Один лишний.

В начале вечера нас было шестеро. Хотя, пожалуй, семеро. В этом-то и крылась вся проблема. Я не знаю, когда вдруг появился седьмой, первыми пришли Черен с Чанбином. Я тогда еще раскладывала закуски. До их прихода его точно не было. Я точно помню, что они были первыми. Он ведь не мог появиться из ниоткуда. Потом пришла Рюджин. Она была одна. Я это точно знаю, ведь я давно подбираю момент, чтобы пригласить ее на свидание. Если бы она пришла с кем-то, я бы, наверняка это заметила. Когда явились Бан Чан и Юна, Чанбин сказал: — Ну наконец то, вас двоих то мы и ждали! — и именно двоих, я это точно помню. Значит, всего пришло пять гостей. Ну и я сама — шестая. Может быть, дверь открывалась еще раз... не знаю. Теперь, когда все кончено, наверное, это уже не имеет значения. Хотя, лично мне кажется, что имеет. Я ведь должна понять, что произошло. Я должна это своим друзьям. Мы заметили неладное, когда играли в карты. Игра была на шестерых, Чанбин раздавал карты по стопкам. Один, два, три, четыре, пять, шесть... и седьмая себе. — Ты раздал слишком много, — сказала Черен. Чанбин с недоумением посмотрел на стол. Перед каждым из нас лежала карта. Всего было семь стопок. — Странно. Не знаю, как так вышло, — сказал он и собрал карты в кучу. Раздал снова. Один, два, три, четыре, пять, шесть. Каждому по карте, но себе он ещё не положил. С нервным смешком Чанбин сказал: — Стоп, что я делаю не так? Нас ведь шестеро, да? Мы все согласились. Нас было шесть. — Ну-ка, все положите руку на своб карту, — сказал он. Все шесть карт оказались прикрыты ладонью. Себе Чанбин карту так и не положил. — Ладно, еще одна попытка, — сказал он. — Пока ты разбираешься, я схожу в туалет, — сказала Рюджин и встала. Она вышла. Чанбин вновь раздал карты. Один, два, три, четыре... и пятую себе. — Рюджин, а ты у нас состоишь из скольки человек? — крикнул он. — Очень смешно, — ответила она. Мы услышали, как дверь в ванную закрылась. — Просто раздай шесть карт, — сказала я Чанбину. — Нас шестеро, все сойдётся. Каждый возьмёт по одной, и не останется лишней. — Думаешь, так сделать? — сказал он. — Но почему тогда до этого у меня выходило семь? — Потому что у тебя плохо с математикой, — сказала Черен. — Не дай бог тебе работать бухгалтером, — добавил Бан Чан. Стул Рюджин снова был придвинут к столу. Чанбин раздал карты. На этот раз получилось шесть стопок. Каждый взял себе по одной. Всем хватило, и лишних не осталось. — Странно, — пробормотал Чанбин, качая головой. Несмотря на сумбурное начало, игра прошла неплохо. Проиграл Бан Чан, и в наказание мы отправили его на кухню за новыми напитками. Как только он скрылся в другой комнате, я услышала странный звук — короткий захлебывающийся вздох, за которым последовал громкий удар. Я уже поднялась, чтобы проверить, все ли там в порядке, как вдруг на столе появилась бутылка с вином, и я решила быстренько наполнить им бокалы. Я заметила, что бокал Рюджин с самого начала так и остался нетронутым. — Эй, а где Рюджин? — спросила я. — Она же пошла в туалет, — ответила Черен. — Что, опять? — Наверное Я выглянула в коридор, дверь в ванную была закрыта. Видимо, Черен права. — Сыграем еще партию? — спросила я. — Сначала дождёмся Чана, — ответила Юна. Я огляделась, Бан Чана не было. — А он куда делся? — На кухню, — сказала Юна. — А кто тогда принес вино, — заметила я. — И пять новых бокалов. Юна ахнула. — Ты хочешь сказать, что кто то... вздумал выпить вино Чана? Мы посмеялись. Но я все равно задумалась: где же Чан? Да и Рюджин тоже. Она уже что то слишком долго в ванной. Хотя нет. Она не могла быть там. Мы ведь играли вшестером. Значит, она сидела за столом. Может, просто не пила. — Быструю катку в «пики», пока ждем этих двоих? — предложил Чанбин и начал раздавать карты. — Ты раздал на пятерых, — заметила Черен. Чанбин с грохотом бросил карты на стол: — Так, тут что то не так! Все беремся за руки! Мы переглянулись, но он сказал это на полном серьезе. Мы вытянули руки и сомкнули круг вокруг стола. — Теперь по порядку. Каждый называет имя того, кто сидит слева. Назвали меня. Я посмотрела налево: Юна Черен Чанбин — А я рядом с Йеджи, — сказал Чанбин, кивая на меня. — Погодите, — возразила я. — Мое имя уже называли. — Давайте покругу направо, — сказал он. Назвали Чанбина. Черен Юна Йеджи — И Чанбин, — сказала я. — Нет, меня уже называли первым, — сказал он. Мы посмотрели друг на друга. Я чувствовала его руку в своей. Я видела его рядом. — Посмотрите на стол, — сказал Чанбин. — Почему между нами стоит лишний бокал вина? — Давайте сделаем фото, — предложила Юна. — Так мы увидим всех сразу. Она положила телефон на стол. Мы встали рядом, обняли друг друга и улыбнулись. Камера щелкнула. Мы снова собрались вокруг, чтобы взглянуть на фото. — Вот ты, я, ты и ты, — сказала Юна, указывая поочередно на нас. — Нас четверо. Больше никого. Чанбин всмотрелся в экран. — Но это не селфи. А кто тогда сделал снимок? — Чан, — сказала Юна. — Рюджин, — сказала я одновременно с ней. Мы оглядели комнату. Ни того, ни другого не было. — Он, наверное, все ещё на кухне, — Сказала Юна. — Схожу посмотрю. — Думаю, нам стоит пойти всем вместе, — Сказал Чанбин. — Пошли. Мы вошли на кухню группой. Там было пусто. — Я одна чувствую запах газа? — Спросила Черен. Я тут же посмотрела на плиту. Две ручки от конфорок были сломаны. Я заметила их под шкафчиком, будто кто то специально засунул их туда, чтобы не бросались в глаза. На металлическом краю виднелась вмятина. — Чан, должно быть, уронил что то на плиту, — сказала я, подходя, чтобы перекрыть газ. — Мог бы и предупредить. Ручки были слишком сильно деформированны, чтобы ими можно было перекрыть газ. А газ уже начинал вызывать у меня головную боль. Я схватилась за плиту, чтобы отодвинуть ее от стены и перекрыть подводку, но она оказалась на удивление тяжелой. — Я что то оставила внутри? — спросила я, открывая дверцу духовки. Внутри было тело Бан Чана. Его руки и ноги были вывернуты и сложены так, чтобы уместилось все тело. На дне плескалась лужа крови, переливась из стороны в сторону, пока я двигала плиту. Больше всего крови было с головы... Его глаза вылезли из орбит и уставились прямо на меня. Разумеется, я закричала. Мы все закричали. Я отвернулась — убежать, схватить оружие или хотя бы просто не видеть этого... и в тот момент умерла Черен. У нее было разорвано горло. Когда я отвела взгляд, все было нормально, а когда снова посмотрела — она уже была мертва. Ее ничего не тронуло. Это просто случилось. Она схватилась руками за шею, но было слишком поздно что то удержать. Черен рухнула на колени. Ее голову словно кто то придерживал сзади, чтобы она смотрела прямо, оставалась стоять к нам лицом, и мы все видели ужас и отчаяние в ее глазах. Мы все на мгновение замерли. Первым двинулся Чанбин, бросился к ней, но, когда он обнял ее, она уже заваливалась вперед, мертвая. Он издал дикий, раздирающий крик ярости и боли. А потом собрал его в слова. — Где оно? Что это сделало? Я схватила нож и прижалась спиной к углу, судорожно озираясь. Юны уже не было. Я надеялась, что она убежала. Но меня сильно смущало то, что я не знала этого наверняка. — Оно было здесь всю ночь, — прошипел Чанбин. — Среди нас. Играло с нами. Где Рюджин? Где она была все это время? Я подумала про ванную. Но перед глазами встало изуродованное тело Чана в духовке, и я поняла, что не хочу открывать дверь, чтобы проверять. Чанбин продолжал свой безумный монолог, его голос периодически срывался от гневных эмоций: — Мы не можем его увидеть. Мы не можем знать точно, что оно тут. Мы думали, что держим друг друга за руки, а оно было между нами. Для него все это — игра. Мы не знаем правил. Мы даже доски не видим! — Нам нужно выбраться, Чанбин, — сказала я. — Здесь небезопасно. Даже если забыть про все это... из плиты все же идет газ. — Да, — сказал он вдруг жутко спокойным голосом. — Он повсюду. И, знаешь, это чертовски хороший способ справится с тем, чего не видно. — Что ты собираешься делать, Чанбин? Он порылся в кармане и вытащил зажигалку. — Черный ход прямо там, Йеджи. Беги и закрой за собой дверь. И когда окажешься на улице — не останавливайся. — Чанбин...! — Прости за дом, Йеджи. Беги. Я шагнула к нему, но он прижал зажигалку к себе: —Иди. Если не уйдешь сейчас, я сделаю это, пока ты еще здесь. Наверное, и так должен. Так будет надёжнее. Он щелкнул колесиком зажигалки. Появилась искра. Я бросилась к двери, слыша за спиной, как он снова и снова щёлкает зажигалкой. Я успела выскочить наружу до того, как взорвалась кухня. Моя рука уже тянула дверь за собой, как вдруг удар жара со вспышкой света захлопнул ее и отбросил вниз по ступенькам на газон. Окна взорвались, выбросив наружу языки пламени и осыпав меня раскалёнными осколками стекла. Я поползла по траве, отчаянно пытаясь отдалиться от дома. У меня загорелась спина, и я перекатилась, чтобы сбить пламя. Дом явно было не спасти, но я все равно вызвала пожарных. Больше я не знала, что делать. Понятия не имею, что мне сказать полиции, когда они найдут тела внутри. Я даже не знаю, сколько их там будет. Если Чанбину удалось достать его, что бы оно не было, то там окажется минимум четыре тела:он сам, Черен, Бан Чан и еще одно. Скорее всего пять — если Рюджин погибла еще в самом начале. Может, шесть, если Юна не успела выбраться. Но кто то из них все таки должен был спастись, ведь я здесь не одна. Пока я смотрю, как сгорает дом, кто то крепко сжимает мою руку...