, провели по скулам, словно оценивая нанесенный мне ущерб.       Дегейр стоял неподалеку, скрестив руки на груди, он выглядел так, словно хочет начать новую драку, но, видимо, из-за моего состояния сдержался.       — Хватит там лобызаться, нам нужно сваливать отсюда, а то та мадам, которая пропустила от меня один удар в лицо, скорее всего уже вызвала полицию и объявила о похищении. Нечего тут простаивать, — он нетерпеливо зашагал вперед, и мы последовали за ним.