Глава 7. Прошлое
20 декабря 2025 г., 17:43
Нежный поцелуй еще некоторое время чувствовался на моих пальцах, пока я стояла на том же месте, растерянно глядя на дверь, которую так никто и не открыл.
— Ты голодная? Тут что-то есть, — Дегейр держал в руках глубокую сковороду. Открыв крышку, он начал нюхать содержимое, а затем зачерпнул немного и попробовал, тем самым переключая мое внимание, — вроде не отрава, есть можно.
Я лишь неуверенно кивнула, раздумывая о происходящем. В сердце прокрались тревога и мысли о том, что, если с Грейемом что-то случится, это будет моя вина.
— Думаю, у тебя еще остались вопросы по поводу магии и прочего. Я знаю то, чего не знает зануда, и могу рассказать тебе кое-что, — он с удивительной ловкостью нарезал овощи кинжалом, который сильно отличался от обычного кухонного ножа. Дегейру удалось отвлечь меня, чтобы я не томилась в мучительном ожидании и плену своих мыслей.
Я присела за стол, наблюдая за его движениями, пока он разбирался с помидорами и позже стал накладывать блюдо, которое прежде не пробовала, по тарелкам. Мне удалось распознать рис и петрушку, кажется, там был еще какой-то соус, пахло довольно вкусно.
— На самом деле ты действительно выглядишь так, словно знаешь гораздо больше, чем кто бы то ни был.
В ответ на мои слова прозвучал смех, красные глаза лукаво блеснули, а на губах красовалась самоуверенная улыбка. Он действительно очень хитрый и, возможно, несмотря на то, что он привязан ко мне при помощи магии, ему ничего не мешает действовать в своих интересах. Легко прикрыться отговоркой «заклинание не позволит мне рассказать» и соврать.
— Так и есть, мы с тобой через многое прошли, и ты не представляешь, как тяжело держать язык за зубами, а руки – при себе, — он сел напротив меня, не переставая ухмыляться, затем поднес ложку ко рту и добавил, так и не начиная есть, — на самом деле за твоими решениями наблюдать весьма забавно, с тобой не соскучишься.
Щеки покраснели от его слов, страшно даже представить, что там такое было. Но не могу не задаваться вопросом, кто я, и почему все так получилось.
— Не могу сказать, откуда я это знаю, но, даже если зануда вернется не с пустыми руками, нам надо будет поехать в один из ночных клубов, который принадлежит магам. Тебя там все знают, так что проблем возникнуть не должно.
— А зачем нам туда?
— Я подумал, что мы сможем найти в том месте того, кто разбирается в заклятиях, должен же кто-то быть. Можно спросить и о привязке душ, как будем там.
— Ты ищешь способы порвать связь, верно?
Дегейр снова усмехнулся, как-то странно оглядывая черты моего лица. Я бы на его месте хотела бы того же, ведь быть обязанным находиться с кем-то постоянно очень выматывает. Возможно, у нашей связи есть много неудобных моментов, о которых он не хочет говорить.
— Твой вопрос разбивает мне сердце, принцесса, — он театрально прижал руку к груди, не сдерживая игривой улыбки, а затем продолжил немного серьезнее, — у меня есть свои причины.
Ему явно не хотелось делиться своими планами, но я не стала настаивать на ответах, по крайней мере пока. Парень встал и убрал посуду, помыв ее, и снова плюхнулся на диван, беря джойстик в руки. Я подсела к нему, разглядывая замысловатые узоры, которые были на его шее и руках. Тату были больше похожи на какие-то руны, смысл которых было невозможно понять, мне стало интересно, что они значат.
— Понравился? — усмешка Дегейра заставила меня вздрогнуть, чувство стыда неприятно закололо в груди, было неловко от того, что он поймал меня за этим, и со стороны выглядело, что я заинтересована его телом, а не загадкой узоров на нем. Мне не хотелось продолжать эту тему, так что просто спросила, стараясь вести себя как ни в чем ни бывало.
— Эти знаки на твоей шее что-то значат?
— О, так это следующий шаг в наших отношениях, м? Хочешь узнать обо мне побольше? — было сложно не смутиться от таких слов, понятия не имела, что меня можно так легко выбить из колеи. Может, на меня так влияет наша связь? Или это он воздействует на меня через нее? Однако, я попыталась взять себя в руки, вдохнув побольше воздуха.
— Значит, кроме поддразниваний я ничего от тебя не услышу?
— Ну что ты, я не дразню тебя, все, что я говорю, это от чистого сердца. Как ты могла обо мне такое подумать? Если бы я знал, то рассказал бы тебе, — его тон все еще насмешливый и игривый, на экране видно, как самурай легко убивает в одиночку целую кучу врагов, даже не получив урона. Вернув внимание на его игру снова, я заметила надпись «новый рекорд».
В итоге мои попытки оказались тщетными, в ответ я получила только шуточки, целью которых было переключить мое внимание и показать, что никакой информации я не получу.
Вот же гаденыш, ну ничего, я сама все пойму. А что, если наша связь расскажет мне все о нем? Хоть мало что об этом известно и не понятно, как это работает, но стоит сконцентрироваться на ощущениях. Попытаться сделать хоть что-то, и не ждать пока со мной соблаговолят поделиться информацией, и то, когда будет выгодно.
Пока он продолжал проходить миссии и бить рекорды Грейема, я встала и подошла к нему со спины. Естественно, с его реакциями он сразу заметил, что я куда-то иду, однако он ничего не сказал.
Встав за его спиной и наклонившись к его шее ближе, я сначала внимательно рассмотрела символы на его коже. Они были разнообразными и завораживающими, на несколько секунд мне даже показалось, что я их где-то видела, но на этом все. Память словно была заблокирована, что-то мощное не позволяло вспомнить ничего.
Я немного поразмыслила. А что, если прикоснусь к нему, и наша магическая связь сама по себе сработает? Кончики моих пальцев медленно провели по контуру рун на шее. Никакого сигнала внутри не почувствовала, лишь силу Дегейра и нашу с ним связь. Может, мне следует начать медитировать или что-то подобное, чтобы пробудить свои изначальные способности, раз уж я маг? Или это совсем не поможет. С чего же начать?
Внезапно экран потемнел и на нем высветилась надпись «вы погибли». Он явно напрягся, я заметила, как его руки сильнее сжимают джойстик. Мне пришлось мгновенно одернуть руку. Похоже, я зашла слишком далеко, нарушив его личные границы, любопытство взяло верх, и совсем забыла о рамках приличия. Надеюсь, что не получу в свой адрес еще больше шуточек.
В какой-то момент Дегейр поднялся, отложив контроллер. Его тело возвысилось надо мной так, что я неосознанно сделала шаг назад. Никакой угрозы не ощущалось, лишь странное напряжение. Он шагнул вперед, отчего моя спина уперлась в стену. Красные глаза смотрели в мои сверху вниз в то время, как татуированная рука опустилась рядом с моей головой, перекрывая путь к отступлению.
— Осторожнее, принцесса, мое терпение не безгранично.
Сжатые челюсти выдавали борьбу, было видно, как ему сейчас тяжело сдерживать себя. Однако он глубоко вздохнул и заговорил тоном громче обычного, не отводя от меня взгляд, в котором читалось разочарование.
— Уже вернулся? — Дегейр не шелохнулся, стоя в той же позе и не прерывая зрительного контакта, но, когда я стала неловко высвобождаться из ловушки его рук, он расслабился и отошел, давая мне пространство.
Грейем же никак не прокомментировал то, что увидел, он стал снимать обувь, в то время как я сгорала от стыда. Этот красноглазый гаденыш специально это подстроил? Я злобно посмотрела на него, на что он только усмехнулся, скрестив руки на груди. Он неисправим.
— У меня есть что рассказать, Элинор, — Грейем присел на диван, и я заметила в его руках какую-то книгу, которая выглядела довольно старой.
— Что это? — я вгляделась в его находку, и в груди как-то неприятно защемило. Он ничего не ответил, возможно, потому что заклинание бы не позволило, однако он протянул мне то, что так бережно держал.
Как только мои руки коснулись потрепанных страниц и взгляд пробежался по нескольким строчкам непонятного текста, голову пронзила боль, которая была еще сильнее, чем раньше. Мое тело упало на пол, а реальность начала исчезать перед глазами, ее заменило видение.
***
В глаза ударил яркий свет, после чего передо мной предстало поле, все вокруг было усеяно цветами, мягкий ветер развивал волосы и поднимал подол платья. Я смеялась. Так легко и радостно на душе. Деревья, стоящие вокруг, казались великанами, их вершины пронзали собой облака, а воздух был свежим, чистым и наполненным запахами цветов принесенный с других полей. Я стала воображать, что он, должно быть, путешествует по многим местам, и в какой-то момент мне стало завидно, что он такой свободный и может лететь туда, куда захочет. — Сейчас поймаю! Задорный голос заставил сердце подскочить, что-то я слишком размечталась. Я побежала босиком по траве, убегая от мальчика с веснушками и рыжими волосами, который был немного выше, он сиял, словно солнце. Платье, что было на мне, не особо помогало убежать, и он почти нагнал меня, как вдруг острая боль пронзила ногу, и я тут же отскочила, опираясь на ближайшее дерево. — Ай! Мальчик сразу же поменялся в лице и подбежал ко мне, беря мою лодыжку в свои руки, янтарные глаза с тревогой осматривали стопу в поисках травм. — Сильно поранилась? Не нужно было тебе бегать босиком, Элли. Но не волнуйся, я помогу, — магия засияла мягким зеленым светом вокруг небольшой кровоточащей раны, и вскоре все зажило. Затем он помог надеть обувь на небольшом каблучке, которая явно не подходила для веселья на лугу. Но все же мне пришлось смириться с этим, чтобы снова не получить травму. Я вздохнула от безысходности, но забота брата, видимо, заставила обо всем забыть, так как я хихикнула, глядя на то, как осторожно он помещает мою ногу в туфельку. — Спасибо большое! — я обняла его за шею, но, когда он выпрямился, мои ноги повисли в воздухе. Чистый и искренний смех зазвучал, когда меня обхватили за спину и начали кружить. — Хватит баловать ее, Арман, она и так из-под подола матушки не вылазит, — внезапно неподалеку раздался голос, он принадлежал другому мальчику, который выглядел очень серьезным, он все это время стоял немного в стороне, скрестив руки на груди и насупившись. У него были черные волосы, и в столь юном возрасте среди них выбивалась белая прядь. — Баловать? Мы просто дурачились, и я помог ей. Это же наша сестра, Маэль. Я знаю, почему ты дуешься, пойдем играть с нами, и Клода тоже тащи с собой! А то он все время ходит за тобой повсюду и скоро будет таким же ворчуном как ты, — Арман мягко поставил меня на землю и подошел к старшему брату, взяв его за руку, чтобы он мог так же повеселиться с нами, но тот противился. — Игры для таких дурачков, как вы, я тут только для того, чтобы следить за тем, чтобы вы не натворили чего-нибудь вдали от дома. — Мы не так уж и далеко, вон из-за деревьев видно крышу, так что можешь расслабиться. Если хочешь, я могу последить тут вместо тебя недолго, — Арман дружелюбно улыбался, пока Маэль, сощурившись, пытался понять, что задумал его брат. — Так и есть, игры для дурачков. Отойди, Арман, и прекрати это ребячество, — юноша, стоящий рядом, вторил словам Маэля, бросая на него мимолетные взгляды, видимо, для того, чтобы убедиться, одобрил ли его старший брат. Он пытался выглядеть уверенно, несмотря на внешний вид: под глазами залегли следы от недосыпа, да и по комплекции мальчик был довольно хрупким. Пока Арман пытался всех уговорить присоединиться, я схватила длинную палку, лежащую неподалеку, и начала ей размахивать, стоя в боевой позе. — Ну давайте, нападайте. Мне все равно, что вас трое. Я храбрый рыцарь и не позволю захватить мое королевство! Все обратили внимание на меня, Арман широко улыбнулся, явно довольный тем, что я решила помочь ему. — Ха-ха, у тебя неплохо получается! Но я думал, что ты будешь принцессой, а Маэль будет тебя спасать, — Арман поднял руки в жесте капитуляции и ярко улыбался, ему явно очень нравилась эта игра. — Зачем меня спасать? Я сама себя спасу, Маэль все равно драться не умеет, — захохотала я, пародируя неумелые движения старшего брата, — единственная роль, которая ему подходит, это монстр, который нападает на замок. Тогда-то я покажу, на что способен рыцарь этого королевства! Он же, в свою очередь, нахмурился, глядя на меня с высока. — Девчонок не берут в рыцари, это каждый простолюдин знает. Когда ты вырастешь, ты будешь зависеть от мужчины, готовя ему еду и убираясь за ним. Готов поспорить, что будешь все время сидеть дома и делать то, что он тебе говорит. Да и не ровня ты мне, если я стану монстром, то твоему королевству точно придет конец, особенно с таким девчонкой-недорыцарем, как ты, — Маэль был явно горд своим ответом, и Клод закивал в подтверждение его слов. — Давайте не будем ссориться и что-нибудь придумаем? Можно поиграть в другую игру, — Арман пытался сгладить ситуацию, его янтарные глаза умоляюще смотрели на меня и самого старшего из нас, однако я не собиралась молчать. — Не ровня тебе значит? — аура вокруг меня опасно завибрировала, предупреждая, что я собираюсь сотворить заклинание. — Элли, не стоит этого делать, а то папа рассердится, — но предостережения брата никак не повлияли на меня, что-то мощное во мне набирало силу от злости, которая медленно закипала. — Моя сила не хуже твоей, так что нечего строить тут из себя самого главного, мне даже папа сказал, что я сильнее, чем ты! — фиолетовая дымка начала распространяться вокруг меня, потянувшись к старшему брату и окутывая его. С чего он вообще говорит так обо мне? Думает, что он лучше всех? Считает, раз он самый взрослый, то ему все можно? Темный туман словно залез брату в голову и вскоре перед нами сформировался отец, который стоял и смотрел на Маэля как на пустое место, заговорив с ним. — «Ты никогда не станешь родным в этой семье. Сколько бы ты не пыхтел, я никогда не признаю тебя.» Маэль же застыл на несколько минут, не шевелясь и не моргая, его кулаки сжались, а серо-голубые глаза немного ярче засияли. Клод отошел подальше, явно не желая попасть под горячую руку. — Ты…! Не лезь в мою голову! — крикнул он, и все вокруг задрожало. Рядом со старшим братом разорвалось само пространство и из него вылезло непонятное чудовище, которое было выше нас в несколько раз. У него не было глаз, зато были четыре лапы с длинными когтями. Оно утробно зарычало, повернув клыкастую слюнявую пасть в мою сторону. Страх сковал тело, а сердце задрожало, и за сто лет у меня бы не получилось победить что-то подобное. Образ отца сразу же рассеялся, и я в испуге оцепенела, не сводя взгляда с создания, но крик Армана вывел меня из ступора. — Маэль, что ты творишь? Ты же видишь, что Элинор не справится с этим, отсылай это существо обратно! — с помощью элементальной магии брат защищал меня, как мог, создав из камня препятствие для монстра, который лихорадочно бил лапами, кроша преграду в песок. — Я пытаюсь, не получается! Он меня не слушает! — Маэль снова и снова прибегал к попыткам подчинить того, кого он призвал, но существо было гораздо сильнее и повиновалось лишь первой воле, которая имела силу — напасть на меня. Клод же стоял подальше от всего, что происходило, не решаясь вмешаться. Арман тем временем закрыл меня собой, стараясь хотя бы обездвижить чудовище, он сделал почву, на которой оно стояло, зыбкой, и монстр провалился, застряв в ловушке. Рыжие волосы прилипли ко лбу, он прилагал столько усилий, пытаясь защитить не только меня, но и всех нас. Брат использовал еще больше магии, и земля начала твердеть и сжимать тело чудовища, обездвиживая его. Оно взревело, неистово дергаясь и пытаясь выбраться, казалось, создание вот-вот выпрыгнет на меня, но Арман сковал его так сильно, что в какой-то момент земляное пространство полностью схлопнулось, и от него осталась только каша. Запах внутренностей и крови ударил в нос, вызывая приступ тошноты. Брат устало упал на колени, пытаясь отдышаться, такие траты магии оставили его почти без сил. Маэль же растерянно смотрел на него, а затем на меня. — Что за шум?! — раздвигая ветви деревьев, по тропе шел статный, широкоплечий, высокий мужчина лет сорока. У него был немного усталый взгляд, а не столь старое лицо, уже испещрили глубокие морщины, он много хмурился. Он был очень зол, но, когда увидел следы крови на земле, стал обеспокоенно оглядывать каждого из нас в поисках травм. Ничего не обнаружив, мужчина выдохнул, и его лицо снова приняло суровый вид, когда он обращался к старшему сыну. — Ты что себе позволяешь? Совсем лишился разума?! Мало того, что ты мог навредить своим братьям и сестре, так еще и ставишь под угрозу всю семью, раскрывая кто вы есть. А если бы кто-то это увидел?! Ты самый старший и несешь ответственность за свою родню, а ведешь себя как дурак, — его тон был громким и властным, Маэль лишь молча стоял, принимая все, что говорил ему отец, глядя в пол. Ему досталось больше всех. — Я очень тобой недоволен, ты понесешь наказание позднее, а сейчас живо в дом. Все. Когда мы зашли внутрь, на стол накрывала женщина, она двигалась уверенно, умело лавируя между стульями с подносом в руках, полным различных блюд. Рыжие кудри ниспадали и играли на солнце словно пламенно-огненное море. Все расселись по своим местам, не смея поднять взгляда ни на отца, ни на маму. Трапеза проходила в напряженном молчании, лишь Арман нежно поглаживал меня по плечу, пытаясь хоть немного успокоить и утешить. Он специально занял место ближе к отцу, закрывая меня собой, чтобы принять на себя его гнев, и чтобы мне досталось как можно меньше. Но я так же была виновата, поэтому чувствовала себя отвратительно. Отец ей все рассказал, и ее лицо менялось в процессе, становясь все более обеспокоенным, в какой-то момент она прикрыла рот от ужаса. Когда она обращалась к нам, обычно ласковый голос срывался, за нее говорил страх. — Я же много раз вам говорила, это не игрушки! Использовать силы я вас научила, чтоб защищать, а не набрасываться друг на друга! — мама вздохнула, осознавая, что криками проблему не решить, и продолжила тихо и спокойно, но с явным переживанием, — Вы понимаете, что если люди узнают о нас, то сразу попытаются навредить? Я не хочу, чтобы с вами что-то случилось, вы смысл моей жизни. Ее мягкая рука погладила каждого из нас по голове, затем она подошла к Маэлю и, присев около него на корточки, провела своей ладонью по его щеке. — Милый, твоя магия очень сильна, это так, но она так же и очень опасна. Ты еще не набрался опыта, чтобы контролировать существ, которых нет в нашем мире, тем более ты не можешь влиять на то, кого именно ты призываешь. Ни в коем случае — ты слышишь меня? — Никогда не используй такую магию против своих братьев и сестры. Вы единственные друг у друга и полностью положиться можно на самых близких. Мир опасен и жесток, будьте за одно, прошу вас. Лица братьев стали плыть перед глазами, а фразы становились прерывистыми и далекими. Постепенно все растворялось, не позволяя мне больше остаться со своей семьей.***
— Нет, прошу, не уходите, я хочу остаться! — мне пришлось распахнуть глаза, в которых стояли слезы, в груди болезненно жгло, словно мне дали то, что я искала, и с силой вырвали из рук. Неспособность хоть как-то на это повлиять вводила в отчаяние. Только когда Грейем взял меня за обе руки, я вспомнила о существовании его и Дегейра. Они склонились надо мной, ошарашенно глядя на мое состояние. — Что с тобой, Элинор? Почему ты плачешь? — казалось, что уже отвыкла от мягкого голоса Грейема, и не смогла сразу ответить на его вопрос, так как все еще была в растерянности от утерянных воспоминаний и осознания, что это еще не все, что получилось вспомнить. Когда наваждение немного спало, и я начала осознавать, где нахожусь, дыхание немного выровнялось, а пульс стал более размеренным. — Мне удалось… вспомнить кое-что… Две пары глаз озадачено посмотрели на меня, пока я собиралась с мыслями. — У меня была семья, представляете? Целых три брата и родные мама и папа… Я увидела лишь небольшой отрывок из жизни и не понимаю, почему я в итоге оказалась у Мадлен. Что случилось? Где они все? Неужели все погибли? Дегейр стоял неподалеку с непроницаемым выражением лица, в то время как Грейем с глубоким сочувствием и сожалением смотрел на меня. Он подошел ко мне и заговорил. — Это все моя вина, Элинор. Во всем виноват я, мне очень жаль…
